льная волна напитка делает восприимчивее к окружающему. Девушка благодарит мужчину, предлагает ему фрукты и угощает его ребенка, сидящего напротив нее, пирожками. Незнакомец снова уходит и приносит чай для себя и сына. Пассажиры веселятся и говорят обо всем и ни о чем, как будто тревоги о ближайшем будущем на время улетели, отогнанные радостным весельем летнего утра. Широко открывают окна и поднимают шторы. Купе заливает солнечный свет, и прохладный ветерок распространяет по вагону аромат хвои. Все вздыхают и на мгновение замолкают, предаваясь этому приятному ощущению утра, втекающего в окно и проходящего по вагону.
Дошел слух, что поезд вот-вот тронется. Это внезапно напоминает людям о реальности, их взгляды встречаются. «Где именно мы сейчас? Мы должны быть в Орле во второй половине дня». Ида хмурится. Значит, до Москвы добираться в лучшем случае еще сутки… Итого, три дня пути. Где будет Эрнест в предотъездной суете? Сможет ли он дождаться их? Ида смотрит на мужчину с ребенком. Кажется, он глубоко задумался. Он выглядит немного старше Эрнеста, на вид ему лет сорок. В его чертах проявляется чувствительность, сдержанность, мягкость, все это вызывает у нее сочувствие. Его сын держит в руках маленькую книжку и спрашивает отца значение какого-то прочитанного слова. Тот с улыбкой наклоняется и отвечает, положив руку на плечо мальчика. Заботливый и нежный отец. Иде бы очень хотелось, чтобы Эрнест был таким же с Эдуардом. Может, это случится, когда ребенок вырастет?
Поезд неспешно идет по сельской местности. Каждый погружается в себя, задумывается и измеряет время и пространство, которые отделяют его от вихря, в который он окунется, как только окажется на вокзале в Москве. Пассажирам не терпится приехать, но вместе с тем они радуются промедлению, тому, что есть еще несколько часов, чтобы перевести дыхание, предаться воспоминаниям, в последний раз собраться с силами. В углу купе сидит очень молодой человек, он словно застыл в кресле. Смотрит неподвижно перед собой. Его руки, сложенные на коленях, не двигаются, застыв в безмолвной молитве. Он не боится, его разум устремлен к полю боя или к близким, которых он оставил позади. Он как будто противопоставляет движению поезда свою пассивность, это напряженное оцепенение. Словно с каждым мгновением он все глубже укореняется в зыбкой почве своей жизни, которая остается где-то там, под колесами поезда.
И вот наконец, после многочасовых монотонных пейзажей, поезд приходит в Орел. Здесь он будет стоять два часа. Ида подумывает о том, чтобы выйти из поезда, прогуляться и обновить запасы провизии. Мужчина – оказалось, его зовут Серж, – предлагает пойти всем вместе, взяв детей. Девушка с радостью принимает предложение, потому что зрелище перрона переполненного мужчинами и женщинами, сидящими или опирающимися друг на друга, действует на нее угнетающе. Море платков, пальто, узелков. Стоят только сотрудники вокзала, пытаясь организовать проход для пассажиров.
Когда поезд останавливается, Ида и Серж, не желая нырять в толпу, все-таки остаются в купе. Уличные торговцы уже подходят к окнам и предлагают огурцы, пирожки, пончики, груши, колбасу, хлеб… Берут все, что предлагают: остаток пути обещает быть неопределенным.
Вместе с окутывающей всех жарой в воздухе распространяются запахи пота, нет ни дуновения ветерка. Пассажиры хранят молчание, довольствуясь тем, что у каждого есть место в вагоне. Поезд тронулся, когда уже спустилась ночь, его отправление было встречено воодушевляющими возгласами пассажиров, начавших терять надежду. В дороге языки развязываются, и все начинают обсуждать новости, которые дошли до них на вокзале. Сведения нехорошие: в Австро-Венгрии прошла всеобщая мобилизация, австрийская артиллерия двумя днями ранее обстреляла Белград. И самое главное: Германия предъявила ультиматум Франции и России. Итак, вне всякого сомнения, это война!
Ида говорит себе, что всеобщая мобилизация во Франции, если она еще не состоялась, будет завтра. Внезапно она испытывает неистовое желание приехать в Москву, снова увидеть Эрнеста, обнять его. Она взывает к нему всей душой, умоляет его остаться еще немного, еще совсем немного… На ее лице, должно быть, застыло напряженное выражение. Серж повышает голос и, чтобы развлечь соседей, просит своего сына Митю рассказать об их последней охоте на грачей. Мальчик с радостью выполняет эту просьбу, делится чувством гордости, которое он испытывал, когда охотился вместе с отцом. Пока ребенок рассказывает, Серж заглядывает Иде в глаза. Он ничего о ней не знает, кроме того, что она едет к своему мужу-французу, который вот-вот уйдет на фронт, и что они живут в Москве. Его самого тоже скоро мобилизуют. Он везет сына к жене перед тем, как уехать. Горести Иды глубоко трогает его. Взглядом он дает ей понять, что даже в пучине бури она найдет в нем друга, и может положиться на него, как солдаты на фронте могут рассчитывать на своих товарищей. Исходящая от Сержа волна доброжелательности наполняет сердце Иды, шквал ее эмоций утихает, и она возвращается мыслями в это маленькое купе, теплое и влажное, наполненное тошнотворными запахами, но такое успокаивающее.
Девушка вполуха слушает Митю и пытается прийти в себя. Эдуард внимательно и, кажется, с удовольствием следит за рассказом. Желаемый эффект достигнут. Все комментируют, задают вопросы, и мальчик еще долгое время остается в центре внимания. Наконец, с полуулыбкой на губах, все укладываются спать, стараясь устроиться как можно удобнее. Ида благодарит своего попутчика, он отвечает ей, ее глаза вспыхивают янтарным блеском. Она закрывает их, ребенок рядом с ней уже спит.
