Я подошел как раз к моменту, когда девушка закончила помогать. Люди довольно быстро пришли в себя и выглядели гораздо лучше.
— Как они?
— Нормально. В течение часа все как один приходят в себя. Ты правда думаешь, что они умерли и воскресли?
— Я сам видел трупы. Это действительно так.
— До сих пор не могу поверить в это. А что у тебя за способность?
— Я вижу живых вокруг себя, — сказал я, предварительно оглядевшись, не слышит ли кто.
— Ого. А как получить способность?
Я замялся, не зная, что ответить. Если расскажу свой способ, то Ева наверняка спросит, убивал ли я. А там дойдет и до рассказа, что можно умереть окончательной смертью. Я не хотел пугать, а тем более оттолкнуть ее, но пауза затягивалась.
— Первый уровень дают за одно убийство.
— Нежити?
— Не только. Еще за последователей других богов.
— Вот как… А ты?
— Да.
Девушка задумалась и до чердака добрались молча. Я помог ей взобраться и за это время она не проронила ни слова. Может причина и не во мне, а в усталости и стрессе. Ева выглядела уставшей и стоило нам добраться до укромного места, начала зевать на ходу. Стычка произошла в середине ночи и организм требовал законный отдых.
Девушка улеглась сразу, пожелав спокойной ночи. Я же еще некоторое время бездумно смотрел в потолок, пытаясь принять и осознать произошедшее. Но сон, как оно обычно и бывает, подкрался незаметно.
На следующее утро Ева проснулась первой и разбудила меня. Откуда-то у нее нашлась фляга с водой, которой она щедро поделилась. Самое то, чтобы проснуться.
Крепость просыпалась медленно и вторая волна слухов только набирала обороты. Как ни странно, но большая часть людей проспала ночные события. Они ходили, общались, требовали еды и, как мне кажется, тупили.
Лично я для себя принял мысль, что мы в глубокой заднице, а значит нужно постараться, чтобы не то, что хорошо устроиться, а выжить бы для начала. И боги предложили мотивирующий способ для этого.
Ева ушла помогать Кириллу, а я отправился к Матвею. Сейчас он собрал доверенных людей, что решили к нему примкнуть. Благодаря ночному бою отряд усилился еще на пять клинков и сейчас состоял из тридцати пяти вооруженных человек, включая лидера. Меня, соответственно, взяли тридцать шестым.
— Вот что, парень. Я обмозговал ситуацию. Еды на всех мало, это раз. Значит, нужно быстро решать вопрос добычи. Откуда-то же взялись запасы, следовательно тут раньше жили до нас и как-то решали вопрос. Первоочередная задача — исследование окружающей территории. Если получится поймать кого-то съедобного, совсем отлично будет. Для это ты нам и нужен. Сам понимаешь почему.
— Понимаю. Искать добычу и замечать опасности.
— Именно, парень. Схватываешь на лету. Стоит еще помнить, что угрозы разные бывают. Тебя это не пугает?
— Что именно? Убийство людей? — к этому времени мы достаточно отошли от крепости и я точно знал, что рядом только свои. Ну, насколько они могут быть своими. Поэтому говорил открыто. — Пугает и еще как. Но я уже сталкивался с этим. Если припрет, то справлюсь еще раз.
Если откровенно, то говорил я гораздо увереннее, чем чувствовал себя. Но в тех условиях и перспективах, что вырисовываются на ближайшее время, больше шансов на выживание имеют ценные люди. Да они всегда больше шансов имеют. Даже урезанная память подтверждала эту прописную истину. Поэтому я хотел выглядеть надежным и искренним.
— Надо же. Слова не мальчика, но мужа. Может и правда дракон… — усмехнулся бородатый мужчина, что изучающе смотрел на меня.
Выглядел он крупным и возвышался надо мной на целую голову. Метра под два ростом, да и телосложение соответствующее. Адекватный, соображает быстро и умеет принимать решения в стрессовых ситуациях. Как он оказался за Аркой? Большинство других людей выглядело и вело себя иначе.
По нему не скажешь, что раньше жил плохо. Чувствовалось нечто такое, что располагало и вызывало доверие. Глаза смотрели серьезно, изучающе и казалось заглядывали гораздо дальше, чем люди привыкли держать на виду. Короткий ежик волос, да сбитые костяшки. Еще я успел подметить мозолистые ладони, далекие от изнеженности. Пока Матвей оставался загадкой.
Пробегали до обеда, исследовав ближайшие окрестности. Крепость находилась между скал, а дальше начинались леса. Собственно, это весь ландшафт на ближайшие пару километров. Больше за это время исследовать не удалось. Нашли еще речку, которая попадалась мне на пути, прошли вдоль нее, а потом вернулись.
От крепости вела дорога, уходящая неизвестно куда. Да и дорогой ее назвать сложно. В голове мелькают обрывки воспоминаний из сельской местности, вот там так же. Отсутствует асфальт, но видно, что натоптано. Правда, давно последний раз ею пользовались. По краям поросла трава и активно захватывала свое по праву. Еще несколько лет и следы былых маршрутов бесследно исчезнут, окончательно сдавшись природе.
