Надо было спешить, пока я его не придушила в своих размерах от избытка чувств.
Заметив внимательный взгляд незнакомца, внутренне подобралась и поплыла в танце к двери.
Но публике пришелся по вкусу наш дуэт. Круг вокруг нас сомкнулся, и пылкие фразочки заставляли краснеть мои щеки.
— Видишь, мы с тобой — просто бомба, — тщеславие проснулась в маленьком создании.
— И откуда ты такого понабрался в своем омуте, а? — возвела я глаза к потолку. — Еще и в размерах ценитель.
— Я же тебе говорил, что полезный? — чертенок попытался изобразить что-то в моих руках и чуть не упал. Поймав его у самого пола я поняла — вот он наш шанс.
Сделав испуганный вид, я приложила руку к его рогатой горемычной голове и понеслась на выход, что-то бормоча про врача.
Наш провожали разочарованными взглядами. Кто-то требовал продолжения веселья, кто-то взял инициативу в свои руки. Уже у входа на нас, буквально, налетел раскрасневшийся ведущий, а сзади его стимулировал хлесткими угрозами тот самый брюнет.
— Не тех вы кадров подбираете, — он перегородил нам дорогу в дверях, явно собираясь сказать какую-то гадость. — Вон какой самородок пропадает. Может, завербуете?
А что? Это сразу решит две мои проблемы. И практику засчитают, и от чертенка избавлюсь.
Растеряв свой важный вид, незнакомец не сразу нашелся что сказать.
— Ну если что, Вы знаете, где нас искать, — сама испугавшись собственной наглости, я протиснулась мимо мужчины.
— Ты осознаешь хоть, что, фактически, пригласила его к себе? — вытаращила на меня глаза рыжая демоница, когда мы быстро удалялись по коридору.
— Только за этим безобразием! — я показала на чертенка, который уже беззаботно сопел на моей груди, точно ребенок.
— Марта, Марта, — показала головой Валенсия. — А и хорошо, что его выключило. Так проще тебе будет подчинить его.
— А, может, не надо? — я жалобно посмотрела в зеленые глаза, но они остались беспристрастны.
— Надо. Неужели ты думаешь, что глотнув свободной жизни он захочет вернуться в омут?
— Тоска по родине? — предположила я. Но Валенсия покачала головой. Дора тяжело вздохнула за моей спиной.
— А нам потом что с ним делать? — бросив вопросительный взгляд на подругу, спросила я у рыжей демонице.
— Что хотите, — фыркнула Валенсия, а потом устало толкнула дверь нашей каморки. Мы так спешили, что даже не потрудились её закрыть. — Дарите, обрекайте на вечное скитание, что хотите. В общем-то, цель сегодняшней практики научить вас ответственности, так что вот и справляйтесь, дорогие мои! А теперь давай, подчиняй его, я проконтролирую, чтобы вы еще дров не наломали.
Сочувственно глянув на спящего чертенка, я перевернула его вверх ногами и коснулась рогами деревянных дощечек пола. Призыв к подчинению прозвучал так тоскливо, что Валенсия скривилась.
— Могло бы быть и побольше воодушевления, — уходя, бросила она у двери.
— Только не тогда, когда я сама себе призываю неприятности, — ответила я себе под нос.
Удивительно, но маленький прохвост даже не шевельнулся. Все-таки ищейкам надо было как следует изучить воздействие, прежде чем применять на практике.
Устроив чертенка спать на своем рюкзаке и прикрыв его курткой, мы с Дорой отправились спать.
Второй день практики обещал быть насыщенный.
— Что-то я не припомню, что нам об этом предупреждали, — осматриваясь вокруг себя, сказала Дора.
— Не было такого, — я была с ней полностью согласна.
Подъем сегодня был до возмутительности ранним. Впервые позавидовала черту, который сопел, обернувшись моей курткой и с трудом заставила себя подняться. Неласковый стук в дверь от старосты Ланая не заставил нас с Дорой шевелиться быстрее. А вот личный визит Валенсии — вполне.
Зевающие адепты собрались в холле гостиницы и сочувственно переглядывались. Кто-то осмелился спросить про завтрак, но не удостоился ответом. А ели мы последний раз вчера вечером, когда в номер нам принесли подносы со скромной едой. Видите ли, в зале очень важное мероприятие. Ага-ага, знаем мы какое!
Могли бы в виде моральной компенсации и получше накормить. А теперь нас всех пригласили по очереди войти в зев портала. Из памяти совсем вылетела программа практики, данная нам еще две недели раннее. Но что-то мне упорно подсказывало, что тролли в нашем расписании не значились.
Взлохмаченные коричневые волосы, длинные, словно кочерга, носы и шербатые рты. Злы глаза поблескивали черными угольками из кустов, а Валенсия вещала, ничуть не снижая голос:
— Так как я сегодня вынуждена заменить профессора Теора, то решила провести практику на тему «Создания и сущности» по своему усмотрению. Как вы уже поняли, пред вами — тролли.
Громкий визг и Сандра, миловидная демоница из нашей группы, трясет ногой, пытаясь сбросить с себя какой-то комок шерсти.
— А вот и первый урок. Детеныши троллей особенно агрессивны и злобны, — воспользовавшись ситуацией и даже не спеша помогать прыгающей адептке в беде, Валенсия сложила руку на груди.
