— Статью, наверно, в газете прочитали, — догадался я, — там про Американский посёлок написано.
— Скорее всего, потому что статью эту в Штатах перепечатали. Но мы с этим сделать ничего уже не можем, завтра они оба придут на ваше собрание… а к тебе такая будет просьба…
— А кто хоть они? — перебил его я, — ввели бы в курс дела-то.
— Это пожалуйста, — и капитан достал из папочки два листочка формата А4, - мальчика зовут Джон Макдональд, девочку Мэри О’Хара. Вот так они выглядят, — и он передал мне оба этих листочка, с которых на меня смотрели два обычных и ничем не примечательных подростка.
— Они родственники, двоюродные брат с сестрой, живут в Нью-Йорке, учатся в заведении под названием Бронкс Хай Скул оф Сайнс… ну да, профиль почти что как у вас, физико-математический. Про родителей надо?
— Наверно пока нет, — осторожно отвечал я, — так что вы хотели мне поручить-то?
— Приглядеть за ними, неужели не ясно? Стучать никуда ни о чём не надо — главное, чтобы они были целыми, здоровыми и довольными. Райончик у вас криминальный, так что заняться тебе будет чем. Лену свою тоже подключи к этому делу.
— Её можно ввести в курс, что это просьба вашего ведомства?
— Лучше не надо… только в случае крайней необходимости. Ну как я понял, ты согласен?
— Так точно, тщ капитан, — автоматически вылетело у меня.
— Вот здесь контакты, куда можно обращаться в случае чего, — и он протянул мне кусочек картона с напечатанными там тремя телефонами, — по первому номеру люди будут присутствовать круглосуточно, по остальным в рабочие часы. Ну мы обо всём договорились?
— Договорились, тщ капитан… но у меня тоже к вам встречная просьба будет, можно?
— Говори, конечно, рассмотрим.
— Есть в нашем доме такой участковый капитан милиции по фамилии Сизов…
— Встречался такой, когда на тебя материалы собирал, — ответил Крылов, — он, вроде, вменяемый, что с ним не так-то?
— Зуб у него на меня вырос, — хмуро пояснил я, — здоровенный и коренной. Цепляется по мелочам, обещает посадить в случае чего — почему и за что, я так и не понял. Прикроете меня, если вдруг что?
— Только если это не будет явным криминалом, — строго сказал мне капитан, — тогда конечно.
— А совсем хорошо бы было, если б его на повышение куда-то забрали, а к нам другого товарища в участковые определили, — мечтательно продолжил я свои хотелки.
— Подумаем, — озадаченно ответил Крылов, — значит, с завтрашнего дня берёшь под опеку этих двух американцев…
— Где хоть они жить-то будут, это не секрет? — решил уточнить я.
— Никакого секрета — в вашем же Сером Топтыгинском доме, там в двадцать втором подъезде есть служебная квартира, районные власти их туда и определили.
— А по-русски они как, понимают?
— Русский у них был вторым иностранным языком в миддл-скул, ответственные товарищи утверждают, что понимают они всё и говорить даже умеют по-нашему. А если что, пригодятся твои познания в английском.
Надо ж, и это они знают, удивился я, прежде чем задать следующий вопрос.
— А еду готовить кто им будет в этой ведомственной квартире? Или они сами на все руки мастера?
— Вот насчёт этого ничего не знаю, — вздохнул капитан, — на месте определятся… если что, так столовых вокруг вашего Топтыгинского дома целых три штуки.
— И почему они наш город вообще выбрали? В столицу же наверно должны были определить таких школьников…
— В Москву и Ленинград приехали по четыре человека, — ответил он, — а ещё шестерых решили распределить по регионам. Кроме нашего Энска ещё по паре школьников отправились в Новосибирск и Одессу.
— Одесса это хорошо, там море и тепло, — пробормотал я. — И последний вопросик тогда уж, — вопросительно посмотрел я на Крылова, — вы тут назвали это школьным обменом, а это значит, что и от нас туда кто-то должен поехать, верно?
— Это вторым этапом запланировано, — серьёзно сообщил мне капитан, — в начале следующего года. Ровно столько же, сколько к нам приехало. Контингент ещё не определён, если тебя этот вопрос интересует.
— Намёк понял, — отрапортовал я, — разрешите приступить к выполнению?
— Разрешаю, — милостиво согласился Крылов, открывая мне дверь машины, — приступай. И я очень тебя прошу, — оставил таки он последнее слово за собой, — больше чтоб никаких кладов и никаких червонцев возле тебя не было.
Я кивнул головой и вылез обратно к ободранному пионеру с трубой… ну что, приятель, мысленно сказал я ему, поработаем неплохо, начинается урок… а пионер так же мысленно мне ответил — сколько надо шлакоблоков, чтоб дворец построить в срок?
С Заводской улицы я немедленно направился на Лесю-Украинку, дабы поставить в известность Леночку, нам же вместе эту лямку тянуть предстоит. Она, на удивление, не сидела на этот раз на своём балконе, а наоборот играла в карты во дворе со своими подругами — Таню с Ирой я знал, четвёртая была незнакомая.
— Добрый день, девушки, — поприветствовал я их, плюхаясь на скамейку рядом, — возьмёте в игру молодого человека?