На следующий день Ида узнает, что Серж – француз и, как и ее муж, родился в России. Она благодарит Господа за этого предусмотрительного соседа, чье присутствие так утешило ее.
В последний день пути на вокзале в Туле до пассажиров доходит весть о всеобщей мобилизации во Франции и Германии. Теперь, в конце этого долгого путешествия, каждый чувствует себя готовым ко встрече с реальностью.
Глава 3Всеобщая мобилизация
Эрнест вместе с няней Эдуарда спешит к вокзалу. К кассам дальнего следования не протолкнуться. Через огромное здание проходит непрекращающийся поток пассажиров, от него время от времени, волнами, отделяются группы людей по направлению к выходу в город. Эрнест приходит на платформу еще до прибытия поезда.
«Ну и денек!» Во Франции объявлена всеобщая мобилизация, он чувствует себя в состоянии такого возбуждения, которого раньше не испытывал. Все его чувства обострены; его разум методично организует то, что еще предстоит сделать до отъезда. Эрнест, конечно, не обязан идти на фронт, так как работает химиком и его навыки могут способствовать военным действиям и на заводе, но он ни на минуту не думает уклоняться: напротив, готов даже записаться в добровольцы, настолько сильно его желание служить своей стране. Романтический образ деда верхом на коне, каким он воображал его еще с самого раннего детства, атакующий, с обнаженной саблей, – это видение теперь наполняет Эрнеста энтузиазмом и страстью.
Эрнест уже побывал на заводе, чтобы передать должность технического директора своему помощнику, которому он полностью доверял, и распорядился, чтобы его жалованье впредь выплачивалось раненным на войне. В то время компания «Ралле» была самым крупным парфюмерным и мыльным бизнесом в мире. Наверняка ей удастся сохранить это положение.
Эрнест встретил своих друзей Эжена Эстрада и Поля Плено, которые тоже были мобилизованы. Все они через несколько дней отправятся в Одессу, там они должны будут сесть на «Мосул».
Поезд прибывает, и Эрнест ищет свою жену. Из дверей вагонов выливается поток пассажиров. Люди спускаются гроздьями, торопясь поскорее домой, еще бы, поезд так сильно задержался, в России уже три дня как объявлена мобилизация! Наконец он видит издалека Иду, она выходит из вагона с Эдуардом на руках, им помогает пассажир в сопровождении маленького мальчика. Эрнест энергично прокладывает путь через толпу, няня следует за ним по пятам, и вот он уже встречает жену. Отец подхватывает малыша, радостно целует его, передает няне и, поблагодарив незнакомца, берет Иду под руку. Им удается выбраться с вокзала и добраться до машины, припаркованной неподалеку. Они едут в Тихвинский переулок, дом 8. Наконец-то дома.
Оказавшись в машине, Эрнест гладит руку жены и расспрашивает ее о здоровье, о поездке. Он жадно смотрит на нее, его карие глаза блуждают по ее лицу, ее телу, отмечая небольшие изменения, произошедшие за месяц отсутствия. «Ой! На ней серьги, которые я подарил! Кожа немного забронзовела. Выглядит уставшей. Одежда помялась, ну конечно, после стольких часов сидения…» Малыш внимательно смотрит на отца. Эрнест наклоняется к нему и берет его руку, сильно сжимает ее, почти слишком сильно, как будто хочет запечатлеть ее форму в своей ладони. Ида ничего не говорит, но он видит, что она всем телом повернута к нему, улавливает каждый знак, слово, жест. Несмотря на волнение вокруг, они оба чувствуют себя одновременно сильными и умиротворенными. Супруги еще не думают о разлуке, которая их ждет. Они вместе, здесь и сейчас, и только это имеет значение.
Эрнест наклоняется, чтобы почувствовать аромат волос Иды. «Она всегда носит эту лавандовую воду, когда путешествует!» Он вздыхает, полный радости и нежности. «Она так тебе идет! Легкая, прекрасная, дикая, совсем как ты!» Он закрывает глаза, чтобы насладиться этим ароматом. Сегодня существует только его жена, и все его достижения перестают иметь значение. Она здесь, и он чувствует бесконечную связь с ней. А что будет потом? Ида останется в Москве, война закончится, и он вернется к ним с Эдуардом.
Придя домой, Ида с удовольствием принимает ванну и тщательно одевается к ужину. Она знает, что завтра Эрнест уедет, и она хочет прожить каждое мгновение этого последнего вечера, подаренного им, насыщенно, как если бы все можно было начать заново, на заре разлуки, продолжительности которой никто не знает. Женщина видит, как муж внимателен к ней, ее трогает то, как он отдается ей, и она тоже вкладывает в его объятья нечто драгоценное. Ида потрясена, увидев его таким уверенным, любящим, притягивающим ее к себе, как никогда раньше. Эрнест разглядывает жену, преисполненный удовлетворения. Кажется, что он видит ее в первый раз. Все его пробужденные чувства слушают, вкушают, созерцают молодую женщину, сидящую рядом с ним. Сегодня он знает, что любит ее и понимает, почему выбрал в жены именно ее. Он полон переживаний, оттого его движения становятся медленнее, он почти замирает, как будто ему нужно время, чтобы вызвать к жизни и запечатлеть в сознании, нанести на кожу его воспоминаний изысканный, неповторимый аромат души Иды и дать ему дышать. Она с удовольствием подпускает его ближе, открывается ему, и он ныряет в ее объятия, как в глубокую, бархатистую волну озера.