Примечания
1
меблированные комнаты.
2
будем пить, петь, танцевать и любить!
3
Как она чешет себе бедра и ноги… черт побери!
4
"Скажите ему"!
5
Ах, черт побери! Как эта девушка чешет себе бедра и ноги… Варвар!
6
Дорогой мой, это дело нешуточное. Нешуточное дело то, о чем ты у нас просишь.
7
Чтобы тебя дезинфицировать от запаха твоего милого родного города.
8
"Синяя борода".
9
Восхитительно!
10
Но как она почесывается! как почесывается!.. невозможно передать!
11
Скажите, разве это не великая актриса!
12
Но как она почесывается! — Вот так девушка! — И заметьте, как она сделала вот это…
13
Вот именно! Отлет! Великолепно!
14
О прочем умалчиваю!
15
Но она несравненна!
16
Она, правда, не чешет себе бедер, — но если бы она их чесала!
17
Словом, поживем — увидим.
18
"Синей бороде"? Восхитительно!
19
Как она чешет себе бедра и ноги!
20
Не правда ли? какая девушка! какая чертовская девушка! И в то же время актриса! и актриса… что называется — безупречная!
21
Подражая неподражаемому, кончают тем, что ломают себе шею. — Но как она почесывается! бог богов! как почесывается! — Тут опять-таки гениальная черта…
22
Поселянку! крестьянку! дочь полей! Следовательно… — Но это просто, как день!
23
"Сабле моего отца".
24
"Скажите ему".
25
но будем воздержными, дорогой, ибо то, что ты увидишь вечером, дело нешуточное!
26
Вот именно. Ищут искусства, сетуют на его упадок! Так вот я спрашиваю, разве это не само олицетворение искусства? "Скажите ему" — найдите что-нибудь подобное!
27
Отлет! вот настоящее слово! наш дорогой провинциал прямо-таки неподражаем!
28
так, так!
29
с участием м-ль Шнейдер.
30
"Любовь — это вот что".
31
честное слово!
32
остерегайтесь… нас могут слышать…
33
понимаете?
34
Ну разумеется, ну как же! конечно!
35
столом.
36
Птичка! кто ты?
37
вестница неба.
38
в воздушном пространстве.
39
Птичка! куда ты летишь?
40
Птичка! чего ты хочешь?
41
Прелестно! мсье Конно! прочитайте же нам что-нибудь из «Заиры»! — «Заира», сударыни, как вам известно, одна из лучших трагедий Вольтера…
42
по милому русскому выражению.
43
вот именно! Вы знаете, господа, что во времена Ивана Грозного существовали люди, которых именовали «излюбленными» и которые, право же, неплохо вели дела покойного царя!
44
не теряйте бодрости!
45
в сущности, наш народ превосходен!
46
когда мы будем в полном составе.
47
одним словом, мы пляшем на вулкане!
48
Разъясните нам суть дела — и тогда мы посмотрим…
49
совсем маленький проект!..
50
Да! конечно! совсем маленький проект! С удовольствием!
51
Бедная дорогая родина!
52
Как? Как вы говорите?
53
вы в этом уверены?
54
Ну разумеется, ну как же, конечно!
55
в другом месте!
56
Бог, который направляет все к благу, не допустит гибели нашей дорогой святой Руси…
57
Ну разумеется, ну как же! конечно!
58
чего хочет этот пришелец со своим "как же"!
59
вот именно! Это злодей, который убивает своим вредоносным зловонием!
60
то было доброе время!
61
Даю слово! это был целый мирок всевозможных гадостей!
62
Не правда ли, мой юный друг?
63
Барышни, не хотите ли послушать, что будет читать князь!
64
Не правда ли, господа?
65
какая ясность ума!
66
извольте и это проглотить, господа!
67
одним словом.
68
вы ввели тут французское выражение! Скажите лучше.
69
Правильно, дядюшка!
70
Еще раз извините!
71
Не забывайте, дорогой мой, что вы протестуете… (как гласит превосходная русская пословица), а ты знаешь, что в этих вещах нельзя ничем пренебрегать!
