Ее стихийный доспех пробить не смог.
На левой руке появилась точно такая же перчатка…
Удар…
Алиса перестала тратить живу на объемную технику, молнии исчезли, и девушка резко отбила мою руку в сторону.
Она находилась в моем облаке. Хочется верить, что с трибун не особо заметно замедление девушки. Все-таки скорости у нас очень высокие. Да и потом, это ее замедление можно списать на то, что она устала после объемной техники.
Мы начали наш танец – стремительный бой, в котором никто не мог ударить друг друга. Мы поочередно уклонялись и отбивали атаки противника.
Резко переходя из одной позиции в другую, мы без устали пытались достать друг друга кулаками. Альтеру я не использовал, положившись на «Перчатки молнии».
Алиса хороша!
Без облака я бы проиграл ей в скорости. Нужно срочно осваивать стихийный доспех, Форкх его дери!
«Танцуя» с Алисой, я испытывал редкое чувство наслаждения от спарринга. Ведь именно спаррингами я воспринимаю школьные турнирные поединки. Наслаждение от реального боя совсем другое – там ты чувствуешь, что можешь разорвать своего врага, пустить ему кровь, чувствуешь, что самому нужно выложиться по полной, иначе убьют тебя.
Сейчас таких чувств я не испытывал, лишь некое умиротворение и восхищение партнером, который в своем возрасте достиг столь высокого уровня.
Но пора постепенно заканчивать.
С этой благой мыслью я врезал Алисе ногой, заряженной альтерой, по голени. Энергии сконцентрировал мало, чтобы ненароком не покалечить девушку.
Однако пробить брешь в стихийном доспехе мне удалось, правда, покров остался цел.
И в этот момент она контратаковала.
Явно во время нашего «танца» она готовила эту технику – из нагрудной части ее стихийного доспеха вырвалась россыпь шаровых молний, ударивших в грудь уже мне.
Атаку я прочувствовал, но урона не получил. И все же по инерции отступил на шаг. Именно в этот момент мне в лицо полетел кулак, сияющий ослепительным светом.
Уйти в сторону я не успевал, так что, зажмурившись, попытался отбить выпад Алисы, но махнул рукой в пустоту. А через мгновение ощутил ее следующую атаку – облако альтеры позволяло такое.
Я заранее начал отклоняться назад, однако носок ее кроссовки все же чиркнул кончик моего подбородка. Ослепленный сияющими кулаками, я не глядя схватил ногу девушки двумя руками, довернул корпус и провел бросок.
Не ожидавшая такого выпада Алиса рухнула на ковролин. Я последовал за ней и зарядил кулаком с альтерой по корпусу.
Оу… попал ниже почек, прям по заднице, и сбил стихийный доспех!
Но не покров.
Зрение почти вернулось ко мне, когда от тела Алисы отделились и ударили в меня с десяток мелких шаровых молний. А в следующий момент мне пришлось блокировать удар ее второй ноги.
Через секунду мы вновь стояли на ногах, близко друг к другу. И вновь Алиса пропустила удар альтерой по голени. Я насел на нее так же, как и на предыдущего противника – в одной руке концентрируя немного альтеры, а вторую облачив в «золотую перчатку».
Все больше брешей появлялось на стихийном доспехе девушки, и все медленнее он восстанавливался. В один момент и вовсе перестал восстанавливаться, а спустя два моих удара исчез.
Оболенская сильно замедлилась, но не сдалась. Ее руки покрыли белоснежные молнии, создав «перчатки», похожие на мои.
Удар…
На такой скорости я легко ушел в сторону и провел апперкот «золотой перчаткой».
Все, нет покрова…
Схватив «выброшенную» вперед правую руку Алисы, я заломил ее, развернув девушку к себе спиной. Теперь из-за боли она вряд ли сможет вернуть концентрацию над живой.
– Сдавайся, – прошипел я ей на ухо.
– Нет! – рявкнула Алиса.
– Прошу тебя, сдавайся. Не заставляй меня ломать тебе руку.
– Ар-р-р-р!!! – злобно зарычала она, пытаясь вырваться из захвата. Затылком ударила мне в челюсть и сама заскулила от боли – на мне-то покров есть.
Чуть повернув голову, девушка одними губами прошептала:
– Малый Аскольд уперся мне в зад, это неприемлемо!
В голове мелькнула мысль, что если бы он перестал быть «ма́лым» во время спарринга с великой княжной на глазах у кучи народа – вот это было бы точно неприемлемо.
– На войне все средства хороши. Давай же! Сдавайся! – Я сильнее заломил ее руку.
Алиса, сжав зубы, застонала еще громче и подняла вверх свободную руку.
– Сдаюсь! – яростно выкрикнула она.
Я тут же отпустил девушку и отошел назад.
Резко развернувшись, Алиса обожгла меня гневным взглядом.
– Победитель и финалист школьного этапа – Аскольд Игоревич Сидоров! – громко объявил судья в микрофон под восторженный гул толпы.
Мы с Алисой молча смотрели друг на друга. Гнев в ее глазах исчез, и мы одновременно отбили воинское приветствие. После чего девушка подошла ко мне и проговорила:
– Поздравляю. Теперь мне придется страдать целый месяц. А ты… подумай, как будешь сражаться с Софьей. В точно такой же ситуации она пожертвует рукой ради шанса на победу. Замолчав, Алиса хлопнула меня по плечу и направилась к раздевалкам.
