Наконец, рабочий день подошёл к концу. Офис опустел. И даже Борисыч решил не задерживаться, но перед этим, конечно, ещё раз заглянул к нам в отдел. Я не успел закончить правки, о чём, разумеется, его предупредил. Сказал, что доделаю вечером, и к утру всё точно будет готово в лучшем виде.
Перебирая в руках яркие листы с только что распечатанными Ритой моделями, директор повздыхал, потом ещё раз похвалил мою коллегу и окончательно покинул офис.
А мы остались одни. Молча переглянулись и продолжили работать.
— Дай мне пять минут, — предупредил я, когда Рита начала прибираться на своём столе.
Сохранил открытые документы, достал флешку, чтобы скопировать на неё файлы и спокойно доделать оставшуюся работу дома.
— Переговорная! — прошептала Рита, будто нас мог кто-то услышать, подняла руки и, закусив нижнюю губу, грациозно выгнулась в кресле, словно большая кошка. Закрыв глаза, она издала протяжный стон и добавила: — Наконец-то!
❖ ❖ ❖
Щёлкнул замо́к двери и запер два возбуждённых тела в комнате с большим овальным столом и множеством стульев, расставленных вокруг него. Но пока я этого не видел. Стоя лицом к стене из матового стекла, что отгораживала помещение переговорной от остального офиса, я отнял руку от только что запертой мной двери.
Рита уже открыла окно, из которого доносился монотонный шум дождя и редкие отдалённые раскаты грома, разбавляемые шумом проезжающих по улице машин. Свет мы не зажигали. И сейчас переговорную наполнял полумрак, скрывая детали. А я представлял, насколько притягательнее станет от этого силуэт девушки, затаившейся где-то позади меня.
На мою грудь легли две ладони, а к спине прижались упругие холмы. Пальцы Риты ловко расстёгивали пуговицу за пуговицей на моей рубахе. Я чувствовал затылком её разгорячённое дыхание. Закончив с рубахой, руки скользнули на пояс и играючи справились с бляшкой ремня, а затем ладошка пробралась сквозь расстёгнутую ширинку и крепко сжала мой набухающий член.
— Ты тоже по мне скучал? — прошептала Рита.
— Ещё как! — ответил я и развернулся к ней лицом.
Мои губы впились в сладкие губы Риты. Руки торопливо расстегнули кнопки на её блузке, и та полетела на стол. Настойчивый язык девушки грубо проникал в мой рот.
Прогремел гром, и под окнами завыла сигнализация припаркованной машины.
Прервав поцелуй, я опустился на колени и одним движением стянул с Риты юбку. Она приподняла ногу, и тыльная сторона её бедра оказалась во власти моих губ. От самой коленки и до тёмного треугольника, прикрытого белой ажурной тканью нижнего белья, нежную кожу стали покрывать мои поцелуи. Я знал, как это заводит Риту.
Она простонала и запустила пальцы в мои волосы. Прижала к себе мою голову. Мягко начала массировать мне затылок кончиками своих пальцев, отчего по моей шее и плечам прокатилась приятная волна мурашек.
— К чёрту эти прелюдии! — сдавленно произнесла Рита и, обхватив мои скулы, потянула вверх, заставляя меня снова подняться. И как только я встал, окончательно освободилась от надоевшей за день узкой юбки, а затем присела и стянула с меня брюки вместе с трусами. — Рубашку оставь.
Оттолкнув от себя ногой упавшие к щиколоткам брюки, я подхватил Риту под зад, сжимая пальцами её упругие ягодицы, поднял и усадил на край стола.
— Давай уже. Я хочу тебя! — шептала она, часто дыша мне в лицо.
От поцелуев её губы стали мокрыми и очень горячими. Рита снова пыталась куснуть меня, а её тонкие пальцы царапали длинными ухоженными ногтями спину под свободно висящей на мне рубахой. Заведённая девушка вела себя словно капризная кошка, которую долго не гладили, и теперь настойчиво требовала ласки.
Запустив пальцы под резинку её ажурных трусов, я слегка потянул вниз. Упираясь отведёнными за спину ладонями, Рита поёрзала попой на столе, помогая мне не испортить красивое нижнее бельё. И через пару секунд её белые трусики повисли на моём указательном пальце. А стоящий колом член упёрся во влажный бутон её губ.
— Надевай! — требовательно прошептала Рита и протянула мне уже распакованный презерватив.
Она жадно смотрела на мой о́рган. Пальцы её освободившейся руки легли на живот, спустились к промежности, нежно коснулись входа и, заблестев от смазки, круговыми движениями принялись ласкать чувствительный бугорок. Из приоткрытых губ Риты вырвался сладостный стон.
Легко раскатав кольцо по стволу, я приподнял ногу Риты и коснулся головкой её влажных губ. Провёл вверх, затем вниз, размазывая скользкую влагу между горячих складок. И подхватив под коленку вторую ногу, плавно вошёл. Рита довольно простонала. Сдвинулась назад, немного выпуская из себя член, а потом насадилась ещё глубже, и из неё вырвался новый, более громкий стон.
В едва освещённой комнате, наполненной шумом дождя, стали различимы звуки ритмично выдыхаемого через рот воздуха. Наши движения становились интенсивнее. Всё чаще раздавались негромкие шлепки.
— Да, оттрахай меня! Как… как… — Рита не смогла договорить.
Её дыхание сбилось, тело задрожало, а колени крепко сжали мои рёбра. Она плотно стиснула губы, стараясь не закричать. А я лишь стал двигаться плавнее, продлевая её удовольствие. Я ощущал, как Рита, пульсируя, сжимает меня изнутри, с каждым разом всё слабее и слабее, пока волны первого оргазма не отпустили её.
