От гнева и изумления вся краска сбежала с лица Мэнди Миры.
— Вышвырните их вон!
Она вылетела из комнаты, а Ева с Рорком направились в холл. Хэнк вышел вслед за ними и прикрыл за собой дверь.
— Лейтенант… сэр… Я хотел бы извиниться за…
— У вас своя работа, у меня — своя.
— Вы уверены, что сенатора Миру избили и похитили?
— Да. — Перемена в голосе Хэнка заставила Еву обернуться. — Вы знаете, с кем у него была назначена встреча в старом доме?
— Не знаю, но постараюсь выяснить. Сенатор должен был вернуться больше часа назад. Мне и самому давно пора домой; миссис Мира настояла, чтобы я остался, пока он не приедет.
— Это обычная практика?
— Ничего необычного в ней нет. Если узнаю что-нибудь полезное, позвоню вам в Центральное. И просто для сведения: она и правда сообщит губернатору и вашему начальству.
— Да хоть самому Господу Богу.
Когда двери лифта закрылись, Рорк взял Еву за руку. Он почти чувствовал, как ее кожа излучает ярость.
— Чур я буду Шваль.
— Что?..
— Чур я буду Шваль. Так что тебе остается Сброд.
На лице Евы отразилось минутное замешательство, затем глаза ее лукаво блеснули, против воли отзываясь на шутку.
— Почему именно Шваль? Потому что первый по списку?
— Просто слово нравится. По-моему, мне идет. А тебе больше подходит Сброд. Мой Сброд…
— Лейтенант Сброд.
— Как скажешь.
— Пытаешься меня успокоить, чтобы я не разнесла лифт?
— Скорее, пытаюсь успокоиться сам. Не часто у меня возникает желание ударить женщину — не в моей это природе, а сейчас такое желание было.
— Когда я мысленно ей вмазала, из носа у нее брызнула кровь.
— Что же, придется нам обоим довольствоваться этим. И все же… — он поднес руку Евы к губам, — мы поедем домой и будем работать допоздна, чтобы найти мужа этой хамоватой стервы.
— Ну и мерзавец же он, наверное. Только мерзавец возьмет в жены нечто подобное. Но ты прав, мы будем его искать.
Пока ехали домой, Ева позвонила Мире — сообщить, что уведомила Мэнди.
— Как она отреагировала?
— Заявила, что это вы с мистером Мирой все выдумали, оскорбила меня, Рорка, вас обоих и пообещала пожаловаться губернатору и Уитни. Я послала ее в жопу.
— Я все улажу.
— Не надо. Не хочу, чтобы вы…
— Ева, я все улажу. Ждите извинений.
— Не нужны мне ее…
— Не спорьте.
Ева начала было возражать, но увидела усталость и напряжение в лице Миры.
— Ладно, бог с ним. Как мистер Мира?
— Нормально. Никаких настораживающих симптомов. Еще понаблюдаю сегодня, но, по-моему, он в полном порядке. Волнуется за Эдварда, конечно.
— Передайте ему, что мы приступили к расследованию. Если что-то узнаем, я сообщу.
Ева нажала на отбой прежде, чем Мира успела еще раз ее поблагодарить, и принялась обдумывать возможные методы расследования. Машина тем временем въехала в ворота и остановилась перед домом.
Во всех окнах величавого каменного здания приветливо горел свет — даже в причудливых башенках. Вернуться в такой дом после бесконечного рабочего дня — это ли не чудо?
Они вышли из машины и направились ко входу.
— Сколько тебе понадобилось, чтобы спроектировать дом — весь этот замок?
— О, мальчишкой я годами строил его в своем воображении. Всякий раз, как ложился спать голодным или избитым, дом вырастал еще немного.
Поскольку детство у Рорка было такое же кошмарное, как у самой Евы, ее удивило, что дом получился просто большим, а не гигантским.
— Я слегка его уменьшил, — пояснил Рорк, снова беря ее за руку. — Отказался от сторожевых башен и рва с водой. А еще пришлось признать, что мои любимые катапульты лишены всякого практического смысла.
— Ну, не знаю. По-моему, катапульты — это круто.
Переступив порог, Ева увидела Соммерсета. Вот кого бы она зарядила в катапульту в первую очередь…
Дворецкий стоял у дверей, одетый в обычный черный костюм — вылитый живой труп или скитающийся по дому призрак. Толстый кот Галахад потерся о его штанину, затем потрусил к Еве с Рорком и принялся виться у них между ног, словно неуклюжий танцор кошачьего балета.
Ева ждала традиционного язвительного замечания по поводу их позднего возвращения или еще какой-нибудь колкости, однако Соммерсет лишь произнес:
— Мистер Мира?
— Все в порядке, — ответил Рорк, снимая пальто. — Ева только что говорила с доктором Мирой.
— Рад слышать. Если могу чем-то помочь, просто дайте знать.
Соммерсет удалился почти беззвучной походкой. Ева проводила его хмурым взглядом.
— После такого дня мне даже не представится случая на него наехать?
— Ты послала в жопу супругу бывшего сенатора, — напомнил Рорк, помогая ей снять пальто. — На сегодня с тебя хватит.
— Я была при исполнении.
Мимоходом почесав Галахаду спинку, Рорк направился к лестнице.
— Завтра наверстаешь упущенное.
