Твари пошли на меня клином. И когда я дал с тридцати метров по первой, рванул сразу вверх, дабы не столкнуться. При этом не прервал огонь, цепляя ещё троих. Поражённые, подмороженные от льдин курии полетели камнем вниз, остальные стали разлетаться. Наметив новую цель, рванул за двумя. Дал две очереди издалека, но попадания не оказались критическими, так, погладил вскользь. Поработав крыльями сильнее, понял, что в скорости не уступаю тварям.
Сев на хвост летунам, стал расстреливать уже наверняка, сбивая одну за одной. Думаю, вспышки от морозящих пик хорошо видны с земли. Как бы меня не вычислили! Впрочем… сейчас мне плевать. Главное, отвлечь на себя, как можно больше гадин.
Когда помчал за второй группой улепётывающих, понял, что силы на исходе. Но решил закончить начатое. Двух курий сшиб, а на третью буквально сел! Вцепился в спину, выпуская вспомогательные корни, которых у меня осталось не так много, ибо всё ушло на крылья. Курия попыталась вертануться в воздухе, но мой баланс оказался мощнее, я легко её удержал. Хотя и у них размах немалый, метров семь.
Вогнав Пиявку в шею, насладился первой в воздухе дозаправкой резерва.
В этот момент я даже не подумал, что ещё одна стая заинтересуется мной! Набрав высоту, они спикировали на меня сверху. Это единственная причина, почему не заметил их заблаговременно. И чуть не случилась катастрофа!
Запаниковав, дал из пулемётов беспорядочные залпы и бахнул пиками во все стороны. Это меня и спасло от тарана. Первые же получившие по крыльям летуны, дав крен, миновали меня едва–едва. Но третий сучёнок зацепил, ломая мне каркас крыла. Примерно треть повисла на соплях, угрожая оторваться. Тут ещё один уродец уцепился во второе крыло. Я сразу втянул всё полностью, дабы не растерять дерево, и нас с одним понесло вниз!
Летун попытался выровняться, отчаянно забив крыльями. И даже выпустил меня, но поздно, я сам в него вцепился. А затем и проткнул жалом горло. Дохлая курия стала падать уже вертикально, оттолкнувшись от неё, я попытался взлететь, но выращенные мною крылья поломались, как соломенные из–за ускорения.
С новой попытки, вырастил небольшие плотные планки вдоль спины и понемногу вышел на планирование. Как раз до земли осталось метров семьдесят. Ну и почти столько же до ошалелых лиц ратников, которые держали на участке оборону!
Расправив крылья, замахал мощно и живо, снова набирая высоту. Оставшиеся пять тварей никуда не делись, только опомнился, они уже тут как тут. По ним открыли огонь уже с земли, но стрелы едва долетали. Дав две очереди с упреждением из ледомёта, я сшиб двоих, третья ринулась в сторону, делая хитрый вираж. И выхватила–таки от стрелы. Но не сильно расстроилась, бросилась пикировать на обидчиков. Я дал вдогонку, снося крыло. Дальше вертясь, она уже врубилась в сугроб и затрепыхалась.
Из Разлома вверх стали взмывать уже целым роем! Бегло посчитав «фонарики», понял, что их слишком много! Больше сотни летунов. Часть сразу полетела в мою сторону. Она и спаслась от ошеломляющего удара снизу. Сразу три мощных метеорита взлетело, что ракеты и разорвалось мощно в скоплениях, сжигая десятки тварей и щедро озаряя округу на несколько секунд.
Почему–то сомнений даже не возникло, чьих это рук дело. Где–то неподалёку Люта! Скорее всего, и ратники Юрия тоже близко.
И я спешу расправиться с новой стаей летунов, чтобы со спокойной совестью упасть без сил под её защиту. Потому что спина горит и руки трясутся.
А мне наперерез, как назло, курии какие–то странные летят! Я бы и не заметил, просто одни обычного размера, а три особи на их фоне раза в полтора больше с размахом крыльев, как у меня. Похоже, это курии уровнем повыше.
Вот так сюрприз, они ещё и стреляющие! Первые пики полетели, как самые настоящие пули! Если бы не розовый шлейф от них, так бы и не заметил. Увернулся легко и сбавил обороты, не так рьяно сближаясь.
Учитывая, что высота метров пятьсот, при падении без шансов. Стая из тридцати тварей и не думает интересоваться кем–то другим. Мелкие устремились вперёд, а крупные стали разлетаться, заключая меня по радиусу в некие клещи.
Тем временем, Люта раздаёт по Разлому, не жалея магических сил. Судя по вспышкам, подключились и другие маги. Но их направление обороны — это лишь десятая часть воображаемого кольца. Наземные курии преспокойно и совершенно беспрепятственно рвутся дальше, к поселениям, ещё не до конца разгромленным. А там и до Москвы рукой подать.
У меня же намечается новый воздушный бой. Но проблем сразу нарисовалась куча. Боевое дерево на исходе, придётся вскоре тратить с внешних щитков, затем и с крыльев. Спина горит уже огнём, а ещё у меня кончается резерв!
Не успел опомниться, пики тремя веерами устремились в меня! Резко ушёл вниз, но зацепило! Рикошетом прошлось по спине и садануло по крыльям, дырявя их насквозь. Ущерб не большой, но риск получить в несущую основу имеется. Понимая, что могу быстро долетаться, стал маневрировать активнее, в воздухе засвистело, как будто меня из пулемёта поливают! Проблема в том, что дистанция для меня слишком велика, мне их не достать. Сближаюсь!