72
Благодарю, дядюшка, вы правильно подметили!
73
какая глубина!
74
символ веры.
75
прекрасно написано и в особенности прекрасно задумано!
76
Отрывки, приводимые ниже, взяты из стихотворения графа А. К. Толстого "Баллада с тенденцией". Любопытствующие могут отыскать эту балладу в "Русском вестнике" 1871 года за октябрь. (Прим. M. Е. Салтыкова-Щедрина.)
77
меблированные комнаты.
78
величие души поставлено в порядок дня.
79
жребий брошен!
80
Токевиль положительно сделался популярнейшим из публицистов в наших усадьбах. Без него корнеты шагу ступить не могут, хотя знают его только по слухам и устным рассказам других корнетов. Думал ли когда-нибудь знаменитый автор "L'ancien regime et la Revolution" ("Старый режим и революция". — Ред.), что сочинение его может послужить опорною точкой при составлении "прожекта об оглушении"? (Прим. M. E. Салтыкова-Щедрина.)
81
Напрасно мы стали бы искать этой цитаты в сочинениях бывшего ректора Московского университета. Эта цитата, равно как и ссылки на Токевиля, Монтескье и проч., сделаны отставным корнетом Толстолобовым, очевидно, со слов других отставных же корнетов, наслышавшихся о том, в свою очередь, в земских собраниях. (Прим. M. E. Салтыкова-Щедрина.)
82
Прим. автора проекта.
83
Пользу от сего я испытал собственным опытом. Двадцать пять лет я проводил время в праздности, а имения мои были так устроены, как дай бог всякому. Не оттого ли, что я всегда имел нужный досуг? note 82
84
Примечание составителя проекта.
85
О составе и занятиях сей центральной академии умалчиваю, предоставляя устройство сего вышнему начальству. Скажу только, что заведение сие должно быть обширное. note 84
86
матери-кормилицы.
87
Название «Проплеванной» — историческое. Однажды дедушка Матвей Иванович, будучи еще корнетом, ехал походом с своим однополчанином, тоже корнетом, Семеном Петровичем Сердюковым. Последний, надо сказать правду, был довольно-таки прост, и дедушка хорошо знал это обстоятельство. И так как походом делать было нечего, то хитрый старик, тогда еще, впрочем, полный надежд юноша, воспользовался простотой своего друга и предложил играть в плевки (игра, в которой дедушка поистине не знал себе победителя). Развязка не заставила долго ждать себя: малыми кушами Сердюков проиграл столь значительную сумму, что должен был предоставить в полную собственность дедушки свою деревню Сердюковку. Дедушка же, в память о финансовой операции, с помощью которой он эту Сердюковку приобрел, переименовал ее в «Проплеванную». Замечательно, что мужики долгое время сердились, когда их называли «проплеванными», а два раза даже затевали бунт. Но, благодарение богу, с помощью экзекуций, все улаживалось благополучно. Впрочем, с объявлением мужицкой воли, мужики опять переименовали деревню в Сердюковку, но я, в пику, продолжаю называть их «проплеванными». Я делаю это в ущерб самому себе, потому что в отмщение за мое название они ни за какие деньги не хотят ни косить мои луга, ни жать мой хлеб; но что же делать? Пусть лучше хлеб мой остается несжатым и луга нескошенными, но зато я всегда буду высоко держать мое знамя! (Прим. M. E. Салтыкова-Щедрина.)
88
Но… прекратите…
89
как у Христа.
90
вы знаете…
91
в сущности.
92
и, право же, об этом не будет больше речи!
93
между нами говоря.
94
благодарение богу,
95
это не то слово.
96
клянусь!
97
"Лобанчиком" в сороковых годах называлась в русской торговле французская монета с изображением одного из Бурбонов, как известно, обладавших большими открытыми лбами. Монета эта была почти всегда стертая и ходила несколько ниже, нежели двадцатифранковики позднейших чеканов. (Прим. M. E. Салтыкова-Щедрина.)
98
Молчание! Благоразумие!
