LE LOUP-GAROU DANS LA NEIGE
Глава 1Западный ветер + полярные бури = снег
Мистер Дэвид Белл поудобнее устроился в кресле. Он устал и позволил себе несколько дней отдыха. Эдмонд сидел рядом с саламандрой, уставившись на яркое пламя.
— Эдмонд, — сказал Дэвид Белл, — в этот год у меня две недели рождественских каникул, которые хотел бы провести вдали от Лондона. Но сейчас, когда кашель рвет мне грудь, осторожнее будет оставаться дома.
— Тогда, папа, я останусь с тобой. И ты можешь использовать это невольное заключение, чтобы рассказать мне о твоих нескольких полицейских приключениях, о которых пока не нашел времени мне поведать.
— Знаешь, мой мальчик, я редко лично участвовал в этих приключениях. По правде говоря, я следил за ними издали, сидя в стенах моего кабинета в Скотленд-Ярде. Поэтому в них не хватает живописности и действия. Однако приглашение, которое я получил на новогодние каникулы, нас бы, пожалуй, втянуло в одно из таких приключений. Ты помнишь о старике, мистере Деннмарке?
— Об этом старом чокнутом изобретателе!
— Для мальчика, наделенного острой наблюдательностью, как ты, твое заключение слишком поверхностно. Мистер Деннмарк очаровательный человек и далеко не сумасшедший. Кстати, он обязательно придет сегодня, чтобы подтвердить приглашение. Думаю, он будет весьма настойчив.
— Быть может, он нуждается в нас, вернее, в тебе, папа, чтобы расследовать то или иное дело.
— Это может оказаться правдой. Если он придет, то обязательно заведет речь об этом. Поэтому потерпи, старина. Набей хорошую трубку для хворающего отца и подай томик Диккенса, стоящий позади тебя.
Час прошел в тишине и спокойствии за чтением книги. Очень приятный час. Длинная гудская трубка насытила воздух приятным ароматом. Мистер Белл явно наслаждался, перечитывая приключения мистера Пикквика, пока Эдмонд, погрузившись в мечтания, подремывал у огонька. Наконец раздался звонок в дверь, слуга объявил о приходе мистера Деннмарка. Это был невысокий кругленький человек с розовым личиком. На его круглом носике сидело постоянно соскальзывающее золотое пенсне. Он был одет в вышедший из моды костюм и помахивал гротескной фетровой шляпой, украшенной небольшим павлиньим пером. Все в нем было крохотным!
— Похоже, вы сильно захворали, мой дорогой мистер Белл. Очень плохая новость! — воскликнул он пронзительным голосом, в котором сквозила досада. — Проклятье, это не служит моему делу! Я вам сообщал, что ожидается западный ветер. Более того, обсерватория извещает о полярной буре. Интересно, что это означает?
Бросив шляпу на ковер, он с вызовом глянул на хозяина.
— Я вас хорошо понимаю, — ответил мистер Белл.
— Я сказал: западный ветер плюс полярная буря, а вы мне твердите, что прекрасно меня понимаете. Хорошо… но почему вы меня не сопровождаете в Брайтон-Кастл?
— Вина лежит на факультете, — весело ответил мистер Белл.
— Жаль! У меня никогда не случится оказии для…. Того, о чем вы знаете!
— Согласен… Но я не позволю вам вернуться в одиночестве. Мой юный сын Эдмонд будет счастлив провести несколько волнующих зимних дней в вашем отдаленном жилище. Что скажете?
Мистер Деннмарк сурово оглядел Эдмонда, но выражение его лица тут же смягчилось.
— Ах, ах! Это, значит, и есть юный наглец, который разоблачил ученика-невидимку и неуловимого призрака тюрьмы Данбери? Выше нос, мой юный друг. Старый доктор Деннмарк умеет признавать ум и волю! Бог любит троицу. Иными словами, три — цифра судьбоносная. Сначала невидимый проказник, потом дьявол, а что скажете об оборотне на закуску, молодой человек?
— Оборотень?! — удивленно вскричал Эдмонд. — Эти чудовища существуют до сих пор?
— Да, — голос мистера Деннмарка был серьезен. — В Брайтоне.
— И чем занимается это чудовище?
— Носится по лесу, по моему лесу, и пугает людей. Что касается людей, мне все равно. Это их дело пугаться этого чудовища. Но я не могу допустить, чтобы оно кружило вокруг моего дома.
— Вы не смогли его поймать или приблизиться к нему?
— Если бы так было, молодой человек, я не стоял бы здесь, клянча помощь у вашего отца.
— О! — улыбнулся Эдмонд. — Это, похоже, вас не смущает.
— Согласен! Но ваш отец знает, что научная работа, которую я веду в Брайтоне, необходима для всеобщего блага, а главное, для нашей любимой Великобритании. Я нуждаюсь в спокойствии и не хочу испытывать мучений из-за необычного присутствия волка-оборотня, который чувствует себя на моих землях, как у себя дома.
— Все устроится, — заявил мистер Белл. — Договорились… Эдмонд отправляется завтра утром в Брайтон, куда прибудет во второй половине дня. Поскольку вы уверены, что западный ветер…
— Тсс! — воскликнул старый джентльмен. — Позвольте мне проверить знания вашего сына по метеорологии. Молодой человек, допуская, что в это время дует сильный западный ветер, и одновременно сообщают о полярных бурях, что это может означать? Прошу вас, отвечайте.
Эдмонд задумался и сказал:
— Будет снег!
Мистер Деннмарк удовлетворенно потер руки.
— Прекрасно! Но это не все. Вот кое-что потруднее, а главное, намного важнее. Брайтон расположен в замкнутой долине, самая широкая часть которой смотрит на север, а узкая — на юг. Каков ваш вывод, мой юный друг?
Ответ Эдмонда последовал почти сразу.
— Это означает, что долину Брайтона завалит снегом.
— Точно! — обрадовался толстячок. — Дейв… ваш сын очень умен. Я с удовольствием приму его в Брайтон-Кастл. Думаю, ему все удастся.
— Но, — сказал Эдмонд, — я еще ничего не знаю об этом деле.
— Не будьте столь нетерпеливым, мой мальчик, это придет. В Брайтоне у нас будет много времени, чтобы поставить вас в известность. Я должен завершить несколько дел в Лондоне. Время расписано по минутам. Но могу сказать уже сейчас: Брайтон — это хутор, который прежде называли «Семь Домов», хотя только в пяти живут люди. Замок расположен в миле от хутора. Я живу вместе со слугой Юпитером Брумом. У меня громадный дом, но слишком большой для меня. Я занимаю в нем только небольшую часть. Первый дом в деревне принадлежит кузнецу Филу Ибботсону, крупному, не очень умному мужчине, но умелому ремесленнику. Соседний дом — постоялый двор «Синий бык», который держит Тед Смокер. У него есть жена Бетси и племянница Марта. Дальше стоит кокетливый деревенский домик, принадлежащий сестрам Банстор, Аделаиде и Эмили. Их служанка Полли Таггс умна, как гусыня. На другом конце улицы два необитаемых дома, а также хижина, которую занимает некий Снайдер Скрю, оригинал и охотник на бабочек. Его интересуют лишь мухи и пауки. У него случаются приступы острого ревматизма. Последний дом принадлежит супругам Сэмюель Симпл. Он на пенсии и бывший служащий Водной службы. У него жена, страдающая помутнением рассудка.
— И этот крохотный мирок и есть театр подвигов волка-оборотня? — спросил Эдмонд.
— Именно так, мой юный друг. Попытайтесь отыскать его, как говорила иголка портному, который искал ее в стоге сена.
Мистер Деннмарк встал, ворча, глянул на часы и воскликнул:
— Я уже опаздываю… а завтра уже пойдет снег. Молодой человек, жду вас в Брайтоне.
И вылетел, словно подгоняемый сильнейшим порывом ветра.
— Эдмонд, — серьезно сказал мистер Белл, — ты там будешь один, один, чтобы наблюдать и действовать. Поскольку ты собираешься выбрать тяжкую профессию сыщика, я не могу поступить лучше, чем поручить тебе в одиночку решить проблему волка-оборотня.
Глава 2Первое появление
В одиннадцать часов Эдмонд Белл вышел из ливерпульского экспресса. Пересел в местный поезд, который довез его до подножия двойной горной цепи, расположенной между Шрюсберри и истоками реки Трент.
На крохотном вокзале ему повезло найти возчика, согласившегося доставить его в Брайтон. Возчик был человеком молчаливым, а если открывал рот, то только чтобы обругать капризную лошаденку, тащившую коляску. Наконец он натянул поводья. В серой дали появилось несколько дымков, на которые он указал концом кнута.
— Вот Брайтон, — проворчал он. — Остаток пути пойдете пешком. Скоро повалит снег, а я не люблю этого. Как и моя лошадка. Молодой человек, вы мне должны три шиллинга.
