— Вызовите милицию! — прокричал Лев Валентинович уже на лестнице, скатываясь по ступенькам вниз.
— Я здесь, — немедленно отрапортовал участковый, спускаясь сверху. — Кто меня звал?
— Никто, батенька, — успокоил его Туракович своим профессиональным убаюкивающим тоном. — У юноши галлюцинации. Вероятно, он наглотался чего-нибудь лишнего, и теперь ему мерещится всякая, с позволения сказать, дрянь.
— Милиция — это, по-вашему, дрянь? — возмутился дед Сидор, загораживая участкового чахлой грудью.
— Куда он побежал? — бурно задышал тот. — Еще не хватало, чтобы прямо возле нашего участка наркоман совершил нападение.
— Он уверял меня, что на диване сидит розовая кошка. А когда я заметил, что там никого нет, он страшно возбудился, закричал, что кошку украли, и побежал во двор разбираться с похитителями. Прихватил с собой бадминтонную ракетку, — крикнул Туракович вслед затопавшему вниз по ступенькам милиционеру. — Так что будьте поосторожнее!
Пока Лев Валентинович бежал по лестнице, заворачивал за угол и метался между металлическими гаражами, низкая машина, в которую засунули его начальницу, дала задний ход и укатила в неизвестном направлении. Вместо нее во дворик въехал другой автомобиль, принадлежавший заместителю директора магазина «Продукты 24 часа», Леониду Бахвалову. По стечению обстоятельств его автомобиль тоже был черный и тоже пыльный. Поэтому когда оглушенный адреналином стажер увидел его перед собой, у него не возникло никаких сомнений в том, что внутри находятся враги.
Подозревая, что прямо сейчас может получить пулю в живот, потея от ужаса и героизма, ударившего ему в голову. Лев Валентинович принялся скакать перед машиной, размахивать бадминтонной ракеткой и вопить во всю мочь:
— Отпустите ее, гады! Отпустите!!! Я сейчас вас всех тут переломаю! Сюда уже милиция едет. Вас всех тут повяжут. А-а-а!!!
Сказать, что Бахвалов удивился, когда увидел вопящего и танцующего папуасский танец парня, значит ничего не сказать. Пока он сидел с отвисшей челюстью, товаровед, который увидел происходящее в окно, позвонил в то самое отделение милиции, что находилось в двух шагах от места происшествия. Его оперативно соединили с участковым: тот со своей свитой уже добрался до места развернувшихся событий. Вся компания — сам представитель власти, Туракович и группа соседей — остановилась в отдалении и наблюдала за развитием драмы.
В это самое время Лев Валентинович неожиданно вспомнил, что на его мобильнике есть «тревожная кнопка», на которой так настаивала бабушка. Он выхватил телефон из кармана, стукнул себя им по лбу и послал в мировое воздушное пространство сигнал 508, отчаянно надеясь, что тот спутник, который отвечает за передачу сигнала, находится в хорошем рабочем состоянии.
Тем временем товаровед получил от участкового некоторое количество информации, после чего позвонил Бахвалову на мобильный и сказал:
— Леня, не волнуйся, это наркоман, за ним уже едет «психовозка» из дурдома.
— А чего он от меня хочет? Кого я должен ему отдать? — дрожащим голосом спросил зам, который все это время сидел, не шевелясь и не снимая руке руля.
— Не обращай внимания, он же псих! А чего могут хотеть психи? Всякую ерунду они хотят. Этот, например, желает, чтобы ты отдал ему розовую кошку.
Бахвалов растерянно оглянулся через плечо. На заднем сиденье красовалась большая плюшевая кошка ярко-розового цвета. Она была очень пушистой и нравилась всем без исключения девицам, которых он катал в машине. Откуда незнакомый псих узнал о ней, было совершенно непонятно. Тем не менее Бахвалов решил, что с кошкой следует немедленно расстаться, иначе псих начнет крушить машину, а машину Леониду было жалко, хотя он и купил ее на ворованные деньги.
Последующие события разворачивались стремительно. Сначала в арку проникла машина скорой психиатрической помощи, за ней вкатились менты, приехавшие по сигналу «тревожной» кнопки, — целых два наряда, а за ментами появилась живая и невредимая, хотя и слегка помятая Марина Беглова.
Первым, на кого менты обратили внимание, был невысокий полный человек с начесанным на лысину пуком волос. Он стоял возле черного автомобиля, зажмурив глаза, размахивал над головой розовой плюшевой кошкой и кричал тонким голосом:
— Заберите кошку! Пожалуйста, заберите!!! Я отдаю ее!
К чести медиков, они тоже в первую очередь обратили внимание именно на этого человека. Участковый попытался было что-то возразить, но ему пришлось отступить, так как псих из двадцать седьмой квартиры неожиданно внятно объяснил, что на его глазах была похищена женщина. Самое главное, эта женщина действительно оказалась рядом и она все подтвердила!
— Два бритоголовых типа напали на меня здесь, во дворе. Засунули в машину, выехали из-под арки и остановились, потому что огромный кран перекрыл перекресток, — объяснила она. — Я не знаю, чего они хотели. Просто засунули меня в машину и повезли. Если бы мы не застряли из-за этого крана… Как только им удалось развернуться, появились ваши машины. Бритоголовые открыли дверцу и вытолкнули меня на улицу! Не знаю, я их никогда раньше не видела. Не думаю, что смогу опознать. Я очень испугалась и закрыла глаза.