99
100
* Этот параграф составляет дословную перепечатку 1-го и существует только в первом издании «Устава», где он, очевидно, напечатан по недосмотру корректора. Во втором издании он исключен; но помещаю его как потому, что у меня в руках было первое издание, так и потому, что напоминание о цели учреждения Союза в конце «Устава» как нельзя более уместно. (Прим. M. E. Салтыкова-Щедрина.)
101
ошеломляющий удар.
102
В следующем затем нумере "Старейшей Российской Пенкоснимательницы" было напечатано: "В городе разнеслись слухи, что автор передовой статьи, появившейся вчера в нашей газете, есть г. Нескладин, то есть сам знаменитый защитник четырех знаменитых негодяев. Считаем долгом заявить здесь, что это наглая и гнусная клевета. Мы не имеем надобности отстаивать г. Нескладина против набегов наших литературных башибузуков, но говорим откровенно: мы перервем горло всякому (если позволят наши зубы), кто осмелится быть не одного с нами мнения о наших сотрудниках". (Прим. M. E. Салтыкова-Щедрина.)
103
Яжелбицы и Рахино — станции на Петербургско-Московском шоссе. (Прим. M. E. Салтыкова-Щедрина.)
104
Какое вдохновение! Черт побери!
105
но тсс!
106
Это не бог весть что, согласен, но в ожидании лучшего это недурно…
107
По рукам!
108
"Повелителя Дикобраза".
109
подсматривание.
110
ростбиф, например!
111
А, скажите, есть ли что-либо лучше, чем добрый обед, чтобы утишить страсти!
112
Черт побери, господа! Еще посмотрим, посмотрим, на чьей стороне будет победа!
113
раки по-бордоски.
114
великие принципы Дикобраза.
115
У господина заболел живот!
116
"Любовь — это вот что".
117
Не смешно ли?
118
черт возьми! черт побери! ко всем чертям!
119
По последним известиям, факт этот оказался неверным. По крайней мере, И. С. Тургенев совершенно иначе рассказал конец Чертопханова в "Вестнике Европы" за ноябрь 1872 г. (Прим. M. E. Салтыкова-Щедрина.)
120
предсъездовское собрание.
121
Что вы, что вы! давайте мне каждый день поросенка — и вы никогда не услышите от меня: довольно!
122
республика — и только!
123
поезд.
124
и вы… как мы?
125
Ах! черт побери! я так много слышу русской речи, что, кажется, я сам начинаю говорить на этом языке, как на своем родном. Клянусь, господа! Уверяю вас! Ах! черт возьми… преклонимся! Воздадим поклонение, черт побери! терпимость в деле религии… терпимость и благоразумие… Вот что я вам скажу.
126
Господа! бокал шампанского!
127
Ваше здоровье! Вы выпьете, не правда ли? Шампанского!
128
С удовольствием.