С чемоданом в руке Эдмонд бодрым шагом преодолел полторы мили, отделявшие его от хутора. Уже сгущались сумерки, когда он ступил на единственную улицу Брайтона. Расстилавшаяся перед ним местность не радовала глаз: по обе стороны серые туманные вершины; перед ним топкая от грязи улица с семью низкими домами. Дальше виднелась темная масса леса с высоким густым кустарником. Через открытую дверь кузни виднелся огонь горна. Эдмонд слышал частое дыхание меха, раздувавшего огонь. Когда он поравнялся с домом, на пороге появился высокий чумазый мужчина.
— Эй, дружище, чего ищете?
— Я иду в Брайтон-Кастл к мистеру Деннмарку.
— Найти легко. Идите до конца улицы и увидите вдалеке решетчатые ворота замка. Но предупреждаю вас, что Юпитер Брум человек невоспитанный и вышвырнет вас вон, если сочтет, что вам нечего делать в замке. Эй ты, старая обезьяна, вылез глянуть на цвет неба?
Эти грубые слова были адресованы не Эдмонду, а невысокому человечку, который открыл дверь чистенького домика на другой стороне улицы и смотрел на серое небо.
— Его зовут Симпл, — усмехнулся кузнец. — Он сумасшедший, а я терпеть не могу сумасшедших.
— Добрый вечер!
Маленький человечек вежливо снял шапочку, приветствуя Эдмонда, и вернулся в дом, покачивая головой.
Эдмонд решил было остановиться на постоялом дворе «Синий бык», где зажгли лампу, но ему на шею упала ледяная снежинка. Вскинув голову, он увидел снежный вихрь. И продолжил путь до леса, откуда заметил высокие крыши сложенного из серого камня замка, который высился среди низких ясеней. Большинство ставень было закрыто. Когда он двинулся по широкой вязовой аллее, которая вела к выкрашенной в белый цвет решетке, снег уже повалил густой массой, скрывая окружающую местность. Вскоре дорога уже утопала в толстом слое снега.
Колокол пронзительно зазвенел. Вскоре появился человек с фонарем в руке.
— Мистер… Ах, вы не мистер Деннмарк.
Решетка со скрипом отворилась.
Ему дали знак войти. Эдмонд переступил порог замка, окутанный облаком снега.
— Вы, несомненно, один из этих лондонских джентльменов? Значит, мистер Деннмарк не вернулся с вами?
Вопрос как-то тоскливо прозвенел в тишине большого холла, стены которого украшали головы кабанов и оленей. Единственный факел скупо освещал их.
— Вы Юпитер Брум? Эдмонд Белл из Лондона. Я расстался с вашим хозяином вчера утром, а с тех пор не видел.
Брум, худой суровый мужчина, выглядел импозантно. Он с беспокойством глянул на Эдмонда.
— Уже снег повалил! Мистер Деннмарк знал, что будет снег?
Что означал его вопрос?
— Но он вернется? — спросил Эдмонд.
— Конечно, сэр. Он уже должен был быть здесь, зная о снегопаде. Простите меня, сэр, вы не заметили ничего подозрительного, когда шли по вязовой аллее?
— Нет! А что подозрительного я мог заметить?
Слуга покачал головой и проверил, надежно ли закрыта дверь. Эдмонд удивился, увидев гигантские замочные скважины, цепочки и висячие замки, на которые запиралась мощная дубовая дверь.
— В обеденном зале разведен огонь, как и в вашей комнате, сэр. Вы приехали один?
Эдмонд кивнул и с восхищением оглядел шикарно обставленный зал, куда вошел. За окнами мелькала белая круговерть, изредка разгоняя сумерки.
— Сэр, вам придется ужинать в одиночестве, — тихо произнес слуга. — Сначала я принесу грог, поскольку сильно холодает.
И тихими шагами покинул зал.
— Итак, — начал монолог Эдмонд, — милый мистер Деннмарк не вернулся. Однако обещал мне все рассказать. Я остался совсем один. Знать бы, что он хотел? Чтобы я отыскал волка-оборотня? Послушаем, что скажет Брум!
Юпитер вошел скользящим шагом и принес керосиновую лампу с абажуром из розового сатина.
— Вы, похоже, обеспокоены, Брум. Боитесь волка-оборотня?
Дрожа, старый слуга подошел к молодому сыщику.
— Сэр говорил вам… Несомненно, иначе откуда вам знать! Это существо невозможно описать, мистер Белл.
— Как он выглядит?
Брум не ответил. Он подошел к окну. Было страшно видеть, как на глазах росли снежные сугробы. Снег оседал на изгороди, на темных стволах ив, а низкие ветви лиственниц исчезли под толстым слоем белой массы.
— Если так продолжится, — угрюмо заметил Эдмонд, — высота снежного покрова будет равна нескольким футам.
— Да, нескольким футам, — как эхо повторил Брум.
Белл хлопнул себя по ляжкам.
— Мистер Деннмарк предвидел это! Но почему?
Юпитер кивнул и вышел, не сказав ни слова.
Вдали темнота подымалась из долины к еще освещенным верхушкам деревьев, окрашивая их в неясный красный цвет.
Из кухни потянуло ароматом жареного мяса. Атмосфера сразу стала не столь гнетущей.
Снаружи завыл ледяной ветер. Все более и более недоумевающий Эдмонд видел, как снаружи скапливается снег. Последний отблеск скользнул по вершинам белой долины и увяз в ветках. И тогда молодой человек увидел чудовищное зрелище. Неведомое существо стояло на краю парка вязов и берез, окруженное умирающим светом. Иногда его скрывала снежная завеса, потом появлялось вновь, когда ветер разгонял снег. Неясное, бесформенное видение, высокое, широкое и темное. Огромная грубая безликая голова. Верхняя часть тела тихо раскачивалась.
Банг!
Раздался выстрел… Существо обернулось и исчезло…
— Опять промазал… никогда не удается в него попасть, а я редко промахиваюсь, — простонал Брум.
Мистер Деннмарк не появился ни в эту, ни в следующую ночь…
Глава 3В Брайтон-Кастл полку прибыло
Следующие дни! Они остались отмеченными в метеорологических анналах Англии. Неистовая снежная буря свирепствовала несколько дней в районе Шрюсбери, который был буквально погребен под снегом.
В первое утро Эдмонд по пробуждении услышал крик Юпитера.
— Четыре фута снега, сэр!
Во второй половине дня сугробы выросли до человеческого роста, а огромные хлопья, которые продолжали падать с неба, увеличивали их на глазах. Около четырех часов дня слуга и гость стали свидетелями необычной сцены. Вдали снег отлетал от дороги в разные стороны в регулярном темпе, и вскоре появились медленно двигающиеся черные точки.
— Это люди! — вскричал Эдмонд.
Брум кивнул.
— Так было несколько лет назад, сэр. Все жители «Семи Домов» покинули заваленный снегом хутор и укрылись в замке. В этом году, похоже, картина повторяется.
— Что собираетесь делать?
— То, что сделал бы хозяин, будь он здесь. Примем всех и разместим, пока не кончится буря, и можно будет освободить хутор от части выпавшего снега. К счастью, у нас достаточно припасов, чтобы прокормить всех. Мы можем выдержать настоящую осаду.
Эдмонд надолго задумался над сложившейся ситуацией. Он начал понимать, мистер Деннмарк не успел ему сообщить, что все жители хутора укроются в замке. И кто знает, не окажется ли среди них волк-оборотень…
Вдруг он издал вопль, заставивший вздрогнуть Юпитера.
— Я понял, — вдруг тихо заговорил Эдмонд. — Я должен отыскать оборотня среди этих людей! Мистер Деннмарк — человек, несомненно, умный — предвидел эту странную ситуацию. Ах, если бы он был здесь!
Вдали люди продолжали работать лопатами, расчищая дорогу. Вскоре Эдмонд увидел первых хуторян, приблизившихся к замку. Он разглядел кузнеца Ибботсона, который шел во главе с громадной лопатой в руках.
— Я впущу их через окно, — решил Брум, — поскольку дверь полностью завалена. Эй, сюда!
Сквозь завесу снега до слуги и Эдмонда донесся грубый голос:
— Мистер Деннмарк, мы просим вашего гостеприимства, как это случилось несколько лет назад. Иначе мы умрем в наших домах.
— От имени хозяина, добро пожаловать, — ответил Брум, открывая окно.
Внутрь замка ворвался белый вихрь, почти мгновенно накрыв белым покрывалом пол и мебель.
— Быстрее, — приказал Юпитер.
Вначале Эдмонд различил дрожащие силуэты людей, закутанных в шубы и шали. Люди робко встали у стены.
— Леди и джентльмены, — вежливо сказал Юпитер, — мой хозяин был вынужден остаться в Лондоне, но я уверен, что действую согласно его воле, приютив вас на время бури. Позвольте представить вам молодого человека, приехавшего на новогодние каникулы в замок.
