Потом же случилось то, чего я и ждал. Я был самым сильным среди них, был так скажем… вожаком? Ха, нет, так сказать нельзя, ведь такого понятия у нас не существовало, несмотря на то, что я прививал свои порядки и правила. Как и против меня сыграло то, что многие из них так-то были живы благодаря мне. Вон того мужика я не дал забить ногами, когда он просто косо посмотрел на какого-то зверолюда. Другой не мог пройти полосу и я ему тоже помог, а он потом с благодарностью отдавал часть еды мне, как и в целом мы с ним общались, шутили, словно друзья, которыми никогда не были.
И теперь все они… они не били друг друга, они медленно окружали меня. Толпа в двадцать рабов, которые все как один не сговариваясь объединились, чтобы убить того, против кого у них нет шансов. Да, потом они начнут убивать и друг друга, но при таком раскладе после смерти слабейших теперь умрёт сильнейший. Забавно, да? Хотя чему тут удивляться? Чем выше ты поднимаешься, тем больше находится желающих сбросить тебя с вершины. Это правило работает даже в спокойных индустриальных мирах, что уж говорить про эту дыру.
Я же посмотрел прямо в камеру, через которой за нами точно следил Элатикс. Как же он хотел увидеть во мне хоть каплю страдания, душевных мучений. Я так их защищал, не позволял воцариться хаосу, а они… они меня предали. Так ещё и этот паренёк, обязанный мне жизнью, теперь желал лишь убить меня. Такое должно было сломить меня, но ни единого мускула не дрогнуло на лице, как и никаких иллюзий не питала моя душа.
И оскалившись прямо в камеру, я первым же выстрелом из трубки разорвал лицо этого паренька, которой хоть и не умер, но упал на спину и закричал в агонии, держась за разорванное картечью лицо.
— ВСЕХ НЕ УБЬЁТ!!! — закричал какой-то раб, после чего вся толпа хлынула прямо на меня.
Среди рабов было много кого, каким-то образом выжила даже юная девушка, восемнадцати лет, такая невинная и дрожащими руками сжимающая меч. Она не умерла или не стала игрушкой для развлечения только из-за того, что попала сюда после меня. Как и сейчас не погибла только потому что стояла между другими слабаками, которых убили и таким образом она оказалась слишком далеко от отморозков.
Но что в момент раскалывания топором черепа сущего маньяка, что при булькающих звуках захлёбывающей в крови этой девушки… я не испытывал вообще ничего, полностью закрыв свою душу от лишних эмоций. Этого удалось достичь как просто огромным жизненным опытом, в котором уже терялась ценность чужой жизни, так и благодаря моим психическим практикам, благодаря которым я создавал саркофаг вокруг души, дабы просто не сдохнуть из-за нехватки энергии и создать самодостаточную зону для поддержания.
В этом плане я пошёл по тому же пути, что и друкхари. Правда пока что мои эмоции были цикличными и проходили через разные отголоски. В том числе речь шла о разных эмоциях и куда менее сильных, но в процессе… в процессе я понимал, что мне нужно будет куда больше и что негативная нестабильная энергия подходит для этого куда лучше. И хоть душа моя не такая огромная и древняя, как у представителей эльдарской расы, но… взятые с собой запасы из варпа подходят к концу и мне… мне нужно будет больше и больше.
И либо я научусь эффективному конвертированию эмоций в варп энергию, либо сдохну раньше, чем меня убьёт что-нибудь другое.
— Отлично, ты просто зверь, — произнёс Элатикс, досрочно отключив трубы. — Меньше минуты.
Я же стоял в окружении изуродованных трупов. Сам тоже ранены был, некоторые раны выглядели особенно жутко, из спины торчало две заточки, которые мешали двигаться. Однако в целом это не было каким-то эпичным сражением. Это была бойня волка в овчарне.
— Твоя семья будет рада об этом узнать. А то я уже подумывал продать их… особенно твои дочки очень милые. Таких на цепь да к трону… ну, после обучения всему необходимому для роли питомца, — говорил Элатикс, подходя ко мне в упор и совсем не боясь того, что в левой руке у меня до сих пор была сжата последняя трубка с картечью, а в правой находился короткий меч, лезвие которого забрало только что тринадцать жизней.
Он так хотел вызвать у меня эмоции, вкусить страданий, которые всегда отличаются от смертного к смертному. Однако я довольно хорошо сопротивлялся, что немного его бесило, а с другой стороны ещё сильнее возбуждало. Ведь чем сложнее выбить страдания, тем они сладостнее. И всё же своего Элатикс смог добиться, при чём не из-за моего дозволения, а из-за крайне меткого словесного выпада, который нанёс куда большие повреждения, чем я ожидал.
— Хочешь с ними увидеться? — шепотом спросил Элатикс, подойдя ко мне в упор. — Они ждут тебя.
То что случилось с Лео в этот момент удивило всех обитателей моей души. Даже Алор не успел среагировать, как эмоции просто оглушили все осколки. Невероятной силы надежда родилась в этот момент внутри него, пошатнув эмоциональную стабильность. Однако то что случилось потом ошеломило уже даже меня.
— Нет, — ответил я и стиснул зубы. — Просто докажи, что они живы и с ними всё хорошо.
— НЕТ!!! — в этот момент Лео взревел и просто вырвался из хватки Алора.
