Вдруг он увидел: светлокоричневый петух-идальго с темно-коричневым воротом и перьями крыльев и хвоста золото и индиго. Густой ярко-красный гребень и длинная бородка — и во взгляде — красноватый огонь. Дискретные движения: поворот — наклон — петух замер — дрогнул — шагнул. Куры покорно следовали за ним. Их лапки, серые и пупырчатые, напомнили ему ступни Любаши. Он видел: поток ослепительного света, природу камня, природу петуха. Он слышал: стать, ритм, уравновешенность, спокойствие, силу. Он узнавал: пластику и одухотворенность живого. Мы видим и забываем. Абай увидел и не забыл, удержал, унес с собой.
Чтобы удержать это состояние, чтобы отделаться от родительской опеки, от Любаши, нужно было много сил — все его детские силы. Нужно наклонить голову с легким упором в затылке и мир оживал: появится искрящаяся фактура… музыка… наслаждение… и одна мысль: только бы не мешали…
Он услышал за спиной звон разбитого стекла: после долгих криков и стуков в закрытую дверь шофер выставил стекло в выходящем на веранду окне. В разбитом окне за бескровным лицом молчаливого шофера маячили перепуганные лица родителей и Любаши.
ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ОКРАИНА (3)
…Когда Аллах изрекает: «Будь!», по этому повелению возникают вселенная и человек. Это — первый договор с бытием. Но когда он повелевает «Делай это!» или «Избегай этого!», то те, кто выполняют Его второе повеление, отделяются от тех, кто отказываются его выполнять. В результате рай и ад наполняются их обитателями, первый — в награду за послушание, второй — в наказание за непокорность.
Аллах — центр, а мы живем на окраине. Наши религии, наша мораль, наши споры — глухая окраина, круговые тропы или тропы, уводящие в трясину.
Есть три прямых пути: путь Аллаха, путь Благословенных и путь Мухаммеда.
Первый путь — это путь всех вещей и всех существ, путь добра и путь зла. Все пути ведут к Аллаху, и кривизна лука — это его прямизна. Таков путь Аллаха, которому принадлежит все на небе и на земле. Он принимает в Себя и праведников, и грешников, одних, чтобы наградить, других, чтобы наказать, и все возвращается к нему как к себе домой.
Другой путь — это путь благословенных — пророков и святых, избранных Аллахом, следующих Его законам. Это — путь немногих.
И, наконец, третий путь — путь пророка Мухаммеда, который живет по особым законам. Следующий этим путем может разговаривать с Аллахом и противоречить Ему, он может иметь сорок жен и столько наложниц, сколько пожелает, он может быть поэтом, артистом, воином, рыночным танцовщиком или городским сумасшедшим, пить вино или кумыс, и барака не уйдет от него.
СУЛЕЙМАНОВЫ ГОРЫ
Было сделано множество попыток вернуть мальчика к жизни. Он был молчалив, будто чем-то постоянно занят. Слушал, соглашался, сутулился, интереса ни к чему не проявлял. Засматривался на какой-нибудь пустяк, не оторвал невидящих глаз. Оживал рядом с петухами, овечками, разной живностью. Отворачивался от взрослых дел и приманок.
Не помогли консилиумы врачей, закрытые санатории в горах и на взморье. Какое-то странное действие оказала на мальчика поездка к старцам в Сулеймановы горы. Босой старик в голубой чалме и желтом чапане ничего объяснять не стал, а предложил оставить Абая с ним на полгода. Абаю было 16 лет. Через несколько месяцев мать приехала за ним в горный аул. Нашла его в халате, сидящим за старинными книгами. Заглянули в них, а там мелкая арабская вязь. Контакта с сыном по-прежнему не было, зато в глазах юноши появилась самоуверенность и сила.
Абая увезли домой и постарались забыть об инциденте, а главное — заглушить вредные для отцовской карьеры разговоры.
ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ОКРАИНА (4)
Люди созданы «по форме Аллаха», т. е. обладают всеми качествами Аллаха, по крайней мере, в потенции. Они могут быть названы «маленькими богами», ибо назначены Его заместителями и представителями на земле.
Однако эта роль предполагает покорность человеческой воли воле Аллаха — и это главный смысл ислама.
Главные качества Аллаха — жизнь, знание, воля, сила и речь — в неодинаковой степени представлены у разных людей. Степень владения этими качествами в значительной мере определяет человека. Очевидно и то, что сочетание этих качеств в человеке определяет меру его совершенства: каждое из них подкрепляется другим, и недостаток какого-либо качества ослабляет целое. Так «знание без силы» и еще чаще «сила без знания» — постоянные сочетания, с которыми мы сталкиваемся в жизни. Однако человеческое совершенство зависит от всех божественных качеств, а не только от этих пяти. Только их равновесие может привести к подлинному благоденствию. Совершенства, которые достигаются обретением качеств Аллаха, называются «станциями», или «стоянками» на пути от окраины к центру.
ИЗРЕЧЕНИЯ НЕКОТОРЫХ УЧИТЕЛЕЙ (3)
Выше состояния блаженства, выше удовлетворения, выше нирваны — состояние Высокой Беспристрастности.
При оценке людей нужно до предела мобилизовывать свою интуицию.
Большинство людей любят танцевать, но боятся этого. Дайте им преодолеть страх.
Я здесь, потому что я не знаю.
СПИРКИНСКИЕ МИСТЕРИИ
Москва, 1976 год. Спиркинская лаборатория в Институте Сербского. Спиркин — автор кондового учебника по марксистской философии для вузов.