— Я его уже видел, — оборвал его кузнец. — Меня зовут Филеас Ибботсон, но все обращаются ко мне Фил. Я буду, если понадобится, работать за жилье и пищу, поскольку полагаю, мистер Деннмарк не станет брать деньги. Не так ли, Брум?
Слуга кивнул.
Эдмонд вспомнил о кратком описании жителей хутора, сделанном мистером Деннмарком. Ему не потребовалась помощь Юпитера, чтобы наделить именем каждое лицо. Мужчина с благожелательным взором, который пытался успокоить двух плачущих женщин, вцепившихся в него, был Тед Смокер, трактирщик, с женой Бетси и племянницей Мартой. Он уже видел Симпла. Человечек робко держался позади всех, держа за руку бледную женщину. Две дамы, кожа да кости, с суровыми и злобными выражениями лиц устроились рядом с огнем. Они вполголоса ругали молодую женщину с круглым невинным личиком, которая не скрывала лившихся потоком слез.
— Эта парочка должна быть сестрами Банстор со своей служанкой Полли Таггс, — решил юный сыщик.
— Я не вижу мистера Снайдера Скрю! — вдруг воскликнул Брум.
Ибботсон беззастенчиво расхохотался:
— Он не захотел покидать свою развалюху… Говорит, ему хорошо дышится под снегом и на открытом воздухе. К тому же, у него слишком много работы, чтобы отзываться на приглашение в Брайтон-Кастл. — Кузнец повернулся к Эдмонду и с кривой усмешкой продолжил: — Он сумасшедший. Такой же сумасшедший, как Симпл и его жена.
— Заткнись, Фил, — раздраженно сказал Смокер. — Ты не в кузнице, а у достойного сэра Деннмарка, который спасает нам жизнь, предоставив приют в замке.
— А меня родили, чтобы жить в замке, — с издевкой ответил Ибботсон. — Надеюсь, нас вскоре пригласят за стол, ибо разбрасывание снега действует на желудок. Не так ли, мой дорогой Брум?
— Нам надо быстрее организоваться, — ответил слуга. — Дамы Банстор могут занять синюю комнату, а Полли разместится в маленькой комнате башни, которая расположена по соседству. Прямо напротив находится зеленая комната, которую я отдаю в распоряжение мистера и миссис Симпл.
Супруги с признательностью поклонились.
— Смокер с женой удовольствуются большой комнатой в башне, а маленькая гостиная, прилегающая к ней, подойдет мисс Марте.
— А я? — с вызовом спросил Ибботсон. — Должен ли я строить снежный дом, как лапландцы?
— Красная гостиная в конце коридора, в который выходят все комнаты. Я постелю для вас на софе, Филеас.
— Гостиная? К тому же красная! Дьявол, последнему повезло больше всех! — усмехнулся кузнец. — Согласен, дорогой друг. Подойдем к жизни с хорошей стороны, дьявол меня побери! Не так ли, мисс Ада, — он глянул на старшую из сестер Банстор.
— Попрошу вас не обращаться ко мне вообще, грубиян, — оборвала его дама.
— Согласен, — засмеялся Фил. — Я никогда не попрошу ваше фото, чтобы повесить его на стене. Даже если оно будет в золотой рамке и украшено фиалками!
Эдмонд внимательно слушал и молчал, повторяя про себя, что мистер Деннмарк хорошо все предусмотрел.
Когда наступил вечер и в замке были зажжены лампы, все закончили размещение в комнатах. После первого удара гонга Брума все собрались в обеденном зале. Конечно, Ибботсон выбрал лучшее место рядом с камином и флегматично объявил меню:
— Я проходил через кухню, поскольку мы дружим с Брумом. Сегодня вечером нас угощают бифштексом с жареной картошкой, рыбным паштетом под белым соусом, тортом и отличным пивом, которого не найдешь в «Синем быке». Да будет благословен снег!
Он подмигнул Эдмонду Беллу и заявил, что хочет поднять тост за здоровье мистера Деннмарка.
Брум подал ужин с помощью Марты Смокер и расстроенной Полли.
Гости ели в полной тишине, углубившись в свои мысли и неловко орудуя прекрасными столовыми приборами. Только кузнец поглощал пищу с аппетитом великана, а кончил тем, что облизал салфетку.
— После ужина сыграем партию в криббедж, — решил он. — Ты, Смокер, молодой лондонец и я. Симпл слишком глуп. Мы справимся втроем.
Супруги Симпл отправились спать первыми. Дамы Банстор, достав шерсть и вязальные спицы, стали вязать, быстро гремя ими. Полли, Марта и миссис Смокер отправились на кухню помогать Бруму.
— Жаль, — воскликнул Ибботсон, — что жизнь в замке продлится не больше недели! Хожу с валета пик… Кто даст мне трефу… ты, Смокер? Проклятье, у лондонца шестерка червей! Я проиграл пенни!
Глава 4Два пистолетных выстрела в ночи
Эдмонд Белл проснулся рывком. В его ушах еще вибрировал звук недалекого пистолетного выстрела. Он выскочил из постели, бросился к двери и выглянул в коридор. Никого! Коридор, скупо освещенный венецианским фонарем, был пуст и безмолвен. Однако легкий дымок спиралью поднимался вдоль матовых витражей. В его ноздри проник острый запах пороха. Он смутно помнил, что слышал два выстрела, быстро последовавших один за другим. Он дошел до конца коридора и остановился под люстрой. Что-то слегка шевельнулось рядом с ним. Тихо закрывающаяся ручка двери. Надо было действовать быстро. Эдмонд схватил ручку и открыл дверь.
Перед ним стоял полуголый Ибботсон с всклоченными волосами и заспанными глазами.
— Вы слышали? — заикаясь, спросил кузнец. — Я увидел и…
— Закрыли свою дверь, не так ли, мистер Ибботсон.
— Я… я немного испугался, — огрызнулся грубиян.
— Досадно, мэтр Филеас, — холодно сказал Эдмонд, — страх не вяжется с вашей физической силой. Вы привыкли спать при свете свечи?
— Нет, — резко ответил кузнец. — Никогда. Кстати, свечу я зажег только что.
— Если это правда, вы действуете с невероятной быстротой. Во что или в кого вы стреляли?
— Я! — гневно воскликнул побагровевший кузнец. — Я никогда не держал в руках пистолета. Почему вам бы не спросить, кто стрелял в меня?
Распахнулись все двери, и появились Смокер, его жена и племянница, потом Полли Таггс, которая разревелась, даже не узнав, что произошло. Темноту разрезал луч света со стороны боковой лестницы. Брум сбегал по лестнице, держа в руке лампу.
— Почти все в сборе! — рявкнул Ибботсон. — Я не говорю о сестрах Банстор. Нормально, что такие дамы не могут появиться в ночных туалетах, но почему нет мистера Симпла? Насколько я знаю, он мужчина!
Эдмонд Белл решил, что кузнец прав, и постучал в дверь отставного служащего.
— Кто там? — послышался робкий голос.
— Мы здесь все, мистер Симпл. Пожалуйста, будьте добры открыть дверь и присоединиться к нам.
Скрипнул замок, и появился Симпл.
— Смотрите! — взревел Ибботсон. — Мы все спали не менее трех часов, а этот тип одет, словно собирался гулять на улице всю ночь. Я считаю, что пистолетный выстрел донесся с его стороны.
Мистер Симпл отмахнулся.
— Я мало сплю, — пробормотал он. — Мне случается не раздеваться всю ночь. Конечно, я слышал выстрел, но признаюсь, что испугался и не вышел.
Эдмонд медленно подошел к двери. Симпл бросил на него умоляющий взгляд.
— Она спит, — прошептал он. — Она ничего не слышала. Оставьте ее в покое, джентльмены, она нуждается в отдыхе.
Говоря, он указал на кровать, где его жена была, похоже, погружена в глубокий сон. Сыщик глянул и отошел.
— До завтра, мистер Симпл, — сказал он, глядя прямо в глаза мужчине.
Симпл понурился и задрожал.
— До завтра, джентльмены.
— Ибботсон, — спросил Эдмонд, — сколько выстрелов вы слышали?
Кузнец в недоумении уставился на него:
— Один! Будто этого мало, чтобы убить, если попасть.
— Я спал глубоко, — заявил Смокер, — однако готов биться об заклад, что было два выстрела.
Ни его жена, ни племянница не могли сказать ничего. Обе слышали только один выстрел. А Полли показалось, что была целая сотня выстрелов одновременно, настолько ужасный был грохот.
— Поскольку нет убитых и раненых, — небрежно заявил Эдмонд, — думаю, мы можем вернуться в свои постели. Доброй ночи всем!
Все двери захлопнулись.
— Брум, — тихо сказал Белл, — наша работа только начинается. Посветите мне.
— Хотите найти следы, а вернее, пули, сэр?
— Почему множественное число?
— Стреляли два раза, сэр. Уверен, я не спал.
— Два одинаковых выстрела?
