Так пуля, направленная убийцей Каплан в Ленина, в конце концов достигла своей цели.
ПОСЛЕ СМЕРТИ ЛЕНИНА Глава III
Не обращайтесь к идолам, и богов литых не делайте себе.
Принято считать, что решение не предавать тело Ленина земле было определено особыми обстоятельствами. Не было возможности остановить беспрерывный поток людей, стремившихся проститься с Лениным, лежащим в склепе.
При этом упоминают о большом количестве писем с просьбами оставить тело Ленина нетленным, сохранить его на века, сделать его символом новой эры коммунизма (см., например, Збарский Б. И. Мавзолей Ленина. М., 1946).
На самом деле все было не совсем так. Письма и телеграммы от партийных ячеек из разных мест страны, судя по официальным документам (например, постановление ЦИК от 24. 01. 1924 г.), действительно поступали в ЦИК и комиссию Дзержинского. Но они касались в основном вопросов увековечивания памяти Ленина в архитектурных сооружениях и грандиозных памятниках или же содержали конкретные просьбы разрешить приехать делегациям в Москву от того или иного уезда, района или города, чтобы проститься с Лениным.
Что касается бальзамирования и длительного сохранения тела Ленина, то такого рода предложений в письмах практически не было. Во всяком случае, письма такого содержания не обнаружены в архивах (нельзя, однако, полностью исключить и того, что их не сохранили). В комиссии Дзержинского проблема длительного сохранения тела в первые недели после смерти Ленина не обсуждалась, однако к критическому периоду весны 1924 года эта идея неоднократно и тщательно рассматривалась. Можно полагать, что руководство партии хорошо понимало все политические выгоды длительного сохранения тела Ленина в мавзолее как символа международного коммунистического движения. "Через некоторое время, — писал Сталин в 1924 году, — вы увидите паломничество представителей миллионов трудящихся к могиле товарища Ленина".
Одним из первых ученых, кто сразу после смерти Ленина понял значение дела бальзамирования его тела, был химик Борис Ильич Збарский. Будучи
далеким от этой проблемы, никогда даже не соприкасавшийся с нею, он убедил В. П. Воробьева — харьковского анатома, специалиста действительно грамотного, умелого и опытного в консервации музейного материала, дать свое согласие провести бальзамирование тела Ленина. Более того, в мартовские дни, когда уже было принято решение о замораживании тела Ленина и закуплено необходимое оборудование, своими решительными действиями он сумел отклонить этот достаточно грамотный проект и получить монопольное право на бальзамирование тела Ленина.
Похороны
23 января 1924 года в 9 часов утра тело Ленина, одетое в необычный для него полувоенный френч защитного цвета, плохо выбритого, со стриженной под машинку головой, уложили в гроб. В 9. 30 гроб на руках вынесли из Большого дома и понесли по морозу (-35 °C) на станцию Герасимово, что в 4 километрах от Горок. В 11 часов 40 минут тело Ленина поместили в вагон специального траурного поезда, и, сопровождаемый толпами народа по всей трассе до Москвы, поезд прибыл на Павелецкий вокзал, откуда его также понесли на руках по улицам Москвы до Колонного зала Дома союзов. Весь путь от Горок до Колонного зала занял 6 часов.
Огромные толпы людей устремились к центру Москвы. Сплошной поток людей в 2 колонны с 7 часов вечера 23 января до 27 января проходил мимо гроба Ленина. В очереди к Колонному залу было не меньше 50 тысяч человек. Только через почетный караул прошло около 10 тысяч человек, был возложен 821 венок. С Лениным прощались рабочие, крестьяне, соратники по партии, иностранные делегации (всего около 500 тысяч человек). На улицах круглосуточно горели костры. Стояли лютые морозы, в зале температура не поднималась выше -7 °C.
В Президиум ЦИК поступали телеграммы с просьбой дать возможность проститься с Лениным делегациям из разных мест Советского Союза. 25 января Президиум ЦИК решает: гроб с телом Ленина сохранить в склепе, сделав доступным для посещения; склеп соорудить у Кремлевской стены, на Красной площади, среди братских могил борцов Октябрьской революции.
На Красной площади срочно роют котлован, оттаивая мерзлую почву кострами. Архитектор А. В. Щусев предлагает простую конструкцию склепа: три кубических помещения: в центре куб повыше со ступенчатой крышей, справа и слева, где будет вход и выход, — кубы пониже.
Склеп едва успевают сделать из дерева к 27 января, украсив его снаружи и внутри красной и черной материей. Внутри склепа в центре на потолке прикалывают серп и молот, сшитый из черной материи, от этого символа труда крестьян и рабочих спускаются вниз черные полосы на красном фоне.
27 января 1924 года в 16 часов гроб с телом Ленина вынесли из Колонного зала, и траурная процессия последовала на Красную площадь. Там уже приготовлен постамент, на который ставят гроб. Площадь переполнена, раздаются гудки паровозов и заводов, пушечный салют.
