Таким же образом, но гораздо раньше возникали многие хорошо известные нам дворянские фамилии, хотя разница была велика: у дворян фамилии показывали не только, где жили, но и чем владели предки. Мстиславские-князья владели землей, на которой жили предки Мстиславских-мещан. В 1960-е годы в газетах можно было прочитать, что жители белорусского села Достоево создали музей Ф.М. Достоевского. Великий писатель никогда не бывал в этом селе, но в XVI – XVII веках им владели его предки. Таково же происхождение фамилий Боратынский, Одоевский, Даргомыжский (будущий композитор появился на свет в родовом имении – селе Даргомыж, Тульской губернии).
Как видите, многие фамилии – даже не столь известных людей – нам более знакомы, нежели населенные пункты, от которых они образованы. Что ж, антропонимия обогащает и наши географические познания – это тоже неплохо. А читателям с фамилией на -кий, не нашедшим себя в нашем списке, но интересующимся истоками своего «родового имени», посоветую: загляните в алфавитный указатель населенных пунктов, которым снабжены крупные атласы. За успех не ручаюсь, но, быть может, вы обнаружите на крупномасштабной карте родину ваших предков и даже любопытства ради когда-нибудь посетите неведомый вам уголок нашей страны, породивший часть вашего «я» – фамилию.
В заключение разговора о «географических» фамилиях хочу предупредить еще об одной трудности: не всегда вам помогут отличное знание географии и даже подробнейший атлас. Вы знакомитесь с человеком, который представляется: Чердаков. Неужели предка его прозвали Чердаком? Да, несомненно, но скорей всего не тем чердаком, что под крышей, а чердаком – жителем городка Чердыни. Таких неофициальных, иногда насмешливых прозвищ в старину было немало. Жителей Галича называли не только галичанами, но и галками – не отсюда ли некоторые Галкины? В Кромах жили не только кромчане, но и кремляне (хотя никакого кремля там нет), в соседнем Мценске – амчане. Жителей Одоевского уезда дразнили «адуями» – фамилией Адуев Гончаров даже наградил героя своей «Обыкновенной истории». Какой-нибудь Мещанинов к сословию мещан мог не иметь ни малейшего отношения: так величали жителей Мещовска, Калужской губернии, даже если они числились крестьянами.
Вот какие загадки ставит подчас перед исследователем богатая и прихотливая живая речь русского народа!
ФЛОРА И ФАУНА
Очень многим людям прошлых веков давались имена и прозвища, почерпнутые из богатейшей русской флоры и фауны. Современные фамилии хранят в себе сотни названий животных (как домашних, так и диких), птиц, рыб, насекомых, растений. Вряд ли среди ваших знакомых, читатель, не найдется Баранова, Волкова, Медведева, Уткина, Воробьева, Ершова, Муравьева, Комарова, Малинина или какого-либо другого «представителя» животного и растительного мира.
Большинство фамилий этого типа столь привычно и наглядно, что не требует объяснений. Наши предки, придумывая человеку имя или прозвище, охотно обращались к названиям местных животных и растений, то есть к тому, что их окружало, с чем постоянно приходилось общаться, что кормило и помогало или с чем приходилось бороться и подчинять себе. Почему к человеку приставала кличка такого рода, вам уже нетрудно догадаться: либо по сходству, либо по смежности. Уткой могли прозвать, например, человека, ходившего, переваливаясь с ноги на ногу, наподобие утки; либо заядлого охотника на уток.
Неграмотный деревенский житель далекого прошлого знал названия и свойства сотен зверьков, птиц, насекомых, трав. Иные из них в разных областях страны назывались по-разному. Многие местные названия не были общеизвестны, некоторые вовсе сегодня забылись. Образованные от них фамилии поэтому мало или совсем не понятны.
Вот пример. Всем известна фамилия Зуев, но что такое зуй – знают не все. Так в некоторых областях называется птица кулик. Стало быть, Зуевы и Куликовы, так сказать, братья по фамилии. Волка во многих областях зовут бирюком: отсюда многочисленные Бирюковы. Воробей кое-где зовется чивиль (Чивилевы, Чивилихины). Птицы кречет, сарыч, ремез, кобец, королек, курчат, чирок, огарь, дергач, чеглок, дудор, селех (селезень) известны не всякому, но образованные от этих слов фамилии звучат привычно.
В некоторых диалектах ц меняется на ч и вместо «цапля» говорят «чапля». Таким образом, русские Чаплины – не родня великому киноактеру, ибо «чаплин» – по-английски священник. Вот пример случайного совпадения слов, которое может сбить с толку! В ряде областей России цаплю называют также чепырой, чепурой, белку – векшей, скворца – шпаком.
Фамилии, происшедшие от названий животных и птиц, заслуживают пристального внимания. По ним можно судить о древней флоре и фауне нашей страны, о распространенности и популярности среди населения того пли иного животного или растения. То, что среди нас много Бобровых, подтверждает, что бобр в древности был не редким, как сейчас, а самым обычным обитателем наших лесов и рек. Туровы показывают, что ныне вымершие дикие быки – туры – были хорошо знакомы нашим предкам (вспомним обращение в «Слове о полку Игореве»: буй тур Всеволод[5]). Зато фамилий Бизонов или Ондатрин не слыхать: эти животные завезены к нам не так давно.