— Нет, — уверенно ответил слуга.
Эдмонд задумался.
— Я спал. Но не глубоко. У меня впечатление, что был сухой звук, а потом намного более громкий.
— Верно, сэр… Словно друг другу отвечали два разных оружия.
— Браво, Юпитер, — Эдмонд был доволен. — Мы к этому вернемся. Прошу вас, передайте мне свечу, — что-то бормоча себе под нос, юный сыщик начал рыскать по углам. — Дым был около люстры. Тонкий дымок, как от автоматического пистолета. Он был не перед лампой, значит, стреляли не с нашей стороны, а из глубины коридора в эту сторону. Что за этой двустворчатой застекленной дверью, Брум?
— Кабинет доктора Деннмарка. Он закрыт на двойной оборот ключа, а ключ есть только у хозяина.
Эдмонд вдруг наклонился и подобрал небольшой блестящий предмет.
Это была сплющенная стальная пуля.
— Смотрите, Брум, — возбужденно сказал он. — Сплющенная пуля, которая не может причинить вреда. И я нахожу ее на полу. Такие пули бьют на большое расстояние, а эту выпустили из ствола рядом с какой-то мишенью.
Брум нервно ущипнул его за руку.
— Пошли в обеденный зал, — пригласил он.
Слуга пододвинул два кресла к камину с едва тлеющим огнем.
— Разрешите закурить трубку, мистер Белл, очень хочется покурить. — После нескольких затяжек обеспокоенное лицо Брума немного разгладилось. — Я уже видел подобные пули, сэр, — прошептал он, подкидывая деформированную пулю на ладони. — Такими стреляли в волка-оборотня.
Эдмонд Белл кивнул.
— Эта пуля попала в невероятно плотную цель, бывшую в центре коридора… волка-оборотня или нет. Вы видели волка-оборотня, бродящего по дому?
Слуга отрицательно покачал головой:
— Только в парке, сэр. Но очень близко от дома.
— Значит, мистер Деннмарк правильно догадался, — проворчал Эдмонд. — Снег и все прочее… Надо поверить в присутствие волка-оборотня здесь, в доме, среди нас.
— Кто-то выстрелил в него, — предположил Юпитер, — и волк-оборотень — если я могу так его назвать — ответил другим выстрелом.
— Ошибка, Брум!
Брум непонимающе глянул на Эдмонда.
— Окно в комнате мистера Симпла было открыто, старина.
— И что? Что это значит?
— Многое… — Эдмонд задумался, потом уверенно заявил: — Второй выстрел был произведен не из пистолета с барабаном, а из автоматического оружия. Это легко установить по сладковатому запаху пороха в коридоре, после запаха серы, еще висевшего в комнате… мистера Симпла.
— Мистера Симпла? — повторил Брум.
— Да! Второй выстрел произвел он, но… в воздух!
Глава 5Мигающие звезды
Следующий день прошел без каких-либо экстраординарных происшествий. Снег продолжал падать, и из окон можно было видеть только белую безбрежность. Деревня выглядела скоплением черных точек. Иногда, в промежутке между двумя ударами бури, появлялся столбик дыма.
— По крайней мере, знаем, что Снайдер Скрю еще жив, — хихикал Ибботсон. — Ему удается поддерживать огонь. Продолжи снег падать, как сейчас, ему плохо придется. Что касается меня, я ни капельки не пожалею, если он превратится в замороженную семгу. Ха-ха-ха!..
Никто не обмолвился по поводу ночной стрельбы. Брум объявил, что лучше не заговаривать о ней, поскольку никто не ранен. Еда по-прежнему была отличной, и невольные гости быстро свыклись с приятным образом жизни. Грубиян Ибботсон изводил беднягу Симпла, которого, похоже, не выносил. К счастью, трактирщик имел на него кое-какое влияние и несколько раз оборвал его и почти сделал вежливым. Все рано отправились спать, поскольку вечер выдался на удивление скучным. Эдмонд остался, чтобы переговорить с Брумом с глазу на глаз.
— Я считаю, Брум, что волк-оборотень что-то ищет в доме. В замке надо действовать быстро, если он хочет найти искомое до того, как перестанет падать снег и все вернутся в свои дома.
— Если это так, то существо будет действовать ночью, — предположил Брум.
— Никаких сомнений! Поэтому мы организуем поочередное дежурство. Я начну первым. С девяти до часу ночи. Что скажете, Брум?
Слуга был полностью согласен, и они расстались, довольные решением. Ровно в десять часов Эдмонд задул свечу и остался в темноте, прислушиваясь и размышляя. Ничто на улице не нарушало тишины. Снег валил безостановочно, заглушая любые шумы. Было так тихо, что юный сыщик различал тиканье карманных часов, лежащих на ночной тумбочке. Господи, как медленно тянулись минуты!.. Было около полуночи, когда боровшийся со сном Эдмонд подошел к окну и стал смотреть в сторону хутора. Внезапно весь сон прошел. Вдали, в темноте, которую снег разбавлял слабой белизной, сверкала звездочка. Какое-то время она была неподвижной и ровной, потом начала мигать. Эдмонд сдержал дыхание, словно вдали, в нескольких милях от замка, могли ощутить его присутствие. Он не спускал глаз со странного светового явления. Изредка огонек исчезал, потом снова начинал сверкать. Эдмонд быстро понял, что вспышки чередовались в определенном порядке и сохраняли определенный ритм.
— Сигналы… — прошептал он. — Обмен телеграфными сигналами, но с кем и кто сигналит?
Он осторожно открыл окно и высунул наружу голову. Снежные порывы в этот момент немного стихли. И световые сигналы хорошо различались. Он заметил, что помигивание могло быть вызвано падающим снегом. Ответ на сигналы мог идти только из замка. И опять оказался прав. Вверху, рядом с черным облаком, где возвышалась огромная Южная башня Брайтон-Кастл, блестела такая же крохотная звездочка. Эдмонд попытался уловить смысл сигналов, но смирился с очевидностью — люди пользовались определенным кодом, совершенно непонятным ему. Он знал, что Южная Башня возвышалась над местностью и была необитаемой частью здания. Он пожалел, что Брум не находится в этот момент рядом. Он был в нерешительности, будить или нет слугу. И решил не будить. Он бесшумно выбрался из комнаты и осторожно направился в сторону Южной Башни. Он захватил карманный фонарик, изредка включая его, чтобы не заплутать в мрачных и пустых коридорах. Мучительный поход по громадным пустым и ледяным залам. Все двери были распахнуты, и в них врывался ветер, хотя на улице началось затишье. Но его поход выглядел напрасным — он поднимался по узким и широким лестницам, но не приближался к башне.
— Не замок, а лабиринт какой-то, — ворчал он. — Не заблудиться бы, как Мальчик-с-пальчик в заколдованном лесу.
Внезапно он замер, ощущая, как по вискам стекает пот. Он стоял у входа в прямоугольный зал, чуть освещенный сверкающим снегом. Около последнего окна медленно двигалась тонкая тень. Но его ужаснула не эта тень, а другая тень, отвратительная и гибкая, которая приближалась к первой тени, сжимая в руке кинжал с треугольным лезвием. После мгновения колебания он поднял свой фонарик. Но не успел ничего рассмотреть. Резкий удар по руке, и он выронил фонарик. Потом упал, получив удар по затылку. Оглушенный Эдмонд попытался встать, но второй удар по голове уложил его окончательно на пол. И тут же услышал вопль. Долгий пронзительный вопль агонии…
У его изголовья сидел Брум.
— Наконец вы пришли в себя, — выдохнул слуга. — Нет, ничего не говорите, ничего не рассказывайте. Вы все выложили в бреду. Вы все рассказали: появление световых сигналов в Южной башне, все…
— Что со мной случилось?
— Удар по голове тяжелым предметом, сэр. Когда настал час моего дежурства, я решил сначала присоединиться к вам. Не найдя вас в комнате, я забеспокоился. Дверь в конец коридора, ведущая в необитаемую часть здания, была открыта, хотя я всегда запираю ее.
— Любопытно, — перебил его Эдмонд. — Я закрыл ее за собой.
Юпитер пожал плечами и скривился:
— Еще одна тайна… Дом ими полон, и одна страшнее другой.
— Что вы имеете в виду, Брум?
— Я наткнулся на вас в старом оружейном помещении, сэр. Вы лежали и лихорадочно бредили. Кроме того…
Слуга зажмурился и вздрогнул. Он нервно сжимал и разжимал руки.
— Что?! — выкрикнул Белл. — Говорите, кого вы обнаружили в зале? Что-то ужасающее?
— Труп, сэр. Труп мисс Эмили Бранстор. Удар кинжалом в спину.
Эдмонд со стоном приподнялся на подушках.
— Я видел ее, Брум! Я видел тень руки убийцы. Я видел нож. Именно в этот момент меня ударили.
— Мы отнесли труп в парк и закопали в снег. Когда кончится снегопад, мы сможем предупредить власти.