— Чёрт! Как же это охренительно! — улёгшись спиной на стол, произнесла она, громко сглотнула и шумно выдохнула. За окном раздался треск, а следом громыхнуло так, что, казалось, завибрировал даже стол. — Ого! Ещё! Прошу, не останавливайся! — умоляла меня Рита, наминая ладонью свою грудь через тонкую ткань белого лифа.
Но я резко вышел из неё. Медленно опустил ноги девушки. Потом энергично перевернул её на живот, смачно шлёпнул ладонью по голой попе и, снова задрав одну ногу, уложил коленом на стол.
— М-м… — удивлённо простонала девушка. — Возьмёшь меня сзади?
Я пристроился и резко вошёл на всю глубину. От неожиданности Рита вскрикнула и приподнялась на локтях, чтобы ей было удобнее двигаться в такт со мной.
Крепко сжимая обеими руками талию Риты, я продолжал наращивать темп, чувствуя, как раз за разом упираюсь головкой, растягивая жаркую узкую киску. Рита была сильно возбуждена, и теперь это доставляло ей ещё большее удовольствие. Переговорная окончательно утонула в мокрых звуках страстного секса и липких шлепках друг о друга наших вспотевших тел.
— Вместе! Сделаем это вместе! — стараясь не говорить громко, шумно выдыхала по слогам Рита в такт нашим движениям. — Я хочу чувствовать, как ты кончаешь!
Через несколько секунд Риту накрыл сильнейший оргазм. Сдвинув ладонь ниже, я с силой сжал ягодицу, продолжая входить на всю глубину. А немного позже достиг пика и сам.
Всё ещё продолжая находиться головкой в Рите, я заставлял член вздрагивать. А Рита, распластавшись на столе, каждый раз вздрагивала в ответ, шумно втягивая в себя воздух.
— Хватит… Всё… Остановись уже, — просила она, но я знал, что ей это нравится. — Я же потом не остановлюсь! А ты не доделаешь свою работу.
Я замер, а потом медленно вынул свой член. Пошире раздвинул пальцами упругие полушария ягодиц, и несколько раз провёл головкой между широко раскрытых лепестков, наблюдая, как между ними и моим членом натягивается ниточка густой смазки.
— С ума сойти… — произнесла Рита.
Наклонившись к девушке, я прижался пахом к её влажным ягодицам. Поцеловал лопатки, сверху вниз осы́пал поцелуями ложбинку над позвонками. А потом прошёлся по ней обратно наверх мокрым кончиком языка, вызвав волну мурашек по всему телу Риты.
— Артём, — прошептала она, лёжа на твёрдом, неудобном столе с закрытыми глазами. — Я тебя обожаю…
Мы так и не сняли её бюстгальтер. Но теперь это было неважно. Мысли о сексе на протяжении второй половины дня так возбудили девушку, что никакие другие ласки даже не понадобились. Но Рита любила, когда я целую её грудь, даже больше, чем шею. Кажется, она любила вообще всё, что я с ней делал. И мне это тоже нравилось.
Подобрав с пола свои брюки, я стал не спеша одеваться. Рита лениво слезла со стола, схватила кружевные трусики и, глядя на меня, медленно наклонилась, по очереди просунула в них обе стопы и ловко натянула на бёдра. Она выдернула большие пальцы из-под резинки трусов, и полоска ткани издала едва слышный шлепок по влажной от пота коже.
Рита подошла ближе к открытому окну, через которое с улицы задували порывы ветра. Они приносили с собой мелкие капли дождя, блестящими точками ложащиеся на белый подоконник. А я любовался фигурой моей девушки: в меру широкими бёдрами, сочной круглой попкой, изящной талией и узкими, хрупкими плечами. Подняв руки, Рита вынула из пучка на голове тонкие палочки, распустила волосы, и они широкими волнами легли на её плечи.
— Скажи, я тебе нравлюсь? — вдруг спросила она.
— Очень нравишься, — сказал я и подумал о причине такого вопроса.
— Говори мне это почаще.
Глядя на меня, Рита втянула нижнюю губу и сжала её зубами.
— А это точно неопасно? — сделав долгую паузу, шутливо спросил я.
— Нет, конечно! Глупый… — усмехнувшись, ответила Рита.
Что именно она имела в виду, я не понял. То, что происходило между нами, вряд ли можно было назвать любовью. Мы не ходили на свидания и вообще почти не проводили время вместе, не считая работы. Но Рита мне нравилась. Однако переводить отношения на другой уровень я совсем не спешил, как, впрочем, и она.
Я подошёл ближе к окну, застёгивая последние пуговицы на рубахе. Гроза, похоже, закончилась, но дождь даже не думал прекращаться. Всё ещё лил как из ведра. А небо всё так же застилали тёмно-синие тучи. Это надолго.
— Тебя не продует? — спросил я, кивнув на приоткрытое окно.
Улыбаясь, Рита лишь отрицательно помотала головой.
Остатки дневного света, пробивающиеся сквозь плотные тучи, бликами играли на её щеке. Природа наградила Риту крупными чертами, но аккуратным овалом лица и узким, немного заострённым подбородком. Очаровательные складки по бокам рта, становящиеся тем отчётливее, чем шире улыбается Ритка, сейчас были особенно заметны из-за игры теней. Вздёрнутый кончик носа и широкие ноздри. Широкие брови, плавно изгибающиеся над холодными серо-голубыми глазами. В слегка оттопыренных ушах висят золотые серёжки в виде соединённых между собой вытянутых капель, которые мелко покачиваются при каждом движении головы.