Собрались исследователи паранормального в человеческой психике, специалисты по всевозможным в ней отклонениям. Образовался паноптикум из стукчей, философов, контактеров и экстрасенсов — кунсткамера горбунов, подергунчиков, глухонемых, карликов, хвостатых и рогатых персонажей. Официальные собрания в актовом зале, симпозиумы по проблемам, круглые столы, оживленные группки в кулуарах, спонтанные дискуссии в соседних блинных и пельменных, долгие разговоры групп, гуляющих по Бульварному кольцу. Университетские интеллектуалы. Парапсихологи. Скептики. Марксисты. Программисты. Астрофизики. Биофизики. Семантики. Генетики. Пророки от психиатрии. Представители военных и гражданских ведомств — все в штатском. Знахари, лекари, надежные информаторы из других миров. Йогнутые. Рерихнутые. Голубые. Просто инопланетяне. Шизофреники всевозможных родов и оттенков. Параноики. Маниакально-депрессивные психи. Просто таинственные люди. С иным проспоришь день-деньской прежде чем сообразишь, какой у него крен. Всевозможные ловцы рыбки в мутной воде. У всех свой интерес, своя сумасшедшая надежда: протолкнуть проект, получить заказ, выбить субсидию, найти друга, удалить горб, избавиться от навязчивой идеи. Нужно было увидеть Спиркина с таинственным человеком из сфер со смазанным лицом и хозяйской походкой, которого он на правах гида стремительно увлекал в главную аудиторию на заседание какой-то специальной секции, а вслед за ними, не отставая, шлейфом кометы или, вернее, хвостом баллистической ракеты неслась стая приближенных, прихвостней или просто прилипал и стукачей. Вот они входят, скрипя паркетом, рассаживаются, сморкаются, кашляют, наконец, успокаиваются и замолкают, и тогда высокий тенорок Спиркина начинает мистериальное действо — нужно было все это увидеть, чтобы лишний раз убедиться в том, что ничего в этом мире не происходит без высокого покровительства власти.
Эхо спиркинских мистерий, разбегаясь кругами по водам, докатилось искаженными слухами до Бешкека: дескать, в Москве работает постоянная комиссия психиатров и парапсихологов, специалистов по необычным отклонениям психики. Слово «парапсихология» было только что допущено в официальный лексикон. И совсем зачахшего «мальчика» — к тому времени он успел закончить местный текстильный институт и томился от безделия в Киргизии — родители повезли в Москву. Поселились в Лаврушенском переулке напротив Третьяковки у писателя Васильева. Отдали визит старому приятелю отца председателю Госплана Байбакову, и тут вдруг вызов из Бешкека: едет партийная комиссия нужно подготовить встречу. Делать нечего, родители улетели в Бешкек. Жена Васильева обещала присмотреть за Абаем и присматривала за ним с интересом.
МЕЖЗВЕЗДНАЯ ПЫЛЬ
Не случайно астрологи связывают человеческий муравейник с муравейником светил. Люди на самом деле не что иное как галактики, звезды, планеты, кометы, астероиды, межзвездная пыль… Одни образуют центры вращения, другие вращаются вокруг этих центров, но и вокруг последних вращаются еще более мелкие объекты. Однако было бы легкомысленно устанавливать ценность человека по его положению в этом ансамбле, ведь нередко целые галактики кружатся вокруг ничтожных объектов, а достойнейшие люди сидят в пыли на обочине дороги, читая сочинения Ленина.
На спиркинском балагане произошло действительное чудо: пробудился от спячки самнамбула Абай. И вокруг него, разгоняя звездную пыль, закружились планеты, кометы и астероиды. Гадкий утенок опять оказался лебедем. Он увидел рядом с собой людей, способных принять его амбиции, разделить его ощущение себя, понять то, что он узнал на Сулеймановой горе. Это были его однолетки — физики, психологи, литераторы, артисты. Рядом с ним опять начались чудеса: странные совпадения, музыка, загадочные сны. Пригодились и папины связи, и личное обаяние — его облик восточного принца с тонкими манерами и загадочным прошлым. Была в его взгляде, в серых немного навыкате глазах, поволока, притягивавшая и мужчин, и женщин, а в движениях — вкрадчивая сила. Поражала его способность замереть, застыть, вырубится из разговора, а потом как ни в чем ни бывало спокойно продолжить с прерванного вопроса или замечания. Работал и контраст между его высокомерной требовательностью, почти презрением к окружающим и внезапными порывами великодушия, открытости, восточной щедрости. Скоро вокруг него уже кружилась стайка планет, комет и астероидов, прилетевших из не менее экзотических миров. Среди них был Пестряцов, кандидат географических наук, магнетическая персона с определенной склонностью к насилию, каратист с группой молодых последователей, тоже каратистов, одержимых идеей проверки идей психотроники на человеческом материале, массах. Игорь, заводной режиссер из города N., бредящий идеей просветленного мастера, готовый искать его на краю света. Москвич Золотов (Абая с ним познакомил Пестряцов) с созданной им командой, проводящий на своих семинарах крутые эксперименты с подопытными обывателями. Валентин, физик, тоже из N., с жестким ощупью бредущим умом, резкий от застенчивости, жадно ищущий паранормального опыта. Было еще несколько близких друзей и великое множество шапочных знакомых — каждый из них втягивал его в свой круг ожиданий и проекций, знакоми