— Нет, — качал головой Лев Валентинович, — номера я не разглядел. Да, мы журналисты, но не работаем с опасными темами. Сейчас готовим материал про пчел…
Минут через десять толпа начала потихоньку рассасываться. В это время в служебное помещение магазина «Продукты 24 часа» вошли люди с официальными лицами и заявили, что у них есть ордер на арест Леонида Петровича Бахвалова. На что товаровед радостно сказал, указывая в окно:
— А его только что в психушку увезли!
Человек, возглавлявший группу, двинул бровью, проследил за его взглядом, но увидел только задний бампер машины неотложной помощи.
— Вот народ, — сказал он. — И как они только обо всем узнают? Чувствуют, что ли? В психушку, видишь ли, он отправился! Ладно, и не из таких мест доставали.
Тем временем Марина и ее стажер в сопровождении целого табора соседей поднимались по лестнице к двадцать седьмой квартире. Добравшись до нужного этажа, они отдышались, и тут Маргарита Витальевна наконец задала главный вопрос:
— Мариночка, а у вас теперь есть кошка?
Марина изумленно посмотрела на нее и помотала головой:
— Не-е-ет, с чего вы взяли?
— Значит, это все же вы мяукали, молодой человек! — строго сказала Шустер, обращаясь к Льву Валентиновичу.
— Я мяукал?! — Тут до него наконец дошли Маринины слова, и он повернулся к ней, сделав глаза блюдцами:
— У тебя нет кошки? А кто тогда такой большой, белый и персидский облился красной гуашью?
— Большой, белый и персидский? — попугаем повторила Маргарита Витальевна. Побледнела, покачнулась и кинулась к своей двери, издав нечеловеческий крик:
— Розамунда!!!
Марина, отличавшаяся повышенной сообразительностью, немедленно задала своему стажеру правильный вопрос:
— Ты что, мучил соседскую кошку?
— Да ну, я разве похож на садиста?
— А чего она орала?
— Я ее мыл. Она прыгнула на стеллаж и облилась гуашью.
— И почему она прыгнула именно на гуашь? — с недоумением спросила Марина.
— С кошками всегда так, — встрял дед Сидор, который успел сбегать домой за пивом и теперь время от времени прикладывался к бутылочке. — Они же дуры, каких свет не видывал. Если где можно набедокурить, так и сделают.
Марина оттеснила большого знатока кошек в сторону и открыла дверь своей квартиры. Тут же на лестничную площадку выскочила обезумевшая от горя Шустер и ринулась вперед нее, голося:
— Розамунда! Девочка моя! Где ты?!
Источник головной боли Льва Валентиновича вышел на зов и коротко мякнул. Марина протянула руку и включила в коридоре свет. Все ахнули. Местами мокрая, местами подсушенная кошка была похожа на драную козу. Вдобавок к этому она оказалась веселого клубничного цвета.
— Моя родная мама, — тихо сказала Марина.
— Я случайно вымыл ее оттеночным шампунем, — виновато пояснил Лев Валентинович. — Шампунь наложился на гуашь, и получилось вот что.
Охваченная ужасом хозяйка Розамунды воздела руки к небу и простонала:
— Господи! Ветеринара! Срочно!
Буквально в ту же секунду позади них раздался веселый голос:
— Кто вызывал ветеринара?
Маргарита Витальевна перестала голосить, посмотрела сначала на парня в куртке с трафаретной надписью «Ветпомощь», потом на свои молитвенно сложенные руки, затем снова вверх и с недоверием в голосе пробормотала:
— Спасибо, господи!
Когда наконец все успокоилось, на опустевшей лестничной площадке остался один дед Сидор.
— Волшебство, — приговаривал он, отпивая из бутылки. — Новый год летом. Как это у нее так получилось?
Он сильно зажмурился, потом топнул ногой и приказал:
— Ветеринара!
Ничего не произошло. Он снова отхлебнул и снова потребовал:
— Ветеринара!
— Мама, мама! — закричали дети, толпившиеся за дверью. — Там дедушка кричит и требует ветеринара.
— Еще бы, — проворчала мама, загоняя дедушку домой. — Если каждый день напиваешься как свинья, человеческий врач тебе уже не поможет.
Лев Валентинович как заведенный ходил из кухни в комнату и обратно. Марину выворачивало в ванной наизнанку.
— Это от нервов, — со знанием дела заявил стажер, когда она наконец вышла на свет божий. — О, ну и вид у тебя. В общем, так и должно быть. Когда тебя хватают на улице жуткие типы и везут в неизвестном направлении…
— Никуда они меня не везли, — ответила Марина.
— Как это?
— Они хотели со мной парой слов перекинуться. Вот что… — Она плюхнулась на диван и сжала руками виски. — Я сейчас все расскажу. — Ей захотелось выговориться, хоть каким-то образом снять стресс. — Вообще-то следует передать тебя в другой отдел…
— Я что — ничего не стоящая вещь?! — возмутился Лев Валентинович. — И меня можно передать кому-то, как какой-нибудь дырокол? И разве это не я бросился на выручку, когда тебя схватили?