Как только обычные летуны нагрянули, огонь утих на время. Дав три очереди из ледомёта и сбив пятерых, понял, что всё. Дерева на пару залпов осталось. Из замеса, не добивая простых, ринулся резко на ближайшего крупного, он как раз пошёл на облёт. Волчья рожа в два раза больше обычной, крылья, как у летучей мыши, и чешуя, что у крокодила! Да ещё и шипы повсюду со стрелковыми трубками. Я даже засомневался в процессе, стоит ли лезть. Увидев моё стремительное сближение, хитрая тварь выставила крыло. Но я успел сложить крылья и пронестись ниже. Перевернувшись, вытянул Пиявку и успел вспороть ей брюхо, получив восемь единиц магической силы за долю секунды!
Чтобы добить, дал концентрированный залп из льдин уже в хвост. И не понял, как так быстро врубился во вторую такую же курию!
Вцепившись в меня когтями, тварь начала рвать, крылья смялись, как соломенные. На пару мгновений я стал добычей. Вражьи когти, раскромсав деревянный заслон, заелозили по броне. В этот момент мне и удалось перехватить инициативу! Втянув всё дерево, выпустил корни и оплел лапы. А затем, как паук влез ей на спину, оседлав.
Тварь сразу закрутилась вокруг своей оси, пытаясь меня сбросить. Но я вцепился, как клещ! И чтоб не рыпалась, вогнал Пиявку меж чешуй в районе шеи. Поначалу пошло с большим трудом, но я поднатужился, навалившись всем весом.
Только полилась сила, мелкая курия попыталась сбить меня со спины жертвы, влетая с фланга! Пришлось дать ей из ледомёта, тратя последний запас. Но даже подрубленная, она саданула мне лапой по башке, и я на миг потерялся. Благо, корни удержали даже в процессе пикирования поверженной крупной. Высосав из неё аж сорок единиц, я оттолкнулся и уже на опыте вырастил сперва мелкие крылья, чтоб выровняться, а затем вытянул уже большие, дабы маневрировать.
Вся стая пошла за мной, явно заинтересовавшись таким необычным зверем. Понимая, что дерево тратить больше не могу, берусь за Морозко! Курии летят на таран, приходится уклоняться, но успеваю и разить. Складываю периодически крылья, чтоб не поломались. В процессе приходится менять и форму. Но я начинаю привыкать к такому бою и уже не чувствую неуклюжести, как прежде.
Принимая решения за мгновения, пропускаю курию под собой, отталкиваюсь от её спины и поражаю другую. Крутанувшись, как волчок уже со сложенными крыльями, избегаю атаки третьей и мощным ударом встречаю четвёртую тварь! Ледяной меч работает отлично, особенно в холодную пору. Курии разлетаются на ледышки, встреча с Морозко в небе — это нулевые шансы на выживание. Особенно, когда у него улучшен ущерб.
Отдалившись от Разлома в процессе боя, метров на семьсот, за три минуты я расправляюсь со всей стаей, играючи. Но последняя крупная курия застаёт меня врасплох, саданув очередью из розовых пик, она срывает мне крыло в самый уязвимый момент. И я лечу камнем вниз!
Пытаюсь на малых крыльях выровняться. Разогнавшись, тварь хватает меня своей пастью. И пытается перекусить, зубы елозят по нагруднику, только он и держит! Но мощные челюсти, что промышленный пресс, не дают ни малейшей возможности выскользнуть.
В какой–то момент пространство озаряется красным! Я вижу, как огненные снаряды с земли пытаются достать эту тварь. Но все четыре удара безуспешны, они проносятся мимо, обдавая лишь жаром. Маг слишком далеко.
Под новым усилием летуна нагрудник заскрипел уже отчаянно, угрожая деформироваться. Жертвуя боевым довеском, пускаю корни прямо в глотку и изрубаю все внутренности на пути. Тварь быстро дохнет, и теперь мы вместе падаем стремительно. Успеваю вырваться из её объятий уже метров за семьдесят до поверхности. Ращу плотные полусферы по бокам, чтобы предотвратить падение. Тело курии стукается глухо в снег чуть раньше. Меня же подбрасывает, но крылья ломаются, и я врубаюсь в сугроб!
Резерва нет, боевого довеска двадцать процентов, телом не пошевелить.
Вот и долетался придурок — это первая мысль.
Глава 3Юрий и ночные бои
Кое–как собрав жилами собственный скелет и вернув чувствительность, я выкопался из сугроба, помогая корнями, и выполз на ледяную корку. Оказавшись на поле, где снега намело почти по пояс, не сильно–то и порадовался. Хотя уровень спокойствия по округе быстро усыпил мою бдительность. Если со стороны Разлома бахает, донося раскаты, то тут тишь да гладь.
Откуда–то взявшиеся два летуна покружили метров на сто в стороне и полетели прочь. Увидев со стороны рощи мелькающие огни факелов, я поспешил навстречу. Но уже в процессе ощутил, что ко мне спешат наземные твари. Они громко дышат и мощными прыжками преодолевают поле, стремясь настигнуть меня.
На ватных ногах спешу прочь. Самые простые курии сейчас могут доставить кучу проблем, ибо у меня ни физических, ни магических сил не осталось. А ещё в этот лютый холод резерв восполняется очень долго. Я готов хоть в сугроб закопаться. Но у начала рощи снега поменьше, там меня и настигает восемь псин. Да они такие счастливые, что даже жалко их расстраивать.