Черепашки-ниндзя. Новые приключения — страница 4 из 24

-   Господин полицейский, не найдётся ли у вас пяти минут? У меня есть предложения по усовершенствованию...

  Человек в плаще не договорил, какие предложения у него имеются.

-   Стой!! Смирно! - подал команду полицейский таким голосом, что даже стёкла в окнах зазвенели. - Р-р-р-уки по швам! М-о-о-олчать!

  Не подчиниться такой команде было невозмож­но. Человек в плаще вытянулся, но затем, словно опомнившись, ухмыльнулся сам себе. Хорошо, что сквозь тёмные очки это было не так уже и заметно. С по­лицейскими на любой планете шутки плохи.

  Охранник всего лишь ткнул странного посетителя кончи­ком дубинки между лопаток. Послышался треск электри­ческого разряда, но, как ока­залось, он пришёлся на по­лицейского. Тот даже по­шатнулся, невзирая на свой огромный рост и могучие пле­чи, однако на но­гах устоял.

-   Негодяи! - выругался блюститель порядка неизвестно на кого. - Р-р-азой­дись!! Мо-о-олчать!!

  Хоть никто и не пытался толпиться или разго­варивать.

  Незнакомый мужчина, как ни в чём не бывало покинул помещение, оставив незадачливого ох­ранника в раздумье. Тот отвинтил ручку элек­тронной дубинки - можно назвать её и электро­шокером, что-то поправил в контактах, вынул из чехла и вставил новую батарейку, после чего снова надел крышку. Уже в коридоре полицей­ский включил прибор и легонько, на всякий слу­чай, дотронулся до подоконника. И опять его ударило током. Это показалось ему странным. Полицейский решил не поднимать лишнего шума и поменять оружие, ко­торое, скорее всего, пришло в негодность из-за нечастого применения.

  Необычным посетителем в оч­ках и кожаном плаще был сам господин Крэнк, невзрачное желеподобное существо, вобравшее в себя все злые силы космичес­кого пространства. Ему ничего не стоило по­менять свою те­лесную оболочку и превратиться в добропорядочного посетителя музея на планете Антигона.

  Десять лет тому назад по оплошности Крэнк позволил космическому кораблю землян покинуть орбиту этой планеты и совершить полёт к далёкой Антигоне. Эта ошибка была случай­ной, единственной после того, как он получил власть в космосе. Последующие десять лет такого не случалось никогда. Крэнк был полным власте­лином космического пространства, и уничтожить космическую ракету, которая направлялась с Земли в межпланетный перелёт, для него ниче­го не стоило. Так же, как уничтожить ракету, летящую к Земле. Крэнк мог спо­койно перемещаться в космосе на своем сверхсветовом звездо­лете и совершать суд и над зем­лянами, и над марсианами, и над антигонцами. Если косми­ческая ракета просто летела во­круг Земли, Крэнк относился к этому спокойно. Летают, ну и пусть себе летают. Не будешь же по каждому метеорологичес­кому спутнику палить из элек­тронной пушки! Только изредка, для того, чтобы не зазнавались, он бомбил космические околоземные ракеты и спутники метеоритами или создавал другие препятствия, угрожая жизни экипажа. Господину Крэнку не нравилось, если по про­грамме полёта намечалась стыковка. «Так они и до других планет доберутся, несчастные лю­дишки», - зло думал он. Чтобы поиздеваться и позабавиться, у господина Крэнка было ору­жие, которое не создадут на самых лучших оружейных заводах самые лучшие конструкторы. Любое их оружие будет несовершенным уже по той причине, что его делают не уголовники, а са­мые обычные людишки, которые помешались на своей доброте и гуманизме, которых он ненави­дел всеми силами своей души. (Здесь, конечно, автор допустил очень большую ошибку, за ко­торую раскаивается. Никакой души у Крэнка не было и не могло быть. Лучше было бы на­писать «ненавидел всем своим желеподобным существом»). Оружие - предмет убийства, поэтому делать его, начиная от кинжала и заканчивая элек­тронной пушкой, должны убий­цы и насильники, грабители и прочие нормальные уголовники. Только такое оружие способно бить без промаха. Почему же, спросите вы, именно убийц господин Крэнк считал лучшими оружейниками? Потому, что отрицательная энер­гия ненависти, которая исходит от них, передает­ся оружию, и даже обычный человек, взяв в руки такой пистолет или пусть даже элементарную ре­зиновую дубинку, сразу же получает отрицатель­ную энергию, энергию ненависти. Он становится идеальным убийцей, достойным самого большого уважения.

  До недавнего времени у Крэнка был мощный противник, с которым он постоянно вел войну. Звали его Гольб. Противник достойный, и Крэнк, хотя не признавался в этом, всё же побаивался его. Гольб во всём противоречил Крэнку. Крэнк утверждал, что все лю­ди - двуногие ничтожества, думающие только о собствен­ном благе. Они захламили Зем­лю, испоганили реки и озера, они настроили заводы, которые коптят днем и ночью, загряз­няя атмосферу. Они сверлят недра земли, высасывая нефть и заливая дырявыми танкерами моря.

-   Всё это пра­вильно, - согла­шался Гольб. - Но ведь люди должны строить жильё, отапливать его, выплавлять металл.

-   Люди злы и алчны. Они подчинили себе сушу и воду, они замахнулись на космос. Прой­дёт время, и если мы будем бездействовать, они начнут выбрасывать в космос контейнеры с мусором.

