— Не знаю, о чем ты сейчас подумала, Мышка, но изменения на твоем лице восхитительны. Ты пыталась мысленно снять с меня шкуру — или только одежду? С последним я мог бы помочь.
— Избавь меня от такого счастья!
— Зря отказываешься, между прочим. Уникальное предложение.
— Ага, для каждой третьей служанки.
Он хмыкнул.
— Чего сразу третьей?
— А ты больше не успеешь — тренировки мешают.
Шейн засмеялся.
— Ладно, уела, — заключил он. — Так кого мы ищем?
Я прикусила губу. Если кто-то тут умел наблюдать и делать выводы, так это Шейн. Возможно, реши я в самом деле показать ему письмо, он даже по конверту смог бы определить отправителя. Вот только конверта больше не существовало, а Шейну я в жизни не доверилась бы настолько. Хотя мысль была на удивление заманчивой…
— Не кого, а что…
— Что? — удивился Шейн. — То есть, ты не получала приглашения, а сначала нам нужно украсть одно у кого-нибудь?
Я закатила глаза.
— Все, все, молчу! — засмеялся он.
— Знаешь, — в сердцах ответила я, — злобным придурком или безразличным телохранителем ты мне нравишься куда больше. Тогда хоть понятно, чего от тебя ожидать. Свободное время тебе вредит.
— Так тебе всегда было понятно, чего ждать? — вскинул он бровь.
— Не заговаривай мне зубы! Я уже вообще не понимаю, о чем речь!
— Но чувствуешь себя в ловушке, не правда ли, Мышка?
Я сверкнула на него глазами.
— Давай так, — предложил Шейн. — Мне скучно, а ты выглядишь растерянной и явно страдаешь от отсутствия плана. Я помогу тебе, и на этом все. Обещаю — никаких подвохов.
— И даже не потребуешь никакой оплаты?
— Ну-у-у, — протянул он, наблюдая за моей реакцией, — что если я просто попрошу вести себя прилично? День примирения все-таки. Положено простить даже последних верных врагов.
— А я, значит, веду себя неприлично?
— По-дружески ты себя не ведешь, это уж точно. Мышка, я же к тебе тянусь со всей своей скучающей душой.
— Вот именно, — скрестила я руки на груди. — Скучающей. Это меня и пугает.
— Смотри-ка, мы дошли до открытого разговора о чувствах. Это ли не прогресс?
Я наконец схватила шоколадное пирожное, мысль о котором так долго грела мою душу, но вместо того, чтобы съесть, прищурилась и прицелилась им в Шейна:
— Еще одно слово, и у тебя прибавится знаков отличия!
— Грозная Мышка, — отступил он, прикрывая рот кулаком. Подавился бы уже, что ли, хоть от смеха!
Вот только злости во мне тоже не было. С этим гадом всегда так — то он смешил меня, то бесил до частичной трансформации в демоницу. Дозировал попеременно, а я так и продолжала попадаться на крючок, стараясь не давать ему понять, как мне это нравилось.
— Тише, тише, это же День примирения, забыла? Любовь к ближнему и все такое.
Ох и покажу я ему когда-нибудь любовь к ближнему!
Глава 5
После второго шоколадного пирожного мне удалось мысленно примириться с существованием Шейна. После третьего — начать жестоко использовать, пока его любовь к ближнему не исчерпалась. Запасы там и так были не то чтобы богатые...
— Голубой, говоришь, конверт, — задумчиво протянул он, повернулся и обвел быстрым взглядом зал.
— Не голубой, — запротестовала я, — а белый… с оттенком.
— Да, да, — отмахнулся Шейн. — Надо, чтобы все было по-твоему, а не по-правильному.
Я надулась. Вообще-то, я просто опасалась, что за моим рассказом последует какая-нибудь шуточка. Она, впрочем, не заставила себя долго ждать.
— Какой нормальный мужик станет использовать цветную бумагу? — философски поинтересовался Шейн. Даже не у меня, а просто у воздуха вокруг.
— Который хочет сделать приглашение романтичным? — предположила я.
— А сказать лично не хватает духу?
— Именно поэтому ты и скучаешь тут один, — проворчала я. — Тебя отпустили на праздник, а найти себе компанию не хватило духу?
Он хмыкнул.
— Мышка, если бы меня интересовали глупые традиции…
— Да, да, продолжай искать отговорки.
Шейн поджал губы, а я притворилась, что рассматриваю танцующие пары. Кажется, в этот раз я зашла слишком далеко, а все потому, что не умела держать язык за зубами. Мы могли издеваться друг над другом сколько угодно, но существовали темы… очень больные темы, которых не стоило касаться. Как ни странно, именно они и были общей ниточкой между нами.
Мы с Шейном были одинаково одиноки. Он — потому что будущему телохранителю принца не положены длительные привязанности, которые могут влиять на службу и сделать его уязвимым, а я — потому что с самого детства мой отец одним своим существованием прекрасно отпугивал от меня всех желающих подружиться. Ни у кого из нас на самом деле не было выбора, мы оказались рождены для своих ролей.
— Ну что ж, — закончил осмотр Шейн. — Если мы ищем кого-то чахлого, тщедушного и с кучей денег у папеньки, то выбор и впрямь невелик.
— Шейн! — укоризненно воскликнула я.
— Миранда? — в тон мне повторил он, добавив вопросительные нотки.
— Полчаса уже прошли. Скоро десять, а ты так и не принес пользы!
