Заперев дверь в свою комнату, разлёгся на кровати и заглянул в меню.
У меня ещё двадцать две нераспределённые характеристики. Значит, формироваться надстройки будут тридцать четыре с половиной часа.
Не мало, так…
И эти тридцать четыре часа, хрен, куда выйду из своей комнаты. Ну, то есть, на кухню — понятное дело, придётся ходить. Да, и в туалет… А так-то можно и в ванну залезть…
В общем, хрен я куда выйду из дома.
Взбив подушку, чтобы была помягче, я устроился поудобней и открыл меню торговой площадки. Ну, сейчас, разберусь с ценами, и, скорее всего, хорошенько закуплюсь. Всё-таки, тысяча сто одиннадцать кредитов — это тысяча сто одиннадцать кредитов.
Первым же делом, ввёл в поиске «зелье возрождения».
Есть. Ровно один пузырёк — на всю торговую площадку. Ну, это не удивительно. Такое, всё-таки, предпочитают пить самостоятельно, а не выкладывать на аукцион. Аукцион на зелье возрождения, кстати, закончится через восемь часов. На нём всего четыре ставки, и цена в шестьдесят три кредита.
Я взял с тумбочки смартфон и выставил будильник за десять минут до контрольного времени.
Ни в коем случае, нельзя прошляпить такую вещь.
А я покопался в настройках торговой площадки и нашёл, что можно делать отложенную ставку, перебивающую любые следующие ставки на один кредит. Ну, пока кредитов в отложенной ставке хватает.
Тут же, открыл аукционы с самым скорым завершением и проверил это.
Сделал отложенную ставку в пять кредитов на лот «яблоко» и выиграл его за два кредита.
Ну, верно. Один кредит на лоте уже был, и моя ставка перебила предыдущую — ровно на один кредит.
Вроде, работает.
Следующие часы я лишь качал очки характеристик, ел и ковырялся в торговой площадке.
На этот раз, без покупок. Приценивался, хотя, разброс цен там был, конечно, всё ещё конский.
Например, сажа выставлялась на продажу, как и за один кредит, так и за сто восемнадцать. На что рассчитывает выставивший — не понятно. Очевидно же, что у него никто не купит…
Когда до конца аукциона оставалась меньше минуты, там было десять ставок, и цена — двести пятьдесят три кредита.
Да, это уже гораздо солидней, чем сто два кредита, за которые удалось урвать зелье в первый раз.
5…
4…
3…
2…
Я сделал отложенную ставку в тысяча сто десять кредитов. Поставил всё, что у меня есть, ведь пузырёк того стоит…
1…
Да!
Я выиграл лот шестнадцатой ставкой за сумму в семьсот семьдесят восемь кредитов.
Хм. Не я один такой хитрый. В последнюю секунду ещё пять человек сделали отложенную ставку. И самая крупная была в семьсот семьдесят семь кредитов. Вот только, удачи поставившему не принесла.
Я достал из инвентаря уже знакомый мне пузырёк, покрутил в руках, и всмотрелся в описание:
Зелье возрождения.
Действие при приёме:
Игрок мгновенно воскресает после смерти. Убираются все негативные эффекты за весь прошлый период жизни.
Да, всё верно. Это оно.
Откупорив зелье, я без всяческих сомнений опрокинул жидкость себе в рот.
Использовано «зелье возрождения».
После смерти Вы мгновенно воскреснете. Все негативные эффекты за весь прошлый период жизни будут убраны.
Ну, вот, и отлично!
Не жалею ни единого кредита, что потратил на зелье! А кредиты я ещё смогу заработать. И с этим зельем, сделать это будет гораздо безопасней…
Я попросил народ меня не беспокоить и, стоит отдать им должное, меня не беспокоили.
Нашими новичками занимался Серафим. Так сказать, показал, что, как.
Уже ближе к ночи, когда Серафим вернулся домой, рассказал, что они все вместе посидели у Натальи, поужинали, но не отмечали. Отметить пополнение посёлка решили позже, когда я освобожусь.
Даже как-то тепло на душе стало, что решили без меня праздник не устраивать. Так что, вернулся к себе в комнату я с приподнятым настроением.
Всю ночь я вставал по будильнику и бегал на кухню отъедаться. Да, и весь следующий день тоже тусил, в основном, на кухне. А в перерывах между постоянными приёмами пищи, копался на торговой площадке — пытаясь найти что-нибудь годное за дёшево, ну, и попутно разбираясь в ценах.
За это время, я выцепил один слиток оркиша — за тридцать четыре кредита, одну тёмную пыль — за сорок четыре, семь коцентрата энергии — по десять кредитов за штуку, а также, ящик для игровых вещей — на пятьдесят ячеек.
Всё это ингредиенты для моего рецепта А-грейда. Ну, кроме ящика, понятное дело.
Мог бы помониторить торговую площадку ещё и докупить всех ингредиентов, но я слил почти все свои кредиты. Осталось, всего, тридцать четыре штуки.
Лишь поздно вечером, последнее очко характеристик стало очком действия. Я лежал на кровати, и бездумно смотрел на узоры люстры над головой.
Не то чтобы я как-то сильно устал, нет. Просто, вместо катарсиса оттого, что мой боевой потенциал наконец-то на своём максимуме, получил, почему-то опустошение.