-   Человечеству надо помогать, - не соглашался Гольб. - Мы, силы космоса, тоже не должны оставаться в стороне.

-   Мы - высший разум, мы должны быть жестокими, - стоял на своём Крэнк. - Нас должны бояться, перед нами должны трепетать.

  И Крэнк продолжал свое черное дело.

  Что мог его противник? Он воздействовал на мысли и чувства людей, не допус­кая, чтобы они брались за оружие. Гольб не один раз от­вёл руку земных президентов и монархов от ядерной кноп­ки и предотвратил катастро­фу на Земле. Но он никак не заявлял о себе, о нём никто не слышал и мало кто догады­вался о его существовании.

  Так бывает и у людей. Добрых во много раз больше, чем насильников и грабителей. Но мы не замечаем их, потому что привыкли видеть всегда, на каждом шагу. Добрые поступки Гольба ещё больше раздражали его космическо­го противника, который не мог простить себе промашки с вымпелом от землян.

  Выйдя из помещения музея, Крэнк сел в авто­мобиль и был таков. А через четверть часа он в привычном своём обличье появился на борту звездолёта, где его поджидали сообщники. Крэнк был слегка раздражён. Его, всесильного, смели толкнуть резиновой палкой. Пусть даже не его самого, а только его оболочку. Полицейский, бес­толочь, своё получил. Ему, дубиноголовому, ни за что не по­нять, почему его треснуло. А разряд электрошокера со­вершенно ничто по сравнению с миллионной долей единицы отрицательной космической энергии.

-   Всё же напрасно я не про­учил его, как следует, - ещё раз подосадовал Крэнк.

  Поводя вокруг глазами с мутно­ватыми белками, господин Крэнк постепенно наливался желчью. С ним это случа­лось всегда, когда повелитель сердился. В нор­мальном состоянии - такое случалось исключи­тельно редко - его тело напоминало плохо сва­ренный студень в оболочке. Если же господин Крэнк сердился, этот студень приобретал густой жёлто-зелёный оттенок.

  Рады приветствовать вас, сэр, - поднялся навстречу своему шефу человек в металличес­ком шлеме и металлической полумаске на лице, закрывающей рот и нос. Не было необходимости здесь, в салоне звездолета, носить все это железо. Но полковник Шредер - это был, конеч­но, он - настолько привык к своей амуниции, что никог­да не снимал её. Голова пол­ковника Шредера пряталась под шлемом, как улитка пря­чется в свой домик. И только узкие глазки сверкали холод­но и зло. Вдобавок ко всему полковник Шредер носил бле­стящие латы, утыканные острыми шипами. Иногда, как и теперь, латы заменяла коль­чуга, сплетённая из толстых железных колец. При каждом резком движении кольца звенели. Постороннему могло показаться, что это щёлка­ет что-то в голове господина Шредера. Общую картину довершал широкий чёрный плащ, ко­торый совершенно нелепо выглядел поверх же­лезных погремушек.

  Вслед за полковником Шредером вскочили со своих мест и находившиеся у него уроды-мутанты. У одного из них была толстая и клыкас­тая морда кабана со вставленным в пятак ме­таллическим кольцом. Глаза закрывали чёрные и узкие очки, на голове красовался гребень, как у панков. Бибок - так звали урода-мутан­та - очень гордился своей внешностью и скорее дал бы отсечь голову, чем позволил бы тронуть одну-­единственную щетину на ма­кушке.

  Справа от полковника Шре­дера вскочил мутант-урод с рогатой мордой носорога. Многочисленные металлические цепи и браслеты закача­лись и загремели на нём. Это был Рокстеди, слуга верный и тупой, как и его сообщник Бибок. А ведь нет ничего страшнее, когда тупость сочетает­ся с грубой фи­зической силой.

-   Уроды, придурки, идиоты! - выпалил Крэнк место приветствия.

  Бибок и Рокстеди расплылись в улыбке, слов­но получили похвалу за самое большое в мире злодеяние. Их морды выражали послушание и готовность беспрекословно выполнить любое приказание своего шефа. Лишь полковник Шре­дер, этот злейший космический рыцарь, был сдержан и спокоен, как и подобает в его поло­жении.

-   Слушайте и запоминайте, - продолжал Крэнк.

  Бибок и Рокстеди утвердительно кивнули. При этом в голове у Бибока что-то щёлкнуло. Зазвенели цепи и браслеты второго му­танта.

-   Этот вымпел для меня давно, как бельмо на глазу, ­- продолжал шеф.

  Бибок опять хотел ухмыль­нуться удачной шутке шефа, но Шредер больно саданул его локтем.

-   Ваша дурость мне хоро­шо известна, идиоты, но так и быть, говорите. Что будем делать с этим проклятым вымпелом? Какую дурость предложите на этот раз?

-   Предлагаю, шеф, похитить это железо из музея, - не задумываясь, выпалил Шредер.

-   И переплавить его, - добавил Бибок.

-   И сделать из него много новых цепей и браслетов, - не дал договорить ему Роксте­ди. - А нашему другу Шредеру новый шлем и латы, - угоднически глядя на полковника, проговорил Рокстеди.

-   Идиоты! - оценил Крэнк мудрость своих помощников. - Выкрасть этот дурацкий шар из музея!.. Переплавить!.. Кому продали последние мозги, если они вообще у вас когда-нибудь бы­ли? Слушайте меня и запоми­найте.