"Как раз у въезда на площадь на низком деревянном помосте стоял темно-красный гроб, — вспоминал Умберто Террачини в январе 1924 года, — он был открыт и наклонен немного вперед. Голова Ленина покоилась на красной подушке. В огромной ледяной тишине раздавалось лишь потрескивание гигантских костров. Около них грелись многие тысячи людей, пришедших из городов и сел, чтобы выплакать свое горе и склониться перед гробом. Каждые десять минут с четырех сторон у гроба сменялся почетный караул".
Наконец, Сталин, Молотов, Калинин и Дзержинский вносят гроб с телом Ленина в склеп.
"Милая, родная моя Иночка, — напишет Н. К. Крупская 28 января 1924 года Инне Арманд, — схоронили мы Владимира Ильича вчера. Хворал он недолго последний раз. Еще в воскресенье мы с ним занимались, читала я ему о партконференции и о съезде Советов. Доктора совсем не ожидали смерти и еще не верили, когда началась уже агония. Говорят, он был в бессознательном состоянии, но теперь я твердо знаю, что доктора ничего не понимают".
Проект Красина
Тело Ленина еще долго находилось в холодном склепе, пока в самом конце марта, через 56 дней после смерти, не был наконец решен вопрос о его бальзамировании.
Первое предложение о длительном сохранении тела Ленина сделал 28 января Л. Б. Красин — инженер по образованию, бывший в то время наркомом внешней торговли.
Предложение это было принято, и уже 30 января на заседании созданной подкомиссии было поручено профессору Дешину (анатому) и профессору Абрикосову провести опыты по замораживанию трупов с предварительной их фиксацией формалином и частичным пропитыванием глицерином.
4 февраля 1924 года для рассмотрения "наиболее важных проблем, требующих срочного разрешения и постоянного наблюдения" создана исполнительная тройка в составе Молотова, Красина, Бонч-Бруевича, которая должна была решить вопрос о дальнейшей судьбе тела Ленина.
7 февраля тройка под председательством Молотова разрешает Красину закупить необходимое оборудование в Германии и приступить к разработке проекта и сооружению конструкции для замораживания тела Ленина. 14 февраля Дешин и Абрикосов заканчивают опыты по замораживанию двух трупов и сообщают о прекрасных результатах.
Между тем Абрикосову поручают наблюдать за состоянием тела Ленина.
января — он считает тело "вполне сохранившимся, пятно на руке, появившееся от обмораживания во время похорон, вполне рассосалось".
3 февраля — Абрикосов отмечает небольшое отхождение нижней губы и западение глазниц.
8 и 12 февраля — Абрикосов не видит никаких дополнительных изменений на лице и руках Ленина.
14 февраля Красин сделал обстоятельный доклад на исполнительной тройке о ходе работ по замораживанию и получил полное одобрение.
20 февраля Красину был передан акт о дополнительных исследованиях Дешина и Абрикосова на замороженных ранее трупах с их оттаиванием, которое, по их заключению, "может привести к сильным изменениям цвета кожи и появлению бордовых полос по ходу подкожных вен".
15—21 февраля все подготовительные работы по замораживанию тела Ленина были закончены.
А далее случилось неожиданное — все усилия и работа Красина, группы инженеров-разработчиков, как и опыты Дешина и Абрикосова, были перечеркнуты и проект глубокого замораживания был отвергнут.
Знаменательная встреча
Случилось вот что. Л. Б. Красин во что бы то ни стало хотел обсудить с медиками или биохимиками пришедшую ему вскоре после смерти Ленина идею глубокого замораживания. Красин был хорошо знаком с Б. И. Збар- ским, бывшим в то время заместителем директора Института химии. В начале февраля Красин приехал к Збарскому и рассказал ему о своей идее, которую Збарский тотчас раскритиковал, считая, что все равно аутолиз (разложение) будет идти и при низких температурах, и, кроме того, из-за разности температур внутри саркофага и снаружи стекла всегда будут запотевать. Возражения далеко не корректные, тем более что Красин тотчас нарисовал схему саркофага с двойными стеклами, устраняющими эффект запотевания, а после фиксации формальдегидом и заморажива-ния ферменты, которые повинны в аутолизе, как правильно полагал Красин, будут полностью нейтрализованы.
Однако этот разговор стал своеобразным катализатором для Збарского. "С момента беседы с Красиным, — вспоминает Збарский, — меня уже не покидала мысль о необходимости принять участие в сохранении тела Ленина. Обдумывая возможности применения того или иного метода, я нередко вспоминал о Воробьеве и думал, что он явился бы чрезвычайно полезным человеком для решения многих вопросов, связанных с сохранением тела Ленина".
Известно, что "на ловца и зверь бежит": вскоре Збарский встретился с В. П. Воробьевым.
В начале февраля в "Известиях" появилось интервью с А. И. Абрикосовым, который заявил, что не существует пока метода, который позволил бы надолго сохранить тело Ленина в неизменном состоянии.