- Мадам Лабарбера, ну, пожалуйста, я у подруги засиделась, - я уже просто жалобно просила не в силах придумать даже ерундовую ложь для отмазки.
- Ой, ну да, у подруги говорит, - бабулька картинно закатила глаза и отложила в сторону свою макулатуру, - эта твоя подруга только что заезжала, - и окинув меня оценивающим взглядом, брезгливо потянулась в сторону.
- Какая подруга? – я уже не была уверена, что мы говорим на одном языке, - о чем вы?
- Вот, держи, - она протянула мне… мою куртку.
Глава 10. «Красивая подруга». Часть 1
Будьте осторожны.Всегда. Собственный опыт - лучший учитель.
***
- Кто это передал? – я ужаснулась от того, что этот извращенец, оказывается, знал кто я такая и где я живу. Ну, конечно знал, только тогда до меня дошло, что он говорил о Пьере, моем бывшем парне.
- Ну, как кто, подруга твоя, - эта старая вредная бабка откровенно забавлялась, видя мое шокированное лицо.
- С-спасибо, - спотыкаясь о буквы только и получилось проговорить, когда я брала свою вещь в руки.
- Мадам Лабарарбера, - я резко повернулась и посмотрела на тетку, хотя уже успела подойти к лестнице, ведущей на верхние этажи.
Она снова посмотрела на меня, на этот раз с раздражением и ее лицо выражало лишь нетерпеливое «ну что еще?».
- В общежитии есть камеры? - одна лишь мысль о том, что камеры наблюдения могла заснять этого извращенца заставляла мое сердце замереть.
- Есть, конечно, - с гордость проговорила бабка, - мы же не какой-то хостел, а Бордо Монтень, - только они сейчас не работают.
Я готова была ее стукнуть. Еле сдержалась. За весь этот отвратительный, дебильный день на секунду могло показаться что все наконец может стать на свои места. Я бы с этими записями могла пойти в полицию, написав заявление, возможно удалось бы найти кого-то в клубе, кто мог бы подтвердить как этот амбал увозил меня на своей машине. А тут у нас, понимаете, не хостел, но даже дурацкие камеры и те не работают.
- А теперь, мадам Лабарбера, - как же тогда бесила эта бабка, - попытайтесь вспомнить как выглядел парень, который передал мою куртку, - с наигранным равнодушием процедила я, стараясь чтобы голос звучал как можно нейтральнее.
Видимо, консьержка уловила исходившую от меня враждебность, потому что мигом закрыла свой рот, хотя еще секунду назад готова была разразилась старческой тирадой, и вдумчиво ответила:
- Высокий. Очень высокий, - но это мне мало помогло потому что старушка была маленькой и щупленькой, так что этот критерий был не особо объективен, - он был в черной спортивной кофте с капюшоном, а на голове была такая же кепка…
- Это понятно, - торопила я ее мыслительный процесс, - что еще? Вы его видели тут раньше? Узнали?
- Нет, деточка, я бы запомнила такого мужчину, - мечтательно проговорила старушка.
- Да какого, такого? – я уже почти взывала, пока бабулька, видимо, представляла этого извращенца главным героем своего любовного романчика. И почему в определенном возрасте люди зачастую переключаются на чтение подобной литературы?
- Ой, деточка, он такой… мужественный что ли. И красивый. Глазюки такие, будто там демоны живут, чертовски притягательный. А губы, ух, повезет же кому-то… - старушку уже несло не в ту степь и по мере ее воздыханий по этому громиле становилось понятно, что ничего внятного я не услышу.
Сдавшись и попрощавшись со старушкой, я поплелась в свою комнату с единственным желанием принять горячий душ и заглушить внутреннюю дрожь. Страх начал отпускать, адреналин прекратил выделяться лошадиными дозами, и я почувствовала дикую усталость.
Зайдя в свой блок, я изнутри закрыла входную дверь на ключ, опасаясь что извращенец может передумать и вернуться, поэтому несколько раз подёргала ручку, проверяя надежность замка и только после того как он не поддался моим усилиям, зашла в свою комнату.
Глава 10. «Красивая подруга». Часть 2
Сбросив с себя платье, я нашла удобную, а главное, теплую домашнюю одежду и быстро пошла в ванную комнату. Только раздеваясь, я обратила внимание, что пальцы были все еще красные от холода, а ступни покрыты маленькими ранками и ссадинами.
Когда я убегала от Чудовища, то совершенно не чувствовала боли, в тот момент я спасалась бегством как загнанный зверек, которому было не важно как, главное - выжить. Зато сейчас все чувства обострились и я ощущала малейшую царапинку и при каждом шаге вздрагивала от боли.
Принимала душ я практически под кипятком, уж лучше, чтобы мое тело болело от горячей воды, а не его прикосновений, и вышла оттуда спустя час, когда вместо горячей шла уже холодная вода. Если бы только мысли и воспоминания можно было так же легко смыть как всю грязь со своего тела.
Весь сегодняшний день был достоин одного – быть вычеркнутым из памяти, но ко мне в комплекте, к сожалению, не шел магический ластик, поэтому с этим ужасом, с воспоминаниями о том, что произошло, мне придется смириться и жить дальше.
