— Ладно, будет подарок, — сказал медведь и пошел дальше.
Пробегали еще кабан-зубап да заяц-серяк.
Лиса и их своим хозяином напугала.
Собрались звери и крепко призадумались: какой же им подарок лисьему хозяину принести?
Думали-гадали, наконец медведь говорит:
— Вот что, братцы, надо вкусный обед приготовить да в гости его с хозяйкой позвать. Тогда все разом и увидим.
— Ладно, пусть будет так, — согласились звери.
И тут опять они крепко призадумались: какой же обед приготовить?
Думали-гадали, наконец медведь и говорит:
— Я принесу колоду меда.
— А я — барана, — говорит волк.
— А я — желудей, — говорит кабан.
— А я — свежей капусты, — говорит заяц.
Приготовили они обед и стали советоваться, кому идти приглашать.
Медведь говорит:
— Я толстый, мне ходить трудно.
Волк говорит:
— А я и так набегался, у меня ноги болят.
Кабан говорит:
— А я толком говорить не умею.
А заяц ничего не сказал. Вот и порешили послать его, как самого легконогого.
Прибежал заяц к лисьей хатке, постучал лапкой в окошко, от страху зажмурился и испуганным голоском пропищал:
— Добрый день, почтенные хозяева! Просили медведь, волк и кабан: приходите, пожалуйста, к ним в гости.
Сказал это одним духом и назад бежать.
Приготовились звери гостей встречать. Сидят за богатым столом, ждут, о лисьем хозяине разговоры ведут.
Вот заяц и говорит:
— Нет, братцы, так сидеть страшно. Кто его знает, какой там хозяин у лисы. А что, ежели наш обед ему не понравится, и он всех нас хвостом поубивает… Давайте-ка лучше спрячемся и сперва на него издали поглядим.
Звери согласились с мудрым заячьим советом и начали прятаться.
Медведь взобрался на дуб, кабан в мох зарылся, волк под куст забрался, а заяц в траве спрятался.
Тем временем лиса взяла под руку своего хозяина, и пошли они в гости.
Приходят па полянку. Слышит кот — мясом запахло. Видит — целый баран лежит.
Поднял он шерсть, натопорщил усы и враз на барана накинулся.
Ест и все урчит: «Мяу-у, мяу-у!»
Зверям аж страшно стало. Им показалось, что он кричит: «Мало, мало!»
— Ну и зверище! — говорит волк. — Мне и за день с таким рогачом не управиться, а ему еще мало…
Кабан лежал, лежал во мху и от страха начал хвостом вертеть. Кот подумал, что это из норки мышь лезет. Прыг туда и вцепился когтями в кабаний хвост.
Как подскочит кабан, как бросится бежать! Только ветки трещат.
Испугался кот и скок на дуб!
«Ну, — думает медведь, — это он меня заметил. Надо спасаться, пока не поздно».
Грохнулся медведь с дуба прямо на куст, где сидел волк. А тому показалось, что это сам лисий хозяин напал на него. Поднялся волк и — бежать от беды подальше. А медведь за и тресь-лом, тресь-лом!
И бежали они так, что заяц спустя час еле догнал их.
Догнал и говорит:
— Ежели б вы меня не послушались да не спрятались, он бы нас всех съел! Ну и страшенный же зверь!
А кот с хитрой лисой нагостились и домой воротились.
ДЯТЕЛ, ЛИСА И ВОРОНА
ыдолбил дятел в осине дупло, сделал гнездо и вывел деток — трех дятликов.
Растут маленькие, и радуется дятел. «Выращу, — думает, — деток — будет мне в старости помощь».
Да недаром говорится: «Кабы у дятла да не длинный носок, никто б его не нашел!» Не умел он радоваться про себя, а раструбил на весь лес о своих детях. Кого ни встретит — всем хвастается: «Ох, и какие же у меня славные детки! И умные и пригожие. Других таких ни у кого нету!..»
Прослышала об этом лиса. Захотелось ей отведать молодых дятловых птенчиков. Но как их достать из гнезда? Лазить на деревья лиса не умеет.
Растит дятел деток — кормит, поит, а лиса у осины похаживает, скалит зубы да все думает, как бы ей дятловых птенчиков со свету сжить.
И придумала, наконец. Подходит раз к осине и давай хвостом по дереву стучать.
Высунул дятел голову из дупла:
— Ты что, лисичка, делаешь? Зачем моих деток пугаешь?
— Вот как? — говорит лиса. — А у тебя и дети есть?
— Есть, — говорит дятел. — И такие славные детки!
— Ну так гони их вон, да и сам выбирайся, а то я сейчас дерево буду рубить…
— Зачем тебе дерево это? — спрашивает дятел.
— Как это — зачем? Распилю на дрова, печь топить буду.
— Ой, лисичка, ой, матушка! — начал упрашивать дятел. — Дай сперва деток выкормить, а потом и руби дерево. Куда ж я теперь с малышами-то денусь?
А лиса еще сильней стучит хвостом по дереву:
— Не могу я ждать, пока ты детей выкормишь! Кто ж виноват, что ты как раз на этой осине гнездо устроил! Разве мало было деревьев в лесу?
— Оно-то правда, — говорит дятел, — деревьев в лесу много, но кто мог знать, что вот эта старая, гнилая осина понадобится тебе на дрова!
— Прежде чем гнездо делать, надо было у меня спросить, — злится лиса. — Сам виноват!
Почесал дятел свою пеструю голову:
— Что же мне, лисонька, делать? Посоветуй.
