Я подошел и попытался поздороваться, но получил только холодный ответ. Я счастлив всему, что исходит от нее – холодности или жару. Она, кажется, не понимала, что чем больше разыгрывает из себя недотрогу, тем больше я ее желаю. Хоть если бы она накинулась на меня, я бы по-прежнему чертовски сильно ее хотел. Кажется, от этого я только больше дурею.
Мне потребовались все силы, чтобы позволить девушке уйти, и не поползти вслед за ней на коленях. Никогда раньше у меня не было такой реакции на женщину, и это пугало. Сегодняшний вечер мне просто необходим, хотя бы для того, чтобы успокоить свою голову.
Вернувшись домой, я подрочил на образ губ Пандоры, произносящих мое имя, пока я глубоко зарываюсь в ее киску. После этого мне удалось собраться с мыслями и отправить девушке свои последние идеи насчет реконструкции ее отдела и оптимизации данных, как она и просила. Спустя час после отправления письма, я получил ответ. Там было единственное слово «спасибо» с ее электронной подписью ниже, но я понял, что это означало нечто большее. Пандора не та женщина, которая легко поддается, и если она вообще потратила хоть секунду на ответ, я знал, что ей понравилось предложенное мной.
Я всегда придерживался политики «не гадить там, где ешь». Я состоял в исключительно деловых отношениях со всеми клиентами, но что-то в Пандоре было иначе. Когда она смотрела на меня, в ее взгляде был жар. Если бы я понимал, что не привлекаю ее, то не стал бы так сильно бегать за ней. Но уловив намек на что-то, чему не мог дать название, я намерен разобраться что это.
- Этот здоровый немец продвигается вверх, - говорит Донован, доставая пиво из холодильника и присоединяясь к Эзре в гостиной. – Ты уверен, что хочешь именно этого?
- Знаешь, если у вас есть помпоны, то вы могли бы стать моей личной группой поддержки, - достаю пиво себе и прислоняюсь к стойке. Вытаскиваю свой телефон и пишу на номер, который мне дали, чтобы узнать о месте сбора.
Каждый из нас троих купил собственные квартиры спустя пару лет, как мы начали хорошо зарабатывать. Я купил лофт в районе мясокомбината и затеял ремонт. Он находится все еще на стадии переделки, но мне нравится делать все своими руками, так что я не переживаю насчет этого. Кухня и гостиная закончены, также как моя спальня и главная ванная комната. Остальные комнаты и ванные по большей части состоят из голых стен, но открытая кирпичная кладка делает их модными, а не похожими на стройку. Здесь есть неплохой внутренний дворик, но мне пока еще предстоит разобраться с этими зарослями. Мои пальцы уже почернели, так что я оставляю это на последнюю возможную секунду.
Несмотря на то, что у них есть собственные дома, Эзра и Донован всегда в итоге оказываются в моей гостиной. Думаю, это из-за моего большого телевизора, или, возможно, из-за того, что я хожу в магазин и покупаю пиво. Все это вполне возможно для нас.
- Я обожаю носить короткие юбки практически так же сильно, как вот этого парня, но мы не были бы твоими друзьями, если бы, по крайней мере, не убедились, что у тебя голова на месте.
- Все нормально, - отвечаю, глядя на них обоих. Ребята кивают, понимая, что если бы это было не так, я бы сказал.
Обычно так и бывает, по крайней мере. Но я не уверен, что моя голова в нужном месте прямо сейчас. Сегодня я хочу испачкать руки. Я не могу отделаться от мыслей о Пандоре, и это сводит меня с ума. Каждую секунду я гадаю, чем она занимается и с кем.
Мне удалось выяснить, по тонким намекам Генри, что она не замужем. Не знаю, есть ли у нее парень, но даже если так, то к черту его. Это всего лишь препятствие на пути, и я более чем готов выступить перед мужчиной, если это поможет мне подобраться ближе к ней. И в этом вся проблема. Я настолько поглощен своим желанием к ней, что готов разрушить отношения, чтобы этого добиться.
Я наклоняю бутылку и выпиваю залпом остатки пива. Когда вибрирует телефон, я проверяю сообщение с названием места на экране. Я ударяю бутылкой немного сильнее, чем стоило бы, когда допиваю, и подбираю сумку и ключи.
- Где? – спрашивает Эзра, когда они вместе с Донованом поднимаются и собирают свое барахло.
- В «Линкольне».
Глава 5Пандора
- Попалась! – кричит моя сестра Пенелопа, выпрыгивая передо мной.
Я ухожу с работы, а она решила, что сможет подкрасться ко мне. Я заметила ее, подглядывающую в стеклянную дверь, когда выходила. Тяжело не заметить того, кто выглядит так же, как ты. Ну, за исключением небольшого беременного живота и зеленых глаз. О, и не забывайте о том, что за ней всегда стоит огромный русский мужик.
- Не скачи, красавица, - просит ее муж Иван, стоя в нескольких шагах от нее.
Пенелопа закатывает глаза, опуская руку на свой живот. Она трет его таким милым, материнским жестом.
- Что ты здесь делаешь? – спрашиваю я, как будто не знаю ответа. Она догадывается, что со мной что-то происходит. Это та самая странность, которую делят между собой близнецы. Так было всегда, и всегда будет. Но, временами, мне бы хотелось немного эмоционального уединения от нее.
