Лия СедаяБандит-одиночка и дочка!
Глава 1
— Шла бы ты, а...
Язык едва шевелился во рту, состояние было отвратительное, но голос своей бывшей в трубке я узнал моментально.
— Запоздал ты с посылами, Владиславка, — хихикнула она.
— Для такой, как ты, мне никогда не жалко, — я провел ладонью по лицу. Чего ж так фигово-то, а? — Чего надо?
— Короче, — тон у нее сразу стал деловитым и наглым. — Я улетаю в Дубай. На четыре года.
— Катись, я при чем? — глаза не хотелось открывать категорически. Не разбудил бы звонок, я бы еще спал и спал.
— При том, дорогой бывший супруг. Я по условиям контракта не могу с собой никого взять, а бабки там просто бешеные. Сам понимаешь.
— Ты о чем вообще?
Что она пыталась мне втолковать, понять не получалось совершенно. Мы развелись шесть лет назад. Вернее, я ее вышиб, когда в очередной раз она заявилась с ночной гулянки вся пропахшая мужской туалетной водой.
Показ у них был!
Модель она!
Знаю я, как эти показы на самом деле называются. Верил до последнего, потому что любил как дебил эту шваль. Но терпение закончилось все же.
Я ж не железный.
— Я заказала доставку, Трофимов. На твой адрес, скоро должны уже привезти, — голос Алинки стал нетерпеливым. — Документы и вещи на первое время тоже. Деньгами, думаю, родную дочь обеспечить тоже сможешь.
— Кого обеспечить? Чем? — я резко распахнул глаза.
— Деньгами! Дочь твою.
— Какую дочь?!
— Твою, Трофимов! Нашу общую. Я одна с ней возилась четыре года, теперь твоя очередь. Чао!
Я остолбенело посмотрел на пикающий отбоем телефон.
Чего? Какую дочь? Перепила, что ли, опять?
— Больная, — я отшвырнул телефон на простыни и снова закрыл глаза.
Спа-ать...
В прихожей истерично завизжал звонок над дверью. Да что творится в этом мире! Сегодня что, я нужен всем на свете?
Я встал, натянул какие-то первые попавшиеся штаны и побрел в прихожую. Если там просто кто-то ошибся адресом, то я ведь могу и в репу дать. Злой я и недобрый спросонья всегда.
Часы над кухне показывали всего восемь утра.
С ума сойти!
Я раньше двенадцати не встаю, я до восьми утра вполне могу на базе торчать только. Я даже окошко видеозвонка раскрывать не стал. Просто щелкнул замком и раскрыл дверь.
— Здравствуйте. Трофимов Владислав Андреевич?
На площадке перед квартирой стояла молоденькая и очень аппетитная девчуля. Даже облизнуться захотелось, настолько симпатичная мордашка у нее была. И все остальное тоже...такое...
Вкусное.
Ладно, так уж и быть, на тебя орать я не буду. Побуду добреньким мачо с утра. Раз в год, как Дедушка Мороз.
Я прищурился и расправил плечи пошире.
— Я.
— Вам доставка! — она протянула мне планшет с какой-то бумагой и ручку.
— Доставка чего? Я ничего не заказывал.
— Так вот же, — она вдруг вывела из-за себя ребенка. — Трофимова Яна Владиславовна. Отправитель: Трофимова Алина Сергеевна. Все верно?
— Чего?
Я подавился.
Так бывшая что, не шутила?
Передо мной стояла маленькая девочка. Маленькая копия бывшей жены. Такая же белокурая, с точно таким же вздернутым носом и пронзительными серыми глазами.
На них-то я и повелся когда-то.
Пропал в них, утонул как дурак с головой. И сейчас тоже...
Тону.
— А вы точно Трофимов? — вдруг подозрительно посмотрела на меня девушка. — Можно ваш паспорт?
— Зуб даю, — я моргнул, сбрасывая наваждение. — Я за свой базар всегда отвечаю, малая.
Девчонка громко сглотнула, глядя на мои татуировки и закивала головой. Вот дьявол, и пугать ее не хочется, и ситуация какая-то фиговая в общем и целом. Хоть разорвись!
— Тогда принимайте.
— Погоди, малыш, — я медленно провел пальцами в воздухе. Попытался притормозить время. — А... Документы какие есть?
— Ой, да. Вот, — она с готовностью подала мне папку, которую держала в подмышке.
Я взял голубой пластик и развернул.
Свидетельство о рождении, медицинский полис, медицинская карта. И уже в самом конце я нашел то, что искал. Я знал, что Алинка точно его положит. Не понадеется что я проглочу неожиданную новость как послушный баклан.
Тест ДНК.
Девяносто девять и девять процентов. Внутри что-то оборвалось. Да ладно... А потом накатила бешеная злоба.
Тварь она!
Хотя, погодь, Трофим, погодь. А где гарантия, что тест делали с моим материалом? Где она его достала, мы же виделись после развода всего пару раз. А тут же не указано ничерта, тест анонимный!
А если даже эта девочка реально от меня, то какого черта ее мамаша молчала целых четыре года?!
Не похоже на нее, не похоже.
Я зарычал то ли от злости, то ли от разочарования.
И уловил боковым зрением, как светленькая кроха вдруг отступила назад. Спряталась снова за ногу девчонки-курьера, поглядывая большими глазищами. Серыми, материнскими.
Так, Трофим, в руки себя возьми.
Ребенка не пугай, блин. Она тут не при чем. Надо просто ее мать выловить и... Не знаю, что дальше. Пока просто не соображаю ничего.
