Наехали тарханы,
Подмосковные купцы,
Все ребята молодцы.
Фамилия Целовальников тоже «торговая». Целовальниками назывались люди, занимавшиеся казенной или откупной продажей вина в розницу. Естественно услышать вопрос: при чем же тут поцелуй? А вот при чем: получая право на эту весьма выгодную торговлю, целовальники были обязаны «целовать крест», присягая, что будут торговать честно и отдавать казне положенный процент.
А вот наиболее вероятное пояснение некоторых других «профессиональных» фамилий:
Следует добавить: к «профессиональным» фамилиям можно отнести и те, что произошли не от названия профессии, но и от самого объекта ремесла. Так, шапочника могли прозвать просто Шапкой, а потомки его стали Шапкиными, гончара – Горшком, кожевника – Скуратом (что означает лоскут кожи), бочара – Лагуном (бочкой). Иные же прозвища давались от орудия труда: сапожника могли называть Шилом, плотника – Топором и т.п.
Из уроков литературы вы знаете, что уподобление по сходству называется метафорой, а уподобление по смежности – метонимией. Разумеется, отделить метафорические фамилии от метонимических – задача не из легких. Ведь Бочкой могли прозвать и толстого человека, и бочара, Шилом – и сапожника, и острого на язык. А если нам известно, что, скажем, родоначальник Шиловых был и сапожником, и острословом, тут уж просто остается гадать: какое же из этих свойств привело к образованию фамилии. Может быть, оба сразу.
И в заключение закономерен вопрос: почему же в фамилиях в столь незначительной степени отражены названия новейших профессий? Да очень просто: в XVIII – XIX веках специалисты, как правило, уже имели свои наследственные фамилии и в новых не нуждались. Из более или менее современных фамилий этого рода чаще других встречаются Машинистовы. Но вряд ли это потомки первых паровозных машинистов. В конце XVIII века машинистом назывался человек, обслуживающий всякую машину, то есть машинный рабочий или механик.
ОТКУДА ВЫ?
Заметное число русских фамилий происходит от названий и прозвищ пришельцев, выходцев из других мест. Естественно, что любой пришелец первое время рассматривался старожилами прежде всего как «чужой», «не свой», и это качество заслоняло все остальные. Весьма понятны в этом свете фамилии Новожилов, Новоселов, Чужаков, Иноземцев. Сегодня нового члена коллектива мы называем новеньким, новичком. В старину преобладало не уменьшительное новичок, а нови́к, чему свидетельствует распространенность фамилии Новиков, ударение в которой с забвением слова «нови́к» переместилось на первый слог. Прежде произносили только Новиков[3].
Однако не всем пришельцам старожилы давали столь общие прозвища. Чаще прозвища закрепляли название места, откуда приехал новик, его родной край или национальность. Выходец из Мещоры назывался Мещеряк (Мещеряковы), с правобережной Украины – Черкас (Черкасовы), из Карелии – Карела (Карелины).
Россия издавна привлекала к себе иноземцев – представителей соседних, да и дальних народов. Немало их еще с древних времен переселилось к нам и обрусело если не в первом, то во втором-третьем поколениях. Раньше всего (с христианизации) явились греки: от них пошли Гречаниновы, Грековы, Грецкие. До XVIII века многих западноевропейцев называли немцами или немчинами – от «немой», не понимающий языка. Поэтому Немцевы и Немчиновы (если их предок был не русский, «немой») – потомки не только германцев, но и других выходцев из Западной Европы. Итальянцев звали фрязинами – отсюда Фрязиновы, Фряновы. Фамилии Шведов, Поляков и Ляхов, Венгров и Венгеров (в Белоруссии и на Украине – Угринович – от «угрин» – венгр), Саксонов и Прусаков, Литвинов и Литовцев, Латышев и Чехов[4], Сербии и Хорватов, Туркин, Турчанинов, и Персиянинов в пояснениях не нуждаются.
Перебирая в уме наших западных соседей, замечаем, что вряд ли кто из нас встречал фамилии «Финнов» и «Эстонцев». Не странно ли? Неужели же никто из них никогда не переселялся на Русь? Разумеется, переселялись, но в послепетровское время они сохраняли в России свои национальные фамилии, а до того русские обозначали финнов и эстонцев общим словом «чудь» (вспомним Чудское озеро!) или «Чухна». Отсюда фамилии Чудинов, Чухнин, Чухонцев, хотя Чудином или Чудом могли прозвать и русского ребенка за какую-то его странность; вспомним современное слово «чудной».
Фамилии Румынов и Албанцев у нас не часты. В старину румын называли валахами, влахами, волохами, а албанцев – арнаутами. Фамилии Валахин, Влахов, Волохов, Арнаутов свидетельствуют о том, что отдельные румыны и албанцы также оседали на Руси, русели и обзаводились потомством.
