Братья были высокими и тонкими. Гибкие по природе, они веретеном крутились на парах и вечно болтали. И, из-за своей натуры, постоянно отбывали повинность в коридоре. Братья-неразлучники — так их называли преподы. Одного выстави — так второй тут же устроит такой непотреб, что вытворять за дверь приходится и его. Зато после все в аудитории спокойно вздыхают и учатся, особенно глубоко вздыхает преподаватель.
Я даже обиделась немного. Мне не подарил, значит, а им...
— Не сопи так обиженно, Мартышка! — щелкнул мен по носу Бравис, и я почему-то не стукнула его в ответ. Почему? Точно! Рука была занята тяжеленной курткой, угумс.
Героев не бьют, по крайней мере, в день подвига.
Дора выжимала свои волосы и стреляла глазками уже в другую сторону, от предыдущего кандидата.
— Дора, а ты чего, заброковала что ли?
— Конечно заброковала! Я к нему с брошкой, а он даже шага не ступил к девушке на спасение!
— Так никто не ступил, — попыталась я оправдать парня.
— Марта, он даже пару шажков назад сделал! А такой трус просто не может быть мои единственным!
— Девушки, вот пара пакетов, положите туда хоть куртки мокрые, — в наш разговор вклинилась с запоздавшей заботой Валенсия. Она как раз уже ощупала чертей и пытливо заглянула каждому в зрачки. Научный интерес, как сказала она, не более.
Посмотрев на пакетики и на мою куртку, с которой почему-то до сих пор стекала вода, я поблагодарила и взяла один экземпляр. Швырнув в него куртку и избавившись от мокрой ткани я сразу повеселела.
Ну и черт с этим Брависом! Точнее — два!
— Мартышка! — легок на помине.
— Что, бананчик? — не оборачиваясь, спросила я, смотря на расчесывающую волосы подругу. Хм, самой не мешало бы...
— А у тебя белье в горошек, — шепнул он мне на ушко.
Вот теперь я точно должна была его стукнуть! Приложить всей Мартой, чтоб не встал. Но я не смогла. Я покраснела...
— О, ты даже так умеешь? — деланно удивился Бравис, заглядывая мне в лицо. А мне большего для восстановления и не надо было.
Я наклонилась к нему, поманив пальцем, и он, косясь с опаской, подался вперед ко мне. Дора тут же навострила свои блондинистые ушки, и как бы невзначай шагнула поближе.
— У меня еще трусики с твои портретом, — горячо шепнула ему я, пытаясь не подавиться собственным смехом, глядя в округляющиеся серые глаза. Зрачки демона расширились от удивления, а рот приоткрылся. Сглотнув, он смог сказать только:
— А-а-а...
— Зачем? — поняла я его странную манеру выражаться. — А чтобы ты знал свое место.
И подхватив рюкзак, пакет и Дору под руку, бодро пошагала от этого невыносимого демона. Да-да, и не удивляйтесь, это худышка бы переломилась, а я бы еще пару пакетов могла прихватить, но это бы уже был захват чужого имущества.
— Где твой рюкзак? — спросила я подругу между делом, идя к уже собравшейся на выход кучке из нашей группы. Продолжать практику смысла больше никто не видел. Валенсия, впрочем, была вполне довольна. Еще бы, натрогалась, насмотрелась, теперь можно и домой.
Дора засмущалась и скромно пожала плечами. А потом еще руками в стороны развела:
— Я как кикимора — при мне красота и душа.
— Ну ты и сравнила, — я поразилась метафоре подруги, но давно поняла, что её душа — это такие потемки, что лучше туда не лезть. То дура-дурой, то такие вещи говорит, что начинаешь задумываться, а не проще ли быть любвеобильной блондинкой, чем смотреть на мир глазами, полными бездонной грусти.
Захочет — сама расскажет, — так я решила про себя еще в прошлом году, когда мы только познакомились. И если отбросить все слои, за которыми прятала себя девушка, то подругой она была отличной и преданной. А что мне еще надо?
Попрощавшись со всеми до завтра, Валенсия по одному отправляла нас через портал в гостиницу, где мы должны были ночевать на всем протяжении практики. Неделю или две, все зависит от нас, как нам сказали. Практика должна была пиучить нас к самостоятельности, но лично я считала, что у меня и так её с избытком.
Мы с Дорой протиснулись в первых рядах, не из-за внезапной любви к новому дому. Между лопатками чесалось от буравящего взгляда Брависа и я спешила смотаться.
— Брошь, — напомнила я подруге, но она так жалобно на меня посмотрела, что я махнула на это рукой. — Потом отдашь.
Зарево портала мигнуло, и вот я уже в небольшом холле гостиницы, рискнувшей приютить под своей крышей практикантов-демонов. Пара одногруппников, оказавшихся шустрее меня и проскочивших в портал первыми уже с интересом стали осматривать новое место обитания.
Что ж, милый интерьерчик, вот только пойду-ка я нам комнату поудачней отхвачу...
За деревянной стойкой, облокотившись на гладкую поверхность локтями, скучало приведение. Полупрозрачные руки то и дело проваливались в стойку, но это ничуть не смущало парня с грустными глазами. Тонкие изящные пальцы подпирали подбородок, а тоскливый взгляд был устремлен куда-то вдаль.
