Тропинку в лесу нашёл. А по тропинке, слышит, бежит кто-то, копытцами постукивает… Антилопа! Увидала мальчика, остановилась. Аджао улыбнулся и уступил антилопе дорогу.
Антилопа постояла, поглядела на Аджао и спрашивает:
– Кто ты такой и куда идёшь?
Оробел Аджао, ведь прежде он и не знал, что антилопы разговаривают.
– Я человек, – ответил Аджао. – Я многое умею: и воду носить, и лепёшки печь… Скажи, антилопа, эта тропинка приведёт меня в красивый город с башенками?
– Не ходи туда, – говорит антилопа. – Ведь город, о котором ты говоришь, не простой, а волшебный.
– Волшебный? – Аджао даже рот от удивления открыл.
– Живут там не люди, а звери. Так что возвращайся туда, откуда пришёл, – говорит антилопа. – И о тропинке этой никому не рассказывай.
Растерялся Аджао, не знает, что делать. Назад идти не хочет, а вперёд боится. Сел под дерево, задумался… И решил всё же попытать счастья. Дождался наступления ночи и отправился в город. Вот уже и башенки показались. Неподалёку от башенок увидал полянку. Там у костра звери собрались – и те, что охотой живут, и те, что траву и листья жуют.
«Странное дело, – думает Аджао, – прежде я и не знал, что жирафы с котами дружат и что ежи слонов не боятся».
Мальчик осторожно подошёл поближе, спрятался за дерево. Видит, обезьяна несёт охапку прутиков, срезанных с какого-то незнакомого куста. Вот слон взял один из прутиков. Кри-кранх! – с треском сломал его и… хижина на окраине города под радостные крики зверей превратилась в роскошный дворец! Но не успел Аджао получше рассмотреть его, как слон бросил прутик на землю и дворец исчез, а на его месте возникла хижина, та же, что и прежде.
Аджао перевёл дух.
– Теперь мой черёд колдовать! – услыхал он знакомый голос антилопы. Одним грациозным движением антилопа сломала прутик… Кри-кранх! – перед антилопой появился мешок, доверху набитый перьями всех цветов радуги и яркими затейливыми украшениями. И снова – не успел Аджао получше рассмотреть содержимое мешка, как антилопа бросила прутик на землю – и мешок со всем его добром исчез. Словно и не бывало его!
Всю ночь наблюдал Аджао за тем, как колдуют звери. Он устал, его уже не восхищали ни украшенная орнаментом глиняная посуда, ни искусно вырезанные из дерева маски и амулеты, ни россыпи диковинных камней, которым, казалось, не было числа. Он думал о еде, так сильно мучил его голод. За весь день, что Аджао скитался по лесу, во рту у него не было даже маленького кукурузного зёрнышка. Жадно глядел он на наколдованные зверями лакомства – сладкие бананы, огромные кокосы и пахнущие мёдом финики…
«Поскорее бы пришло утро! – думал он. – Когда звери уйдут, я тоже, по их примеру, стану колдовать».
К утру костёр догорел и звери – один за другим – ушли в город. И тогда Аджао вышел на полянку, поднял с земли волшебный прутик и бросился бежать.
«Только бы звери не пустились в погоню!» – с ужасом думал он.
Долго бежал Аджао по лесу. Но вот остановился, закрыл глаза и подумал о тыквенных лепёшках, которые его прежние хозяева ели, макая в мёд. Потом осторожно отломил от волшебного прутика кусочек…
Кри-кранх! Перед ним оказалась полная миска тыквенных лепёшек, щедро политых мёдом.
С того дня Аджао решил остаться в лесу. Он больше не ходил голодным. А его волшебный прутик незаметно делался всё короче.
Когда Аджао понадобился новый прутик, он снова отправился в волшебный город. Голод страшил его больше, чем гнев тех, чей секрет он ненароком узнал.
Аджао дождался ночи, и знакомая тропинка привела его к знакомой полянке. Он снова увидал костёр и зверей, собравшихся вокруг костра. Правда, на этот раз это были другие звери: леопард, кролик, собака и огромная, размером с кошку, лягушка.
Аджао на этот раз не удивился столь невозможной, на первый взгляд, дружбе зверей. И правда, зачем хищникам нападать на кого-то, если еды они могут наколдовать сколько угодно?
Как и в прошлый раз, мальчик, спрятавшись за дерево, с любопытством наблюдал, как звери поочерёдно ломают прутики и перед ними вырастают горы драгоценных безделушек, богатой утвари, а главное, лакомой пищи. Так же, как и в прошлый раз, звери, насытившись и налюбовавшись наколдованными богатствами, бросали прутики на землю – и все излишки немедленно исчезали, будто их и не было.
Однако присутствие Аджао на этот раз не осталось незамеченным.
– Пахнет чужаком, – неожиданно сказала собака. Обежав вокруг костра, она направилась к дереву, за которым прятался мальчик, облаяла его и позвала могучую гориллу.
Та, крепко ухватив Аджао за руку, вывела его на полянку. Звери заволновались.
– Он узнал о нашей волшебной тропинке! – возмутилась лягушка. – Надо бросить его в болото!
– Нет, под ноги слону! – сказал кролик.
– Погодите, мы ещё не узнали, кто он такой, – недовольно проворчал леопард. – Пусть незнакомец ответит, не он ли украл у нас волшебный прутик?