Поселялись в России и выходцы из более дальних стран: об этом напоминают Голландцевы и Португаловы; немало Французовых – потомков бывших пленных наполеоновской армии или же тех, кто приехал в Россию в поисках работы еще раньше, в XVII – XVIII веках. Очень редки Англичаниновы, хотя первые англичане прибыли в Россию еще при Иване Грозном. Некоторые родовитые англичане, осев на Руси, сохранили свои фамилии, но в русифицированном виде: Гамильтоны стали Хомутовыми, Гаррахи – Гороховыми и т.п. Выдающийся наш лексикограф, составитель знаменитого словаря, Владимир Иванович Даль утверждает, что англичан называли на Руси асеями из-за их частого обращения к русским со словами I say (Ай сэй) – послушай-ка. Стало быть, и некоторые Асеевы, возможно, имели предка англичанина, хотя большинство их, конечно, потомки людей, носивших забытое ныне русское календарное имя Осей (Осйя).
Среди русских фамилий немало и таких, которые происходят от названий народов, с давних пор проживавших в едином государстве с русскими: Украинцевы и Хохловы, Белорусовы и Молдавановы, Татариновы и Башкировы, Мордвиновы и Зыряновы и т.п. Что касается украинцев, то, поселяясь в России, они нередко русифицировали свои фамилии, прибавляя к характерному суффиксу -енко – в: Павленков, Марченков, Клименков.
Ребенок от русского и нерусской назывался болдырь, отсюда распространенная фамилия Болдырев.
Многие фамилии напоминают о городе, откуда вышел родоначальник: Белевцев, Ярославцев, Ростовцев, Муромцев, Рязанов. Ряд старинных фамилий сохранил и древние, умершие суффиксы, обозначавшие принадлежность к городу: Болховитинов (болховитин – житель Волхова), Веневитинов (от Венев), Массалитинов (из Мосалитинов; мосалитин – житель Мосальска), Московцев (от Москва).
«Речные» фамилии всем известны: Волгины, Невские, Днепровы, Донские, Мезенцевы.
Но есть фамилии, образованные от названий малоизвестных рек и потому не столь явные: князья Волконские объясняли, что род их вышел из местности у реки Волконь в Тульской губернии; предки Ухтомских жили на речушке Ухтоме (таких две – недалеко от Владимира и близ Белого озера); писатель А.И. Куприн говорил, что его фамилия происходит от маленькой речки Купря около Тамбова.
Ряд фамилий произведен от нарицательных географических имен, из которых многие стали собственными. В Центральной России сотни деревень называются Горки; отсюда Горские, Горкины. Островом раньше назывался не только остров, но и небольшой лес; многие села в России, Белоруссии и на Украине именуются Остров. Отсюда Островские. К этому же типу фамилий относятся Дубровские, Гаевские, Заболотские, Боровские, Полянские, Городецкие, Загорские, Рощины, Садовские, Еланские (елань – большая поляна или пашня на возвышенности, но есть и река Елань). Каменские и Каминские – потомки выходцев из селений Камень (по-украински Каминь), Каменка, Каменское, которых немало на Украине и в Белоруссии.
Вообще «географические» фамилии с завершением -кий, образованные чаще всего от названий небольших городов и иных населенных пунктов Белоруссии, Литвы и правобережной Украины, весьма многочисленны. Большинство таких фамилий возникло в XIX веке, когда выходцам из этих селений, по-старому «местечек», пришлось обзаводиться документами. Многие, недолго думая, выбирали себе фамилию по названию родного места. Излюбленное завершение -кий объясняется, несомненно, влиянием польского языка; эти края долгое время, до самого конца XVIII века, принадлежали Польше, а очень многие польские фамилии образуются именно по такому принципу.
Вот пояснение наиболее распространенных фамилий подобного типа:
Амчиславский – от г. Мстиславль (в просторечии Амчислав), Могилевской обл.
Антокольский – от Антоколь, ныне Анткалнай, в Литве
Бершадский – Бершадь, Винницкой обл.
Боярский – Боярка около Киева
Бродский – Броды, Львовской обл.
Быховский – Быхов, Могилевской обл.
Городинский – Городня, Черниговской обл.
Дашевский – Дашев, Винницкой обл.
Дубенский – Дубно, Ровенской обл.
Жирмунский – Жирмуны, Гродненской обл.
Заславский – Заславль, Минской обл.
Кривицкий – Кривичи, в Минской и Могилевской обл.
Кричевский – Кричев, Могилевской обл.
Лебединский – Лебедин, Сумской и Черкасской обл.
Липовецкий – Липовец, Винницкой обл.
Литинский – Литин, Винницкой обл.
Лукомский – Лукомль, Витебской обл.
Миропольский – Мирополь, Житомирской обл.
Ольшанский – Ольшана есть в Черкасской и Сумской обл. Ольшанка – в Кировоградской обл.
Полонский – Полонное, Хмельницкой обл. В некоторых случаях – от латинского слова «полонус» – польский.
Пумпянский – Пумпяны, ныне Пумпенай, Литва
Радунский – Радунь, Гродненской обл.
Слонимский – Слоним, Гродненской обл.
Торчинский – Торчин, Волынской обл.
Трояновский – Троянов, Житомирской обл.
Уманский – Умань, Черкасской обл.
Хмельницкий – Хмельник, Винницкой обл.
Черняховский – Черняхов, Житомирской обл.
Чудновский – Чуднов, Житомирской обл.
Шацкий – Шацк в Минской и Волынской обл.
Шкловский – Шклов, Могилевской обл.
Ямпольский – Ямполь – четыре поселка в разных областях Украины.