Такой молодой — и приведение! Удивительно!
— Ах! — вздохнуло приведение, худые плечики в полупрозрачной рубахе приподнялись и опустились вновь.
— Ах... — почему-то повторила я.
На меня тут же перевели тоскливый взгляд, и во мне шевельнулась жалость. Что же должно было случиться, чтобы он в таком состоянии застрял?
— А где администратор? — справившись с первоначальной растерянностью, спросила я.
Паренек приподнял бровки домиком, взмахнув белесыми ресницами и ответил:
— Это я, — и снова вздохнул, глядя в ту же незабвенную даль.
— Кхэм, я с Демонического университета, с практики. Мне бы расположиться, — начала я, и почувствовала на плече руку подруги. Она как раз должна была идти в портал следом за мной. — Вернее, нам с подругой.
Я отодвинулась и показала на Дору пальцем. Приведение тут же приосанилось, и с восхищением окинуло мокрую девушку взглядом с головы до пят. Он даже из-за стойки выплыл, шевеля ногами для порядка.
Русалка! Волосы какие!
Глаза блестят как янтаря!
Сегодня вечер для богини!
Я раб Ваш, милая моя!
Вам комнату найти получше?
Так это запросто могу!
А вид какой: на площадь? В рощу?
Иль на рассветную зарю?
— Нам самый-самый! — вставила я, за что получила укоризненный взгляд приведения. Ну я же не виновата, что брюнетки не в его вкусе!
Пройдемте, милая, я знаю
Чем взор порадовать красы!
Второй этаж наш приглашает
К себе в роскошные залы!
— Кхэм, — кашлянула я, потому что приведение уже десятый раз пыталось ухватить за локоток онемевшую от происходящего Дору, но на то оно и приведение — что бестелесное.
Подруга Вашу я устрою
По лучшим меркам королев!
А Вам особые покои:
Две комнаты и туалет!
Я хотела было возмутиться — я тоже не отказалась бы от двух комнат и туалета! Да хоть бы одной комнаты и туалета! Но так как народу стало прибывать все больше, и на нас стали обращать внимание, мы быстро согласились на предложенное и похватали нужные ключи с названными приведением номерами: «13» и «6».
Угадайте, какой был у меня?
Правильно, никакой, так как приведение с Дорой выбирало покои. А потом мне перепал все-таки номерок «13». Чисто из предрассудков подруги.
С удовольствием зашвырнув в угол надоевший рюкзак, я как следует пульнула в него пакет с курткой и вздрогнула. Уверена, «Ай» из пакета был отчетливо слышен даже за стеной.
О, это было как в озере — сначала показались рожки. А потом черная наглая морда высунулась и попыталась меня обаять. Меня. Обаять. Черная морда.
— В окно или в дверь? — предложила на выбор я.
Такого поворота чертенок не ожидал. А я корила себя за недогадливость. Нет, ну надо же, бесплатной возницей работала у рогатого, и удивлялась тяжестью мокрой куртки. Вот бананчик бы надо мной посмеялся!
Как я могла его не заметить? Не прощупать? Схитрил? Магия? Дар?
Я так заинтересованно посмотрела на чертенка, что он обеспокоенно заерзал, почувствовав себя подопытным созданием.
— А м-м-можно остаться? — заикаясь, спросил он меня.
— Зачем? — я сурово смотрела в черные глаза чертенка. Испуганный комок с рожками заставлял жалость во мне просыпаться. Второй раз за день.
Непорядок! Мне срочно нужны конфеты!
Вытащив рюкзак из-под незваного гостя, я ненароком перевернула сидящего на ней чертенка вверх ногами, и теперь он забавно дергал копытцами на полу, пытаясь сесть обратно. Но рожки вошли в деревянный пол и я сжалилась над созданием. Третий раз за день.
Так, мне точно нужны конфеты, а то я сама себя не узнаю! А ведь всем известно, что конфеты нормализуют все — и настроение, и поведение.
Найдя в боковой кармане рюкзака заветную коробочку, я с удовольствием зашуршала фольгой.
— А что это там у тебя? — любопытная черная морда выглянула у меня из-за спины. Так как я до сих пор сидела на корточках, то наши глаза были как никогда близко.
Нечисть. Лишний раз убедилась я, увидев затягивающую бездну в глазах. Только у них встретишь тьму во взгляде.
— Так в дверь или в окно? — тактично переспросила я. Делиться конфетами я не собиралась.
— Я на полу могу спать, правда! Тихонечко! — умильно хлопав глазками, выпрашивал у меня приюта чертенок. Но я что, на эльфийку, что ли, похожа? Я же нормальная демоница — на такие разводы не ведусь!
— Значит, в окно, — пожала я плечами и встала, пока конфетка во рту окончательно не растаяла и не сделала меня доброй Мартой.
С чертями, да еще и с неподчиненными, я ничего общего иметь не хотела. У меня и так целый рюкзак развлечений, зачем мне еще рогатые неприятности? Скоро Бравис с дружками расположатся на своих постельках, заснут, а тут я с моим рюкзаком. И Дорой, надеюсь.
У них, как поведало приведение, в номере по пять кроватей будет. Это он нам номера для «королев» определил, а остальные то без подружки-красотки заявились.