— Я так думаю, что проблем с отсутствием мест тут не будет, тут их явно больше тыщи, — сказал я, — ну я за билетами, а вы тут поскучайте немного.
И я оказался прав — кроме меня, желающих купить билеты не было ни одного человека. Сонная кассирша спросила, на какой ряд я желаю, я выбрал самый дальний за 35 копеек (дальше были уже по 45) и она выкинула на прилавочек 4 синеньких билетика в обмен на мои рупь-сорок. У меня в кармане, учитывая расходы на паромщика, оставался ещё рубль с мелочью.
— Вот, — показал я обществу билеты, — пятнадцатый ряд, середина. Через полчаса начало, можно ещё по мороженому прикупить.
— А я денег не взяла, — закручинилась Таня.
— Ерунда, — отрезал я, — я всё это затеял, значит мне и расплачиваться — вот ларёк с мороженым, можешь ни в чём себе не отказывать.
В зале было очень немного народу, четверть в лучшем случае, вокруг нас вообще никого. Ну поцеловал я Леночку пару раз, но она как-то не очень охотно отвечала. А кино… да я его и так наизусть знал, но просмотрел ещё раз без видимого отвращения. Устарело немного, но всё равно сделано оно было на совесть. Обратно к парому мы шли уже в начинающихся сумерках, девочки активно обсуждали наряды Одри Хэпберн, а мы с Колькой помалкивали. А возле канала нас ждал сюрприз — не было там никакого паромщика, а лодка была прикована тяжёлой цепью к железному кольцу, вделанному в бетонный столбик.
— Кинул старик проклятый, — сообщил я, разглядывая цепь, — не, с этим крепежом нам явно не справиться, так что на лодку можно не рассчитывать. Что делать будем, граждане лагерники?
— А брода тут нигде нет? — с надеждой спросила Таня.
— Насколько я помню, протока эта достаточно глубокая на всё протяжении… не, конечно можно попробовать обойти её с какой-нибудь стороны, где-то же она заканчивается, но боюсь, это будет далековато, раз, и там непременно обнаружится топкое болото, два, — ответил я.
— Да переплыть можно, всего и делов, — сказал рациональный Коля.
— Ага, а одежда? — ответила ему Лена, — промокнет же всё.
— Не, одежду снять конечно, — внёс я поправку, — завязать в узел и в одной руке держать над водой. А другой рукой грести, тут же недалеко совсем. И вода тёплая.
— Мы купальники не надели, — даже в сумерках было видно, как Танюша покраснела.
— Никого же нет вокруг, можно и без купальников.
— Хорошо, — ответила более смелая Лена, — давай так, только вы двое первыми переправляетесь, а мы посмотрим.
— Пожалуйста, — пожал плечами я, — поплыли, Колян?
Колян согласно кивнул головой и начал раздеваться, я последовал его примеру, положил кеды со штанами на рубашку, потом подумал и трусы тоже снял и туда же добавил, завязал всё это узлом сверху и смело вошёл в воду.
— Тут с этого берега мелко, — сообщил я результаты своего опыта, — так что проплыть всего метров десять придётся.
Через минуту я уже одевался на том берегу, Колька присоединился ко мне.
— Ничего страшного не случилось, — помахал я рукой девочкам, — ждём вас здесь с нетерпением.
— Только вы отойдите вон за те кусты и не подглядывайте, — крикнула стеснительная Таня.
— Как скажете, — согласился я, — отходим.
А в кустах я начал пытать Коляна насчёт чекистов:
— Так тебе и правда родственники про наш дебаркадер эту байку рассказывали?
— Чистая правда, — отвечал он, — ну то есть, что рассказывали, правда, а как оно на самом деле было, кто его там знает…
— Ну дела, — почесал я в затылке, — может и точно у нас дебаркадер с привидениями получается.
В этот момент раздался крик со стороны канала — явно Таня кричала. Я выбежал на берег — Лена уже переправилась и прикрывалась узлом с одеждой, а Таня плавать, оказывается, совсем не умела и сейчас барахталась где-то посреди реки, разбрызгивая воду во все стороны. Я только кеды успел скинуть и штаны, а во всём остальном нырнул ей на помощь… вытащил я её через пару минут на берег, и даже узел с одеждой не утонул, но намок, конечно, капитально.
— Ты бы хоть сказала, что плавать не умеешь, — выговорил я зарёванной Тане, — мы бы что-нибудь придумали бы, а теперь что…
Таня жалась к уже одетой Лене, трогательно прикрывая груди первого размера.
— Значит так, — начал распоряжаться я, отжимая мокрую рубашку, — делим сухую одежду поровну, чтобы не продрогнуть. Лена отдает Тане кофточку, а я — свои штаны.
— А как же ты без штанов? — спросил Колян.
— Ничего страшного, перебьюсь. А в лагере поменяемся.
Некоторое время ушло на переодевание, дальше шли по грунтовке между смородиновых кустов молча… у меня зуб на зуб не попадал, хоть и лето, но ночи-то у нас всё равно холодные.
— Только вы никому не рассказывайте об этом приключении, — попросила Лена, — а то в лагере навоображают черт-то что…
— Могила, — кратко высказался я, — в смысле две могилы с Коляном.
