– Она его оскорбляла?
– Да.
Вот же сука… Срываться на собственном больном ребенке… Да и он хорош… Не надо было рявкать там…
– Как он оказался с тобой?
– Вбежал, схватил за руку, усадил на тахту. Ему было скучно, я рассказывала ему сказки.
Эта корова сказки знает? Вот уж открытие века. Неужели и читать умеет? Да быть того не может. А вообще, странно: Димка явно не хотел с нее слазить. Чем поломойка с улицы его так увлечь могла? Не сказками ж, в самом деле. Брату постоянно нанимали высококвалифицированный персонал, в том числе и гувернанток, знавших сотни этих сказок; ото всех он сбегал, а тут… Нечто лохматое и уродливое, а смотри ж ты, как он к ней тянется.
– Чем ты его купила?
– Я не понимаю, риал.
Тупая дура. Небо, ну почему вокруг нет умных, привлекательных, самодостаточных женщин? Или уродки, или полные дуры… Или два в одном…
– Почему он в тебя вцепился?
Уставилась своими коровьими глазами. Опять не соображает, чего от нее хотят?
– Я не знаю, риал, но мне кажется, ему было скучно…
Она в своем уме? Скучно? С сотнями игрушек? Да та каморка, в которой наверняка живёт эта безмозглая поломойка, и одного Димкиного робота не стОит.
Задать очередной вопрос наследник миллионера не успел: лётка исправно приземлилась по указанным в навигаторе координатам.
Друг отца построил усадьбу в самом центре заповедной территории. Как он достал разрешение и в какую сумму ему обошлось нарушение закона, мужчина, естественно, не распространялся. На территории усадьбы площадью «всего лишь» в несколько гектар располагались собственно сам дом, хвойный лес, природное озеро, крытый бассейн, гараж для лёток, несколько беседок и спортивный комплекс.
«У меня все по-простому», – мило улыбался мужчина лет пятидесяти при первом знакомстве с кем-либо.
Нет, если сравнивать с имением Наследного Принца Великой Империи, тогда да, по-простому. Но на Мирне только загородный дом отца Виктора мог соперничать с этой усадьбой в размерах и роскоши.
Мрамор, орха, шерсть диаров – высокогорных коз Империи, пасшихся в труднодоступных районах, – все то же, что и дома. Скучающим взглядом «золотой мальчик» окинул лестницу, мебель, ковры. Если б не три-четыре десятка приглашенных, можно было бы сесть с именинником в одной из его крытых беседок, выпить дорогого коньяка, привезенного ради такого торжественного случая с планеты-донора, душевно пообщаться, получить несколько ценных советов, связанных с бизнесом… И зачем ему вся эта толпа…
– Виктор, сынок! Рад тебя видеть!
Не лукавит. Леонид Аристархович Чаровой с удовольствием качал маленького Витьку на коленях, когда тому и года не было. Именно Леон, как звали его в узком кругу немногочисленные родные и друзья, охотно подсказывал парню, как вести дела семьи, когда отец уходил в неожиданный загул, именно Леон участливо и с добром относился к Димке, да что там, именно Леону он, Виктор, первым представит свою невесту, когда та появится на горизонте его жизни.
Сын миллионера тепло улыбнулся невысокому пузатому мужчине, спешившему навстречу дорогому гостю.
– С очередной круглой датой, дай Небо, не последней.
Подарок, дорогой элитный коньяк с планеты-донора, еще утром был доставлен курьером по этому адресу, так что теперь осталось только появиться самому, пусть и на некоторое время, «уважить старика», как любил выражаться Леон.
– Благодарю, мой мальчик! Молодец, что нашел время! – не по возрасту сильная рука пару раз легонько хлопнула сына друга по спине: таким образом хозяин обычно выказывал благоволение гостю. – Что за милая леди с тобой?
Леди… Леон, конечно, и сейчас в своем репертуаре: если паре-тройке дамочек под юбку не залез, считай, день прошел впустую. Но называть ЭТО леди…
Ася никогда не убирала нигде, кроме магазина. Она и хотела бы, все лишняя монета для обучения сестры, но, увы, как любила повторять та же Танька: «Рожей не вышла». Богачам да аристократам подавай худую, смазливую и безотказную. А Ася… Не подходила поломойка ни под один из указанных параметров. Потому и не знала девушка, как выглядят шикарные дома, понятия не имела, в каких хоромах живут богатеи. Когда «Золотой мальчик» привез ее на эту территорию, первым впечатлением уборщицы было: «Ох… Сколько же тут пространства!» И только потом, потихоньку, исподтишка оглядевшись, Ася с изумлением начала разглядывать обстановку и людей в ней. Впрочем, на пристальное разглядывание времени девушке не дали: не успел сын миллионера войти в дом, как к нему подбежал невысокий толстый человечек, обряженный в брючный костюм не известной поломойке ткани, переливавшейся и сверкавшей на свету. С улыбкой, по мнению гостьи, неестественной, будто приклеенной к круглому лицу, он обратился к спутнику девушки:
– Виктор, сынок! Рад тебя видеть!
Сынок? Странные у них, богатых, обращения. И где подарок? Впрочем… Додумать Ася не успела, привлеченная мимикой «золотого мальчика». Последняя фраза мужчины, явно относившаяся к ней, обычной уборщице, вызвала неприятную усмешку на лице Виктора, но ответил он вежливо:
– Леон, познакомься с моей спутницей. Ася. Ася, это друг моего отца, Леон.
