нимами совершенства в танцевальном мире.
– Мои родители приглашены на день рождение одного из судей, – Лукас сминает салфетку в руках, – я могу договориться о том, чтобы нас вписали в приглашение.
– А это честно? – Лиз скептически кривится. – Не у всех есть такая возможность.
– Не честно резать костюмы перед выступлениями, – парирую в ответ.
– И воровать музыку, – поддакивает Лукас. – И еще много чего, что не видят и не знают зрители в зале. К тому же, не только мы пытаемся попасть на это мероприятие.
– Кто еще? – хмурюсь.
– Донован и Смит, – перечисляет парень, – Фоул и Шерилл, может еще будут Майлз вместе с пышкой Свифт.
– Отлично, наши главные конкуренты, – сжимаю от досады зубы до скрипа. – Лукас, нам нужно там быть и это даже не обсуждается.
– Окей, вы попадете туда и что дальше? – Лиз ныряет в сумку за косметичкой. – Начнете вытворять свои «па» прямо за столом или как?
– Ага, прям с порога и начнем, – фыркает он в ответ.
– Да не злись ты так, я же не знаю, как у вас там принято. – Примирительно вскидывает руки вверх подруга, отрываясь от наведения марафета на лице. – Прошу прощения, если задела.
– У этой семьи богатое танцевальное прошлое. Они завоевывали кубок штата пять лет подряд. Так же они стали чемпионами на международном уровне.
– Трижды, – вставляет Лукас. – А это… черт, да никому пока не удавалось побить их рекорд.
– И то, что вы попадете на день рождение одного из них, как-то упростит ваше участие?
– У них в любом случае будет танцевальная часть мероприятия. Там мы и покажем наши способности. – Подсказываю Лиз. – Нам просто нужно обратить на себя внимание. Это будет наш маленький аперитив перед шикарным десертом на соревновании.
«Сейчас»
– Кем был для тебя Лукас? Друг или нечто большее? – Доктор Хоуп встает с кресла и отходит к столику, где расставлена вода в бутылках и стаканчики.
– Все вместе взятое.
– Вы встречались?
– Да. На паркете.
– Не понимаю, объясни.
– Для того чтобы показать номер, одной хореографии мало. Надо чувствовать своего партнера, доверять ему, как самому себе. Прожить с ним все эмоции от гнева до желания. У нас с Лукасом была эта особенная связь, когда понимаешь без слов. Мы были способны показать секс на паркете, но для этого нам не нужно было состоять отношениях, как настоящие парень с девушкой.
– Но все думали, что вы пара.
– Да.
– Почему вы не опровергали это?
– Ну… а почему бы и нет? Мы с Лукасом оба выходцы из обеспеченных семей, оба танцоры с блестящим будущим, где в перспективе бы могли родиться красивые дети, как и их родители.
– Странно, я будто слышу какое-то «но» между строк. Он был геем?
– Что? О, Господи, нет. – Предположение мужчины вызвало во мне смех. – Между нами попросту не было никакого влечения. Как бы кто ни говорил, но у нас была дружба и сотрудничество, о которых мечтают все девушки. Да, мы могли вытворить такое на сцене, что делают только любовники. Но стоит музыке закончиться, как мы вновь становились сами и собой. Отправлялись в бар пить пиво или же спокойно разъезжались по своим домам, где нас кто-то да ждал.
– То есть у вас были отношения с другими людьми?
– Естественно. Я не монашка, да и Лукаса явно не стоит считать евнухом.
– Понятно.– Джон возвращается обратно. – И правильно ли я тебя понял, что вы попали на тот ужин в честь дня рождения одного из судей?
– Да, попали. – Моя улыбка моментально меркнет. – И поразили всех.
– В хорошем смысле этого слова?
– И да, и нет…
«Тогда»
Как мы и ожидали, танцевальная часть была растянута почти на всю вторую половину вечера. Сэр Генрих и его жена продемонстрировали несколькими танцевальными номерами то, что они до сих пор в отличной форме. Затем остальные пары стали потихоньку выдвигаться в центр зала. Мы с Лукасом танцуем медленный танец, в который постепенно добавляем свои движения. Все выглядит умеренно и невычурно, но мы ловим заинтересованные взгляды на себе от остальных гостей и особенно от хозяев.
– Не расслабляйся, – шепчет Лукас.
– Ни в коем случае, – еле заметно киваю. – Кажется, пышка Свифт недовольна.
– Как и все остальные. Забей и танцуй дальше.
– Есть, босс, – очередное па под музыкальный аккомпанемент и мы изящно движемся дальше по залу. Как вдруг на меня накатывает чувство беспокойства.
– Все хорошо? – голос парня раздается рядом с моим ухом. – Ты вся вытянулась, как струна.
– Все в порядке,– как можно беспечней отвечаю ему, – просто свело мышцу.
– Остановимся?
– Нет, ни в коем случае.
Приходится приложить все усилия, чтобы не вертеть головой по сторонам, а сконцентрироваться на танце. Смотрю на своего спутника, но даже его благородное лицо и теплые ладони на талии не отгоняют этот холод, который внезапно стал окутывать меня. Его невозможно ни с чем спутать. Еще нереальней отмахнуться от его источника. Все внутри замирает, ноги становятся похожими на каменные глыбы, которые трудно переставлять в такт музыки. И Лукас тоже почему-то останавливается, но я не понимаю почему, ведь стою спиной к подошедшему незнакомцу.