— То есть еще недавно помощь тебе не требовалась, а теперь я слишком медленно помогаю?
— Да! Нет! Тьфу!..
Шейн вдруг повернулся ко мне, подхватил пальцами мой подбородок и потянул вверх, заставляя меня смотреть ему в глаза. От удивления я моргнула и как-то подзабыла, что надо бы начать вырываться. Только облизнула пересохшие губы.
— Угу, — подвел он итог каким-то своим мыслям.
— Чего?
— Да ничего. — Шейн пожал плечами и отпустил меня. — Смотрю, сияют ли твои глаза на самом деле? Как будем оценивать яркость?
Я открыла рот, но выругалась только мысленно и снова закрыла. У меня осталось стойкое впечатление, что Шейн меня сейчас ужасно обидел или как минимум разочаровал, только я не понимала, откуда оно пришло. Не могла же я всерьез ожидать, что он дотронулся до меня для чего-то хорошего? И все же по спине прошла дрожь, стоило подумать о том, как близко в тот момент оказались его губы от моих. Я постаралась затолкать эту мысль как можно дальше и поскорее забыть о ней. Совсем с ума сошла из-за этого глупого праздника!
— Мышка, скажи-ка мне вот что, ты этого и правда хочешь? — вдруг вполне серьезно спросил Шейн. — Что-то искать, встречаться с кем-то?
— Да, — не раздумывая ответила я, — это же традиция, и это… интересно.
— Целоваться с кем-то?..
— Почему бы и нет? — Я замялась и покраснела.
Да, я хотела попробовать что-то новое. А почему нет? Когда еще мне представится случай испытать хоть что-то, к тому же не по выбору и дозволению отца.
— Просто подними меня повыше. К звездам, — вдруг попросила я.
Шейн поморщился, и я уже приготовилась слушать очередную гадость, но он просто протянул мне руку:
— Ладно, пойдем.
Я ухватилась за его пальцы, согревая о них свои, подмерзшие из-за волнения.
Мы вышли из главного зала и отправились по длинному коридору. Шейн не тратил время на освещение, он прекрасно видел в темноте. К тому же мы оба отлично знали дворец, проведя здесь всю жизнь.
Я не задавала вопросов, но старалась догадаться, куда Шейн меня ведет, чтобы в конце пути не выглядеть удивленной. Зачастую он соображал быстрее многих, но сейчас опирался на ту информацию, что получил от меня, а значит, я имела все шансы прийти к такому же выводу. Только бы нащупать логику…
Где ярко сияют звезды?
Мы оказались в западной части дворца. Подальше от той стороны, где начнется рассвет? Хотя и до рассвета было далеко. Но на востоке лежала основная часть столицы, освещенная множеством огней даже ночью.
В западной части здания располагались три небольшие башни. Когда мы добрались до первой из них, музыка из зала совсем стихла.
— Не пойдет, — с сомнением заключила я.
— Как скажешь, — отозвался Шейн и потащил меня ко второй.
Вернее, к другим двум, потому что спиральные лестницы начинались рядом: одна — широкая с полуразбитыми ступенями, другая — узкая. Сюда музыка отлично доносилась, при желании получилось бы даже танцевать под нее. Я невольно глянула на юбку, на носочки туфель, что выглядывали из-под нее, а потом на широкую лестницу. Шейн ехидно хмыкнул.
— Оттуда открывается самый лучший вид на чистое небо.
— Направо или налево? — неуверенно уточнила я.
— Выбирай, — беззаботно отозвался он. — Это же твое приглашение и твоя охота.
Я прикусила губу, жалея, что послать Шейна сбегать и проверить не выйдет. Или?
— Я иду налево, а ты — направо!
— И что мне прикажешь делать с твоим воздыхателем, если я его найду? — наигранно кровожадно осведомился Шейн.
— Выкинь с башни, — покладисто разрешила я. — Человек, который готов заставить девушку преодолеть столько ступеней в бальном платье, вообще не достоин жизни.
— Как скажешь, Мышка, как скажешь, — засмеялся Шейн и бросил меня с моей лестницей наедине.
Глава 6
Уже на середине лестницы я была твердо уверена, что ничего хорошего меня наверху не ждет, но продолжала упорно подниматься. Почему? Потому что, Шатти всех побери, мне до безумия захотелось оказаться там и посмотреть с башни вниз. Раньше я любила такие места, но только сейчас поняла, что именно на эту смотровую площадку не поднималась уже несколько лет. Внутри у меня появилось странное чувство — свобода почти на грани с эйфорией. Словно каждая ступенька, которую я преодолевала, возвращала мне что-то давно утраченное. Частичку детства, кусочек собственной души, полное и беззаветное счастье. Странно, но… неужели я когда-то по собственной воле отказалась от этого чувства, перестав приходить сюда?
Вся чушь с приглашением стоила одного подъема, и Шейн знал это… откуда-то знал.
Квадратная смотровая площадка наверху пустовала. Стоило выйти на нее, как ветер подхватил мои волосы, словно лаская их. Теплый, легкий, он тоже приветствовал свою давнюю знакомую, приносил с собой ароматы цветов. Сколько я себя помнила, башней никто не пользовался, хотя, судя по следам и трещинам на полу, когда-то тут стояли защитные орудия. Те времена прошли, теперь люди полагались на магию и силу драконов. А никому не нужная башня стала моим тайным убежищем. Ладно, не таким уж тайным,