— Так что, будете забирать?
— А у меня есть выбор? — я посмотрел на девушку. — Серьезно?
— У нас указано, что мать улетела в командировку. Других родных нет. Значит..., — в ее глазах промелькнуло осуждение. Холод. — Передадим в опеку ребенка, а там... Детский дом, скорее всего.
Да сейчас, блин!
Это я что, чертом каким-то окажусь? Я не цветочек-ромашка, согласен, но не урод моральный, это точно.
— Я сам кого хочешь в детский дом отправлю, — зарычал я от злости. — Или в инвалидный, что вернее будет.
Я подхватил из девичьих рук планшет и, не глядя, там расписался.
— Еще что-то?
— Нет! Пока, Янчик, — девушка бочком, отцепив от себя малышку, пошла к лифту.
— Пока, — на глазах девочки как будто слезы блеснули.
А я присел.
Умыл лицо руками, чтобы скинуть зверское выражение лица.
Значит, дочь? Круто, что. Просто изумительно, я бы сказал. И что мне теперь с тобой делать?
— Привет, — я постарался улыбнуться и не думать при этом, как выглядит моя небритая заспанная рожа. Да мной детей пугать можно же! Какой из меня папаша?
— Привет, — серьезно поджала губки девчуля.
— Тебя как зовут? — я разглядывал ее.
— Яна.
А, точно. Я ж читал.
Трофимова Яна Владиславовна.
— А меня, — я протянул ей руку. — Меня...
— Папа? — она подняла свои глазищи. — Мама всегда говорила, что я к папе поеду жить.
— Маме бы твоей, — я хрустнул пальцами в кулаке и осекся. Не стоит при ребенке такие вещи говорить. — Зови меня Владом пока, ладно?
— Влвлад? — детский язычок сходу запутался в сочетании сложных пока звуков.
— Понял. Папа, так папа. Заходи.
Она еще раз посмотрела на меня.
Долго и внимательно, как взрослая. А потом шагнула в распахнутую дверь квартиры. Маленькими белыми сандаликами наступила на мой дорогущий пробковый паркет.
А я сжал зубы. Не можешь ты быть моей, не можешь.
Ну, невозможно это!
Насквозь, от головы до пяток меня пробила совершенно бешеная мысль. А что, если Яна все же моя дочь?
Тогда... Ооо...
Глава 2
— А можно мне водички?
Яна дисциплинированно остановилась на входе и стояла, сложив ручки на пышном платье.
— Можно. На кухню топай, — я бросил ее сумку на пол и поманил за собой.
— Что делать?
— Эм, — тут уж растерялся я. Однако, придется и свой словарный запас проредить. — Иди за мной. И, вообще, чувствуй себя как дома.
Я даже обернулся, чтобы убедиться, что она поняла такую сложную словесную конструкцию. Четыре года все-таки. Я в четыре умел только палкой грязь ковырять в родном поселке и люлей от матери выхватывать.
Но Яна точно была куда круче меня.
Она нагнулась, расстегнула ремешки на своих сандаликах. Сняла их и аккуратно поставила в прихожей. Черт...
Белые колготки.
По моему полу.
Опасность. Если ее ко мне привезли, я как это потом отстирывать буду? Хотя... Я прищурился.
Тема та же, что и с моими носками. Зачем стирать, если можно купить новые, верно ведь?
Я налил в стакан воды из-под крана и подал девочке.
Называть ее дочерью даже мысленно было слишком странно пока что. Вначале я все точно узнаю. Для меня это не составит труда сейчас, когда она вот, под рукой.
— А можно кипяченой? — она тут же вернула мне стакан обратно.
— А чем тебя такая не устраивает? — я покрутил его в пальцах. Отпил сам. — Нормальная вода вроде.
— Там микробы.
— Да не, — я не смог сдержать улыбки. Ну, надо же, какие нынче дети пошли.
Я открыл дверцу шкафа под раковиной.
Белыми кобами там висел фильтр.
— Гляди. Видишь эти штуки?
— Вижу.
— Вот. Это фильтр. Вся грязная вода через него проходит, и все микробы в них остаются. А из крана течет хорошая вкусная водичка. Ты же видела, как я пил?
— Угу, — она кивнула светлой головой.
— Вот. И не болею. Так что пей, не бойся.
Взгляд серых глаз был такой, что даже захотелось поежиться. Серьезный, вдумчивый. Да, она была похожа на мою бывшую жену. Но в то же время, была совершенно другая. С ней как-то сюсюкаться не возникало желания. По глазам — не ребенок, взрослый человек.
А по поведению — все равно дите, что уж там.
— Пей, — я не смог не улыбнуться.
Она поднесла стакан к губам, а вот улыбка с меня сползла. Это все прикольно. Делать-то что? Я с детьми не умею. Я их и не видел никогда, не общался. Ни у кого из моих ребят детей пока нет.
Не потому что мы не думаем о семье, а потому что ритм жизни такой.
Да и опасно это все.
Наша работа — риск, как ни крути.
Я оттолкнулся от раковины и пошел в спальню. Надо что-то придумывать. Я же не могу сидеть с ребенком дома, мне, в конце концов, на работу надо будет.
Пальцы сжали телефон.
А что делать-то? Матери позвонить и попросить присмотреть? Так она меня съесть живьем. Не из-за Янки вообще, а из-за того, что я узнал о ней только сейчас. Моей матушке даже в голову не придет, что ребенок вполне может оказаться и не моим.