129
Шпионаж был признан во все времена одним из самых живых стимулов политической жизни. Уже древний Иеробоам обещал скорпионы своим народам, что в переводе на обыкновенный язык не могло значить ничего другого, как шпионов. Далее мы находим у Аристофана неопровержимые доказательства, что греки очень признавали это средство управления и что они дали шпионам звучное прозвище сикофантов. Но лишь в эпоху цезарей античного Рима наука шпионажа достигла наибольшего своего расцвета. По словам Тацита, со времен Нерона, Калигулы и других не было почти ни одного человека во всей империи, который не был бы шпионом или не желал бы им быть. Эти величественные римляне, которые не начинали своей хвастливой болтовни иначе, как говоря: "Я, римский гражданин", достигли в шпионаже такой высоты, как если бы они были величайшими из мошенников. Наконец, наша прекрасная Франция свидетельствует, что шпионаж никогда не бывает чрезмерным в стране, политическая жизнь которой достигает своего апогея. У нас, господа, почти все шпионят друг за другом, что не мешает общественной жизни идти своим путем. Так как шпионят все, то в этом занятии почти не чувствуют ничего неприличного. Приведу историческую справку о том социальном явлении, которое носит неблагозвучное имя шпионажа. Но если мы говорим о практических результатах этого ремесла, мы должны в то же время констатировать, что никогда бы эти результаты не могли быть ни такими большими, ни такими исчерпывающими, если бы шпионы начали действовать открыто… на виду, не маскируясь. Да, господа, это деятельность, которой можно заниматься только под покровом величайшей тайны! Отнимите тайну — и прощай шпионаж. Его более нет — а вместе с ним падает весь престиж политической жизни. Нет шпионажа — нет обвинений, нет процессов, нет преследований! Политическая жизнь, так сказать, замирает. Все проходит, все падает, все бездействует. Вот почему я не разделяю мнения, выраженного моим почтенным коллегой, господином Фарром. Я очень хорошо понимаю его мысль: он слишком большой приверженец статистики, чтобы не горевать, что эта наука содержит еще необъяснимые и темные места. Но бог, в своей божественной мудрости, судил об этом иначе. Он захотел, чтобы статистика всегда имела некоторые необработанные данные для того, чтобы мы, смиренные работники науки, всегда имели возможность что-либо разъяснить или закончить. Итак, я заключаю, говоря: господа! у нас есть целая графа, в которую мы относим мошенников и прочих людей без религии и нравственности. Разве эта графа не столь обширна, чтобы в ней не нашли себе естественного места шпионы? О господа, поместим их смело туда, и потом скажем: "Идите, бесчестные люди, и творите ваше низкое ремесло! статистика не хочет вас знать!"
130
браво! да здравствует Франция!
131
да здравствует Генрих IV!
132
Кажется, это называется лососиной? Лососина и поросенок — нужно это запомнить!
133
Кушайте, господа!
134
Россия — вот истинная родина статистики!
135
Здесь была решена участь несчастного фон Зона! ах, будем осторожны!
136
Он огромный, внушительный, роскошный, поразительный!
137
он, вероятно, обошелся чудовищно дорого!
138
Ах, не будь я католиком, я хотел бы быть православным!
139
Жулик! я не понимаю этого слова!
140
В точности, это не вор и не мошенник; это индивид, в котором содержится и то и другое. В Москве вы увидите их, господа.
141
Почему?
142
Невоспитанность!
143
Извините! если я правильно понимаю мысль господина.
144
она может быть формулирована следующим образом: да, тайна частной корреспонденции неприкосновенна (браво! браво! да! да! неприкосновенна!) это общее правило; но существуют соображения здравой политики, которые в отдельных случаях принуждают нас и заставляют допускать исключения даже для правил, которые мы все признаем справедливыми и нерушимыми. Это печально, господа, но это так. Рассматриваемое с этой точки зрения нарушение тайны частной корреспонденции представляется нам требованием высшего порядка, которое не имеет ничего общего с преступлением или с нарушением закона. Англия, благодаря своему островному положению, не знает многих социальных явлений, которые не только терпимы по обычному праву континента, но которые составляют, так сказать, часть этого права. То, что является преступлением или нарушением закона в Англии, может стать превосходной мерой общественной защиты на континенте. Итак, я голосую вместе с господином из Тетюш за простой переход к порядку дня.
145
Ваше здоровье!
146
разумеется.
147
Ах! ведь вы представляете нам здесь чертовски серьезный труд!
148
Великолепно!
149
Прекрасно!
150
Превосходно!
151
И заметьте, что господин затратил на этот прекрасный труд только две ночи.
152
Да, понимаю! национальная гордость, — мы, французы, тоже не чужды ей. Но, что касается меня, — признаюсь, это действует мне на нервы!
153
Моя жена — поджигательница, этим все сказано.
154
О! что касается вас — у вас чувствительная душа, я это вижу, я это чувствую, я в этом уверен! Но что касается вашего друга — позвольте мне усомниться в этом!
155
порядок дня.
156
Вот это был царь! черт побери! какой человек! — Вот это был царь!
157
Вот это был царь!
158
Царейший, величайший!
