Венецианский посол Марко Фоскарини, посетивший Москву в середине XVI столетия, писал, что русская артиллерия «в достаточном количестве снабжена бомбардирами, превосходно устроена, обучена и постоянно упражняется… Она снабжена всевозможными боевыми снарядами, какие имеются в настоящее время и у других государей»[46]. Аналогично мнение и английского посла Джильса Флетчера, побывавшего в Москве позднее — в 1588–1589 гг.: «…ни один из христианских государей не имеет такого хорошего запаса военных снарядов, как русский царь»[47].
Иван Грозный широко применял артиллерию во всех своих войнах и походах. В осаде Казани в 1552 г. участвовало 150 огнестрельных орудий. Летописи сохранили нам названия некоторых из них: «…имя одной „Кольцо", а другой имя „Ушатая", и огненные пушки и пищали, тако же и „Змей Свертной" и „Змей Летячей"»[48].
В Ливонской войне 1558–1583 гг. также активно использовалась артиллерия — в том числе много орудий, отлитых Андреем Чоховым. Иван IV, писал Карл Маркс, «был настойчив в своих попытках против Ливонии; их сознательной целью было дать России выход к Балтийскому морю и открыть пути сообщения с Европой»[49]. Война эта окончилась неудачно для Московского государства, чему способствовала неблагоприятно сложившаяся международная обстановка, серьезные внутриполитические трудности. Однако победоносные сражения, проведенные русскими войсками, навсегда останутся в памяти потомства. Ливонский поход 1558 г., взятие Полоцка в 1563 г., героическая оборона Пскова 1581–1582 гг. — во всех этих битвах участвовала артиллерия, на вооружении которой находилось несколько десятков типов и калибров огнестрельных орудий.
Основными типами огнестрельных орудий во времена Андрея Чохова были:
1) орудия небольшого калибра, предназначенные для прицельной стрельбы с ложа из-за ограды-«тына», потому и получившие название затинных пищалей;
2) пушки, которые в источниках того времени именуются пищалями; в отличие от затинных пищалей они устанавливались на колесный лафет, имели значительно больший калибр и предназначались для поражения удаленных на большое расстояние целей; калибр изменялся в широких пределах — от 100 г. до нескольких пудов;
3) мортиры и гаубицы, которые в России называли верховыми, или верхними, пушками, а также просто пушками, — это были короткоствольные, заряжавшиеся с дула орудия, предназначенные для ведения навесного огня; калибр их велик: от одного до нескольких десятков пудов;
4) орудия для стрельбы картечью — «дробом», предназначенные для прицельного огня по живым целям на близких расстояниях, в Московском государстве эти орудия называли тюфяками; из тюфяков можно было стрелять и каменными ядрами, в этом случае они превращались в мортиры;
5) казнозарядные орудия небольшого калибра — кованые или сварные, они назывались скорострельными пищалями;
6) многоствольные орудия — сороковые пищали, или органки, калибр которых доходил до 3 гривенок (=1200 г).
Тело артиллерийского орудия во времена Андрея Чохова, как и позднее, делилось на три части: дульную, вертлюжную и казенную. На дульной части отливали орнаментальные фризы-«пояса»; между ними находилась литая или чеканная надпись, сообщавшая сведения о времени изготовления пушки и о ее мастере. В средней части орудия размещены цапфы-«вертлюги», с помощью которых пушку устанавливали на лафете-«станке». Здесь же — две гладкие или фигурные скобы — «дельфины» или «уши»; с их помощью можно было поднимать и перемещать орудие. Задний срез казенной части орудия назывался «тарелью», а прилив в центре тарели — «винградом». Как тарели, так и винграду нередко придавали фигурную форму.
Артиллерия Московского государства рано выделилась в самостоятельную войсковую единицу[50]. Уже в 1538 г. в разрядных книгах упоминаются воеводы «у наряда». Во времена Андрея Чохова бытовало уже несколько форм организации артиллерии, отличавшихся по назначению, а также по размерам и количеству орудий.
Отдельным войсковым подразделениям-полкам придавались артиллерийские орудия небольшого калибра — с ядрами от 100 до 800 г. «Полковой наряд» непосредственно участвовал в сражениях в строю общевойсковых подразделений. Он сопровождал войско в походе. Для этого полковые пищали устанавливали на лафеты-«станки», снабженные двух- или четырехколесными повозками.
Другая задача ставилась перед крепостным нарядом. Так назывались артиллерийские подразделения, призванные защищать города от вражеских нашествий. Основу крепостного наряда составляли орудия среднего и малого калибра — «полуторные пищали».
В особенно важных для интересов страны походах принимал участие «большой государев наряд», состоявший из крупнокалиберных орудий. Изготовлением таких орудий и прославил свое имя Андрей Чохов.
В 70-х годах XVI в., готовясь к новому походу в Ливонию, Иван Грозный решил значительно повысить мощь осадной артиллерии. В осаде Полоцка в 1563 г. участвовало лишь четыре стенобитных орудия. Между тем эффект от их применения был колоссальным. Тогда-то московский Пушечный двор, только-только отстроенный после опустошительного набега крымского хана Девлет-Гирея на Москву в 1571 г., получил задание изготовить несколько тяжелых стенобитных орудий. Работами руководил Андрей Чохов, который к тому времени сумел занять ведущее положение среди московских литцов.