Рядом со мной уже был наш физрук, по совместительству судья прошедшего поединка. Трибуны несколько притихли, когда он достал микрофон.
В самом деле? Опять?
Ну что ж, продолжим представление.
– Это победу я посвящаю Софье Антоновне Троекуровой, – объявил я во всеуслышание. – Когда я узнал, что она прошлогодняя чемпионка «Алой Мудрости», я с нетерпением ждал случая помериться с ней силой. Софья Антоновна, встретимся в финале!
Поблагодарив трибуны за поддержку поднятым к потолку кулаком, я вернул микрофон улыбающемуся физруку и направился переодеваться.
Моя группа поддержки ждала меня на улице, как мы и договаривались. Стояли довольные, улыбались…
Но, прежде чем кто-то из них успел хоть слово произнести, от их группы отделилась одинокая фигура и бодро зашагала мне навстречу.
– Поздравляю, Аскольд, – прошептала тетя, крепко обняв меня. – Я горжусь тобой! Хоть… хоть мне и больно было смотреть, как эти ужасные молнии били в тебя. Я хотела броситься на арену, просить остановить поединок… Но Екатерина Алексеевна удержала меня. Прости мне мою слабость…
Она сжала меня в объятиях еще сильнее, я же начал гладить ее по волосам.
– Все в порядке, тетя Мари, – тихо проговорил я. – Нет ничего удивительного в том, что матери беспокоятся за своих детей.
– Аскольд, я… – удивленно проговорила она, заглянув мне в глаза.
Я не дал ей закончить, перебив:
– Но в который раз прошу тебя, верь в меня. И тогда тебе не придется волноваться.
– Хорошо, – выдохнула женщина и, отпустив меня, отошла в сторону. Своим видом показав, что и остальные могут теперь меня поздравить.
– Отличная работа, Аскольд, – радостно кивнула Катя.
– Превосходный бой! Рад, что мне довелось увидеть его своими глазами, – важно произнес Никита вслед за матерью.
Влад было сдвинулся с места, но его решительным образом обошла Юлия, на глазах у остальных положив мне руку на плечо.
Глядя мне прямо в глаза, девушка произнесла:
– Ничуть не сомневалась в тебе. Еще один шажочек, и моя ставка выиграет.
После ее слов Катя на миг нахмурилась.
Ну а потом и другие одноклассники присоединились к поздравлениям.
Глава 7
Полтора часа перерыва перед финалом прошли незаметно. Наша странная разношерстная компания стала вести себя чуть более открыто. Даже Марат с супругой позволял себе высказаться, а мои родные и парочка в очках – Вася и Маша, уже не так стеснялись незнакомых аристократов. Притом те же Морозовы не позволяли себе по отношению ко мне выказывать какую-то фамильярность или то, что мы знакомы ближе, чем может показаться со стороны.
– Какой невероятный был бой! – В своих восторгах Борис совсем разошелся. – Как ты ее, а! А она… Это было умм… Восхитительно!
– Именно, – кивнул Глеб. – Нам придется сильно попотеть, чтобы догнать тебя, Аск.
Примерно за такими разговорами и прошел весь перерыв. А затем я выслушал очередную порцию напутственных речей, на этот раз еще более длинную и воодушевляющую, чем обычно. После чего наконец направился прямиком в раздевалку, а моя группа поддержки – на трибуну.
У меня было такое чувство, будто финал подкрался как-то незаметно. И оглянуться не успел, а семь боев уже позади. Осталось выиграть один, и я получу кучу денег!
Скорее бы! А затем будут еще два этапа, еще больше денег, некий большой приз и, хочется верить, изменение моего социального статуса.
Я переодевался с улыбкой на лице, чувствуя нарастающее воодушевление. Куча призов… Но это потом, а сейчас будет бой с Софьей! Уверен, я получу от этого спарринга огромное удовольствие.
На арену я выходил, высоко подняв руку в приветственном жесте. Взгляд мой был сосредоточен на Софье, царственно идущей от второго выхода на арену. Удивляюсь, до чего бесподобно она выглядит в любой одежде. Не могу решить, что смотрелось на ней лучше – красное платье на балу или облегающие спортивные штаны и футболка сейчас на арене. А этот гордый решительный взгляд, готовность разорвать противника, холодный неукротимый дух…
Ух!
Лучшая!
Воистину чемпионка! Не просто чемпионка школы, а всего Юго-Востока Москвы!
Царица лицея…
Стоя напротив Софьи, я кожей чувствовал всю мощь, исходящую от нее. Младшая княжна… дочь князя, но не от княгини, а давит сильнее, чем урожденные великие княжны! Ни Алиса, ни Юля, ни тем более Яна и в подметки не годятся сейчас Софье.
Передо мной воин, преисполненный холодной яростью, готовый вести за собой в бой других воинов. Сарнитские дебри, это ж надо было князю Выборгскому так облажаться! Это все равно что сидеть в новейшем боевом роботе против старых жестянок, но знать, что у тебя кончилось топливо. Если бы такой потенциал был не у младшей дочери, а у полноправного старшего сына, Выборгское княжество через десяток лет заметно расширило бы свои территории.