– Разрешите увести у вас спутницу? – Раздается голос рядом с нами. – Всего один танец и я отпущу ее обратно к вам. Обещаю.
Мой партнер напрягается и переводит взгляд на меня, будто уточняя, согласна ли я на это. Гребанный этикет. Гребанное элитное общество. Нельзя фыркнуть и отказать только потому, что тебе не сильно нравится новый кавалер. К тому же, труднее это сделать еще и потому, что хозяева дома до сих пор не сводят с тебя глаз.
– Все в порядке, я знаю его. – Подбадривающее улыбаюсь Лукасу и отпускаю его руку. – Добрый вечер, Кайл.
Музыка плавно сменяется, но остается в медленном ритме. Кайл галантно перехватывает мою ладонь и притягивает к себе, не оставляя между нами ни миллиметра свободного пространства. Едва могу подавить невесть откуда взявшуюся дрожь в теле. А еще появляется какое-то иное чувство, которое я пока не могу никак охарактеризовать. Оно зарождается как раз в том месте, где его рука соприкасается с моей кожей на пояснице. Минутой ранее я чувствовала себя вполне комфортно в своем платье, где спина была покрыта тонким слоем гипюра. Сейчас же ощущала себя голой в его руках. А еще незащищенной. Будто Кайл одним только взглядом своих синих глаз срывал с меня не только одежду, но и… Зажмурив глаза, встряхиваю головой, прогоняя все мысли. А когда распахиваю их обратно, вижу на его губах полуулыбку.
– Интересное совпадение, – сглатываю, но это ни капельки не делает мой голос менее хриплым.
– Что именно?
– То, что ты здесь. Не думала, что ты можешь быть как-то связан с танцами.
– Почему же? – Кайл наконец-то соизволил перевести на меня свой взгляд и я тут же жалею об этом. В них такой холод, что кожа самопроизвольно покрывается мурашками. – Хотя ты права. Сами танцы я рассматривал только в качестве хорошего повода для инвестиций и не более. Правда, сегодня меня заставили посмотреть на это с другого ракурса.
– Кто? – Задаю этот вопрос лишь для поддержания разговора. Пусть лучше хоть что-то говорит, чем ощущать это вязкое молчание.
– Ты. – Его ответ бьет наотмашь, заставляя меня дернуться в его руках.
Но Кайл лишь крепче сжимает меня в своих объятиях и продолжает медленно кружить в танце, не сбавляя ритма.
– До тебя это были просто движения. Один и тот же набор, который все выполняют с каменными лицами, словно заточенные под это роботы. Но не ты. Признаюсь, это зрелище впечатление. Я смотрел, как ты извиваешься в руках этого щенка и знаешь… где-то в глубине души я даже позавидовал ему. Кстати, раз уж мы встретились, то хотел бы тебя предупредить о том, что мы обязаны быть с тобой на ужине в следующую среду.
Поражаюсь тому, как он быстро меняет тему разговора. Признаюсь, его минутное откровение превращает мои мысли в кашу, а слова во рту в вязкую субстанцию. Проходит одна, две, три минуты пока я борюсь с наваждением. Это сложно, очень сложно. Будто я вдруг превратилась в муравья, попавшего в лапы к пауку, который мастерски опутывал меня паутиной. И та, в свою очередь, стальным канатом сдавливала меня по рукам и ногам.
– Вот оно как происходит, – качаю головой.
– Что именно?
– Охмурение женщин. Отвесил комплимент, заставил почувствовать такой единственной и желанной. Бросил пару жарких взглядов и прижал покрепче, чтобы потенциальная барышня почувствовала то, что может попасться к ней в руки. И как, это всегда срабатывает?
– Я думал, что на сто процентов, но, – Кайл щурится, – немного неприятно поражен.
– Дай угадаю, я тот единственный процент, который не поддается? – Хмыкаю в ответ. – Дерьмо случается, не расстраивайся. И по поводу ужина мне придется тебе тоже отказать.
– Как будущая наследница, – парень делает еще один оборот по залу, – ты обязана там быть. Это, во-первых.
– А во-вторых? – Теперь настал мой черед сузить глаза и недобро посмотреть на спутника.
– Не забывай, мы представлены парой…
– Бред, – фыркаю. – Не наигрались еще с отцом?
– Не перебивай меня, – голос становится холоднее, а захват ладони сильнее. Я даже немного кривлюсь от боли. – Я бы не хотел, чтобы кто-то распускал сплетни о том, что моя девушка вытворяет на званых ужинах. Держи свою репутацию на нужном уровне, дорогая.
– Вот когда стану твоей, тогда и ставь мне условия, – останавливаюсь на месте, – а пока, я уж как-то сама разберусь с репутаций и всем, что к этому прилагается. Дорогой.
– Это вызов? – Мелькает в его голосе удивление. – Тогда почту за честь.
– Только в твоих и отца мечтах, – парирую, – а теперь, будь добр, отпусти меня. Танец окончен, Кайл, всего доброго.
Что самое удивительное, он отпускает. Без лишних слов и без пререканий. Но в самодовольной улыбке, которую я увидела напоследок, читалось совершенно другое. Он дал мне иллюзорную свободу выбора и действий.