Языки пламени, которые Лиам видел на своей правой руке, вовсе удручали. Эльфы с огнем вообще не связаны. Единственное огненное, что было у его жены, – это любовник. Но мысли, что феникс мог настолько запасть в душу Ланы, мужчина упорно от себя отгонял.
Беар снова провел ладонью по предплечью. Рисунок проявлялся всего на пару секунд, и василиск предпринимал новые и новые попытки разглядеть мельчайшие детали, которых было слишком много. Его эльфийка очень непростая. Все эти хитросплетения, нюансы и тонкости… Как с этим работать? Лиама учили идти напролом, а не разбираться в чужой хрупкой душевной организации.
Может, если Лана дотронется, татуировки будут видны дольше?
– Лиам? – Беар поднял голову на звук женского голоса. – Ты еще здесь? Старейшины прибыли.
– Где Лана?
– В своих покоях. Ждет тебя, – доложила Айка.
– Вы нормально поговорили? – Мужчина поднялся с кресла, намереваясь отправиться за своей женой. – Я чувствовал ее волнение. И панику.
– Все хорошо. Лана решила, что ты заставишь ее высиживать яйца. – Айгерим взяла Лиама под руку, прижалась щекой к плечу. – Я иногда поражаюсь тебе, дорогой. Так сложно было объяснить девушке тонкости нашего размножения? Не удивительно, что она от тебя шарахается, как от огня.
– Чтобы что-то с ней обсуждать, для начала нужно добиться того, чтобы она перестала пытаться меня убить, стоит нам остаться наедине, – недовольно ответил Беар. Как бы там ни было, на свою самку он все равно злился. Несносная, упертая, коварная. Медленно выдохнув, Лиам постарался взять себя в руки. Он устало помассировал переносицу двумя пальцами.
– Интересно, а как себя поведешь ты, если тебя попытается изнасиловать большой и страшный василиск?
Лиам замер на месте. Айгерим опять переходила все границы, заставляя лорда терять дар речи. Его подруга умела вывернуть фразу таким образом, чтобы шокировать. Любыми средствами заставляла обратить внимание на ее слова.
– Я… никто ее не…
– Успокойся. Твою позицию я знаю, – отмахнулась рыжая. – Ты просто не желаешь взглянуть на все ее глазами. Лана совсем не в порядке, Ли. – Айгерим покачала головой, отпуская локоть своего друга. – Она не похожа на себя. Раньше в ней были искра, сила, уверенность. А теперь… Лана надломленна.
Они остановились возле покоев четы Беаров.
– Я услышал тебя, – ответил Лиам. – Спасибо. За все.
Мужчина толкнул дверь, зашел в спальню. Алания стояла возле окна и наблюдала за улицей.
В идеальном черном платье.
Красивая.
Лиам поджал губы, его тело пронзила томная мука. На сей раз это были его собственные ощущения. Вчерашняя ночь, которой он так долго ждал, закончилась сокрушительным провалом. Организм желал быть с его самкой. Лиам хотел этого.
Как же ему не терпелось поскорее закончить все дела, с наступлением сумерек прийти в свои покои и… получить свою жену. Она обещала, что примет его. И Лиам не был готов идти на новые уступки.
Лана повернулась, увидев мужа, направилась в его сторону. На лице – широкая улыбка, плечи расправлены, спина прямая, подбородок гордо вздернут. Глаза живые, горящие.
– Я готова. – Бодрый голос заставил Лиама насторожиться. – Идем?
– Все в порядке?
– Да, конечно. – Девушка невозмутимо продолжала улыбаться. Лиам попытался прислушаться к внутренним ощущениям. Что творится в ее душе? – Почему ты спрашиваешь?
Василиск не стал отвечать. Ему определенно не нравилось, что он не может почувствовать ее настроение. Это вызывало подозрения.
– Мы встретимся со старейшинами.
– Да, Айгерим предупредила меня, – кивнула девушка. – Я должна что-то знать? Мне следует молчать или как-то высказать свое почтение?
– Нет. Мы с тобой стоим над ними. Ты вольна вести себя, как посчитаешь правильным. – Лиам пристально разглядывал жену, пытаясь угадать, в чем же подвох. – Алания, для меня очень важна эта встреча. Я надеюсь, ты не опозоришь меня?
– Я буду вести себя подобающе, – смиренно ответила девушка.
– Ты справишься?
– Беар, – на лице эльфийки не дрогнул ни один мускул, – меня всю жизнь готовили быть королевой. Уж с твоим кланом я как-нибудь совладаю.
И про эту женщину Айгерим говорила, что она надломленна? Лиам не верил собственным глазам. Холодная отточенность движений, полный контроль над своими чувствами. Беар не мог уловить ни малейшего отклика проклятия. Алания гордо держала голову, протягивая руку, чтобы взять своего мужа под локоть. И слегка улыбалась. Совсем как ее мать.
Надломленна? Нет… У этой женщины хватит мужества справиться со всем на свете. Айгерим ошиблась в своих опасениях. И сотворила чудо, заставив Аланию пересмотреть свое отношение к мужу.
Полог тишины мягко окутал идущую пару. Лиам, воодушевленный расположением жены, склонился к эльфийке, чтобы задеть кончик ее уха своими губами. Лана держалась. Она пообещала себе дать ему шанс. В конце концов, Айгерим, наверное, права. Возможно, для проявления этой связи просто не хватает небольшого толчка. Или шага навстречу.