Вернее, я, всё-таки, устал. Но не физически, а морально. Слишком многое на меня навалилось в последнее время, и через слишком многое за это время я прошёл.
Всё быстро, всё бегом — без времени на какие-то рефлексии и осознания. А тут, на тебе — больше суток валяюсь в кроватке и не рискую своей жизнью, вот организм, наверное, и раскис.
Хотел было позвонить Насте и организовать какое-нибудь экспресс-свидание, но передумал. Вряд ли свидание пройдёт как надо, если Настя будет лицезреть мою кислую морду. Так что, я просто пожелал ей спокойной ночи, а всё остальное решил перенести на завтра…
Проснулся я оттого, что солнце найдя лазейку между шторами, стало нещадно бить меня по глазам — прямо сквозь веки.
Я открыл глаза, потянулся и прислушался к себе.
Вчерашней хандры как и не бывало. Наоборот, я бодр и полон сил. Похоже, мне просто надо было хорошенько выспаться.
Тут же открыл меню характеристик и, прямо-таки, залюбовался цифрой «пятьдесят один» напротив очков действия.
Да, остальные цифры совершенно не радовали. Ну, да и ладно. Это мелочи.
А вот не мелочи — это то, что я, теперь, целых двадцать пять секунд могу быть настоящей машиной для убийства. Причём, практически, неуязвимой!
Ну, это в идеальных условиях — когда на врага я буду тратить не больше секунды. Но, даже десять секунд такого игрового «режима бога» — это супер!
Одевшись и заглянув в санузел, я спустился вниз. Там, на кухне, уже что-то стряпал Серафим. Когда я спустился, он, как раз, зажигал конфорку.
Обернувшись на мои шаги, он махнул мне рукой:
— Доброе утро.
Я приподнял в ответ свою руку — ладонью вперёд:
— Доброе. — И кивнул на плиту. — Чего там колдуешь?
Мужчина чуть подвинулся, чтобы я смог рассмотреть содержимое сковородки.
— Завтрак варганю.
На сковородке была навалена вчерашняя гречневая каша.
Это, он хочет её разогреть на завтрак?
Эх! А так хочется яишенки…
В голову пришли воспоминания по торговой площадке. Я там частенько встречал всяческую еду. Вернее, те или иные растения и плоды, которые привычны именно для приёма в пищу. Вряд ли это были какие-то ингредиенты.
Ну-ка!
Я залез в торговую площадку и ввёл в поиске «куриное яйцо». Блин, есть. Не так, чтобы много, но лотов десять имеется.
Дай-ка попробую…
Я купил четыре яйца по кредиту за штуку и, замерев, достал их из инвентаря.
Блин, работает!
На моей ладони оказалось четыре яйца — среднего размера, три беленьких и одно коричневое.
Я протянул их Серафиму:
— А, можешь забабахать нам яичницу? Ну, или омлетик.
Мой товарищ отложил в сторону деревянную лопатку и с удивлённым лицом забрал у меня яйца.
— Откуда они у тебя?
— На торговой площадке только что купил.
Серафим развёл руки в стороны:
— А, там и еда есть?
— Ну, как видишь, уже появилась. Сейчас, попробуем, съедобная ли.
Кузнец выгнул бровь дугой:
— А, не боишься пробовать?
Я же мотнул головой:
— Не. У нас же, теперь, хитпоинты. Даже если что-то пойдёт не так, можно будет зельем жизни залиться. Но я сомневаюсь, что придётся это делать.
Серафим хмыкнул:
— Это любопытный момент. Если можно будет покупать продукты так, то это сильно облегчит нам жизнь.
Отойдя к столу, я присел на одно из кресел, и облокотившись на спинку, ответил:
— Это дорого. Четыре яйца за четыре кредита. Этим мы с тобой даже не наедимся. А, сколько нужно на весь посёлок? И сколько кредитов уйдёт на обед… на ужин? Кредиты очень трудно даются, чтобы их так разбазаривать. Возможно, потом, если цены на продукты на торговой площадке упадут — ну, например, до кредита за десяток яиц, тогда, другой разговор. Но, пока что, это лишь нам на пробу — можно ли это, вообще, есть.
Серафим перевёл взгляд на яйца в своих руках:
— Ну, давай попробуем.
Серафим сидел напротив и смотрел, как я отрубаю вилкой краешек белка от своей порции яичницы и закидываю этот кусок себе в рот.
Я только вилку ото рта отнести успел, как он тут же спросил:
— Ну, как?
Я тщательно прожевал, проглотил и пожал плечами:
— Вкусно.
— Жизнь падать не начала?
Нарушая вилкой целостность желтка, чтобы он растёкся по прожаренной белковой части, я покачал головой:
— Неа.
И закинул себе в рот следующий кусок.
Серафим хмыкнул, взял в руку вилку, и поковыряв немного глазунью, тоже съел кусочек:
— А, вкусно!
— Ну, я так и сказал. Вообще, это новость хорошая.
— Ты ж говорил, дорого.
— Дорого. Но если ты застрял где-нибудь, и у тебя нет еды, то, прямо, на месте, можно купить её на торговой площадке. Это удобно.
Серафим отправил себе в рот ещё один кусок яичницы и кивнул:
— Кстати, на счёт где-нибудь застрять — пора бы нам всем уже заняться прокачкой.