159
Речь, сказанная профессором Морошкиным на акте Московского университета "Об Уложении и его дальнейшем развитии". (Прим. M. E. Салтыкова-Щедрина.)
160
клевещут.
161
итак.
162
"Свирельщика".
163
{* Да здравствует Франция!
Да здравствует свобода!}
164
по собственному почину.
165
Но мне кажется, господа, что мы не в полном составе!
166
"в полном составе"!
167
Жребий брошен!
168
ненавидеть тебя!
169
Ваша страна, мсье, скверная страна!
170
как вам это нравится!
171
Как поживаете!
172
Это серьезно!
173
о, проклятый русский!
174
сжальтесь, синьоры
175
Наконец-то!
176
Жаль, но это так!
177
безделушки.
178
"Тибуллова Делия".
179
вещь ничья и поэтому принадлежит тому, кто первый ее захватит.
180
"Елабужскими мещанами" в Вятской губернии называют известных, особенно надоедливых паразитов. (Прим. M. E. Салтыкова-Щедрина.)
181
ныне отпущаеши
182
стол.
183
кредитная контора.
184
отказ дать судебному делу законный ход.
185
* Мне — наплевать, наплевать.
186
Е. Покусаев. Революционная сатира Салтыкова-Щедрина, Гослитиздат, М. 1963, стр. 218.
187
Е. А. Штакеншнейдер. Дневник, «Academia», 1934, стр. 41.
188
А. В. Никитенко. Дневник в 3-х томах. т. 3. Гослитиздат, M., 1956, стр. 293.
189
В. И. Ленин. Полное собрание сочинений, т. 5, стр. 71.
190
дары моря.
191
А. В. Никитенко. Дневник в 3-х томах, т. 3, Гослитиздат, М. 1956, стр. 191.
192
ОЗ, 1872, Э 7, "Современное обозрение", стр. 1, 2.
193
Н. Г. Чернышевский. Полн. собр. соч., т. V, Гослитиздат, стр. 410.
194
И. И. Янжул. Воспоминания о пережитом и виденном в 1864–1909 гг., вып. 2. СПб. 1911, стр. 75.
195
Е. А. Штакеншнейдер, Дневник, «Academia», стр. 402.
196
Интересно сопоставить это со следующими словами А. И. Герцена, написанными в том же 1869 году в «письмах» "К старому товарищу": "Неужели цивилизация кнутом, освобождение гильотиной составляют вечную необходимость всякого шага вперед?.." (Герцен, т. XX, кн. 2, стр. 585).
197
И. А. Гончаров. Собр. соч. в 8-ми томах, т. 8. 1958, стр. 452.
198
ОЗ, 1872, Э 1, стр. 134.
199
ЛИ, кн. 51–52, М. 1949, стр. 450.
200
БВ, 1872, Э 198, 23 июля.
201
Н. А. Некрасов. Собр. соч., т. V, стр. 490.
202
ЛН, кн. 51–52, М. 1949, стр. 348.
203
ЛН, т. 51–52, М. 1949, стр. 450.
204
Там же, стр. 345.
205
СПб. вед., 1872, Э 240, 2 сентября. Подпись: Z.
206
Там же, 1872, Э 268, 30 сентября. Подпись: Z.
207
РМ, 1872, Э 259, 7 октября. Подпись: А. О.
208
"Петербургский листок", 1872, Э 205, 19 октября. Подпись: 109.
209
ОЗ, 1873, Э 6, стр. 314.
210
"Гражданин", 1873, Э 15–16, 16 апреля.
211
К. Арсеньев. М. Д. Салтыков-Щедрин. СПб. 1906, стр. 94–96.
212
Н. К. Михайловский. Сочинения, т. V, СПб. 1897, стлб. 137.
213
О причинах параллельной публикации материалов к "Господам ташкентцам" и ее научном уровне см. М. Лемке. Письмо в редакцию ("День", СПб. 1914, Э 118, 3 мая, стр. 6) и редакционную заметку "По поводу новых отрывков Щедрина, напечатанных в "Голосе минувшего" (ГМ, 1914, Э б, стр. 318–319).