— Кого вы подозреваете, Брум?
Слуга пожал плечами.
— Никого, — в отчаянии прошептал он. — Все присутствующие в полном недоумении, даже Ибботсон. Он перестал есть и только и говорит о возвращении в деревню, несмотря на снег. Но есть и еще кое-что…
— Опять опасность! Брум, пощадите меня!
— К счастью, нет, сэр. Когда мы нашли вас в оружейном зале, я заметил, что рана у вас на голове — слава богу, не очень глубокая — была обработана и продезинфицирована эфиром!
Эдмонд зажмурился. Он внезапно ощутил себя беспомощным перед проблемой, слишком сложной для его юношеского опыта.
Глава 6«Трещотка»
Во второй половине дня погода ухудшилась. Похолодало. Снежные порывы стали слабее. Хлопья снега уменьшились, но стали колючими. Их гнал северный ветер. Мороз крепчал, и вскоре стало невозможным держаться перед окнами, от которых веяло холодом. Все собрались вокруг огня, но никто не говорил. Все избегали смотреть друг на друга.
Ибботсон курил трубку и постоянно требовал от Юпитера Брума вина или виски. Смокер пытался читать, но, похоже, чтение его не увлекало. Мисс Ада Бранстор апатично смотрела на пламя. Остальные женщины суетились на кухне. Супруги Симпл попросили, чтобы еду им подали в комнату, чтобы не сталкиваться с остальными хуторянами.
Эдмонд Белл был еще слабым. У него кружилась голова. Он понимал, что все молчат, чтобы не вспоминать о смерти несчастной Эмили Бранстор. Кроме кузнеца. Едва грубиян выпил лишний стакан, как заявил всем, что ему нравится в замке, но что он не желает находиться рядом с одним или несколькими убийцами, ибо был славным и честным человеком.
— Как только появится полиция, — раздраженно заявлял он, — я знаю, что скажу под клятвой.
Никто не слушал фанфарона, даже Эдмонд, который не придавал особого значения этим ненавистническим разглагольствованиям.
Прошло уже шесть дней, как жители хутора укрылись в замке, но надежд на прекращение снегопада не было.
— Итак, молодой человек, — с насмешкой спросил Ибботсон, — вы попытаетесь найти убийцу мисс Бранстор?
Эдмонд встал и собрался покинуть зал. Вдруг остановился, потом направился к кузнецу.
— Прошу вас последовать за мной, мистер Ибботсон, — процедил он.
— Охотно, поскольку вы меня просите, молодой человек. Мне пойдет на пользу небольшая прогулка. Честное слово, не хочу испытывать судьбу, в одиночестве расхаживая по этому зловещему замку. Понятно?
— Я хотел бы поговорить с вами в вашей комнате, Филеас, — заявил Эдмонд, когда они покинули зал.
Кузнец нагло глянул на Эдмонда.
— В моей комнате… Вы хотите войти в мою комнату, мой маленький мистер, — грубо воскликнул он.
— Вам знакомо это? — сухо спросил Белл, сунув ему под нос крохотную серебряную медаль.
Кузнец глянул на нее и покраснел.
— Вы хотите сказать, сэр… что вы из Скотленд-Ярда, — пробормотал он. — Вы полицейский? Такой молодой!
— В любом случае, я действую по распоряжению столичной полиции, Ибботсон, — ответил Эдмонд. — А теперь пошли в вашу комнату.
— Конечно… Я согласен, — заторопился кузнец. — Я человек честный и надеюсь, вы мне не устроите неприятностей, если я не всегда был вежлив с вами.
Комната, отданная Филу, была в неописуемом беспорядке. Белл скривился, но кузнец этого не заметил.
— Мистер Ибботсон, теперь вы знаете, кто я и каковы мои полномочия, поэтому отвечайте точно на заданные вопросы.
— И будьте осторожны, поскольку сказанное вами может быть использовано против вас, — пробурчал кузнец.
— Да, — улыбнулся Эдмонд, — эта формулировка используется, когда начинается допрос подозреваемого. Но мы пока не на этой стадии. Скажите, Ибботсон, почему вы покидаете свою комнату ночью, чтобы бродить в темноте по замку?
— Я?! — воскликнул кузнец. — Я делаю это?
— Когда вы не курите, Филеас, вы жуете табак. Курить в темноте удовольствия мало, поэтому у вас во рту всегда большой кусок жевательного табака, и вы сплевываете повсюду. И делаете это во время ночных прогулок. Какую цель вы преследуете?
— Демоны великие! — вскричал кузнец. — Да, это правда. Я покидал комнату ночью один или два раза. Я объясню вам. Кузнец всегда и механик. И я всегда любил механику, инспектор…
— К делу, Фил. Я верю, что вы честный человек, но предупреждаю, что, если начну сомневаться в этом, то запру вас в вашей комнате.
— Боже! — испуганно воскликнул кузнец. — Не говорите этого. Я ходил узнать, откуда доносится верещание трещотки.
— Верещание трещотки?
— Вы знаете, эта крохотная механическая деталь бешено вращается, когда ее заводят, и издает некий музыкальный шум. Я сам делаю такие. Мне нравятся игрушки. Меня заинтриговало, что они есть в замке.
— Значит, я заключаю, что вы бывали в необитаемой части замка, где была убита несчастная мисс Банстор!
Кузнец повинно кивнул.
— Это должна быть гигантская трещотка, — заявил он, — поскольку ее слышно издалека. Должен вам сказать, инспектор, что у меня очень тонкий слух. В любом случае уверен, что звук доносился оттуда. — Вдруг Ибботсон подпрыгнул, выпучил глаза. Его лицо исказила гримаса. — Негодяй! — вскричал он.
— Что происходит?
— Там, в зеркале я его видел. Вы оставили дверь приоткрытой, и он подслушивал…
В коридоре хлопнула дверь.
— Вернулся в свою нору, подлец! Скажите, инспектор, что бы вы сделали на моем месте?
— Но о ком вы говорите? Кого вы заметили в зеркале?
— Кого? Бледное личико Симпла, предателя!
Эдмонд Белл вздрогнул:
— Быстро, Фил! Сейчас же!
Они бегом пересекли коридор и постучали в дверь супругов Симпл. Никакого ответа.
— Притворяются мертвецами! — завопил Ибботсон. — Может, ногой вышибить дверь?
— Подождите! — приказал Белл. — Дверь заперта, но в скважине торчит ключ. Не стоит использовать силу. У меня есть отмычка… Открываю.
Он вошел и вскрикнул от удивления. Комната была пуста, в очаге не было огня, все было прибрано. Никакого беспорядка. Багаж семьи Симпл исчез, как и они сами.
— Птички улетели! — крикнул кузнец.
— Они не могли уйти далеко. Пошли… Надо обыскать замок.
— Зову других?
— Нет, справимся вдвоем. Невозможно, чтобы Симпл с женой и с багажом ушли незаметно. Они спрятались в необитаемой части.
Сгустились сумерки, но света хватало, чтобы перемещаться и видеть, что происходит.
— Идите на цыпочках, Фил, — посоветовал Эдмонд.
Легче сказать, чем сделать тяжелому мужчине, но тот повиновался.
— Здесь нашли труп, не так ли? — с дрожью спросил кузнец, когда они вошли в оружейный зал. — Будьте осторожны, сэр, неизвестно, не прячется ли убийца в углу. — Едва он произнес эти слова, как остановился и задрожал с ног до головы. — Слушайте! Слушайте! Опять началось!
Эдмонд прислушался. Действительно издали доносился резкий звук.
— Именно она, — прошептал Ибботсон. — Ее заводят, а она шуршит. Слышите? Это трещотка!
Глава 7Ночь ужаса
Они осторожно шли по залу, наполненному мятущимися тенями. Непонятная вещь верещала все сильнее. Иногда монотонный шум прерывала музыкальная нота.
— Похоже на музыку, не так ли? — выдохнул Ибботсон.
Эдмонд толкнул его локтем в бок, чтобы заставить замолчать, и указал на нишу в стене.
— Вы видели раньше эту дверь, Фил?
— Никогда, — прошептал кузнец, качая головой. — Это точно, поскольку я заглядывал в эту нишу, проверяя, не прячется ли за ней эта проклятая трещотка. Там была глухая стена. А теперь вроде открытая дверь!
Белл прижался к боковой стене, чтобы, прячась в тенях, проскользнуть в нишу без риска быть замеченным. И дал знак кузнецу последовать за ним.
— Смотрите, — прошептал кузнец, — светлая щель длинная. Может быть, открыта тайная дверь. Право, не хочу идти дальше.
— Тогда оставайтесь здесь, трус, — зло прошипел Эдмонд.
Но Ибботсону, похоже, не хотелось в одиночку оставаться в этом зловещем месте.
— Может, вернемся, — с дрожью предложил он.
