– Аскольд, признавайся, ты, часом, не заболел? – выпалила она.
Так-с… не пойму, у меня какая-то сыпь на лице? Что за странные выводы?
– Нет, – осторожно ответил я.
А тетя улыбнулась и захихикала:
– Спасибо за заботу, мне очень приятно.
Она подошла ко мне и обняла, прижав мое лицо к своему плечу. Мм… как же здорово пахнет от женщины, только что вышедшей из душа. Еще и прижимается так близко…
Стоп! Остановите боевого робота! Мы с ней биологические родственники! Для нее ты племянник, а не принц.
Тетя отстранилась от меня и тепло оглядела.
– Как же ты вырос, Аскольд, – растроганно проговорила она и отошла. – Наливай себе тоже чай, раз не спишь. А я еще и яишенку поджарю.
Она уверенно подошла к холодильнику.
– Хм… яйца тоже заканчиваются.
– Я куплю, – сказал ей, доставая вторую кружку.
– Нет, что ты, я…
– Я. Куплю, – взглянув на нее через плечо, по словам повторил я. Тетя замерла, а затем коротко кивнула.
– Хорошо, – пробормотала она. – Спасибо, Аскольд.
Вообще, я не планировал есть прямо сейчас, но раз уж все так вышло – ладно. Провожу тетю и подберу упражнения, для которых не будет большой проблемой набитый желудок.
Спустя три часа я был готов отправиться в «Ветер знаний».
– Брат, ты в этом пойдешь на встречу с директором школы? – настороженно спросил Борис.
– А что не так? – отозвался я, одетый в простенький пиджак в полоску, такие же брюки и белую рубашку.
– Ты говорил, выберешь лучшую школу. А эта одежда… – Боря как-то неуверенно повел рукой.
– Хех. – Подойдя к брату, я взъерошил ему волосы. – Не одежда красит достойного человека, Боря. Расслабься, много напрягаться вредно: говорят, от этого стареют быстрее.
– Да… ты прав… – все так же напряженно кивнул Борис.
Глядя на кузена, Глеб вздохнул, покачал головой и ободряюще хлопнул его по спине. После чего подошел ко мне и протянул ладонь для рукопожатия:
– Удачи, Аск. Надеюсь, вернешься с хорошими новостями.
– Иначе и быть не может. Покеда, братья.
Я вышел из квартиры на улицу и направился к метро. Разношенные туфли сидели на ноге так же удобно, как домашние тапочки.
До станции я дошел быстро, спустился вниз и через семь минут сел на поезд. Минут тридцать потрясся в вагоне, разглядывая горожан, пока мелодичный женский голос из динамиков не объявил название нужной мне станции. Вышел, пересел на следующий поезд… То еще приключение.
Если мысленно разделить город на четыре части, то мы живем на окраине юго-восточной части, ближе к самой южной точке Москвы, нежели к восточной. Ну а старшая школа «Ветер знаний» располагалась примерно в центре юго-востока.
Выйдя из вагона и преодолев все препятствия в виде эскалаторов, турникетов и толпы пассажиров, я наконец вышел на улицу и с минуту просто стоял и глядел по сторонам. По сравнению с той «дырой», в которой мы с семьей живем, – очень даже впечатляет. Иглы так называемых «небоскребов» сверкали на солнце стеклянными гранями. Рядом раскинулась широкая проезжая часть, по которой двигался очень плотный поток машин, а плотный людской поток, двигающийся по тротуару, так и вовсе мог сбить зазевавшегося путника с ног.
Сверившись со своим чувством направления и вспомнив карту, я двинулся на северо-запад. Спустя минут пять мой взгляд привлек высокий деревянный забор, стойки которого представляли собой деревянных идолов, изображающих бородатых старцев, длинноволосых дев и добрых молодцев. Искусно вырезанные фигуры перемежались некоторым количеством простых деревянных реек. Забор длился, сколько хватало глаз, а над его верхней кромкой чуть вдали просматривалась луковичная крыша не то храма, не то терема. На центральной его башенке был прикреплен огромный деревянный знак – эдакие шесть кос, расходящихся из центра, повернутых вправо и образующих круг. Ну или колесом еще его можно назвать…
Я уже знал значение этого «колеса». Оно называется громовиком и является символом местного верховного бога Перуна. Люди в этом отсталом мире верят в неких высших сущностей, называемых богами. Я так и не смог понять, как мне к этому относиться – мало данных. Сказки это, рожденные предками местных жителей, чтобы удовлетворить зов своих первобытных страхов? Или имел место инопланетный контакт? Если первый случай – то глупость несусветная.
Но если второй… Когда моя родная планета еще была разделена на две дружественные империи, в один прекрасный день в обеих имперских семьях родились невероятно одаренные дети. Оба принца росли быстро, их физическая мощь поражала, а их тела с легкостью принимали огромное количество биологических, химических, энергетических и прочих добавок. От таких объемов «подкормок» любой другой бы умер, а эти принцы впитывали все. Оба они имели рост под четыре метра. И аура каждого носила уникальное свойство. Она особым образом действовала на тех, кому принц даровал свою кровь. Кровь принца могли принять лишь самые сильные и верные воины. А еще она не могла храниться в емкостях – сразу теряла свои свойства. Чтобы поделиться ею, принцы резали ладонь себе, а затем воину и таким образом совершали кровавое рукопожатие. Так они создали свои легионы. Легионы могучих трехметровых бойцов (тела воинов, принявших кровь принцев, тоже менялись). И вместе с этими легионами отправились за грань нашего сектора воевать с сарнитами и их приспешниками. На других планетах в те времена тоже появлялись свои могучие принцы и создавали свои легионы… И таких принцев назвали Витязями.
