«либеральных героев», не сбегàл в Европу и не обсирал там свою страну за англо-саксонские печеньки, за то, чтобы получить лишнюю забугорную европейскую премию и лишний бакс в кармашек, да прослыть «героем» в пидорском марвеловском костюмчике.
— 2 -
Когда Александр въехал в посёлок, то сразу понял, что что-то было не так. Выбросив допитую маленькую бутылку коньяка, Саша потихоньку двигался по Марьино на мотоцикле. Создавалось впечатление, что посёлок внешне изменился со времени последнего посещения его Александром. Посёлок стал каким-то блёклым, запустелым. Наибольшее количество его домов окутались зарослями, что внушало какой-то дискомфорт. Казалось, на протяжении долгого времени за домами здесь никто не ухаживал — это было видно по осыпающейся штукатурке, кое-где разбитым окнам, по заросшим сорной травой палисадникам и придомовым площадкам. С тех пор, как Саша въехал в посёлок, он не увидел ни одного местного жителя, будто тут все вымерли, при чём вымерли очень давно. Ещё более полугода назад, когда Александр с мамой приезжали в Марьино хоронить бабушку Саши по маминой линии, в селе были люди. Александр не обращал особо в тот момент внимания, насколько много жителей оставалось ещё в посёлке, но посёлок был живой…
Живой… То есть, обитаемый?
После похорон дом бабушки пустовал. Александр вывесил на нескольких сайтах объявление о продаже дома (дом был оформлен на него), однако предполагаемые клиенты не давали за дом ту сумму, которую просил Драговцев. Сейчас Саша решил поучаствовать во встрече бывших его одноклассников. Поначалу в планах было собраться почти всему бывшему классу Марьинской средней школы, но в итоге на встречу пришло лишь шесть человек (включая Александра Драговцева). Все шестеро были родом из данного посёлка. Александр по ватсаппу сообщил остальным, что он уже на месте, у дома его покойной бабушки. Первой, кого Саша увидел подходившей к дому, была Вероника Кошкина. Она по-прежнему была хорошенькой, как и в школьные годы… Многим людям свойственно меняться с годами. Меняться во всех смыслах слова. Многие люди из гадких утят превращаются в итоге в прекрасных лебедей. Другие, со временем, наоборот — из прекрасных лебедей перекраиваются с возрастом в очень гадких уток. Вероника была одинакова всегда. Конечно, она повзрослела, стала старше — понятно, что всем людям это свойственно. Но спокойствие Вероники, взвешенное мышление, её благосклонность и отзывчивость к окружающим, при этом не слишком спешная беготня за канонами окружающей системы и в то же время упорство и чёткое осознание своих целей всегда оставались неизменными качествами её (Вероники) натуры. А ещё Вероника всегда одинаково и сильно любила Сашу Драговцева — и в детстве, когда они были одноклассниками, и в юношестве, когда они с Александром были студентами в одном и том же ВУЗе, и сейчас, уже во взрослом возрасте, когда они с Александром изредка переписывались и встречались. Саше тоже довелось испытать в жизни сильное, неповторимое чувство любви. Однако его сердце принадлежало не Веронике, а совершенно другой женщине, которая, к большому сожалению Александра, была не с ним в этой жизни, а с другим мужчиной. Но Александр был однолюбом и не считал нужным скрывать это от кого-либо и стесняться этого. Поэтому-то у Саши с Вероникой и не было никаких иных встреч и общений, кроме как лишь дружеских. Сейчас, у дома умершей Сашиной бабушки, Вероника подошла к Драговцеву и, крепко обняв, поцеловала его в губы.
— Как ты поживаешь? — Улыбнулся ей Саша.
— Хорошо. — Ответила Вероника, сияющими глазами глядя на Драговцева.
— Оба-на! — Раздался мужской голос поодаль. — Здрасьте вам! Они тут, видите ли уже беседуют и за ручки держатся…
Саша с Вероникой обернулись и увидели приближающихся четверых своих бывших одноклассников. Самый высокий из них, окликнувший Александра и Веронику — это был худощавый парень, одетый в тёмно-синий спортивный костюм и серые кроссовки. Звали этого одноклассника Дима. Дмитрий Афанасьев. За Дмитрием шли ещё трое — две девушки и один плотный невысокий парень с сигаретой в зубах и который нёс в руках пакеты.
— Здорòво, пончик! — Обратился Дмитрий к Александру.
— Здорòво, долговязый! — Ответил тому Драговцев.
Они обнялись. Затем Дима поцеловал и обнял Веронику:
— Как дела, красавица?
— Пойдёт. — Ответила девушка. — А у тебя как? Всё пытаешься натягивать на себя образ весёлого и добрячего гопника?..
Долговязый в ответ легонько схватил её за грудь через кофту:
— А ты всё такая же привлекательная и хорошенькая…
— Руки! — Огрызнулась Вероника. — Давно не получал что ли?!
— Ага…От вас дождёшься. — Хихикнул в ответ Дмитрий. Затем он по-дружески обнял рукой Драговцева:
— Ну а ты? Всё бунтуешь…
— А как же! Как в старые добрые времена…
Затем Саша и Вероника поприветствовали остальных троих своих друзей. Две девушки и плотный парень с сигаретой — это были Валерия Архипова, Анастасия Лосева и Юрий Дымов. Юрий поставил пакеты на скамейку у забора перед домом. В пакетах были заранее закупленные шестью собиравшимися бывшими одноклассниками продукты для стола.