А потом позволил себе одну шутку: — А без одежды-то вы смотритесь ещё лучше, чем в одежде.
Лена на это ничего не ответила, а Таня в очередной раз покраснела и потупила очи долу. Полчаса ушло на беготню и замену одежды — вот так в одной кофточке и чужих штанах гулять по дебаркадеру было слишком, так что переодевались за кустами соседней старицы. А на следующий день после обязательной программы (у нас вдруг случился сенокос — надо было брать в руки здоровенные такие деревянные грабли и ворошить свежескошенное сено, чтобы оно лучше просохло перед скирдованием) началась, так сказать, произвольная. Свежая и бодрая Наташа опять собрала нашу команду в фойе дебаркадера, где у нас прошла вторая часть многосерийного сериала «КВН в ЛТО-75».
— Малов, ты сделал, что я тебя просила? — вот так вот с разбегу начала она свои высказывания.
— Ну ясен пень, что сделал, Овчинникова, — отвечал я, хотя обращение по фамилии её слегка покоробило… ну так сама будь чуть повежливее, и люди к тебе потянутся.
— Ну так зачитывай или показывай, что там у тебя, раз сделал, — приказала покрасневшая Наташка.
Я встал, откашлялся, достал из заднего кармана тетрадный листочек в клеточку и с выражением зачитал:
Снова в нашем зале
В нашем зале нет пустого места,
Это значит юмор
Значит, юмор поднимает флаг!
Значит в этот вечер
В этот вечер точно так же тесно
Будет в нашем доме,
Где весёлых лиц полно…
Итак,
Мы начинаем КВН!
Для чего? Для чего?
Чтоб не осталось в стороне
Никого! Никого!
Пусть не решить нам всех проблем
Не решить всех проблем,
Но станет радостнее всем,
Веселей, станет всем!
Я решил обойтись двумя куплетами этой известной песенки плюс выбросил упоминание о телеэкранах — ни к чему это пока, да и единственный телеэкран в ЛТО, старенький Горизонт благополучно сдох на прошлой неделе.
— А музыка? — агрессивно продолжила Наташа.
— А баян? — примерно в том же духе ответил я.
— Есть баян, — подал голос Ваня, вытаскивая из-под стула этот народный инструмент.
— Вот примерные ноты, — подал я ему другой листочек, — сможешь сыграть?
— Щас, — попросил время на вникание Ваня.
Он прошёлся пальцами сначала по правой стороне баяна, потом по левой, потом вместе… через минуту он довольно сносно сыграл мелодию первого куплета — молодец, не зря семь лет в музыкалку бегал.
— Давайте все вместе, — предложил я обществу, и общество не отказалось.
Слова, конечно, не все запомнили от и до, но припев получился вполне приличным. Я, кстати, заметил, что от троих девятиклассников остались только двое — братья-близнецы яркие блондины, их у нас неформально называли «братанами».
— А неплохо, — сбавила тон Наташка, — но у тебя ещё одно задание было?
— Да, переделка и подгонка пары песен про зайцев, по нашей чтоб тематике.
— Ну и?
— Первая, это широко известная мелодия из «Бриллиантовой руки»… ну «зайцы в полночь траву на поляне косили и тд».
— А вторая? — сразу уже решила поставить точки над ё Наташка.
— Вторая это совместная песня Зайца и Волка из мультфильма «Ну погоди».
— Ну-ка, ну-ка, напомни, что это такое.
Я и напомнил:
Расскажи, Снегурочка, где была?
Расскажи-ка, милая, как дела?
За тобою бегала, Дед Мороз,
Пролила немало я горьких слез.
А ну-ка, давай-ка плясать выходи!
Ну, Дед Мороз, ну, Дед Мороз, ну, Дед Мороз, погоди!
— Вспомнила, — заявила Наташка, — не очень нам подходит, какой Дед Мороз в июле месяце, но ладно… и как ты их переделал?
— Очень просто, — ответил я, — первая будет выглядеть как-то так:
Двести душ чудаков
В три погибели скорчась
Над травой-муравой возвышаясь едва,
Как-то в полдень морковь
На полянке пололи
И при этом напевали странные слова:
А нам всё равно, а нам всё равно,
Пусть шея болит и болит спина,
Дело есть у нас в самый жаркий час,
Овощей вагон получай, страна!
Наташка надолго задумалась…
А после раздумий объявила наконец:
— А со второй песней что, которая из «Ну погоди»?
— Со второй песней ещё проще, — отвечал я, — слушайте и запоминайте.
А ну-ка давай-ка полоть выходи. Нет, дед Мазай, погоди.
— Стой-стой, — прервала меня Наташка, — при чём тут дед Мазай?
— При том же, при чём и зайцы… подводка, значит, такая будет — Волга разлилась и затопила наш ЛТО, и всех зайцев, в смысле ребят, спасает добрый дедушка Мазай.
— Ладно, — махнула рукой Наташка, — пойдёт наверно. Теперь к Тане вопрос, что там насчёт пародий?
Таня встрепенулась, достала синенькую тетрадку и открыла её.
— У нас трое руководителей годятся для пародий, Фаина Георгиевна, физрук и завхоз.
— А пионервожатую что же забыла? — подал голос я.