Естественно, Мэл огорчилась, но, как ни странно, отнюдь не по тем причинам, по которым я думал. Ее не расстроил тот факт — точнее, не особенно расстроил, — что я занимаюсь воровством, она обиделась, что я так долго держал ее в неведении. Я наврал ей, и это, по мнению Мэл, было самым ужасным во всей неприглядной истории. А я не считаю, что врал, я просто не сказал правды и готов поспорить, что это совершенно разные вещи. Но Мэл не согласна.
В последующие две недели мы только и делали, что скандалили, потом какое-то время вообще друг с другом не разговаривали. Должен признаться, меня это не сильно тревожило (о шоколаде, «Тэйк Зэт» и ее предках я в любой момент мог потрещать и с кем угодно из парней в кабаке). Думаю, нас свело повторно только желание опять позаниматься сексом или даже не свело, а побудило меня однажды субботней ночью после закрытия кабака еще раз к ней прийти.
Я явился с «Мадрасом» — ужином, заказанным в ресторане, — и травкой, прошел в комнату и уселся за стол, дожидаясь момента, когда можно заявить «чаем сыт не будешь, подавайте любовь».
Я сказал, что ворую не постоянно и только потому, что пока не нашел подходящей работы и должен на что-то жить, попросил ее ни о чем не беспокоиться — главным образом так как меня ее беспокойство начинало доставать.
— Я не планирую заниматься этим бизнесом всю свою жизнь, — сказал я. — Дай мне еще один шанс. Я был вынужден принять предложение этих ребят, потому что пока не нашел приличной работы.
Таким вот образом мы и пришли к следующему соглашению: она прекращает вновь и вновь и вновь и вновь и вновь и вновь и вновь и вновь и вновь и так далее приставать ко мне с вопросами о моих делах, а я с удвоенными усилиями начинаю искать подходящую работу, чтобы побыстрее завязать с «грязными аферами».
Наверное, излишне говорить, что ни Мэл, ни я и не собирались выполнять данные обещания.
Так прошло четыре кошмарных года, в течение которых мы расходились и сходились так много раз, что порой я забываю, встречаемся ли мы или уже нет. Поэтому и ее нынешнюю истерику я воспринимаю относительно спокойно. Утром, как всегда, явлюсь к ней и все улажу.
Никаких проблем.
Только вот сегодня ночью, похоже, мне опять придется самоудовлетворяться.
5Блестящие планы: номер один
Нет в жизни ничего более красивого, чем блестящий преступный проект; он представляет собой поистине произведение искусства. Когда я слышу о прекрасно продуманном, тщательно просчитанном и идеально претворенном в реальность преступном плане, у меня волосы на голове встают дыбом. Есть в этих планах нечто такое, что несравнимо со всеми остальными явлениями нашей каждодневной жизни.
Само собой, любая отличная идея приводит меня в восторг, даже если речь идет не о преступлениях. Перед тем парнем, который в состоянии придумать, как удобнее открыть жестяную банку с джемом, и заработать на этом миллион, я тоже с удовольствием сниму шляпу, но все же подобные идеи уступают в гениальности идеям преступным. Наверное, все дело здесь в том, что помимо мозгов и развитого воображения — которые важны для генерации любой умной мысли — создание криминального плана требует еще и огромной храбрости. Вот в чем разница.
Возьмем, к примеру, знаменитое ограбление поезда, ведь задумка была потрясающе замечательной. Только представьте себе: в поезде миллион фунтов отжившими свой срок купюрами, которые нужно сжечь, а из охраны всего лишь два почтальона! Невиданная отвага людей, совершивших ту кражу, сделала их известными на всю страну. Ужасно, что всех их поймали и дали по тридцать лет каждому, тем не менее они вошли в историю. Одно название «Большое ограбление поезда» говорит само за себя. Здорово, черт возьми!
Конечно, не все гениальные преступные планы, подобно этому, оцениваются по достоинству. А чтобы родить блестящую идею, не обязательно быть семи пядей во лбу. К тому же многие классные задумки не умеют грамотно реализовать, и все летит к чертям собачьим.
Вот вам подходящий пример. Одного моего приятеля — а если быть более точным, никакой он мне не приятель, я считаю его полным придурком, — в общем, этого парня, Норриса, посетила как-то раз одна весьма интересная мысль (да, кстати, на самом деле его звали не Норрис, я изменил имена всех людей, упомянутых в этой книге, чтобы никого не подставить). Норрис спал с одной девицей, которая работала в агентстве по недвижимости, по-моему, ее имя Венди, но все из тех же соображений условимся называть ее Паулиной.
Возможно, Паулина была слепой или не в своем уме, раз позволяла такой мерзости, как Норрис, к себе прикасаться, а уж тем более раз занималась с ним извращениями, которые он — я в этом уверен — обожал. Но все это не относится к моему рассказу, я просто хочу немного описать вам ситуацию. Скажу честно, если бы я был девчонкой, не взглянул бы на этого Норриса, даже если бы он горел ярким пламенем в темную-претемную ночь, но женщин не поймешь, я уже говорил.
