- Да как ты смеешь?! – возмутилась Катерина. – Это ты меня бросил! Ты! Ты переметнулся к своей этернийской стерве! За неделю до свадьбы!
- Значит, ты меня помнишь, - усмехнулся этерн, неуловимо быстро приблизившись к ней вплотную. – А то вежливое «лорд Кетро» немного сбило меня с толку.
- Конечно, помню, - ответила она, снова беря под контроль свои эмоции. Ещё не хватало выдать себя… - Только не понимаю, зачем ты пришёл.
Золотистый взгляд этерна гипнотизировал, очаровывал и лишал воли… Совсем как двадцать лет назад. Катерина тряхнула головой, прогоняя наваждение.
- Если помнишь, лишней болтовни я не люблю, поэтому объясню по-своему.
Поцелуй обжёг губы, стирая память обо всём на свете. О предательстве, о том, как она рыдала в подушку, узнав, что беременна, о двадцати годах, в течение которых приходилось прятать от всего мира собственного ребёнка.
Катерина не пыталась вырваться, остановить поцелуй, этому мужчине всегда хотелось только подчиняться. Он фактически управлял целой империей и не какой-то провинциальной графиньке было спорить с силой премьер-сенатора.
Поэтому женщина и не думала о сопротивлении ни во время поцелуя, ни тогда, когда серебристое платье мягко упало к её ногам. Думать вообще не получалось. Она полностью растворилась в той силе, которая захотела подчинить её себе.
Мысли хлынули сбивающей с ног волной только когда этерн тихо произнёс:
- Хочешь, я сам отменю твою свадьбу?
Катерина вскочила с кровати, сгорая от стыда, схватила валяющееся на полу покрывало и, завернувшись, сказала:
- И ты думаешь, я тебя прощу?
- Ну, - произнёс Алехар, откидываясь на спинку кровати, - у меня есть для этого все основания. Я тебя поцеловал, ты ответила…
- Я ответила?! – возмущённо выдохнула Катерина.
- Ответила-ответила. Даже обняла меня, прижалась, ну и всё дальнейшее, - премьер-сенатор выразительно обвёл рукой кровать, - говорит о том, что ты меня простила.
- Ты даже прощения не попросил! Не объяснил ничего и думаешь, что я просто забуду, как ты бросил меня накануне свадьбы?
- Мне не за что просить прощения. Гиэлрин наложила на меня проклятие, заставив влюбиться в себя и забыть о себе.
- И что теперь?
- Я разведусь с ней, женюсь на тебе. План прежний, - коротко ответил этерн.
Катерина молчала, размышляя, а затем ответила:
- Нет. Я не выйду за тебя, Алехар. Слишком много времени прошло, я перегорела, разлюбила.
- Ничего страшного, - хмыкнул этерн, поднимаясь с кровати и начиная одеваться. – Я переживу. Видишь ли, мне по-прежнему нужны наследники, а искать новую жену слишком утомительно. Поэтому я возьму тебя. Ты меня устраиваешь.
- Я не собираюсь становиться бездушной клумбой для выращивания будущих Кетро! - со злостью повторила Катерина. - Я отказываюсь, слышишь?!
- Слышу, дорогая, - миролюбиво кивнул премьер-сенатор. – На этот случай у меня есть козырь.
- Какой ещё козырь?
- Ну такой знаешь… очаровательный, светловолосый, двадцатилетний козырь.
- О чём ты говоришь? – холодея от ужаса, спросила она.
- Я говорю о МОЕЙ дочери, - заледеневшим тоном отчеканил этерн. – Которую ТЫ и твой отец прятали от меня с самого её рождения!
- Прошу, только не трогай отца, - прошептала Катерина едва слышно. – Мне можешь вынести любой приговор…
- Я уже вынес тебе приговор, - ответил премьер-сенатор, приближаясь вплотную. – Ты станешь моей женой и родишь наследников рода. Примерно троих.
- Мне сорок два, Алехар, - усмехнулась Катерина. – Одного – вполне возможно, но троих…
- Ничего страшного, милая. Магия Кетро не помогает усилить фертильность этерниек, но восстановить после родов твой организм и поддержать во время беременности я сумею, поверь. К тому же ты будешь принята в род Кетро, пройдёшь ритуал, срок твоей жизни слегка удлинится. Уверен, всё получится.
- Но ведь принятие в род – означает, что других жён ты взять не сможешь…
- Всё верно.
- Зачем я тебе, Алехар? Возьми молодую жену. Хоть десять молодых жён, если каждая родит тебе даже по одному ребёнку, то…
Поток речи был прерван жёстким поцелуем, после которого прозвучал ответ.
- Я не хочу десять молодых жён. Я хочу тебя.
Калерия Перье
Мамину свадьбу назначили на последние выходные перед началом моего финального полугодия в Академии.
Поскольку желающих приехать на свадьбу Этьена Верлена и Катерины Перье оказалось гораздо больше, чем хотелось маме, праздник решили устроить в столице. На три дня арендовали шикарный отель, где остановились все гости.
Накануне дня икс я пришла к маме, чтобы оценить платье и макияж, помочь с драгоценностями. Мама казалась ужасно рассеянной. Всё время хваталась за золотые украшения. Вместо геаленовых, которые выглядели в разы изысканнее и дороже. Для такой модницы, как Катерины Перье, поведение крайне подозрительное.