Дорогу нашли случайно, да и то не сразу разобрались, что встретили. Отправили по ней двух людей, но когда они еще вернутся.
Бродя по лесам, я тренировал свою способность. Делать это в крепости, где больше двух тысяч человек чрезмерно тяжело, а здесь раздолье. Только отряд, да живность, что водится. А она была. Начиная от мелочи, продолжая птицами и чем-то более крупным. Видели только следы, хозяева же остались неизвестными.
В итоге вернулись без улова. По окрестностям гуляли и другие отряды. Пару сотен человек точно шлялось, что осложняло охоту. Если и жило зверье вблизи, то быстро разбежалось.
Когда вернулись в крепость, то столкнулись с первыми изменениями и последствиями ночным событий. Возглавлял их, как не сложно догадаться, Кирилл, что активно собирал вокруг себя людей. К нашему возвращению они успели нарубить веток, что заменяли дубины и копья. Как оружие так себе, но хоть что-то.
И снова два лидера пошли разными путями. Матвей поставил на личное развитие и усиление отряда. Кирилл выбрал организацию и агитацию. Стоит отдать ему должное, первые успехи появились уже к обеду.
Обыск крепости принес много интересных находок. Например, пилы, топоры и инструменты. Когда мы возвращались, то видели, что группа мужиков рубит деревья и тащит их к стене. Заделать бреши идея как минимум достойная.
Матвей стоял почти минуту, изучая изменения. При этом его брови хмурились, а на лбу пролегли складки. Ничего не сказав, он прошел мимо.
Следующее, что омрачило его настроение — люди Кирилла основательно укреплялись у замка. Ворота к этому времени были закрыты, но еду продолжали выдавать желающим. Только вот ввели изменение. Делаешь нечто полезное — получаешь большую порцию. Ничего не делаешь, получаешь маленькую. Лихо он начал, но логика ясная. Запасов мало, а как прокормить толпу людей — неизвестно.
Интересно, если бездельников совсем перестанут кормить, они поднимут бунт?
Словно в отместку, Матвей отдал указание расположиться отряду рядом с храмом. Как и вначале, эта точка осталась принадлежать бородатому мужчине. Никто не спорил. До всех постепенно доходило, что потеря святилища может означать нечто ужасное.
Этим отряд и занимался остатки вечера — строил дополнительные укрепления. Я от этого отгородился и ушел заниматься своими делами. Нужно тренировать способность. Пока это единственный козырь, лучше выжать из него максимум.
Я сидел на крыльце здания недалеко от храма. Матвей на тренировку дал добро, попросив присматривать за округой, чем я и занимался.
Включать способность одинаково сложно как с закрытыми глазами, так и с открытыми. В первом случае на фоне темноты видны сгустки жизни. Я бы мог назвать это аурой, наверно. И вот сидишь в полной темноте, а со всех сторон есть живые. Никакой уединенности. Живые повсюду. Внизу и вверху, со всех сторон — везде. Я сначала не понимал, что происходит, но потом понял, что в почве есть множество живых организмов. Их сложнее увидеть, и они скорее создавали фоновое свечение, настолько блеклое, что не сразу и заметишь. Но я научился видеть.
С открытыми же глазами свечение накладывалось на видимую картинку. Идет человек, и вижу, как у него внутри пульсирует жизнь. Выглядело это как потоки энергии. Не скажу, что свечение однородно. Нет, в некоторых местах оно интенсивнее, а в некоторых наоборот, слабее. Так, например, у многих выделялись голова и сердце.
Линии кружились, циркулировали по телу и завораживали. Но это становилось видимым, если долго вглядываться. Так то, если смотреть поверхностно, то воспринималось как обычное пятно. А вот стоило лишь сосредоточиться, как картинка обрастала деталями.
По улице, на которой я сидел, в сторону храма шел человек. Он и стал объектом для исследований. Уж не знаю, какой по счету. Может сотый, а может и двух сотый. Я еще час назад сбился, сколько людей успел осмотреть.
Что-то в этом мужчине привлекало внимание, но непонятно что. Я открыл глаза и осмотрел его. Черный и курчавые, как смоль, волосы, да худощавое телосложение. Не слабак, а жилистый. Одет в джинсовую куртку и такие же штаны.
Мы встретились взглядом и мужчина улыбнулся. Я зацепился и смотрел ему вслед, снова переключившись на виденье жизнь. Чем же его узор отличается?
Мужчина отошел метров на двадцать и направился к воротам в храм. Там он остановился и завел диалог с охранниками. Они перекинулись парой фраз и его пропустили.
Осознание, что меня гложет, выстрелило словно пуля и пронзило все нутро, наполняя ужасом и одновременно с этим подбрасывая в воздух.
— Чужак! — заорал я, бросаясь вперед, — Держите его, он чужак!
Охранники долгую секунду непонимающе смотрели. Кучерявый среагировал раньше. Из под куртки мистическим образом возникли два кинжала. Взмах и первый охранник падает, заливая округу кровью. Еще один вздох и второй повторяет его судьбу.
Мне оставалось десять метров, когда чужак вошел в храм. На миг наши глаза встретились, но в этот раз вместо дружелюбной улыбки был оскал.