— И что, нам теперь ждать родителей? — о, какая персона объявилась. В холле я его так и не заметила.
— О, нет, об этом не надо беспокоиться. Но, несомненно, его мама и папа сейчас рядом и болеют за своего малыша, — с улыбкой сказала профессор и все взгляды, как притянутые магнитом, остановились на кустах за Сандрой.
Девушка осмелела и уже не прыгала на месте. Пытаясь протянуть руку и оторвать от себя тролльчонка. Тот издавал какой-то писк, но от штанины не отцеплялся.
— Похоже, они тоже на нас учатся, — сделала вывод я, когда из кустов стали доноситься какие-то странные звуки. Что-то похожее на слова, только с рычанием и гортанными хрипами.
Валенсия захохотала, не чувствуя ни малейшей угрозы, а адептам было явно не по себе. Сама я тоже с беспокойством ловила на себе взгляд черных глаз и придвигалась с Дорой поближе к центру поляны.
— Очень удачно, я вам скажу. И что, не у кого нет варианта, как от них избавиться? Все сразу вылетело из головы.
Дора неуверенно шагнула вперед и сжала губы. Сделав еще пару шагов, она оказалась у почти плачущей Сандры и посоветовала:
— Пой.
Осмысленность вновь появилась в глазах девушки, и она зепела какую-то колыбельную. Наверное, чтобы еще успокоиться.
Тролльчонок разжал маленькие желтые зубки и покатился в сторону кустов. Пару раз мелькнули маленькие ручки и ножки, и он скрылся под изумрудной зеленью листвы.
— Ну а теперь практика, дорогие мои, — размяв пальцы, сказала Валенсия. Что-то она сегодня была слишком воинственно настроена. Наверное, как и мы, не с той ноги встала. На мгновение она скрылась в кустах, откуда стали раздаваться странные звуки и на нас полетело не меньше десятка троллей.
Она их что, швыряет там? А где солидарность ко всему живому?
Но тролли, махровом клубочком сворачиваясь в воздухе, прыгали на адептов, вонзая свои гнилые зубы. Не глубоко, но очень болезненно. В этом я убедилась на своей шкуре.
— Они не заразны? — взвыла я, пытаясь оторвать одну особо усердную тролльчиху от плеча, но хватка той становилась только сильней. Вокруг меня царила такая кутерьма, что я совсем растерялась и позабыла все, чему только что мы все были свидетелями. Дора первой запела песенку, я её подхватила, а потом, один за другим, к нам стали подключаться голоса других одногруппников. И тролли вновь скрылись за лесной растительностью.
— Не могу даже похвалить, — сложив руки на груди, Валенсия распиливала нас взглядами. — А теперь пошлите, практика вас ждет не дождется.
— А что это тогда было? — жалобно простонал кто-то сзади. Оборачиваться не стала, но мысленно была полностью солидарна.
— Разминка, — пожала плечами идущая впереди рыжая демоница.
Направив немного сил на исцеление плеча, покосилась на троицу неудачников. А они, как назло, казались слишком довольные, и лишь Вил тер пятую точку.
Дуракам всегда везет! Вот, думаю, может, тоже дурочкой прикинуться, а то разминка была многообещающей.
Валенсия бодрым шагом шла вперед, ни разу не обернувшись. Наверное, думала, что мало кто захочет опять петь песенки к компании троллей. И была права — все адепты старались не отставать, внимательно посматривая по сторонам.
— Как ты думаешь, поймали вчера на банкете кого хотели? — шепнула я Доре и она вздрогнула.
— И не хочу знать. У меня до сих пор мурашки по коже, как вспомню те ощущения, — подруга наклонилась ко мне: — Безграничного доверия. Я чувствовала, что отдам последнюю вещь, расскажу все до последнего слова, вырву сердце — все, что он захочет. Это было просто ужасно.
От того, как Дора сжала плечи, мне стало не по себе. Наверное, это просто ужасно. Очнуться от этого и все помнить. Хорошо, что Дора дел не натворила, иначе, она бы себя не простила.
А в это время мы вышли на цветочную поляну. Такую впору было рисовать на открытках ко Дню Матери, а не топтать несколькими десятками пар ног.
Валенсия замерла перед нами:
— Итак, дорогие мои, пришла пора закрыть учебники и посмотреть реальности в глаза. То, какими вы представляете существ в своем воображении, когда смотрите на изображение и читаете о характеристиках не входит ни в какое сравнение с тем, с чем вы столкнетесь на самом деле. Аура, энергетика, все это так часто ставит молодежь в тупик, что они забывают прописные истины. Надеюсь, история с троллями для многих послужила уроком.
По нашим нестройным рядам прошелся тихий шепот предположений. Валенсия усмехнулась и добавила еле слышно:
— Он мне еще спасибо скажет.
И тут мы подумали, что уж лучше бы нам не ставили замену...
Пестрый ковер цветов еле уловимо пришел в движение, но профессор не шевельнулась. Нежно-фиолетовые цветки стали колыхаться, создавая эффект волн, и мы напряженно замерли. Все, кроме Валенсии. Она безмятежно улыбалась.
Чутье адепта тут же подсказало, что когда профессора так улыбаются — хорошего не жди. И в подтверждении этому за спиной рыжей демоницы раздалось рычание.