Белл пожал плечами и не ответил. Световая щель притягивала его, как магнит, в глубину ниши, а верещание сверчка околдовывало. Внезапно инструмент затих, а световая полоска исчезла.
— Жаль, — проворчал Эдмонд, быстро двигаясь вдоль стены в сторону ниши.
Она была неглубокой, радиусом не более полутора метров. В славные времена ниша, несомненно, служила для размещения статуи. Юный сыщик попробовал стену в глубине ниши, но не нашел следа потайной двери или какого-либо отверстия. Однако заметил, что раствор между камнями кое-где был выщерблен, образуя глубокие трещины. После долгих ощупываний Эдмонд убедился, что свет шел не из приоткрытой двери, а из длинной щели, выходящей в светлую комнату. Сейчас она была погружена во тьму. Он решил не настаивать и вернуться в обитаемую часть замка, но прийти сюда в разгар дня вместе с Юпитером Брумом и разгадать тайну.
— Ибботсон, — тихо окликнул он.
Никакого ответа. Кузнец, похоже, решил уйти по-английски. Эдмонд пожалел о его уходе, поскольку Ибботсон лучше знал дорогу в лабиринте залов необитаемой части. Еще больше он пожалел, что забыл фонарик. Он был необходим в густой темноте, которую не пробивало даже сверкание снега.
— Придется идти на ощупь вдоль стен, — прошептал он.
Это было не так легко, как казалось. Стены словно ускользали от него, желая сбить с толку на незнакомом пути. Чувство ориентации или просто счастливая звезда помогло выйти из оружейного зала, а потом по поперечному коридору он вышел к спиральным лестницам, ведущим на верхние этажи. Эдмонд облегченно вздохнул и тут же споткнулся о ступеньку. И вновь его охватила нерешительность. Вдали опять заверещал сверчок, но теперь с удвоенной силой и скоростью. Через несколько секунд в коридоре возник неясный свет. Эдмонд увидел, что два из окон слабо осветились. Слишком слабо, чтобы разогнать тьму, но вполне достаточно, чтобы подобраться к одному из окон. И тут юный сыщик увидел нечто необычное в снежном покрове. Свет происходил от фиолетового пучка лучей, струящихся из одной из бойниц Южной башни. Лучи были направлены в сторону похороненной под снегом деревни. А что творилось на хуторе? Эдмонд не поверил глазам своим. В лучах света в воздухе с ужасающим шипением взмывали клубы пара. Снег словно вскипал, и вдруг с яростным грохотом в небо поднялся столб огня.
— Снег горит… хутор взрывается! — завопил Эдмонд.
После яркой вспышки вернулась черная, как Эреб, ночь. Пучок света погас, и воцарилась гнетущая тишина. Ненадолго. Послышался новый треск, но на этот раз рядом с молодым человеком. Лестницу сотрясали тяжелые шаги, под которыми трещали ступени.
— Доннерветтер!
Доннерветтер… Эдмонд увидел, что мужчина, а не призрак передвигался в темноте. Он пришел в себя, услышав тевтонское ругательство. Если бы можно было увидеть! Словно исполняя его желание, над лестницей появился свет большого факела. Факел пылал в руке громадной тени, спускавшейся по лестнице. Молодой человек услышал отчаянный топот, потом два выстрела. Сомнений не осталось. Он узнал шум выстрелов и острый запах пороха. Он яростным прыжком бросился на лестницу навстречу факельщику.
— Сдавайтесь! — выкрикнул он.
Мужчина поднял факел, и в другой руке тени блеснул револьвер, направленный на Эдмонда.
— Прочь с дороги, упрямый осел! — проорал резкий голос.
— Мистер Симпл! — воскликнул Эдмонд. — Вы сошли с ума? Что здесь происходит?
— Вон! — продолжил человечек, которого теперь освещал свет факела. — Уйди или я пристрелю тебя!
Не обращая внимания на угрозу, Эдмонд бросился на Симпла и схватил бы его за глотку, не дерни его за щиколотку невидимая рука, сбросив с лестницы. Когда он встал, вопя от боли, свет факела исчез. Потом появился новый факел с другой стороны. Это были фонари Брума и Смокера, которые бежали к нему, привлеченные грохотом выстрелов.
— Эдмонд… — вскричал слуга. — Вы живы! Какая удача! Мы боялись, что найдем вас мертвым! Быстро спускайтесь вместе с нами. Надо закрыть это крыло замка, кишащее демонами.
— Прежде всего надо поймать Симпла, — в ярости проворчал Эдмонд.
— Он в любом случае не мог покинуть замок, — сказал мистер Смокер, взяв Эдмонда за руку. — Сначала спустимся, потом проведем военный совет.
— Ибботсон внизу? — спросил Эдмонд, следуя за Брумом.
Брум удивленно оглянулся.
— Как, он не с вами?
Увы, Филеас Ибботсон не был найден!
Глава 8Стучат в большие ворота
Это был жалкий военный совет. Он состоялся у пылающего камина в обеденном зале. Стол был накрыт, но к еде никто не притронулся. Совет состоял из Эдмонда Белла, Смокера и Юпитера Брума, поскольку Ада Бранстор, чьи мысли витали далеко и в расчет не принимались. Единогласно решили не приглашать миссис Смокер, Марту и Полли Страггс а отослать их к кастрюлям. Они действительно не могли быть полезными, поскольку только стонали и плакали.
Эдмонд в нескольких словах рассказал о том, что с ним случилось. Ни один не мог объяснить, что произошло со снегом, за исключением Смокера, который утверждал, что это может быть природным явлением. Казалось, он сам сделал это открытие, ибо постоянно постукивал себя по ляжкам.
— Если только Снайдер Скрю не совершил какой-либо неосторожности в своем заснеженном бараке!
— Кто знает! — ответил Эдмонд. — Мне кажется, что огненный столб вырос как раз на месте его жилища.
Брум ничего не мог противопоставить этому предположению.
— Хотя я долгие годы живу прислугой в замке мистера Деннмарка, — объяснил он, — необитаемую часть я почти не знаю, ибо хозяин неохотно разрешал посещать ее.
— Ваш хозяин, похоже, работал в одном из пустых залов? — спросил Эдмонд.
Юпитер отрицательно покачал головой:
— Нет, нет и нет! Его лаборатория находится в этой части замка за двойной дверью большого коридора. Должен заметить, что мистер Деннмарк был противником всего сложного. И его рабочее место небогато инструментами. Я ничего не знаю об этом таинственном сверчке.
— Надо узнать побольше о Симплах, — решительно заявил Эдмонд.
— Эти люди не поддерживали связи ни с кем, — уверенно сказал Смокер. — Они приехали сюда в Брайтон… да, да… я сейчас припоминаю. Это было на следующий день после начала Первой мировой. Они прибыли из Лондона, из Сток-Ньюингтона, где их дом был разрушен бомбой во время смертоносного налета цеппелинов.
— Примерно так, — кивнул Брум. — По моему мнению, Симпл окончательно сошел с ума. Он и так наполовину был сумасшедшим.
— Не думаю, — возразил Эдмонд. — Его поведение было совершенно нормальным.
Шум яростных голосов заставил всех вздрогнуть.
— Нет, я не хочу!
Удивленная троица уставилась на вскочившую мисс Банстор, которая бросала яростные взгляды вокруг.
— Я не люблю солянку, вы слышите! Я не хочу этой мерзости в моем доме! Выбросьте все это на помойку! Немедленно!
Разгневанная женщина ударом ноги опрокинула столик со стаканами и бутылками и выбежала из комнаты.
— Она тоже сошла с ума, — прошипел Смокер. — Кстати, если так продолжится, мы все вскоре станем буйно помешанными!
Эдмонд принялся нервно расхаживать по комнате, бормоча под нос:
— Песня… Песня… Да, да, я начинаю соображать, точно вам говорю!
Смокер бросил многозначительный взгляд на Брума, который с недоверием и страхом следил за молодым человеком.
Но Эдмонд вскоре успокоился. Он сел и со смехом сказал:
— Не беспокойтесь обо мне и не обращайте внимания на мое умственное состояние. Давайте продолжим разговор. Прежде всего надо отыскать Ибботсона. Я не понимаю, что с ним случилось. Что вы думаете о нем, Смокер?
— Грубиян, но не злобный. Мы с ним самые старые обитатели Брайтона.
— Вдовец или холостяк?
— Холостяк. Поговаривают, что он вроде обручен с Полли Таггс, служанкой дам Банстор, но эти дамы даже слышать об этом не хотят. Эта Полли — простая пустышка, но очень сговорчивая.
— Мне кажется, еще не зашла речь о существе, которое считают волком-оборотнем, — продолжил Белл.
Смокер усмехнулся:
— О нем редко говорят в Брайтоне. Мой друг Брум изредка говорил о нем, когда заходил выпить пивка. Кроме него, никто в деревне не упоминал о нем, кроме Снайдера Скрю. Ни я, ни мои, ни Ибботсон, ни бедняжка Полли никогда не видели чудовище, иначе чаще бы говорили о нем.