Когда легионы и принцы ушли за грань, о них больше никто не слышал. Зато мощное продвижение сарнитов и их приспешников в сторону нашего сектора было остановлено.
Со временем обе империи нашей планеты породнились и объединились в одну. Но память о двух Витязях никуда не исчезла. Мы помним о них, у нас есть музеи в их часть. Есть и праздники. Кровь обоих Витязей моей планеты течет в моих жилах.
В каком-то смысле Витязи для нас боги…
Пока я размышлял об этом, оказался перед воротами школы. Они были красивыми, коваными и запертыми. Зато рядом с воротами была открыта огромная калитка. За прохожими и входящими на территорию школы пристально наблюдали три огромные камеры наружного наблюдения, закрепленные над воротами в трех разных местах.
За воротами раскинулся небольшой парк со скамейками и фонтаном. Когда я шел по аллейке, вспоминал среднюю школу реципиента. Территория той школы была значительно меньше. Ни о какой прогулочной зоне и речи не шло, и ограниченное пространство занимали само здание школы, какая-то теплица, мастерская, площадки для командных спортивных игр и несколько спортивных снарядов. Здесь же только половина парка занимала больше земли, чем вся территория средней школы, в которую раньше ходил Аскольд.
Главное здание моей, хочется верить, будущей школы имело четыре этажа и было выполнено, как тут говорят, в европейском стиле. С добавлением толики так называемой античности в виде колонн, двускатной крыши с барельефами…
Интересно разглядывать непривычную архитектуру, но пришел я в школу за другим. Так что, поднявшись на высокое крыльцо, спокойно вошел внутрь.
– Добрый день, – вежливо обратилась ко мне девушка, сидевшая за стойкой администратора сразу напротив входа. – Вы по какому вопросу?
– Здравствуйте, – улыбнулся я. – По вопросу поступления в ваше учебное заведение.
– Хм… – на миг милашка сбилась с мысли, но тут же вновь вернула на лицо дежурную улыбку. – Вам назначено?
– К сожалению, нет. – Я изобразил раскаяние. – Но, быть может, это недоразумение возможно обойти?
– Одну минуту, пожалуйста. Присаживайтесь, подождите, пожалуйста. – Указав на кожаный диван, девушка подняла телефонную трубку.
Воспоминания реципиента кардинально отличались от того, что я видел сейчас своими глазами. В его прошлой школе никаких девушек-администраторш не было. Только дед Фахим в деревянной будке, который гонял шумных школьников громким голосом и деревянной клюкой.
Переговорив по телефону, администратор вежливо проводила меня до конца коридора и указала на открытую дверь.
– Алла Николаевна примет вас. Проходите, пожалуйста. – Девушка поклонилась и, цокая каблучками, направилась обратно на свое рабочее место.
На золотой вывеске рядом с открытой дверью было написано: «Приемная первого заместителя директора».
– Здравствуйте! – вежливо поздоровался я, войдя внутрь. – Меня зовут Аскольд. Я бы хотел поступить в вашу школу.
В небольшом кабинете за деревянным лакированным столом сидела еще одна девушка. Внешность она имела строгую: белая блузка, небольшие очки на носу и пепельные волосы, собранные в хвост. Посмотрев на меня, она улыбнулась и кивнула:
– Здравствуйте, Аскольд. Меня зовут Алла Николаевна, я секретарь первого замдиректора нашей школы Махина Игоря Петровича. Прошу вас, присаживайтесь, – указала она на свободный стул.
– Благодарю. У вас такая красивая школа… И очень уютный кабинет, – огляделся я, присаживаясь. – Приятно здесь находиться. – Мой взгляд зацепился за связку ключей, лежащую на столе. Связка как связка, вот только брелок в виде розового котенка привлекал взгляд.
Женская ручка с ровным маникюром мгновенно накрыла связку и стянула ее со стола. Подняв глаза, я заметил тень смущения на лице строгого секретаря.
– Мне кажется, этот котенок очень идет такой милой девушке, как вы, – улыбнулся я.
– Спасибо, – буркнула она, а затем отчего-то пустилась в объяснения: – Просто сестра подарила… А я все ключи на одной связке ношу, вот и… Каникулы, расслабилась и не убрала сразу…
– Вы так прелестно смущаетесь, Алла Николаевна, – улыбнулся я. – Но не стоит, пожалуй. К чему смущаться подарку близкого человека?
– Спасибо, – уверенно произнесла она. – Но не все такие понимающие, как вы, Аскольд. Ладно. – Она взяла себя в руки. – Скажите…
Договорить девушка не успела, дверь смежного кабинета отворилась, и на пороге показался мужчина в коричневом костюме. Брюшко выпирало из-под его черной рубашки, а на макушке сверкала лысина. Пару секунд он ощупывал меня каким-то уж слишком брезгливым взглядом.