Как будто ей так уж необходимо знать, в чей именно дом они пришли в гости…
– Очень приятно, риал, – слегка застенчиво и немного устало улыбнулась девушка.
– Ну что ты, душа моя, – отмахнулся мужчина, – никаких риалов, мы здесь все свои!
Зубы у хозяина сверкали ненатуральной белизной, видимо, протезы… Вот что значит жить богато: у ее матери зубов почти не осталось…
«Золотой мальчик» тем временем куда-то ушел, видимо, намеренно оставив уборщицу общаться с именинником. Мужчина заливался соловьем, проводил её к фуршетному столу, предложил на выбор диковинные продукты, буквально втиснул в руку хрустальный бокал с вином. Немного ошалевшая, Ася послушно что-то прожевала, сделала небольшой глоток, заставляя себя следить за быстрой и эмоциональной речью говорившего. Тут все было ей непривычно, давило на психику, девушке хотелось как можно быстрей вернуться домой, отдохнуть перед очередным рабочим днем, а хозяин все говорил и говорил, и слова обрушивались на девушку бурным водопадом, грозя утопить её в своих бурных водах.
Виктор досадливо хмурился, наблюдая за другом отца с другого конца комнаты. Что такого интересного в этой корове? Зачем она Леону? Просто переспать, так сказать для коллекции? Или что-то задумал? В первое верилось с трудом, второе было более вероятно, но тогда получается, что у их гостеприимного хозяина…
– Ты, – мило улыбаясь и охотно демонстрируя всем желающим свои идеальные формы, – продукт местной индустрии красоты – к мужчине приближалась Эльза, умопомрачительно выглядевшая в узком платье из нирея, самой дорогой ткани в Союзе Миров. – Как ты посмел меня так оскорбить!
Интересно, у кого она училась шипеть сквозь растянутые в улыбке губы? Взять бы пару уроков у того умельца.
– Привел сюда эту уродину! Пришел с ней! А я?!
Мужчина лениво пожал плечами:
– У нее нет никаких претензий. Отработала – и свободна. Хочешь на ночь на ее место?
Прозрачный намек красавица, блиставшая на подиумах всех доступных планет, поняла, вспыхнула от унижения, опасно сощурила глаза:
– Перебиваешься шлюхами? Так низко пал?
Виктор только хмыкнул:
– Не умеешь ты хамить, Элли.
– Не смей меня так называть!
Модель отвернулась и всё той же походкой от бедра направилась к столу с напитками. Подхватив бокал с ройшей, популярным розовым напитком, по вкусу напоминавшим горячий глинтвейн с корицей, девушка, мило улыбаясь, подошла к паре уборщица-хозяин дома и без раздумья выплеснула весь бокал на одежду поломойки, после чего довольно оскалилась и неспешно удалилась, демонстративно цокая каблучками. Сучка. Правильно он делает, что держится от этой дуры подальше.
В голове шумело, перед глазами постепенно начали появляться круглые разноцветные пятна, не хватало воздуха. Хотелось есть и спать, но нужно было стоять напротив именинника, покорно слушать его заумные рассуждения обо всем на свете и заставлять себя улыбаться.
Завтра очередной рабочий день. Может, удастся хоть полчаса покемарить между сменами.
Рядом неожиданно раздалось цоканье каблуков, бившее по мозгам, как молот по стене, а потом одежда вдруг намокла и стала липкой. Ася еще не сообразила, что конкретно произошло, как буквально сразу же рядом раздался холодный голос ее нанимателя:
– Мы покинем тебя, Леон. Удачно повеселиться.
И уже ей, тем же тоном:
– Пойдём к лётке.
Привыкнув беспрекословно подчиняться приказам, девушка без раздумий последовала за сыном миллионера. Только сев в машину и немного придя в себя, поняла: её облили чем-то сладким, судя по запаху – каким-то алкогольным напитком. Кто и зачем – этого случайная жертва женской ревности не знала и вникать в случившееся не желала – незачем, все равно случившегося уже не изменить. А лишние знания могли принести только лишние хлопоты.
Транспорт приземлился у дома богача. Тот, прежде чем выйти, равнодушно сообщил:
– Она запрограммирована: долетит до магазина, высадит тебя и вернется.
Дверь закрылась, лётка снова поднялась в воздух.
Дальнейшую дорогу Ася не запомнила: слишком устала. Очнулась дома, в кровати, уже переодетая. Одежду завтра постирает мать. Хорошо, что сменка есть. С этой мыслью и уснула, вымотанная всеми событиями до предела.
– Он снова рыдает?
Старая невысокая женщина покаянно вздохнула.
– Ничего не могу сделать. Не подпускает к себе никого, постоянно кричит «Ая!», практически без перерыва плачет и ничего не ест. Виктор, надо что-то делать!
Рената, практически член семьи, вырастила старшего сына и теперь с любовью нянчилась с младшим. Только ей из всей обслуги мужчина позволял постоянное панибратство, только к её мнению в вопросах воспитания Димки прислушивался. Вот и сейчас, если нянька уверяет, что дела плохи, нужно предпринимать определенные действия. Нужно… Но как же противна одна мысль об этой грязной поломойке!