В этот момент Эдмонд Белл наклонился к очагу и выхватил старый фетровый тапок.
— Эге, старый тапок, который принадлежал Полли, — усмехнулся Смокер. — Какая грязнуля эта служанка! Конечно, за пять шиллингов в неделю и скудную пищу дамы Банстор не могли нанять порядочную прислугу!
Эдмонд внимательно оглядел тапок.
— Будьте любезны, позовите Полли.
Брум повиновался и вскоре вернулся.
За ним тащилась служанка, волоча ноги и чуть не плача, как обычно.
— Полли, — любезно обратился в ней Эдмонд, — не думаю, что вы еще долго будете в услужении мисс Банстор, когда мы освободимся из этой снежной тюрьмы.
Служанка уставилась на него громадными пустыми глазами и тут же застонала:
— Меня увольняют? Но… я ничего не сделала. Господи, я больше никогда не найду места.
— Но вы выйдете замуж за Фила Ибботсона, не так ли?
Полли спрятала лицо в засаленном переднике и зарыдала пуще прежнего:
— Увы, нет! Мисс не желает этого!
— Ладно, не плачьте, — продолжил Эдмонд небрежно, — ваше дело идет к развязке, поскольку вы расхаживали вместе с ним. Смотрите… табачная жвачка расплющена вашей подметкой.
Полли покраснела и едва слышным голосом пробормотала, что они с Филом по ночам разгуливали по замку. Но он ни разу не завел разговора о свадьбе.
Эдмонд отослал ее в кухню. Красная от стыда, она поспешно вышла из зала.
— Теперь мы знаем тайну ночных прогулок Фила, — улыбнулся Смокер. — Бедняга! Надеюсь, с ним ничего не случилось!
Эдмонд замолчал, уставившись на пламя.
Мысли его были запутанны, тайна, которую он хотел выяснить, казалось более туманной, чем когда-либо, хотя там и сям вспыхивали огоньки, пронзающие окружающий туман.
— Когда схватим Симпла за шкирку, узнаем больше, — заявил Смокер с торжественностью судьи. — Мы сможем извлечь истину их этого жалкого тела, мистер Белл.
Брум взял урчащий чайник с огня и принялся готовить ромовый грог.
— Мне кажется, снежная буря чуть поутихла, — сказал он. — Ветер скоро сменится на северо-восточный, разгонит снежную массу, проделает в тучах дыры, и мы сможем выйти из дома. Но придется ждать еще несколько дней.
Эдмонд поднял руку:
— Вы ничего не слышите?
Смокер прислушался. Когда сыщик глянул на Брума, то увидел, что слуга невероятно побледнел.
— Шум доносится со двора колясок, — пробормотал он. — От ворот… Господи, в ворота стучат!
Смокер недоверчиво вскрикнул:
— Кто это может быть? Кто может стучать в ворота, заваленные двенадцатью футами снега?
— Пошли и посмотрим, — решил Эдмонд. — Возьмите фонари и оружие, если хотите… Вперед!
Они пробежали по круговому коридору, ведущему к входным воротам, которые появились в свете их фонарей. Непрерывный стук сотрясал деревянные створки.
— Кто там? — крикнул Юпитер Брум.
— Друг! Открывайте, — ответил глухой усталый голос.
— Господи! — хором воскликнули Брум и Смокер.
Засовы убрали, и ворота со скрипом открылись. В холл ворвался настоящий вихрь снега. Человеческое ли существо с трудом преодолело плотную завесу и переступило порог? Человек с трудом смахнул снег, и вскоре появилось худое выдубленное лицо. Человек был незнаком Эдмонду, но его спутники не были удивлены.
В дом вошел Снайдер Скрю!
Глава 9За запретной дверью
— Мистер Белл, — заявил Снайдер Скрю, согревшись у огня, — так называемый волк-оборотень в данный момент попал в западню. Осталось только взять его за шкирку.
Эдмонд пораженно поглядел на него:
— Вы меня знаете, мистер Скрю?
— Меня зовут вовсе не так, — тягучим голосом ответил человечек. — Мое настоящее имя Морлох Хейнс, я инспектор Скотленд-Ярда. Ваш уважаемый отец меня совсем не любит, поэтому я уже два года живу в Брайтоне, но пока никак не могу поймать пресловутого волка-оборотня.
— Я рад встретиться с вами, сэр, — сердечно сказал Эдмонд.
— Действительно! А я не очень рад встрече, мистер Белл. Подумайте только: два года инспектор специальной бригады Скотленд-Ярда тщетно пытается арестовать проклятое существо. И вот приезжает неоперившийся юнец — простите за выражение, но это именно так, — и за несколько дней выбивает у меня почву из-под ног.
Эдмонд покраснел и отрицательно покачал головой.
— Я не думаю, что вы что-то обнаружили, — продолжил Хейнс. Глаза его горели надеждой. — В любом случае я поспешил, иначе бы все обернулось плохо. Нелегкое дело проползти под снегом более мили… К счастью, переменился ветер, что помогло мне. Уже несколько часов он дует с северо-востока и уже начал сметать снег.
— Ваш дом взорвал таинственный фиолетовый луч, — сказал Эдмонд. — Могу сказать, что счастлив, ибо вас там не было.
— Фиолетовый луч! Что вы знаете о фиолетовом луче? — спросил инспектор, поджав губы.
— Не скрою от вас, инспектор, я все же обнаружил кое-какие мелкие вещи, — ответил Эдмонд. — Я пока не знаю, под чьей личностью прячется волк-оборотень, но мне осталось немного, чтобы выяснить это. Обещаю вам.
— Нет! — вскричал Хейнс.
— Подождите, сэр! Во всяком случае, я знаю, что речь идет о немецком шпионе.
— Как, — снова вскричал инспектор, — вам уже удалось узнать это?
— Даже больше! Я знаю, что он ищет изобретение, которое Военное министерство поручило мистеру Деннмарку довести до ума. Зная, что доктор Деннмарк работал над ним, шпион спрятался в Брайтоне под чужим именем. Теперь, когда работа завершена, он явился украсть аппарат, излучающий фиолетовый луч. И честное слово, думаю, ему удалось завладеть им!
— Не говорите этого! — снова вскричал Хейнс.
— Успокойтесь, он еще не унес его… Но, думаю, это скоро случится, потому что, если вам помог северо-восточный ветер, он поможет и ему.
— В таком случае идем немедленно в Южную башню, — приказал инспектор.
Эдмонд почти сурово глянул на него:
— По-вашему, инспектор, ночные сигналы должны были завлечь его в ловушку. Вы надеялись завоевать его доверие, выдавая себя за друга, за сообщника. Но человек слишком хитер. Он не позволит схватить себя, поскольку, зная, как функционирует излучатель фиолетового луча, взорвет дом.
Хейнс опустил голову.
— Да, вы правы, — признал он.
— Именно в Южной башне мистер Деннмарк спрятал свою адскую машину, но поскольку речь идет о небольшом аппарате размером не больше сверчка, полагаю, он перенес его в другое место.
— Но куда?! — воскликнули Брум и Смокер, которые до сих пор слушали и молчали.
— В единственное место замка, куда доступ запрещен. Я говорю о кабинете доктора Деннмарка в конце коридора второго этажа.
— Невозможно! — воскликнул слуга. — Только мистер Деннмарк имеет ключ. Уверяю вас, это специальный ключ.
— Верю, — сухо ответил Эдмонд, — но представьте, что в дело вмешался ловкий взломщик.
— Взломщик! Здесь, в доме!
— Да…
Хейнс кивнул. В его глазах было восхищение.
— Вы очень сильны, мистер Белл, ибо на то, что вы обнаружили за несколько дней, я потратил без малого два года.
— Я уже воспользовался отмычкой, — продолжил Эдмонд, — и в тот день видел восхищение в чьих-то глазах.
— Очень хорошо, — сказал Хейнс и улыбнулся, расслабившись. — Пошли в кабинет мистера Деннмарка.
— Позвольте мне взять кое-какие инструменты, чтобы открыть дверь, — сказал Юпитер Брум.
— Нет смысла. Уверен, она открыта.
— Почему вы сразу не отправились туда, сэр? — спросил Смокер.
— Просто потому, что час назад я еще не знал того, что знаю сейчас, мой друг, и я предвидел опасную ситуацию. И предпочел выждать, чтобы рассвело. Должен признать, я не знал о действии северо-восточного ветра!
— Значит, — зло перебил его Брум, — вы сегодня решили еще и…
— Найти волка-оборотня! Никаких сомнений!
— Тогда вперед! — вскричали Смокер и Брум.
— Минутку! Смокер может нас сопровождать, а Брум должен остаться здесь со своим ружьем. Приказ стрелять в любое подозрительное лицо. Да, да, Брум, в любого, даже в вашего лучшего друга.