В любом случае только от действий Алании зависит, как в дальнейшем будет идти ее жизнь в клане. Можно уничтожить Беара, а вместе с ним себя. Клан такого не простит… А можно хотя бы попытаться наладить сотрудничество. Даже если с истинной связью ничего не получится… Наладить мир, чтобы добиться уважения к себе. Хотя бы от клана. Сам Лиам каждую ночь в их покоях вряд ли собирается ее «уважать».
А сейчас нужно просто продолжать улыбаться, позволяя василиску наслаждаться триумфом. Все-таки, если верить всем вокруг, ей это однажды понравится.
Они вошли в широко распахнутые двери. Лане казалось, что для столь важной встречи будет выделено некое подобие тронной залы, где они с Беаром займут свои места, а старейшины предстанут перед ними. Но нет. Помещение было абсолютно пустым и скромным. Серое, блеклое. Словно старый заброшенный склеп.
Двое гостей. Лана ожидала большего.
– Это старейшины. Не все, конечно. Мой дед – Гонар и тетка – Айра, – тихо представил Лиам своих родственников. – Если хочешь кого-то ненавидеть – они вполне подойдут.
Лана чуть подняла бровь в знак вопроса.
– Ты поймешь, – пообещал Беар.
Деда своего мужа девушка узнала сразу. Такой же высокий мужчина, как и Беар. Тут любой эльф позавидует. Мощный, статный. Лицо испещрено морщинами, седые волосы. Глаза – холодные, почти мертвые. Нечеловеческие. Он пугающе сильно напоминал Лиама, только состарившегося.
Рядом с Беаром-старшим стояла женщина, тонкая и сухая, как старая ветка. Взгляд хищный, лицо узкое и вытянутое, словно она навсегда застыла в полуобернувшемся состоянии, выпустив свою змеиную сущность на волю.
Лиам остановился, и эльфийка последовала примеру мужа.
– Мальчик, – поприветствовала Беара женщина.
Лана заставила себя держаться невозмутимо. Но это обращение… Мальчик? Этот «мальчик» только утром голыми руками скрутил взрослого тигра и нес его, словно маленького котенка.
– Айра. – Лиам склонил голову в знак приветствия. – Все готово?
– Ты действительно считаешь, что можешь стать главой? – поинтересовалась женщина. Она слегка шепелявила, будто вместо родных зубов у нее во рту была вставная челюсть, которая так и норовила выпасть, мешая говорить. – Твой дед всех нас посвятил в ситуацию.
Лиам перевел взгляд на Гонара.
– Мы уже обсуждали это с тобой. У братьев Куро по несколько жен, у них уже был приплод. Мы не знаем, сколько родилось мальчиков. Но вчера Мигар заявил права на твое гнездо. Он уверен, что одержит победу.
– Этот червь постоянно раскрывает пасть на мои земли.
Лана бросила быстрый взгляд на Лиама. Тот казался абсолютно спокойным. А ее от одного упоминания о близнецах передернуло.
– Ты слишком самоуверен, мальчик, – сухо бросил старейшина. – Его жены могут подарить Длинным клыкам много сыновей. А ты… Вы скрепили свой брак?
Лиам ни на секунду не задумался над ответом.
– Естественно. – Лана опустила взгляд, чтобы не выдать его маленькую ложь. – И я более чем уверен, что моя жена уже носит под сердцем моего сына.
– Почему в таком случае ты ночевал не со своей самкой? – поинтересовалась Айра. – Мне сообщили, что ты покидал гнездо и вернулся только под утро.
– Ты врешь нам, мальчик? – Холодный строгий голос деда разрезал воздух. Эхо пронеслось по пустому залу.
– Мужчина, – поправила Лана, сохраняя сдержанный тон. Мать учила ее говорить любыми интонациями. С презрением, с надменностью… Не важно, кто окажется твоим собеседником. Каждый должен помнить свое место. Лиам сказал, что они стоят над старейшинами? – Вы говорите с хозяином гнезда. И здесь находитесь в гостях, по приглашению Лиама. Проявляйте больше уважения.
– Молчи, девочка, – зашипела Айра. – Ты не имеешь отношения к этим вопросам.
– Я ношу ребенка вашего главы, – холодно огрызнулась Лана. – Если мой муж привел меня сюда – значит, отношение к этим вопросам я имею. А если мой самец решит, что мне стоит молчать, он сам мне об этом скажет.
Девушка посмотрела на Лиама, ища поддержки или осуждения. Беар внимательно следил за своей женой и не останавливал. Эльфийка провела рукой по его плечу, жалея, что совершенно не представляет, как у василисков демонстрируют лояльность. Нужно будет потом узнать у Айки, как вести себя при посторонних.
– Лиам провел ночь так, как лучше для клана. Больше связей, больше вероятность завести столь желанных сыновей.
Беар повел бровью, с интересом разглядывая свою супругу. На лицах старейшин тоже отразилось удивление.
– Ты решил последовать моему совету? – уточнил Гонар. – Я вижу, что ты растешь.
Старейшина одобрительно кивнул, удовлетворенно улыбнулся.
– Еще есть поводы, чтобы отложить передачу мне законных прав на главенство над кланом? – Лиам оскалился.
– Что ж… если ты действительно ответственно относишься к своей семье… Почему нет? – стал рассуждать вслух старый змей. – Тем более что тебе есть что терять. Куро ведь в случае поражения затребовали не только твое гнездо. Но и твою самку. И старейшины отдадут ее, мальчик. Если ты всех подведешь, клан не станет защищать чужачку.