Он очень сильно хотел увидеться и подобное мое решение ему мягко говоря не понравилось. Вдребезги начала разлетаться надежда, а сам он пришёл в бешенство, начав рвать и метать всё, словно раненый зверь. Его не волновало, что Алор космодесантник и в каком там полку служил Юртен, он просто грыз их руки и ногтями пытался выцарапать им глаза, лишь бы как-нибудь получить контроль над телом.
Буйство это выбило меня из колеи, а боль… боль вызвала улыбку на лице Элатикса, что получил желаемое. Легко рассмеявшись он впился в меня взглядом, ожидая что я вот-вот сломаюсь и возьму слово обратно. Однако Лео был подавлен и заломан, после чего учинённые им повреждения начали залатываться.
— Пойдём, они сейчас во внутреннем дворе, убираются. Посмотришь на них с балкона, пока мы будем говорить о твоём будущем.
— Не-е-е-ет… — уже не крича, а скорее с полным отчаянием, рыдая протянул Лео. — Дай мне с ними увидится, зачем ты это делаешь? Они должны знать, что…
— Твою же мать, Лео, ты совсем конченный? — раздражённо спросил Мордред, присаживаясь над прижатым к полу отголоску, который удерживали сразу и Юртен, и Алор. — Ты что вообще творишь? Ты понимаешь, что если эта защита падёт, то они узнают о психической активности? Знаешь, что делают с псайкерами в этом месте? Они, сука, тут прячутся от Той Что Жаждет, от варпа! Дурак!
— Я… просто хочу их увидеть. Они моя семья.
— Лео, — сквозь зубы прошипел Мордред, поднимая его за волосы. — Ты помнишь уговор? Лучший исход из всевозможных — мы убьём твою семью. И под мы, я подразумеваю и тебя, ведь ты всё это сполна прочувствуешь. И судя по твоей бурной реакции… тебе лучше смириться прямо сейчас. Они мертвы. Этого не изменить. А ты мешаешь. Если продолжишь в том же духе… хочешь, чтобы из твоих дочек сделали питомцев на цепи? Чтобы они слизывали дерьмо с пяток какого-то остроухого урода и спаривались на его глаза с жуткими монстрами? Этого ты хочешь⁈ Чтобы вся фантазия садистов раскрылась на том, что ты больше всего любишь⁈
Но Лео был глух к любым рациональным убеждениям. И хоть Мордред был прав, но какой в этом толк? Лео не был астартес, не был гвардейцем, не был наёмником или инквизитором, он был просто любящим отцом, для которого весь мир крутился вокруг простых и нерушимых убеждений. Он просто не станет меняться, это невозможно, как невозможно чтобы Алор предал Человечество или Мордред вдруг начал ходить в храм для молитвы Богу-Императору.
И это было проблемой, ведь эта слабость становилась в том числе моей слабостью, в которую будут специально и часто.
Глава 208
— ВЕРА ЧЕРЕЗ БОЛЬ, СИЛА ЧЕРЕЗ СТРАДАНИЯ, ЧИСТОТА ЧЕРЕЗ КРОВЬ, — дрожа и рыдая повторял Торквемада, стоя на коленях и истязая себя плетью в окружении пламени, что постоянно сжигало его и давало время лишь на то, чтобы восстановится.
Я же уселся рядом и смотрел в огонь, размышляя о том и о сём. Пытался брать эту негативную энергию, но… до сих пор получалось делать это настолько плохо, что какого-то вменяемого эффекта просто не удавалось достичь. А ведь эти друкхари научились не просто сдерживать эффект проклятья Слаанеш, они буквально души свои делали таким образом сильнее. Также это было источником вечной молодости, то есть… можно было за счёт этой энергии омолодится и откатить ряд изменений собственной души, чтобы не стать психической костью по примеру эльдар с миров-кораблей.
Хотя чему тут удивляться? За их спинами тысячи лет опыта, как и с момента падения эльдар прошло более десяти тысяч лет. Так что они много знали изначально и многому научились в процессе. Мне же приходилось изобретать велосипед с нуля, или вернее не велосипед, а… устройство варп двигателя? Такое сравнение куда более корректно, ведь магия варпа вообще мало что имела общего с тем, что использовали друкхари.
— Хм… но общее тоже наверняка должно быть, хотя бы что-то… — думал я, глядя внутрь огня и изучая все процессы происходящее внутри Торквемады.
Однако в какой-то момент меня всё же потревожили. Это было ожидаемо, ведь кого-то очень сильно интересовали некоторые моменты. Более того, эти моменты их раздражали и они хотели не столько объяснения, сколько решения того, что вряд ли станет восприниматься иначе чем проблема.
— Что случилось? — спросил я Мордреда, что молча стоял и подбирал слова.
— Ты сам знаешь, что с ним надо что-то делать, — сухо произнёс он, подходя ближе и становясь рядом.
Такой уверенный, он был всего лишь отголоском, но обладал достаточным самосознанием, чтобы даже явно идти против меня. Это особенно хорошо виднелось в его дерзком поведении. И хоть он подчинялся, но в то же время… вот, стоял тут и приписывал мне свои слова, пытаясь манипулировать мной, хозяином души, что стала для него приютом.
Я же повернулся и увидел также стоящего позади Алора. Этот не был так уверен в своих действиях и сомнения гложили душу. Однако всё же он был согласен с Мордредом, поэтому тоже пришёл сюда для поддержки. Но удивило меня появление лишь Лекса, который находился как-то отстранённо и был скорее… наблюдателем. Ему было просто интересно, чем всё закончится.