Наконец, я поняла, что мама не в себе, предложила ей поговорить, но она отправила меня спать.
Спать так спать. Я ужасно устала во время этой суматохи. Сначала потратила кучу времени, чтобы разработать новое зелье, потом собирала запасы в Академию, после чего мы всем семейством переезжали в отель. В общем, уговаривать меня не пришлось.
Утром я сразу направилась к маме, чтобы узнать, как настроение.
Постучала в дверь и, не получив ответа, вошла. Кровать выглядела так, как будто на ней произошла настоящая битва. Простыни смяты, подушки и покрывало валяются на полу. Мамы нет. Проверила ванну. Пусто. Стало немного тревожно… Конечно, ничего плохого случиться с ней в охраняемом отеле, не могло, но всё-таки… Где она?
В этот момент раздался сигнал телефона. Голосовое сообщение от мамы!
- Калерия, обо мне не беспокойся, я в порядке. Просто… я не могу выйти замуж за нелюбимого мужчину. Никак не могу, поэтому взяла с тебя пример и сбежала со свадьбы. Дедушка будет в ярости, Верлены затаят на нас смертельную обиду, но я просто не могу пересилить себя! Думаю, ты меня поймёшь. Прости, что уговаривала тебя выйти замуж против твоей воли. Только сегодня ночью я осознала, насколько это противно. Прости! Возвращайся в Академию, позже сообщу, как у меня дела. Всё будет хорошо!
Ну, мамуля, и выкрутасница у меня, оказывается! Взяла и сбежала… Молодец! Даже горжусь ею что ли… Ладно, если свадьбы не будет, то пора в Академию.
Глава 2
Калерия Перье
С возвращением в Академию вернулись и гнетущие мысли. Как вести себя с Кетро дальше?
Узнав о Благословении Луны, я настроилась избегать Илрэмиэля во что бы то ни стало.
Во время разговора, который случился у меня с мамой почти две недели назад, перед мысленным взором одно за другим вспыхивали воспоминания.
- Согласно преданиям, богиня Исилторе осеняет знаком, указывая друг на друга тем, кому дарит благословение. Лёгкая вспышка, едва заметное мерцание глаз, просто чтобы обратить внимание…
Всё то, что я увидела, когда Илрэмиэль Кетро вышел на арену во время нашего первого боя. Теперь я понимала, что так напугало и разозлило этерна тогда. Моя иллюзия с той же самой вспышкой над головой. Он, очевидно, подумал, что я использовала заклятие приворота, которое придумали радикально настроенные романтики, когда Благословение Луны исчезло.
- Затем взаимное притяжение и борьба со своими чувствами, если существуют рациональные, социальные, любые внешние причины не быть вместе.
Не могу сказать, что меня так уж сильно тянуло к Рэму сначала, но он однозначно не давал мне прохода, цепляясь по поводу и без. Хотя, как я не пыталась игнорировать этерна, итог всё равно один.
Поразмыслив над моей запоздалой реакцией на Благословение, мы с мамой списали всё на зелья, которые замедляли обменные процессы, скрывая мою этернийскую сущность.
Благословение Луны – это дар (или проклятие?) богов этернам, а во мне на тот момент было больше человеческого. Зато, когда Рэм заставил меня принести клятву на крови, чтобы спасти от самой себя…
Рухнуло всё. Зелье потеряло свою эффективность, а эмоции от Благословения, благополучно сдерживаемые зельем несколько месяцев, нахлынули волной.
Теперь я понимала, что так долго длился откат не от Проклятия Солнца. Просто за ним сразу последовала другая волна - откат от сдерживаемого Благословения Луны.
- Откуда ты узнала всё это, мама?
- От премьер-сенатора, - слегка запнувшись, ответила она. – Он рассказывал мне это, как сказку, уверяя, что при встрече со мной понял, как чувствует себя мужчина под Благословением. Я слушала и даже где-то в глубине души верила, что мы предназначены друг другу судьбой. Или богами.
Мама резко отвернулась, но я успела заметить скатившуюся слезу. Притворившись, будто не вижу, как она промокает влагу с лица рукавом, я поджала губы и уверенно произнесла.
- В любом случае, это ничего не меняет. Рэму придётся отступить.
- Отступить? – насмешливо спросила мама. – Знаешь, что означает сияние этой татуировки? Благословение вступило в полную силу, а происходит это после поцелуя.
Поскольку это был не вопрос, а утверждение, я не стала отвечать.
- Так поцелуй был?
- Был.
- Ну вот и всё. На языке богов, это означает помолвку.
- Вот ещё! Ничего это не означает! – возмутилась я.
- Правда? – улыбнулась мама. – Ты ворвалась в дом, как цунами, лихорадочно носишься по лаборатории, потому что, как я подозреваю, тебя просто захлёстывают эмоции. К тому ж знак Исилторе светится как сумасшедший.
Я покраснела. Эмоции захлёстывали и ещё как. Если честно каждую минуту вдали от Рэма мне хотелось бежать к нему обратно, сама не знаю, откуда берётся сила воли сопротивляться этому так называемому благословению…
- Он не отступит, Калерия. Скорее всего, он сейчас сходит с ума от желания сделать тебя своей, вы практически женаты, ты принадлежишь ему душой и… до тела тут уже остался один неверный шаг. Сила Исилторе будет постоянно толкать его к тебе.