Облизнулась хитрая лиса, повертела хвостом и говорит:
— Сбрось мне одного дятлика, тогда не буду рубить дерево.
Подумал дятел — жаль дитятко, да что делать: хоть двое ему останутся. И сбросил одного птенчика. Подхватила его лиса, побежала за куст и съела.
На другой день приходит опять:
— Сбрось еще одного дятлика, а то дерево буду рубить.
И давай хвостом по осине барабанить. Как ни упрашивал дятел, а пришлось ему еще одного сбросить.
Понравились лисе дятловы птенчики. Спустя денек пришла снова. Жаль дятлу последнее дитя отдавать. Он и говорит:
— Погоди, лисичка, хотя бы до завтра. Дай еще хоть немного дитятком утешиться.
— Ладно, — согласилась лиса. — Приду завтра.
Сидит дятел в дупле, горюет и все думает, как бы ему спастись от лисы. Да ничего придумать не может.
А тем временем прилетает в гости к дятлу его кума — серая ворона.
— Так, мол, и так, — говорит ей дятел, повесив нос. — Не до гостей мне, кумушка: последнее дитятко лиса забирает…
Ворона была птица старая и умная, не такая, как другие.
— Дурень, — говорит она, — а ты не отдавай!
— Тогда лиса дерево срубит, все равно нас загубит.
— Это она только пугает. Как придет она завтра, ты скажи ей: «Руби себел, я тебя не боюсь!»
Обрадовался дятел, поблагодарил куму ворону за умный совет и даже хорошо ее угостил жуками-короедами.
Прибегает па другой день лиса.
— Ну, дятел, — говорит, — давай, что обещал, а то сейчас дерево срублю.
А дятел высунул свой длинный нос из дупла и говорит:
— Руби себе, я тебя не боюсь!
Удивилась лиса: откуда дятел ума-разума набрался?
— Кто это тебя научил так говорить? — спрашивает она.
— Моя свояченица, ворона-кума! — смело ответил дятел.
Обозлилась лиса на дятлову куму — серую ворону. «Постой же, — думает, — я этого тебе не прощу!» И ушла, глотая слюну.
Думала она, думала, как бы отомстить вороне, и наконец надумала. Выбежала на полянку, легла и прикинулась мертвой.
Увидела это с дерева ворона. «А-а, — обрадовалась она, — неплохая еда валяется».
Тут она крыльями мах, мах — и вмиг возле лисы очутилась. Сперва клюнула ее в хвост, чтоб проверить, вправду ли лиса мертвая. А та даже не шелохнулась. Лежит как неживая.
Ворона осмелела, подпрыгнула к голове и уже собралась было клюнуть в глаза, а лиса как схватится и цап ворону за ногу!
— Ага! — засмеялась лиса, оскалив зубы. — Попалась ты мне на обед вместо дятлова птенчика! Будешь знать, как дятла учить.
— Ну что ж, — говорит ворона, — ты перехитрила меня. Теперь я только одного боюсь: чтоб ты не мучила меня так, как твоя мать мою мучила.
— А как же она мучила? Я что-то не припомню.
— Да ты тогда маленькою была…
— Так расскажи.
— Ладно, расскажу, — согласилась ворона — Дело было так. Твоя мать поймала мою мать. Вот как ты меня сейчас…
— Ну понятно, — перебила ее лиса. — Моя мать была не такая глупая, как твоя.
— Да-да, — ответила ворона. — Она и вправду была умная, не захотела есть мою мать с перьями: перья-то ведь невкусные!
— Конечно, невкусные! — подтвердила лиса.
— Так вот что твоя мать сделала: взяла два решета, посадила в них мою мать, потом сложила решета вместе да как пустит их с крутой горы, так на моей матери и перышка не осталось, все дочиста осыпались. Брр! — ужаснулась ворона. — Ведь это для пас, ворон, самая страшная мука…
«Хорошо же, — подумала лиса. — Не буду и я глупей своей матери».
Достала она два решета, посадила туда Дятлову куму да и пустила решета с крутой горы. Решета разъехались в стороны, а ворона поднялась и полетела на дерево.
КОТИК — ЗОЛОТОЙ ЛОБИК
ил дед с бабой. Были они такие бедные — ни поесть нечего, ни сварить.
Вот баба и говорит деду:
— Возьми, дед, топорок, по езжай в лесок, сруби дубок, отвези на рынок, продай да купи мерку муки. Напечем хлеба.
Собрался дед, поехал в лесок, начал рубить дубок. Спрыгнул с дуба котик-золотой лобик, золотое ушко, серебряное ушко, золотая шерстинка, серебряная шерстинка, золотая лапка, серебряная лапка.
— Дед, дед, что тебе надо?
— Да вот, коточек, мой голубочек, послала меня старуха срубить дубок, отвезти на рынок, продать да купить мерку муки на хлеб.
— Езжай, дед, домой; будет у вас мука!
Приехал дед домой, глядь — а муки у него полон закром! Испекла баба хлеб, сама наелась, деда накормила и говорит ему:
— Не мешало бы теперь и затирку[5] сварить. Да вот беда: соли нет. Возьми, дед, топорок, поезжай в лесок, стукни в дубок, может, выскочит котик-золотой лобик: попроси у него соли.
Взял дед топорок, поехал в лесок, стук в дубок… Выскочил котик-золотой лобик, золотое ушко, серебряное ушко, золотая шерстинка, серебряная шерстинка, золотая лапка, серебряная лапка.