— В козла впятером не играют, — насмешливо ответила мне Лена, — так что можешь просто рядом посидеть.
— Какие новости? — спросила у меня Таня.
— Страшные и ужасные, — ответил я словами Винни-Пуха.
— У Ослика Иа хвост пропал? — включилась в игру Ира, маленькая и пухленькая брюнетка.
— Почти… — не стал продолжать этот ряд я, — завтра собрание перед школой, надо ж подготовиться, а у меня ничего не готово.
— Ловлю шамку шамком, — объявила Лена, выкладывая крестовую шестёрку поверх танюшиной крестовой дамы, — чипер вам, а итого 12:6, мы выиграли.
А потом она обратилась ко мне: — Я же вижу, что ты не в карты сюда пришёл играть — дело какое-то есть?
— Точно так, товарищ командир, — согласился я с ней, — есть дело, небольшое, но слегка конфиденциальное.
— Ну пойдём прогуляемся, — предложила она, — извините, девочки, я ненадолго.
И мы проследовали ко входу в Парк культуры, который примыкал к улице Леси Украинки.
— Ну рассказывай, — попросила она, когда мы купили по брикету сливочного мороженого (пломбира, увы, сегодня не завезли) и уселись на скамеечку напротив озера.
— Рассказываю, — ответил я, — доедая удивительно вкусный брикет, — к нам в школу… а если совсем точно, то в наш класс завтра определят двух иностранных школьников… руководство школы очень просит тебя и меня взять их, так сказать, под опеку.
— Очень интересно, — задумчиво отвечала Лена, доедая последние кусочки вафельной корочки, — и из какой страны эти школьники прибыли?
— Из Америки, Лена, из Америки, — вздохнул я, — из самого города Нью-Йорка.
— Это не шутка? — спросила она, внимательно смотря мне в глаза, — хотя да, вижу, что нет — шутишь ты по-другому. Ну давай тогда подробности — как зовут, зачем приехали, почему именно в наш класс?
— Давай я с конца начну — у них там в Штатах, оказывается, перепечатали ту самую статейку из «Заводчанина», вот они и наткнулись на неё, когда готовились к отъезду, дальнейшее, надеюсь, понятно — Американский посёлок, золото и всё такое. Едут они к нам в рамках потепления советско-американских отношений, программа новая такая, «школьный обмен» называется, в целях укрепления дружеских и добрососедских связей. А зовут их так — мальчика Макдональд… Джон, ну Ваня по-нашему, а девочку О’Хара…
— Скарлетт? — охнула Лена.
— Зачем Скарлетт, — не понял я, — Мэри её зовут… Мария то есть.
— Иван-да-Марья получается, — подытожила она. — Цветочки такие есть… да вон они возле озера растут, фиолетовые.
Глава 5
— Получается, как цветочки, как Иван-чай и Мать-и-мачеха, — пробормотал я и продолжил, — короче говоря, задание от вышестоящих товарищей для нас такое — чтобы ни один волос с их головы не упал в нашем не самом благополучном районе. Ну и чтоб они довольны пребыванием в СССР остались, но это не обязательная уже программа, а так сказать произвольная… если будут недовольны, но живы-здоровы, то и так хорошо.
— А ведь это не школа тебе такое дело поручила, — ответила Лена, задумчиво рассматривая свои накрашенные ногти, — а твои друзья с Голубева, правильно?
Не девка, а рентген, внутренне восхитился я, на три метра вглубь смотрит и всё понимает на лету, а вслух сказал так:
— Я тебе этого не говорил, а ты не слышала — такой вариант устроит?
— Вполне, — тихо ответила Лена, — давай теперь все подробности, это ж самое интересное…
Я вздохнул и вывалил всё, что мне капитан Крылов только что поведал.
— Я так понимаю, что в ближайшие полгода нам скучать не придётся, — резюмировала мою речь она.
— Не полгода, а четыре месяца, — уточнил я, — они до Нового года должны отъехать.
— Ну всё равно весело будет, — улыбнулась Лена. — А что, мне нравится такая работа… только бы они нормальными ребятами оказались, без вывертов. А то наркоманов каких-нибудь нам подошлют…
— Будем надеяться… в Америке же тоже не идиоты этой программой занимаются, уж наверно отсеяли проблемных товарищей на самых начальных этапах.
— Будем надеяться… — эхом ответила мне Лена, а потом неожиданно добавила, — раз уж такое дело, неплохо было бы приодеться к встрече таких дорогих гостей — знаешь, наверно, поговорку «встречают по одёжке».
— Знаю, — с некоторым усилием переключился на новое направление я, — давай так сделаем… мне надо сделать пару-тройку звонков нужным людям, а потом мы поедем или пойдём, зависит от того, что ответят нужные люди. Тебе родители денег-то на это дело выделили?
— А то как же, триста рублей, — похвасталась она.
— И мне пятьсот, наверно хватит на один раз, — вслух подумал я, — ну я пошёл звонить.
— Стой, телефоны ты помнишь? — схватила она меня за рукав.
— Да, конечно, на память не жалуюсь.
— Тогда не надо никуда идти, у Нинки телефон дома есть.
— И кто такая Нинка? — спросил я.
— Ну эта, рыженькая, с нами в карты играла. Живёт на моей лестничной площадке, только дверь напротив.