Настроение у меня было весьма меланхоличное. Со скучающим взглядом и не вынимая рук из карманов куртки, я и врезал чернявому ногой с разворота.
Доморощенного бандюгана скосило будто траву.
– Еще вопросы есть? – лениво спросил я.
Трое остальных изумленно пялились то на меня, то на поверженного товарища. А я ощутил резкий порыв ветра, и вокруг троицы закружил едва видимый глазу вихрь. Один парнишка попытался его коснуться, и тут же в стороны брызнула кровь из порезанного пальца. Ужаса в глазах хулиганов стало еще больше.
– А ты не спешил, Тамир, – усмехнулся я, зашагав навстречу товарищу. В каждой руке он держал по пластиковому стаканчику, на которых сверху лежало по шаурме.
– Если бы они смогли вас хоть пальцем коснуться, я бы принял христианство и ушел бы в монастырь. В женский, – невозмутимо ответил мой товарищ.
– Ты пользовался бы там популярностью, – отозвался я, забрав у него свою порцию.
– Т-т-тамир? – проблеял самый высокий из плененных хулиганов. – Т-т-тамир из «Белки»?
– О, а ты и тут популярностью пользуешься, пообщайся с фанатами. Наставь их на путь истинный.
Отойдя в сторонку, я жевал горячую шаурму. Реципиент прекрасно знал это блюдо, я же пробовал его впервые. Ну что сказать… вроде вкусно. Не по вкусу вкусно, а по сути вкусно. Но после боя с использованием больших объемов альтеры мой организм крайне ослаблен. Как бы кишки и желудок не затеяли революцию от такого корма.
Тамир тоже принялся за свою шаурму, одновременно объясняя хулиганам, в чем именно они не правы. Ребята привели в чувства чернявенького и, несколько раз поклонившись Тамиру, все вчетвером подошли ко мне.
– Извиняемся, господин. Вели себя отвратительно! – объявил высокий и отбил поклон мне первым.
– Признаю, виноват! Не следил за базаром! – изрек чернявенький и тоже поклонился. Двое других последовали примеру друзей.
– Впредь ведите себя прилично и не цепляйтесь к людям по пустячным поводам, – проговорил я. – Еще раз увижу…
– Мы поняли! – быстро выпалил высокий, покосившись на Тамира.
– Если потребуется работа… нормальная, законная работа, то приходите в «Белку». Спросите Тамира, – проговорил я.
– Поняли!
– Спасибо!
– Еще раз извините!
Проводив взглядом удаляющиеся спины парней, Тамир задумчиво изрек:
– Не факт, что ребята их пропустят ко мне. Особенно после перестройки «Белки».
– Да и «Белка» не будет «Белкой» после перестройки, – усмехнулся я. – Вот пусть и проявят смекалку. Смогут до тебя добраться – значит, молодцы, достойны.
– Хм… Согласен. Но… зачем они вам, господин?
Повернувшись к товарищу, я серьезным тоном произнес:
– Я уже говорил, что собираюсь достичь вершины социальной лестницы. Для начала я стану аристократом, свободным, насколько это возможно. И мне понадобится своя армия.
– Рать, – машинально поправил меня Тамир.
– Армия, – повторил я. – Большая и мощная. Вот только где взять солдат – тот еще вопрос. А такие бойкие парни-простолюдины вполне подойдут на роль рядовых. Особо сообразительные даже могут стать офицерами.
– О-о-о… – задумчиво протянул Тамир.
– Вот тебе и «о-о-о», – передразнил я. – Капля за каплей рождается море. Скоро у нас будет больше денег и больше возможностей. Так что начинай понемногу подбирать рекрутов.
– Я, господин? – удивился такому повороту Тамир.
– Ну раз уж ты спросил, – хмыкнул я и хлопнул его по плечу.
Да, «Белка» была единственной «организованной» преступностью в нашей округе. Но хватает и обычных молодых парней, у которых ветер в голове гуляет и кулаки чешутся. Причем у местных хулиганов, как я сегодня убедился, «бандиты из «Белки» в авторитете. Почему бы этим не воспользоваться? Начать с тренировок для желающих, выявлять одаренных, помогать им стать осветленными. Постепенно привязывать к себе, выдавать задания, награждать за достижения… Неодаренным тоже работа найдется.
Хм, это похоже на набросок плана.
После нашего позднего ужина на свежем воздухе Тамир довез меня до подъезда моего дома и откланялся. Поднявшись на этаж, я пошел не в свою квартиру, а в Вадимову. Я взял у него ключи заранее, чтобы лишний раз не волновать тетю и привести себя в порядок в тишине и спокойствии.
Наполнив ванну холодной водой, я погрузился в нее по подбородок и расслабился. Я чувствовал, как постепенно восстанавливается мое изможденное тело.
В ванне я и уснул.
Зайдя утром в класс, я, как обычно, поздоровался со всеми сразу.
– Ну как, отдохнул? – спросил меня Влад, когда я подошел к его парте.
– Более-менее, – хмыкнул я.
– Порвешь сегодня всех? – не унимался владивостокский дворянин.
– А то как же.
Ребята столпились вокруг меня и всячески выражали поддержку. Не только мои друзья, но и большинство одноклассников – мое выступление на турнире довольно сильно сплотило класс. Даже Гавриил Миронов, с которым у меня была дуэль первого сентября, сухо пожелал удачи в предстоящих поединках.