Первая из известных нам осадных пищалей Андрея Чохова — «Лисица» — была отлита мастером в 1575 г. Орудие это не сохранилось. В конце XVII столетия оно стояло на Лучинской башне смоленского кремля, сведения о нем и попали в опись смоленского наряда, которую мы неоднократно цитировали. Вот что записано в ней: «На Лучинской башне в верхнем бою: пищаль медная русского литья, прозвание ей „Лисица", в станку на колесах, ядром 12 гривенов (=4800 г), длина 5 аршин без дву вершков (=346 см), старого смоленского наряду. На ней вылит орел двоеглавой, на верху три травы, на ней же две личины звериные. У казны и подле личин и у дула травы. У дула ж вылита лисица, ниже уха подпись русским письмом: «Делана сия пищаль „Лисица" в лето семь тысяч восемьдесят третьего, делал Андрей Чохов». Позади за казною вылито шесть репьев. Весу ей не написано. К ней 100 ядер»[51].
В том же 1575 г. Андрей Чохов изготовил еще одно стенобитное орудие, размерами поменьше. Ядро у него было в 10 гривенок (= 4000 г). Называлось орудие «Собака». В XVII в. оно стояло в Белгороде — упоминания о нем можно встретить в нескольких переписных книгах городского наряда[52].
В конце 1576 — начале 1577 г. Андрей Чохов отлил большую пушку, получившую название «Волк». Длина этого орудия 498 см. Диаметр ствола постепенно увеличивается от 48 см у дула до 60 см у казенной части. О весе ядер, которыми «Волк» стрелял, сведений у нас нет, но его калибр в абсолютных размерах составляет 18 см[53].
Ствол пушки богато орнаментирован. Дульная и казенная части покрыты причудливо переплетающимися травами. Дуло пушки как бы выходит из широко раскрытой пасти волка, уши которого небольшими рожками торчат в разные стороны. Другая волчья голова с оскаленной зубастой пастью прилита к тарели вместо винграда. Художественное убранство пушки удачно довершают два дельфина, словно только что выскочившие из воды. Позади дельфинов четким уставным кирилловским письмом отчеканена надпись: «Божиею милостию Иван, царь и великий князь, государь всея Русии. Пищаль Волк. Делан в лето 7085. Делал Ондрей Чохов».
Зимой 1577 г. Андрей Чохов изготовил колоссальную пищаль «Инрог», которая в свое время была самой большой пушкой русской осадной артиллерии. Ее длина 516 см, калибр — 21,6 см. Орудие стреляло ядрами весом 27,2 кг. Весит «Инрог» 7434 кг[54].
Известны и более крупные артиллерийские орудия — «Кашпирова пушка», «Павлин» Степана Петрова, «Царь-пушка» Андрея Чохова. Но все это — мортиры, «верховые пушки». «Инрог» же — пушка в полном смысле этого слова. Отношение длины ее к калибру составляет 24,5.
Орнаментирован «Инрог» скромнее, чем «Волк»: лишь самый конец дульной части снабжен несколькими фризами, да два-три пояса отделяют дульную часть от вертлюжной.
Название орудие получило по литому изображению единорога на круто срезанной тарели. В азбуковниках XVII в. единорога, фантастическое животное, описывали так: «…зверь, подобен есть коню, страшен и неподобен, промеж ушию имать рог велик, тело его медяно, в роге имать всю силу, живет 532 лета»[55]. Рог единорога, которого в этом случае смешивали с носорогом, весьма ценился в Московском государстве. Так, в 1623 г. царскую невесту Марию Хлопову, когда она занемогла перед свадьбой, «поили святой водой с мощей и давали кость инрога с камнем безуем».
Почти все осадные пищали Андрея Чохова принимали участие в Ливонском походе 1577 г. Русское войско выступило из Пскова 13 июля. Сопровождал его «государев наряд», состоявший из 36 осадных орудий и 21 мортиры. Самой большой пищалью наряда был чоховский «Инрог».
Разрядные книги сообщают о наряде в следующих словах: «Да в тот же поход пометил государь наряду: пищаль Орел, ядро пол 3 пуда; пищаль Инрог, ядро 70 гривенок (=28 кг); пищаль Медведь, ядро пуд; пищаль Волк, ядро пуд; пищаль Соловей Московский, ядро пуд; пищаль Аспид, ядро 30 гривенок (= 12 кг); 2 пищали Девки, ядро 20 гривенок (=8 кг); 2 пищали Чеглик и Ястребец, ядро 15 гривенок (=6 кг); 2 пищали Конец да Дерблик, ядро 12 гривенок (=4,8 кг); две пищали Собака да Лисица, ядро 10 гривенок (=4 кг); 19 пищалей полуторных, ядро по 6 гривенок (=2,4 кг); 2 пищали скорострельные с медены ядры по гривенке (=400 г); пушка Павлин, ядро 13 пуд (=208 кг); пушка Кольчатая, ядро 7 пуд; пушка Ушатая, которой целое ядро в 6 пуд; пушка Кольчатая новая меньшая, ядро 6 пуд; пушка Кольчатая другая ядро 6 пуд; пушки верхние: верхних 4 пушки Якобовых, ядро по 6 пуд; пушка Вильянская, ядро 4 пуда; 8 пушек Александровских, ядро по пуду с четью (=20 кг). А всех 36 пищалей да 21 пушка»