- Ну, я здесь не для того, чтобы отдать тебе это, - она поднимает белый пакет, как будто выиграла медаль.
Я прищуриваюсь.
- Это то, о чем я думаю?
Секунду я раздумываю над тем, чтобы вырвать у нее пакет, но она отворачивается, бросает пакет Ивану, который легко его ловит. Дурацкие шуточки близняшки.
- Даже не думай об этом, - Пенелопа прищуривается в ответ на меня, посылая точно такой же взгляд, как и я ей. Я знаю, что это ее знаменитые, домашние пирожные, за которые мы все дрались на семейных обедах.
- И я приготовила их с настоящим маслом, - добавляет она.
- С чем еще ты их сделала? – выдавливаю улыбку. Можно подумать, она могла использовать что-то помимо сплошного жира.
- Не знаю. Страшно даже говорить, - теперь я не могу сдержать смеха.
- Дурочка, - подхожу ближе и заключаю сестру в объятия.
- С тобой происходит что-то странное. Я чувствую. Даже по переписке заметно, - шепчет она в мое ухо. Я мысленно спорю с тем, что ей сказать, потому что немного на грани.
- Если скажу тебе правду, ты не станешь задавать мне миллионы вопросов прямо сейчас? Мне нужно кое с чем разобраться, а на сегодня у меня планы.
- Отлично, - ворчит она. Отстранившись, я кладу ладонь на ее животик. На этих выходных у нее будет семейная вечеринка, где она объявит пол. Они никому не говорят.
- Мальчик, - произносит она одними губами и подмигивает.
- И у меня, - бормочу я, и ее глаза округляются, а потом опускаются на мой живот. – Не в этом смысле. В смысле, мужчина. Этот парень… Ррр. Не бери в голову. Поговорим в выходные, - говорю я.
- Обещаешь? – она изучает меня.
- Конечно, - наклоняюсь, оставляя поцелуй на ее щеке. Пенелопа может добиться от всех того, чего хочет. Мы всегда говорим, что она – сердце нашей семьи. Любовь прямо льется из нее. Они с мужем кажутся полными противоположностями, но их все устраивает. Он – русский неразговорчивый здоровяк, который ворчит, когда Пенелопа уходит слишком далеко от него. Уверена, что на ней есть следящее устройство, и не то скромное в телефоне.
- Иван, - киваю ему. Он подходит и протягивает мне пакет.
- Миссия завершена, красавица? – спрашивает Иван жену. Она подмигивает ему и кивает. – Отлично. Хочу увезти тебя домой.
- Ты всегда этого хочешь, - смеется она.
- Да, - соглашается он, как будто не понимает, зачем это озвучивать. Все об этом знают. И правда в том, что Пенелопа – домоседка.
- Люблю вас, ребята. Поцелуйте моих племяшек, - говорю я, прежде чем наклониться и поцеловать ее в живот. – И тебя тоже люблю, маленький мужчина.
Я обнимаю сестру еще раз, прежде чем они уходят. Я улыбаюсь, наблюдая за их удаляющимися спинами. Я должна была догадаться, что Пенелопа заявится сегодня, после того как отправила случайно дьявольский смайлик три раза. Я заканчиваю некоторые дела, прежде чем вернуться в свой кабинет. Мне нужно убить несколько часов перед встречей с Делайлой за парочкой такого-необходимого-сейчас пива в «Линкольне».
Заваливаю себя работой, пытаясь сохранить сосредоточенность. Но и как в прошедшие несколько раздражающих дней, мои мысли переключаются на Ройса. Я щелкаю на почту, чтобы посмотреть – отправил ли он мне что-то за прошедшие несколько часов, но ничего не нахожу. Раздражение снова ползет по позвоночнику. И сейчас я злюсь на себя.
- Да что со мной не так? – бормочу я. Думаю, в этом вся проблема. Я даже не знаю ответа на этот вопрос. По какой-то причине, меня взбесило, что Ройс не погнался за мной в тот раз, когда я ушла от него. Я хотела находиться максимально далеко от него, но и была разочарованна, когда его не было рядом.
И потом, когда он отправляет мне письма, которые я всегда проверяю, у меня появляется это странное ощущение в животе. Досадно не иметь возможности контролировать реакцию на него. К довершению всего, я понимаю, что веду себя по-детски, избегая его. Мне следовало бы постараться сработаться с ним. Помочь с облегчением моей занятости на работе, но вот она я – веду себя, как подросток – чего никогда не случалось со мной в отношении работы. Однако он решил большинство моих проблем без моей помощи. Из-за чего я думаю еще больше о Ройсе и обо всем, что он делает для меня. Он делает все возможное, а я веду себя, как ребенок.
Что-то в Ройсе смущает меня. Словно я упускаю что-то важное. Я несколько раз хотела накопать на него что-нибудь, но передумывала. Я понимала, что желала этого из-за личных мотивов, но не стану превращаться в какого-то сталкера, как большинство членов моей семьи.
Уронив голову в руки, я стону. Шумно выдыхаю и поднимаю взгляд на компьютер, замечая, что пора на встречу с Делайлой. Забираю телефон со стола и убираю в задний карман своих брюк.
Потянувшись к верхнему ящику своего стола, я достаю помаду и наношу на губы, прежде чем отправиться в «Линкольн». Когда я добираюсь на место, то в очередной раз удивляюсь наличию толпы.