Кочетовы могут считать себя исконными южанами, даже если живут на севере: кочетами называют петухов преимущественно на юге России; следовательно, родоначальник Кочетовых был скорей всего южанином. Зато Гонобоблевы – северяне; в средней полосе ягоду гонобобель называют голубикой.
Бабурины, Кислицыны, Чилимовы, Дягилевы, Турчины, Частухины – «растительные» фамилии, хотя соответствующие растения, быть может, не всем известны.
Естественно, что в качестве имен и прозвищ использовались названия только тех животных и растений, которые встречались в данной местности. Экзотические названия не могли тем самым становиться именами простых русских людей. Крокодиловых, Верблюдовых, Страусовых можно найти разве только в юмористических рассказах. Лианов, Кактусов, Бамбуков тоже, конечно, на русской почве взрасти не могли.
– Позвольте, – скажет иной читатель, – а как же известная русская фамилия Барсов? Разве в России водились барсы?
Нет, барсы в России не водились, и тем не менее Барсовы в России действительно нередки: Но фамилия эта произошла не от «мирского» имени или прозвища, а появилась сразу же как фамилия в кругах людей начитанных, чаще всего в священнической среде. А там фамилии очень часто придумывались, сочинялись из слов, встречавшихся в переводных книгах, где рассказывалось о неведомых странах, экзотических животных и растениях. Об этом источнике русских фамилий мы расскажем подробней далее, а пока назовем еще несколько «зоологических» фамилий такого же происхождения:
Слонов, Онагров (онагр – дикий осел, обитающий в Азии), Попугаев. О том, в какой степени таким же путем использовалась фамилия Львов, судить трудно, так как Львов образуется и от христианского имени Лев. Тигровы тоже могут происходить от родоначальника Тигрия, или Тигра, – в святцах есть и такое имечко!
Более наглядный пример – Виноградов. Это очень распространенная русская фамилия, а между тем виноград на Руси появился поздно, виноградные вина долгое время ввозились из-за границы. Многие Виноградовы XVIII и XIX веков не только никогда не пробовали, но даже не видели винограда. Зато виноград постоянно упоминается в Библии и других древних переводных книгах. Эта фамилия особенно часто давалась будущим священникам; Виноградов звучало солиднее и пристойнее, чем Клюквин, Померанцев (хотя едва ли многие знали точно, что такое померанец), лучше, чем Ежевикин. Фамилии Кипарисов, Смоковников, Кедров (имелся в виду южный кедр), Цальмин, Чинаров, Миртов звучали экзотично, и эти фамилии охотно брались русским духовенством.
Что касается экзотических растений, то некоторые из них проникали в Древнюю Русь не только в виде названий, но и в натуральном виде. Всем известный цветок столетник, или алоэ, обладающий целебными свойствами, разводился в домашних условиях еще в XV веке, будучи завезен откуда-то с Востока. Но назывался он в старину сабур. Сабуром же – метафорически – называли и едкого, язвительного человека. Отсюда фамилия Сабуров. Таково же, очевидно, происхождение фамилии Горчаков: горчак – растение с горьким, ядовитым соком (правда, есть и рыба горчак).
«ДОМАШНИЕ» ФАМИЛИИ
Для историка старого русского быта многие русские фамилии – просто кладезь. По ним можно дополнить представление о пище, одежде, орудиях труда, домашней утвари русского человека давно прошедших лет. Оказывается, различные элементы ушедшего быта можно найти не только в музеях или специальных книгах, но и вокруг себя, в фамилиях современников, часто не ведающих, что расписываются они словом, таящим в себе забытый предмет из обихода своих предков.
Начнем с пищи. «Щи да каша – пища наша» – гласит старая поговорка. Из слова «щи» фамилию не сделаешь (хотя известны они издревле), зато от слова «каша» и его уменьшительных, ласкательных вариантов образовались фамилии Кашин, Кашкин, Кашутин. Но особенно много в России – древней стране хлеборобов – фамилий, в корне которых названия хлебных изделий, некоторые из которых теперь уже забыты: Караваев, Ковригин, Челпанов, Перепечин (челпан и перепеча – тоже род каравая), Колобов, Колобашкин, Калачев, Коржев, Лепехин, Барабашкин, Кокурин, Тапешкин, Опекушин (последние четыре – тоже от разных видов лепешек), Чечулин (чечуля – большой ломоть хлеба), Сайкин.
Фамилии напоминают нам и о муке, которой пользовались наши предки. Аржанов – ржаной хлеб, Пшенников – хлеб из пшеничной муки, Овсянников – из овсяной, Ситников – из просеянной, и т.п.
Названия всякого рода пирогов и пирожков, на которые столь изобретательны русские люди, запечатлелись не только в фамилии Пирогов, но и Сгибнев (сгибень – пирог с начинкой), Кукуев (кукуй – мясной пирог), Алабышев, Алабин, Алябьев (от маленьких пирожков с разной начинкой), Сочнев (от пирожка с творогом).