еодеванием. Быстро натянув серое «произведение искусства», Далия разулась и натянула на ступни шерстяные носки. Сразу стало чуточку теплее, но недостаточно для комфортного пребывания в комнате. Оглянувшись в поисках пледа, Далия обнаружила его в дальнем углу, видимо, она закинула его туда в прошлый раз и забыла убрать на место. Укутавшись в колючую шерсть, девушка села на старый табурет, который заменял ей нормальный стул. Прислонившись плечом к стене у окна, она уставилась в мутное стекло. Заняться было нечем, спать не хотелось, поэтому из развлечений был только вид на двор.
Размышляя о произошедшем, Далия никак не могла понять, когда же ей настолько ограничили свободу? Может, после тех слухов о помолвке дочери главнокомандующего? Так вроде Кая спокойно покидала замок, стоило приехать новому портному или ювелиру.
День пролетел быстро, возможно, Далия даже задремала, ведь только недавно солнце высоко стояло в небе. Теперь же оно уверенно клонилось к горизонту, окрашивая двор в алый оттенок. Внизу, за стеклом, Далия начала замечать всё больше слуг, спешащих по делам, они мельтешили, как муравьи. Наверное, на кухне во всю кипит работа над завтраком для главного дома. При мысли о еде живот Далии громко заурчал и заставил девушку распахнуть сонные глаза. Она сегодня ещё ничего не ела, за целый день выпив лишь травяной отвар, который скорее разжигал аппетит. С болезненным стоном, девушка встала с маленькой табуретки и потянулась всем телом. Ноющая боль поползла вниз по позвоночнику и, дойдя до задницы, заколола сотней тонких иголочек.
— И чего я ожидала, — Далия вздохнула, посмотрев на закат. — Отец не тот демон, что возьмёт свои слова назад.
Постанывая от боли, она сделала пару шагов по комнате и, только собралась сбросить плед с плеч, как в дверь забарабанили. Голос слуги заглушался чарами, поэтому в комнате просто стоял неразборчивый гул. Чуть раздражённо вздохнув, Далия поспешила открыть дверь, которая почти прогибалась под чьими-то кулаками.
— Вас желает видеть его сиятельство главнокомандующий! — красный, по не понятным причинам, слуга выглядел недовольным. Его голос прямо сочился нетерпеливыми нотками, которые грозили перейти в панические.
— Я подойду через несколько минут, — Далия уже хотела закрыть дверь перед носом слуги, но тот втиснул ботинок в проход, не давая двери захлопнуться.
— Немедленно.
Далия в душе скривилась и, бросив плед в куда-то в сторону кровати, вышла в коридор. Слуга, увидев, что девушка покинула комнату, сбежал в неизвестном направлении. Покачав головой, Далия поспешила в сторону главного дома. Повезло, что она додумалась быстро обуться, правда, времени выбирать не было, и на шерстяных носках теперь красовались пошарпанные ботинки без каблука.
Кабинет отца располагался на третьем этаже главного дома и занимал одну из самых больших комнат в замке. Больше него была лишь библиотека, где на протяжении нескольких поколений собирались всевозможные книги. Чтобы дойти до туда, Далии потребовалось больше десяти минут, ведь одна из отличительных черт демонических домов — запутанные коридоры, напоминающие лабиринт.
Застыв перед огромными дубовыми дверями, Далия с трудом отдышалась. Ноги гудели от напряжения, спина горела и одновременно ныла, ещё и бок заколол. Самое то, чтоб явиться пред очи строгого отца. Попытавшись придать лицу максимально виноватый вид, девушка постучалась в дверь. Глухой стук наполнил длинный коридор, где в такое время никого не было. Дверь бесшумно отворилась, открывая вид на маленький кусочек кабинета. В дверном проёме виднелись только книжные стеллажи и кожаное кресло.
Опустив плечи, Далия вошла в комнату, где появлялась лишь пару раз за всю жизнь. Леннарт сидел за большим столом, на котором возвышалась гора бумаг. За спиной демона было огромное окно во всю стену, из него открывался прекрасный вид на сад. Пройдя ближе к столу, Далия смотрела по сторонам, пытаясь не бросать взгляд на отца. Остановившись напротив, девушка опустила глаза вниз и принялась рассматривать носки ботинок.
— Ты знаешь, зачем я тебя позвал? — усталый голос демона оторвал Далию от созерцания дыры в подошве.
— Откуда мне знать? — девушка подняла голову, удивлённо посмотрев отцу в глаза. — Я даже не знаю, за что меня наказали.
— Дерзишь? — толстая бровь Леннарта поползла вверх, он не привык слышать подобное от кроткой дочери, спокойно принимающей наказания. — Молодец, на мгновенье я увидел… Впрочем, неважно, у меня для тебя хорошая новость.
— Я не смею дерзить, отец, — Далия отвела взгляд и обратила внимание на необычную обложку книги.
— Я, наконец-то, нашёл тебе мужа. Через два месяца он вернётся с пограничья, и мы объявим о помолвке.
— Что?! Какой муж?! Какая помолвка?! Я не настолько провинилась, чтобы выдавать меня замуж!
Но Леннарт лишь приподнял угол тонких губ, откинувшись в скрипучем кресле.
— Тебя спросить забыли.