Поскольку ничего другого действительно не оставалось, Ева тоже двинулась вверх по лестнице, слыша позади топоток Галахада.
— Сначала ужин, — объявил Рорк. — В спальне, с вином и камином.
Ева не возражала. Потом, у себя в кабинете, она оформит доску с материалами дела, соберет кое-какие данные, поторопит детектива из отдела по розыску пропавших без вести. Рорк может проверить финансы Эдварда — это его развлечет. А сама она…
— Я займусь вином и камином, ты — макаронами, — объявил Рорк.
— Договорились. Надо будет позвонить детям Эдварда — вдруг они что-нибудь знают. А завтра займусь этим его институтом, если ничего нового не всплывет.
— Если не всплывет труп, хочешь сказать. Ты рассуждаешь, как коп из убойного отдела.
— Я и есть коп из убойного отдела. Да, труп. Будь это обычное похищение, за Эдварда потребовали бы выкуп. Может, конечно, им что-то от него нужно — тогда, глядишь, еще отпустят живым.
— А зачем его отпускать?
— Да, зачем? Разве что велят держать язык за зубами, чтобы не было хуже. Я слишком мало о нем знаю — не могу сказать наверняка. Чутье говорит, что труп будет, но вдруг у меня просто условный рефлекс?
— Жена его не любит.
Раньше Ева пришла бы к такому же выводу логическим путем. Теперь она сама испытала любовь и просто знала, что это так.
— Любовью и не пахнет. Однако Мэнди дорожит своим статусом. Вряд ли это ее рук дело. Хотя, возможно, мне просто не все известно. По словам Миры, сенатор ходит налево, но жене глубоко наплевать. А вдруг ей больше не наплевать? Скажем, возникла угроза развода и потери статуса.
Ева поставила на стол тарелки, до краев наполненные макаронами. В камине уже потрескивал огонь, а Рорк разливал по бокалам темно-красное вино. За происходящим с интересом наблюдал кот.
— Как думаешь, Соммерсет его покормил?
— Разумеется.
— А, черт с ним…
Ева вновь подошла к автоповару и заказала блюдечко с лососем.
— Чтобы не смотрел на нас голодными глазами, — ответила она на удивленный взгляд Рорка.
Когда Галахад с жадностью набросился на еду, Ева вернулась за стол и взяла в руку бокал.
— Все это должно было произойти еще несколько часов назад.
Она сделала медленный глоток.
— Главное, что все-таки произошло. В такой мерзкий вечер приятно поужинать вместе у камина — пусть и с опозданием.
Ева намотала на вилку спагетти, попробовала.
— А ничего… — Она подцепила вилкой еще. — Риелтор. Нужно найти риелтора. Либо он как-то связан с исчезновением Эдварда, либо встречу отменили. Скорее всего, связан. — Ева оторвала вилкой кусочек фрикадельки. — Продажа дома тут ни при чем — ей мешает мистер Мира. Либо личные счеты, либо политические. Может, задолжал кому-то денег? В любом случае сенатора заманили в дедов дом, а значит, знали о его существовании и надеялись, что там им никто не помешает. Но мистер Мира спутал им карты.
— Итак, пока Деннис Мира валяется без сознания, Эдварда увозят. То есть у похитителей есть машина.
— Да. А раз есть машина, значит, они с самого начала собирались увезти его с собой. Только сперва немного отделать. Попахивает личными счетами. Или денежными делами — для многих это одно и то же. И все же…
— Эдвард как раз намерен продать очень дорогую недвижимость, стоимость которой покроет любые долги, кроме совсем уж запредельных.
— Вот именно. Так что, если дело в деньгах, самое разумное — убрать помеху, то есть мистера Миру. Однако мистера Миру не трогают. Значит, скорее всего, личные счеты.
— Засадил кого-то не того, когда был судьей? — предположил Рорк. — Перебежал кому-нибудь дорогу в конгрессе? Или обошел по службе? У политика всегда много врагов.
— У ловеласа тоже. Брошенная женщина. Муж или любовник бывшей пассии. Мотивов сколько угодно.
Рорк кивнул и подцепил вилкой еще макарон.
— А почему не прикончить его прямо на месте?
— Вот-вот… — Ева ела, не переставая думать. — Поначалу я ставила на похищение. Но прошло уже несколько часов, а выкупа до сих пор не потребовали. Так что… им нужно время, чтобы выбить из Эдварда какие-то сведения или просто заставить страдать.
— На Денниса напали сзади.
Ева кивнула, пригубила вина.
— Постарались, чтобы не увидел нападавшего. Значит, действовали хладнокровно. Казалось бы, почему просто не пристукнуть Денниса, а заодно хорошенько напугать Эдварда? Но нет. Деннис в их планы не входит.
— То есть план у них есть.
— Смотри… — Ева подалась вперед. — Похититель входит в дом вместе с Эдвардом. Значит, Эдвард его не знает. Или знает, но не боится. Похититель выдает себя за риелтора. Возможно, он и есть риелтор, тогда расставить ловушку еще легче. Пока не найдем Эдварда или его труп, не сможем выяснить, заманили его в кабинет, отвели под дулом шокера или втащили силой. Еще непонятно, почему именно кабинет — играет ли место какое-то значение или нет. Мистеру Мире показалось, что Эдвард не был связан. Мои наблюдения говорят о том же. Так что, думаю, преступников как минимум двое: один держит сенатора на мушке, другой избивает.