Да, перед началом уроков в классе царила довольно теплая и дружественная атмосфера. Огорчало только отсутствие Яны, которая сейчас восстанавливалась дома после вчерашнего боя с Миттом. Правда, она прислала мне сообщение, в котором обещала непременно прийти посмотреть сегодняшние бои.
Урок русской словесности прошел довольно быстро, а после него я, отбившись от одноклассников, направился в кабинет учсовета.
В коридорах по дороге со мной здоровались лицеисты и лицеистки. Поздравляли с выходом в четвертьфинал, желали успехов. Красота! Я уже успел заметить, что все меньше злобных взглядов обращается на меня, когда я гуляю по школе.
– Доброе утро, Софья Антоновна. – Я зашел в кабинет учсовета и мысленно порадовался, что Троекурова тут снова сидит в гордом одиночестве. И снова за учебниками.
– Аскольд Игоревич? – Она подняла на меня удивленный взгляд. – Здравствуйте. Чем обязана вашему неожиданному визиту?
Решительно подойдя к ней, я поклонился:
– Софья Антоновна, благодарю за то, что вступились за меня вчера. Я не забуду ваш достойный поступок и обязательно отблагодарю вас.
Выпрямившись, я улыбнулся. Она посмотрела на меня серьезным взглядом серых глаз, а затем нахмурилась и покачала головой:
– Не стоит. Я всего лишь предположила, что, возможно, произошла судейская ошибка. Да и потом, ваша проблема решилась не благодаря мне, а благодаря Надежде Григорьевне.
Чувство дежавю с силой щелкнуло меня по лбу. Юля говорила то же самое.
– Вы вправе воспринимать произошедшее по-своему, ну а я – по-своему, – добродушно ответил я. – И от своих слов не откажусь. Прошу прощения, что побеспокоил.
Развернувшись, я направился к двери.
– Аскольд Игоревич, – раздался за спиной властный голос Царицы лицея.
– Да? – Я обернулся через плечо.
– Удачи вам в сегодняшних боях. Если на то будет воля богов, встретимся в финале.
– Обязательно встретимся, – подмигнул я девушке. – Мне не терпится сразиться с вами.
– Я знаю, – кивнула она с какой-то зловещей полуулыбкой. – Я помню, что ваша цель – стать чемпионом империи. Как и моя.
– С честью же поборемся за достижение наших целей, – глядя в ее красивые глаза, твердо произнес я. – И какой бы ни был результат – не останемся друг на друга в обиде.
– Да будет так. Но помните, вы все еще член учсовета. И если не оправдаете моих надежд, вам придется заниматься всей грязной работой учсовета, а не просто носить значок, – ее улыбка стала коварной.
– Помню, Софья Антоновна. До встречи.
– Увидимся, Аскольд Игоревич.
Возле самой двери я вновь обернулся. Она все еще смотрела на меня, так и не вернувшись к учебнику и тетрадке.
– Кстати, Софья Антоновна. Вчера, когда вы вышли на арену ради меня… вы выглядели бесподобно. Царственно, величественно и весьма грациозно.
– Я… – хлопнула она ресницами, а затем, поджав губы, процедила: – Я вышла не ради вас.
– Всего хорошего, – помахал я ей на прощанье и скрылся за дверью.
Два урока, последовавший за ними обед, на котором к нашему столику подходили знакомые и незнакомые лицеисты, чтобы поздравить меня, и последний урок – время пролетело почти незаметно. Если бы не легкая слабость во всем теле и тяжесть в мышцах, я был бы счастлив, что наконец-то начинается последний соревновательный день школьного этапа.
В шестом туре турнира между боями был назначен перерыв в десять минут, чтобы все участники могли наблюдать за поединками потенциальных соперников вживую. Для этого также выделили восемь небольших секций на трибунах – чтобы бойцы и их группа поддержки точно получили места.
Первым шел поединок Царицы, который она закончила быстро, в очередной раз продемонстрировав, что не зря считается главной фавориткой соревнования. Идет шестой тур, а Софья до сих пор не использовала объемные техники. Впечатляет.
Ну а затем наступил мой черед выходить на арену.
Выслушав напутственные слова от своих товарищей – на трибуне мы стояли нашей привычной группой в шесть человек, я спустился в раздевалку.
Через шесть минут меня позвали на выход.
Самую малость, но все же я нервничал. Форкх с ней, с болью в теле, это мелочи. Куда хуже, что мой контроль над обеими энергиями после ночного боя не идеален. Если с живой дела обстоят еще более-менее, то с альтерой… худо. Сейчас я не смогу вырубить осветленного одним точечным ударом, не нанеся ему травмы. Если бы стояла задача убить – пожалуйста. А так придется возиться.
Отбросив лишние мысли, я вышел на арену и поднял кулак к потолку. Зрители встретили меня одобрительным гулом.
– Бой! – крикнул судья после всех традиционных действий и обратного отсчета.
Ну, понеслась!
Глава 5
Первым моим противником сегодняшнего турнирного дня был третьекурсник – боярин Михаил Рыков, двоюродный брат моего одноклассника Касьяна. Во время приветствия, да и вообще за все время, что я учусь в лицее, Рыковы ничего плохого мне не сделали, так что настроен я был благодушно.