«Глава 1. Скованная цепью»
С прошлых событий слишком много всего произошло. Далия с трудом могла определить, что из этого было на самом деле, а чего она просто сильно боялась. Девушка считала своё существование карикатурой на историю нормального демона, поблекшим гротеском жизни её сестры. Но вскоре отлично усвоила: то, что она всей душой презирала, оказалось размеренным и спокойным существованием. Винила ли Далия себя за то, что не ценила защиту, что давалась ей все эти годы? — да не слишком. Единственное, что заставляло её сожалеть — это высокий каблук на туфлях, которые из-за оного пришлось скинуть прямо на бегу, когда девушка поняла, что больше ничего не остаётся.
Даже из потери обуви, за маленький период солнечного дня, Далия познала больше, чем в школе. Боль научила её, что она не та, кем всю жизнь себя считала. Ей казалось, что человеческая половина — слабая, что это именно она виновата во всех несчастьях Далии. Но оказалось… её человеческая сторона имеет удивительную силу внутри. Она заставляла девушку бороться до самого конца. Даже когда Далия не верила, что спастись возможно, мир ответил ей тихим перезвоном битого стекла. Совершенно ослабевшая, не чувствующая ног и рук, демоница из последних сил протянула пальчики навстречу этому звуку.
Эта музыка была такой приятной, чарующей, а всё перед глазами вдруг заплясало самыми разными красками. Осколки кружились вокруг неё, и Далия даже растянула потрескавшиеся губы в утомлённой улыбке. Она ведь просто сошла с ума? Или вот он, конец? Жизнь перед глазами не проносилась, зато появился новый звук, словно кто-то старательно, с отцовской нежностью, выводил пушистой кисточкой мазки по натянутому струной холсту. И вдруг всё кончилось. Далия расстроилась, поняв, что музыка битого стекла прекратилась, но чувствовать грусть ей пришлось недолго.
Скоро затихла и она.
***
Девушка резко очнулась. Всё её тело жгло огнём боли, каждый миллиметр кожи ощущался и заставлял стискивать зубы. Глаза Далии не переставая слезились, и солёные капли попадали в ссадины на лице. По ней словно прошлись табуном коней, втаптывая в брусчатку улицы. Прикусив губу и почувствовав металлический привкус во рту, девушка попыталась подтянуть ноги к груди, сворачиваясь калачиком. Поскуливая от боли, она поднесла руку к лицу, пытаясь сфокусировать взгляд на тонких пальцах.
Первое, что бросилось в глаза — ногти, сломанные и покрытые засохшей кровью. Девушка не помнила, когда успела их настолько повредить, её воспоминания обрывались на разговоре с отцом. Всё, что осталось в памяти — спор на тему замужества, которое свалилось ей, как снег на голову.
Время тянулось, как патока, и холод сырых камней, на которых лежала Далия, начал пробираться к костям. Израненная кожа покрылась мурашками, которые потревожили засыхающие ранки, из парочки даже потекла тёплая сукровица. Далия, собрав волю в кулак и сцепив зубы, попыталась сесть. Опираясь израненными ладонями о пол, она прошипела ругательства — мелкие противные камушки впились в царапины. Когда цель была уже близко, и девушка приняла вертикальное положение, копчик вспыхнул адской болью.
Мир пошатнулся, закружившись в безумном танце. Каменный мешок, где оказалась Далия, наполнился диким криком, эхо которого разнеслось далеко вглубь подземелья. Девушка потеряла сознание, рухнув назад на каменный пол. И уже не видела последовавших за этим событий — перепуганные зеленокожие люди переполошились, бросив все дела, и забегали по подземелью.
Место, в котором оказалась избитая демонесса, раньше использовалось как темница для особо ценных пленников. И на данный момент всех этих особей можно по пальцам пересчитать, да и проверки у них регулярные, что вызывало закономерный вопрос — кто это орущее чудовище? Вот и пришлось знатно побегать зелёненьким, пока они отыскали камеру с неопознанным существом, ещё и раненым.
— И что нам с ней делать?
Молоденький стражник, только поступивший на службу, подтолкнул носком ботинка руку лежащей без сознания девушки. Её светлые волосы сбились в один сплошной колтун и были грязно-серого цвета; тело, одетое в тонкое порванное платье, было покрыто ранами, часть из которых всё ещё кровоточила. Огромное красное пятно расползлось на месте копчика, заставляя стражников покрываться коричневыми пятнами.
— Нужно доложить начальству, пусть сами разбираются, — напарник почесал голову и озадаченно посмотрел на друга, который присел перед находкой и тыкал в неё пальцем. — Давай пока отнесём в лазарет, пусть лекарь осмотрит.
Паренёк нехотя поднялся и закинул тело девушки на плечо, она лишь тихо застонала, не приходя в сознание. Петляя по бесконечным коридорам, парни тихо обсуждали свою ношу, которая внешне напоминала людей, однако в ней ощущалось что-то противоестественное. Очень странная девушка. Да и само её появление не укладывалось в голове: та часть подземелья давно не использовалась и была заброшена. Лазарет, наполненный светом небольшой кабинет, пропах травами. Длинные стеллажи радовали глаз лекаря, поблескивая хрустальными баночками и бутылочками. Сам же зеленокожий мужчина расположился на кушетке, подмостив маленькую подушку под голову для удобства. Его тихий храп, больше похожий на свист, заглушался звуками с улицы. Когда дверь в комнату распахнулась и ударила каменную стену, лекарь подскочил и с трудом удержал равновесие.