— Мда, — проговорил Юрий, пожав руку Александру. — Планировали собраться почти всем нашим классом на посиделки. А приехало лишь шестеро…
Он замолчал, жестикулируя руками и пытаясь подобрать шутливо — уничижительный термин для обозначения шестерых бывших одноклассников, находящихся здесь сейчас.
— Шестеро самых стойких, выносливых и патриотичных! — Прозвенела Анастасия своим приятным, воодушевляющим голосом. Она вслед за другими поприветствовала Александра и Веронику.
— Что-то странно тут всё. — Продолжал сетовать Юрий. Задумчиво оглядевшись, он бросил на землю окурок и растоптал его ногой. — Ни одного человека в деревне, кроме нас шестерых… Как в каком-нибудь фильме ужасов, блин… И нахрена было бывшим одноклассникам собираться в старой полузаброшенной деревеньке на посиделки… На планете Земля перевелись городские кафешки для этого дела?
— Ну хватит скулить и сгущать краски! — Молвила Валерия. Она расправила свои длинные золотистые волосы, поправила на шее стильный, в большей мере выполняющий декоративную функцию нежели согревающий, шарфик и засунула руки в карманы стильного же тёмно-серого плащика. Всем своим стройным, модным видом и манерами Валерия старалась соответствовать стилистике представительницы своей профессии, которую обожала. Все её одноклассники (такие же представители поколения миллениалов, то есть «игреков», как и сама Валерия) знали, что она (Валерия) с детства увлекалась фотографией и теперь, во взрослом возрасте, работала профессиональным фотографом. Она продолжила свою речь: — Осень на дворе. Хоть и не поздняя, но уже холодная. Видимо, жители Марьино заняты домашним хозяйством и на огородах возятся — работают, поэтому их и не видать на улице. А что касается того, что «нахрена было переться и собираться в старой деревне вместо кафешки» — тебе, Юра, раз ты задаёшь такой вопрос, не понять, ЧТО для бывших однокашников, давно разъехавшихся кто куда, означает теперь собраться вместе и одновременно посетить родные для нас всех места! А точнее — одно, бывшее некогда родным, место: наше Марьино, откуда мы все родом. Давайте прогуляемся по селу, зайдём в нашу бывшую школу. Но перед этим быстро все встали вместе и обнялись — я вас сфоткаю!
И она достала из-под плаща висящий у неё на шее на ремешке новейший модный фотоаппарат серебристого цвета.
— Ну… давайте, сфотаемся, пройдёмся по селу, да будем стол накрывать. А то уже скоро темнеть начнёт. — Молвил Юра. После того, как Валерия произвела снимок, он взял со скамейки пакеты и попросил Александра отомкнуть ворота, чтобы занести пакеты в дом. Группа бывших одноклассников запланировала собраться на посиделки в доме Александра Драговцева (точнее его покойной бабушки).
После прогулки по селу Валерия отделилась от остальной компании ребят, мотивируя это тем, что она хочет пройти к опушке, которая осуществляла плавный переход посёлка в лесную чащу, и сделать несколько селфи на фоне леса. Там, у леса увлечённую фотосъёмкой Леру вдруг осенило: она была одна-одинёшенька, отбившаяся от остальной немногочисленной команды, на краю полузаброшенного, опустевшего села. Ситуация в Марьино была действительно какая-то странная… удручающая. Это было действительно так, хоть Лера сегодня и «наехала» на Юру, когда тот заговорил о том, что окружающий пасторальный, так сказать, антураж в настоящий момент, скорее, походит на декорации для какого-нибудь ужастика. Сегодня, когда шестеро бывших одноклассников прогуливались по селу, они действительно не встретили по пути ни одного жителя Марьино. Разве так бывает? Неужели все жители ни с того, ни с сего решили массово покинуть данную деревню? Что-то здесь было не так.
Пора было возвращаться. Дело шло к вечеру. Валерия решила по знакомой ей тропе срезать путь до дома, чтобы побыстрее вновь примкнуть к своей компании. Двигаясь меж деревьев и кустарников, вдоль водосбора, в какой-то момент девушка просто не ощутила под ногами твёрдую земную поверхность. Она с криком неожиданности и испуга рухнула куда-то вниз — в какую-то яму. Высота данного углубления в земле была не слишком большой, но и не маленькой. Больно ударившись о дно ямы, девушка некоторое время лежала ничком, неподвижно. Затем она аккуратно приподнялась и огляделась. Можно было разобрать, что Валерия находится не просто в какой-то яме, а в чём-то вроде подземной пещеры или подземелья. Поглядев вверх, девушка оценила приблизительную высоту, с которой только что рухнула: та была около трёх, а то и четырёх метров. Что это за «подземное царство» и откуда оно тут взялось? Лера осторожно поднялась на ноги, опираясь о стену. И как теперь отсюда выбираться? Здесь не за что уцепиться, чтобы выбраться наружу, нет возможности подняться по стене, нет чёртовых ступенек или чего-либо в этом роде. В то же время — вообще есть ли здесь выход или только существует, так сказать,