Короче, после того как Норрис отбыл срок за кражу и предки сказали, что не желают его больше знать и видеть в своем доме (я нахожу их поступок чистой воды наглостью: как они могут на что-то жаловаться, если сами произвели Норриса на свет?), он снял в одной ночлежке кровать с завтраком. Приводить туда кого бы то ни было, в особенности женщин, после десяти вечера запрещалось. Строго-настрого. К Паулине они тоже не могли ходить, потому что она жила с родителями, а те, увидев его единожды, тут же, как и абсолютное большинство окружающих, нашли его полным придурком.
Так что Паулина приспособилась красть в агентстве ключи от пустых домов и квартир, чтобы днем и по вечерам встречаться там с Норрисом и заниматься с ним ужасным сексом. Тут Норрису в голову и пришла идея делать с ключей копии, а потом, недельки через две после въезда в жилье новых хозяев, наведываться к ним и обчищать.
План неплохой, и если бы Норрис заявлялся в дома спустя более приличное время после вселения в них людей, а также если бы перед уходом создавал видимость, что проник через какую-то другую дверь, не через парадную, или через окно, то вскоре мог бы прилично обогатиться. Ему следовало входить в дом, брать все, что нужно, имитировать взлом — который всегда представляет собой самую опасную и шумную часть грабежа — и быстро сматываться.
Нет же, Норрис, этот великий знаток своего дела, до столь простых хитростей не додумался. Он заявляется к только что поселившимся под новой крышей недоумкам буквально на следующий же день, решив, что уносить их имущество удобнее, пока оно еще не распаковано. Добро пожаловать в новый райончик!
Семейство, поужинавшее в каком-то кафе неподалеку, возвращается домой и видит, что половины нажитых честным трудом вещичек и след простыл, и при этом не обнаруживают ни единого следа взлома. Естественно, подозрение мгновенно падает на Паулину.
Ладно, черт с ним, со сроком, но ведь мог же этот Норрис хотя бы заднюю дверь оставить открытой. В таком случае все подумали бы, что жильцы, не привыкшие к новой хате, сами допустили эту оплошность.
В общем, Норрис обчищает подобным образом два дома в неделю, и после тридцатиминутной беседы представителей уголовного розыска с разражающейся рыданиями Паулиной нашего героя благополучно сцапывают. Вскоре после этого Паулина рвет с ним.
Вообще-то не таким уж и гениальным был план, но и он при другом раскладе мог бы принести неплохой доход.
Я и сам использовал пару раз в своей практике риэлторов, но совсем по-другому. Звонишь им, говоришь, что хочешь купить жилье, договариваешься о встрече. Агент показывает тебе выставленные на продажу дома, а ты прикидываешь, имеет ли смысл месяцев через несколько в них вернуться. Порой риэлтор даже рассказывает, где находится сигнализация, как пройти в дом через задний двор и отреагируют ли как-нибудь соседи, если сюда вдруг пожалуют грабители, или им наплевать, кто к тебе ворвался и что с тобой сделал. Конечно, это не копия ключей, тем не менее тоже не бесполезно.
Если же хочешь сделать дело побыстрее, можно сказать, что дом тебе подходит, связаться с его продавцами и тщательнее осмотреть, а заодно и составить в уме список подходящих вещей. Приехать за ними лучше всего в тот момент, когда хозяева направятся осматривать новое жилье, главное при этом — беспрепятственно проникнуть в дом и погрузить все в фургон. Кстати, в таком случае и соседи не обратят на тебя особого внимание — подумают, что вещи начинают потихоньку перевозить.
Разумеется, и этот план далек от совершенства, но, если ты катастрофически нуждаешься в деньгах, сойдет.
Идея же Норриса была довольно неплохой, и идея, и возможности — я про Паулину, работающую в риэлтерском агентстве, и про ее желание ему посодействовать. Но он сам все испортил. А если ты сам заваливаешь дело, то и твой великий план становится не стоящим тех умственных усилий, которые ты потратил на его создание.
По-настоящему грандиозен тот проект (в этом смысле сюда не подходит и «Большое ограбление поезда»), который безнаказанно претворяется в жизнь.
А все остальное равносильно появлению в Английском банке с водяным пистолетом.
6Роланд — закоренелый арестант
Совсем недавно встречаю я в кабаке Роланда. Он входит и тут же заказывает пинту пива с таким видом, будто в местах не столь отдаленных никогда и не бывал. Так вот, значит, появляется он, получает пинту пива и, увидев меня, идет к моему столику.
— Здорово, Бекс! Как поживаешь?
— Черт возьми, кто тебя выпустил? — смеюсь я.
— Я сбежал, вырыл подземный ход. Если кто-нибудь станет спрашивать, то ты меня не видел, лады? — отвечает он и садится рядом.
Естественно, мы оба шутим. Всем, кто знает Роланда, известно, что улизнуть он никогда ни от чего не может, что, даже если все тарелки будут разбиты, ему не избежать мытья посуды. Я интересуюсь, когда он вернулся.
— В прошлую среду. Живу опять со своей прежней подругой.