Аджао стоял, низко опустив голову, и молчал.
На полянке стало шумно. В городе начали просыпаться и другие звери. Они толпой высыпали на полянку.
Аджао поднял голову.
– Я с ним знакома, – услыхал он голос антилопы. – Это человек, и он умеет улыбаться. И он, должно быть, храбрый, раз не побоялся забраться в самую гущу леса. Да, он разведал секрет нашего колдовства. Но может быть, и он нас чему-то научит?
– Посмотрим, что он наколдует, – сказала обезьяна и, гримасничая, протянула Аджао волшебный прутик.
Аджао набрал побольше воздуха в грудь и подумал о сладких тыквенных лепёшках, политых мёдом… Затем с хрустом сломал прутик. Кри-кранх! – и все увидели огромное блюдо, до краёв наполненное ароматным мёдом. В центре блюда красовались круглые, как солнышко, тыквенные лепёшки.
Антилопа съела одну.
– Неплохо для начала, – сказала она мальчику.
– Дай попробовать и мне, – протрубил слон. Он осторожно обхватил мальчика своим огромным хоботом и поднял повыше, чтобы получше рассмотреть.
Аджао улыбнулся и протянул слону лепёшку.
– А он добрый, этот человек, – сказал слон.
– И к тому же смелый, – сказал кролик.
– И красивый, – добавила, отведав лакомство, лягушка.
До самого утра Аджао ломал прутики, наколдовывая зверям то затейливый пирог с финиками, то печёный батат. И когда взошло солнце, в городе не осталось никого, кто ещё не отведал угощения Аджао и кому бы Аджао не нравился.
Когда рассвело и костёр догорел, слон бережно опустил Аджао на землю.
– Пусть он живёт и колдует с нами!
– Что вы скажете на это, братья? – обратился к толпе леопард.
Звери посовещались и решили: пусть человек по имени Аджао с этого дня живёт в волшебном городе. А потом попросили Аджао научить их всему, что знает и умеет человек, – разумеется, работящий человек, а не лентяй.
Каждый день Аджао давал зверям уроки. Он рассказывал, как люди добывают огонь: не волшебством, а с помощью кремня – двух камней, высекающих искры. Он говорил о ткачах, которые выделывают нарядные ткани из волокон высушенных пальмовых листьев. И о том, как они раскрашивают эти ткани, окуная их в краску, приготовленную из сушёных червяков, скорлупы орехов и коры деревьев. Он вспомнил и о том, как люди плетут из прутьев – обыкновенных прутьев! – много полезных вещей: от корзин до домашней мебели.
Рассказал Аджао и об опасностях, которые человек несёт звериному племени: о луках и стрелах, копьях и ножах, – и объяснил, как избегать силков и ловушек, которые придумали охотники.
Несколько лет юноша жил со зверями в волшебном городе и, когда наступал черёд праздникам, веселился и танцевал вместе со всеми. Но время шло, и звери заметили, что в самый разгар веселья Аджао стал уходить в лес. Он забирался на высокое дерево и глядел на свою бывшую деревню.
Долго Аджао тосковал. И однажды решил вернуться к людям.
Услыхав об этом, звери огорчились. Они стали уговаривать Аджао остаться. Но тут слово взял лев, тот, чьё мнение особенно ценят в зверином мире.
– Аджао человек, – сказал лев, – так пусть он вернётся к людям и найдёт себе жену, заведёт семью, ведь это наверняка сделает его счастливым.
Звери, подумав, согласились. Они проводили Аджао до края леса и дали ему с собой несколько волшебных прутиков.
– Они могут тебе пригодиться, – сказал слон.
– Не рассказывай о нас никому, – попросила антилопа. – Не предавай нас!
Так Аджао вернулся в родную деревню. Выбрал себе свободный участок земли, сломал волшебный прутик… Кри-кранх! – перед ним выросла новая просторная хижина… Кри-кранх! – в хижине появились нарядные циновки, мягкие подушки, красивая посуда и вкусная еда.
Люди в деревне стали завидовать Аджао.
– Где он пропадал столько времени? Как сумел разбогатеть? – спрашивали одни.
– Аджао – вор! – кричали другие.
– И при этом он заглядывается на дочку вождя! – возмущались третьи.
И вот однажды люди схватили Аджао и повели к старейшинам племени.
– Откуда у тебя эти богатства? – спросил старейший из старейшин.
Задумался юноша. Правду скажешь – никто не поверит. Да и как нарушить слово, данное антилопе?..
Ничего не стал объяснять Аджао людям, промолчал о волшебном городе. И люди наказали его, побили палками, отобрали у него хижину и всё, что в ней было. Даже прутиков, секрет которых никто в деревне не знал, люди ему не оставили – сожгли как ненужный хлам. Делать нечего, пошёл Аджао обратно в лес.
Когда звери узнали от Аджао, что люди считают его вором, они тут же устроили сход на полянке вокруг костра: долго кричали, мычали, мурчали и спорили. А потом разрешили Аджао открыть людям секрет волшебных прутиков. Лев сказал:
– Пусть люди знают, какой силой владеет звериное племя!
На следующее утро Аджао вернулся в деревню. Он взял с собой волшебный прутик, но на этот раз не стал колдовать, а сразу отправился к вождю.
– Ударь в барабан, собери людей – пусть все узнают, как я добыл своё богатство.