Видимо горячая вода меня слишком расслабила, потому что тело начало трястись от дрожи отвращения и, хоть в ванной от пара запотело зеркало, внутри я чествовала лишь ледяной озноб. Этот человек меня пугал. Интуитивно я понимала, что дальше будет только хуже и то, что я пережила сегодня, не сравнится с тем, что ждет меня в будущем.
Забравшись после душа в теплую постельку, я пыталась себя хоть как-то успокоить, убедить, что сейчас все было хорошо и никто меня больше не тронет и пока я не смогла во всем этом разобраться, вспомнила как где-то читала, что в любой непонятной ситуации относится ко всему нужно с юмором.
Вот и я решила посмеяться, что меня чуть не отымели в подворотне, но уже через пять минут рыдала в очередном приступе истерики под одеялом, а заснула лишь потому что была на столько вымотана физически и истощена морально, что даже не заметила как провалилась в сон.
В итоге, на следующий день я заболела. Видимо, мой организм не выдержал ночных прогулок на свежем воздухе в одном лишь платье. Однако, перед тем как окончательно свалиться с высокой температурой, ради собственного успокоения я все же провела небольшое расследование.
Напротив входа в общежитие располагалась небольшая пекарня, а чуть поодаль антикварный магазин и я искренне надеялась, что хоть кто-то из владельцев в достаточной степени беспокоился о безопасности, чтобы установить записывающие камеры наружного наблюдения. Вопреки моим ожиданиям, им оказался булочник.
Пожилой толстенький мужичок с радостью согласился показать мне вчерашние записи после того как я сказала, что нашла дорогой кошелек возле общежития и теперь разыскивала хозяина. Я уже было обрадовалась, но на деле реальность оказалась до ужаса разочаровывающей. Запись была отвратительной, серо-черно-белой, а сама камера направлена на вход в пекарню, едва захватывая проезжую часть возле общежития.
Спустя пять минут просмотра я увидела как возле входа в здание припарковался черный внедорожник, машину извращенца я узнала сразу, хотя и не могла определить марку, а номера на таком расстоянии были вообще не различимы, зато видно было как из салона вышел парень, на этот раз без маски, но по-прежнему в черной кепке, скрывающей глаза, и с моей курткой в руках направился вовнутрь общежития таким уверенным шагом, как будто он сам там и каждый день ходил туда-сюда.
Он был зол, в глаза сразу бросились слишком резкие и рваные движения, и то, с какой силой он захлопнул дверь машины, словно парень еле сдерживался. Он вышел через несколько минут, быстро запрыгнул в свой внедорожник и резко сорвался с места.
Ни лица, ни номера машины. Вместо глаз, носа и рта камера показывала лишь черные пиксели, но теперь я знала точно, что никогда не видела его раньше, среди моих знакомых в Бордо не было парней даже приблизительно такого телосложения, а машины, на которых они ездили, были скромнее и по определению дешевле.
В университете я не появлялась неделю, а после того как пришла, получила на подпись бумаги о переводе в Париж и список документов, которые должна была предоставить в оба университета и сообщение на свой телефон: «Проблемная идиотка». Почему-то теперь мне казалось, что это было не просто сообщение, а, скорее похоже на то, как он переименовал меня в списке своих контактов.
Чудовище сдержал свое слово, даже не смотря на то, что официально раньше мая никто не имел права переводить меня в другой вуз. Я все же, решила остаться в Бордо Монтень до конца семестра, чтобы закрыть учебный год как положено, а потом просто наслаждалась летом в порте Луны.
Глава 11. Промежуточные итоги.
Он сочетает в себе несочетаемое.
***
(наши дни, конец августа) –
Я пыталась вспомнить тот день как можно более детально, чтобы хоть как-то по крупицам воссоздать образ Чудовища и сравнить его с тем, что я знаю о парнях из Четверки. Получалось откровенно плохо. Этот гребаный фантомас не оставлял практически ни одной зацепки и то, что я о нем знала мне не очень-то и помогло.
Осознавая совершенно точно, что сегодня сна мне не видать, я вылезла из кровати и стала нервно расхаживать по комнате, описывая круги от окна до двери, накручивая кончики длинных волос на палец.
Итак, во-первых, я решила, что он курит, потому что сегодня я совершенно точно видела как он выбросил сигарету, но тут же вычеркнула это из своего списка виртуальных зацепок. Я сегодня тоже закурила, первый раз за последний месяц взяла в руки сигарету, но это еще не означало, что я курю. К тому же, тогда, в Бордо я не ощутила исходящего от него запаха табака, Чудовище тогда пах терпким древесным ароматом с примесью хвои.
Он - высокий красивый качок и, выходя на улицу с целью планового изнасилования, предпочитает черный. К сожалению, набор этих нелепых фактов не особо помогал.
Так, что мы еще имеем? Я села на тумбочку возле окна и посмотрела на улицу, постукивая босой ногой по полу. Синдром беспокойных конечностей, - раздражающая реакция организма на стресс. Проводя руками вдоль ног до колен, я пыталась успокоиться и вспомнить что-то еще.