Они зажгли лампы и фонари, а Хейнс проверил свой револьвер.
— Думаю, он вам не понадобится, — сказал Эдмонд.
Инспектор открыл дверь, но тут же отступил перед человеком высокого роста, очень худого, вооруженного наточенным обоюдоострым ножом, который готовился войти в зал. Эдмонд прыгнул на него, обхватил и втащил в зал. Незнакомец отбивался, как демон. Неописуемое удивление! Это была мисс Ада Банстор.
— Брум, заберите у нее нож, — спокойно приказал Эдмонд. — Привяжите к креслу и заткните рот, если не захочет молчать.
И словно забыв о ней, схватил один из фонарей и возглавил шествие. В коридоре второго этажа царила гнетущая тишина. Из кухни донесся женский смех. Миссис Смокер и две девушки не подозревали о происходящем.
— Осторожно, — шепнул Смокер. — В кабинете доктора горит свет. Глядите на полоску под дверью.
Эдмонд улыбнулся и толкнул дверь. Перед ними открылась довольно просторная, скупо обставленная комната. На столе в стеклянном подсвечнике горела большая белая свеча. Рядом стоял аппарат из блестящего металла размером не больше пишущей машинки. В воздухе плавал запах хорошего табака. В кресле сидел человек и курил трубку. Когда они вошли, он поднял голову и вежливо сказал:
— Здравствуйте, джентльмены.
— Симпл! — воскликнул Смокер.
— Тсс, — человечек поднес к губам указательный палец, — она спит. Она очень устала.
И указал на широкую кушетку, на которой лежала женщина, погруженная в глубокий сон.
Хейнс, ухмыляясь, смотрел на него.
— Займитесь им, — сказал Симпл, — хотя боюсь, что уже поздно. Кем бы он ни был, человек он мужественный.
На полу неподвижно лежало крупное черное тело. Эдмонд отступил на два шага. Его лицо посерело. Огромное волосатое тело, чье лицо было скрыто кожаным капюшоном, было… волком-оборотнем.
Хейнс осклабился еще шире.
— Превосходный костюм, не так ли? Настоящий комбинезон подводника с броней против пуль. Она, наверное, выдержит и удар фиолетового луча доктора Деннмарка.
Дрожащей рукой юный сыщик сорвал кожаную маску. Бледный свет свечей осветил обескровленное лицо Филеаса Ибботсона.
Смокер застонал, а Хейнс пожал плечами:
— Не оплакивайте его. Это самый ловкий взломщик Англии. Но он был слишком хитер, чтобы попасться живым. Уверяю вас!
Глава 10Маски сорваны
— Вот он настоящий волк-оборотень! — завопил Смокер.
Хейнс выглядел недоумевающим и разозленным, а Симпл продолжал спокойно наслаждаться трубкой.
— Нет, — заявил Эдмонд Белл, — это не волк-оборотень! — Он склонился над телом, разорвал странный волосатый комбинезон, ощупал карманы мертвеца и достал из них револьвер. — Из этого оружия Ибботсон стрелял в волка-оборотня в первую ночь, проведенную в Брайтон-Кастл, иными словами, в того, кто расхаживал в этом наряде. Поэтому он не может быть волком-оборотнем.
— А почему он действовал в ту ночь столь таинственно? — спросил Смокер.
— Потому что хотел вернуться к своей основной профессии взломщика, — ответил Хейнс. — Он высматривал, что можно украсть.
— Верно, — добавил Эдмонд, — а история со сверчком была хитрым прикрытием. На самом деле он обходил замок, запоминая план, с целью вернуться позже, когда утихнет снежная буря.
— Если волк-оборотень не он, — вздохнул Смокер, — то кто он? — Он бросил косой взгляд на Симпла, который спокойно курил, словно происходящее его не касалось. — Почему Симпл убил Ибботсона? — продолжил Смокер.
Хейнс хлопнул себя по лбу:
— А ведь верно, Смокер прав! Скажите, Симпл, почему вы это сделали?
Симпл попросил, чтобы разговор вели тихими голосами, чтобы не разбудить спящую жену. Потом, бросив быстрый взгляд на тело кузнеца, заявил:
— Будь я волком-оборотнем, я бы убил Фила Ибботсона. Но поскольку я не волк-оборотень, я его не убивал.
— Чушь! — выкрикнул Хейнс.
— Нет! — перебил его Эдмонд Белл. — Это не чушь. Мистер Симпл не волк-оборотень. Ибботсона убил подлинный волк-оборотень. Вы, инспектор Хейнс, должны быть в курсе шпионской активности, чтобы знать, каким образом шпионы избавляются от ненужных людей.
Хейнс откашлялся и бросился к телу, приподнял тяжелую голову и принюхался.
— Вы опять правы, Белл. Этот тип наглотался цианистого калия. Вернее, его заставили его принять.
— Или вкололи, что одно и то же. Яд действует мгновенно. Затем убийца, обладающий немалой физической силой, натягивает на него комбинезон, чтобы запутать следы. Неплохо придумано, инспектор?
— Я едва не угодил в ловушку, — согласился Хейнс. — Думаю, Симпл знает больше, чем говорит. Вы опоздали, чтобы помочь Ибботсону?
— Да, — усмехнулся человечек, — я знаю больше о том, что касается меня. Я бы не стал для него ничего делать, поскольку он человек злой. Можете искать волка-оборотня. Если найдете, он ваш и хватайте его. Но если не найдете, я его убью… Он погибнет в любом случае. Но каждый будет действовать самостоятельно.
Эдмонд положил руку на плечо странного старика и любезно сказал:
— Вы с женой испили чашу страданий, мистер Симпл. Ваш дом был разрушен вражескими дирижаблями…
— И убиты два моих ребенка, — всхлипнул бедняга.
— Шум выстрелов пробудил у вас воспоминание об ужасной лондонской ночи. Вы инстинктивно схватили свой пистолет и выстрелили в воздух… в воображаемый цеппелин.
— Да, — кивнул Симпл, — ведь я безумен… опасно безумен. Как и жена. Мы не найдем покоя, пока не убьем нескольких из этих убийц. Теперь вы знаете все. Оставьте меня в покое. Но повторяю, если не убьете волка-оборотня, его убью я.
— Значит, вы знаете, кто он! — воскликнул Хейнс.
— Это мои дела, сэр, и попрошу больше меня не беспокоить.
— Вернемся в обеденный зал! — сухо приказал Эдмонд.
Они вошли в зал, когда миссис Смокер, Марта и Полли Таггс появились, чтобы пожелать всем спокойной ночи, и увидели связанную мисс Банстор и охраняющего ее вооруженного Брума.
Полли взвизгнула:
— Что сделала эта бедная мисс?
— Хейнс, закройте дверь на двойной оборот ключа, — шепнул Эдмонд на ухо инспектору. Потом огляделся и удовлетворенно улыбнулся. — Хорошо! Все, замешанные в этом деле, присутствуют. Инспектор Хейнс, прошу вас арестовать преступника, прятавшегося под личиной волка-оборотня.
Хейнс печально пожал плечами:
— Помилуйте, Белл. Я проиграл. Скажите, кого я должен арестовать?
— Согласен, — сказал юный сыщик. — Просто персону, которая, как любой уважающий себя немец, любит солянку! — И с револьвером в руке развернулся, готовый выстрелить. — Полли Таггс, не двигайтесь, или всажу вам пулю в лоб.
— Не может быть! — хором вскричали Смокер и Брум.
Полли Таггс рухнула в кресло. На ее лице играла издевательская улыбка. Выражение тупости исчезло. Она заговорила четким энергичным голосом:
— Мне все равно. Поскольку я потеряла аппарат Деннмарка, моя жизнь ничего не стоит ни для меня, ни для моей родины. Я сдаюсь.
Хейнс положил ладонь на ее руку.
— Именем закона… — начал он, едва сдерживая волнение. — Вы не Хильда Сторхвальд?
— Графиня Хильда фон Сторхвальд, — с улыбкой поправила она его.
Вдруг послышался яростный голос.
— Она убила мою сестру! — выкрикнула мисс Банстор, сумевшая вытолкнуть изо рта кляп.
— Я действительно с удовольствием подтвердила бы, что убила эту дорогую Эмили, — заявила пленница. — Увы, это не так! Она погибла из-за собственной оплошности. Увидев, как я вышла из комнаты, она не побоялась проследить за мной. Уже в этот момент ее жизнь была в опасности. Я была обязана отделаться от нее. Но меня опередила эта сумасшедшая миссис Симпл. Держите крепче этих чокнутых, мистер Белл. У этих существ исключительно развиты чувства. Не знаю, каким образом она установила, что я была немкой и врагом. Темнота подвела ее. Она убила Эмили вместо меня. — Шпионка бросила на Эдмонда Белла хитрый взгляд. — Потом появились вы, мистер Белл, я вас оглушила… Я сохранила вам жизнь, не зная, насколько юный парнишка опасен для меня.
И нагло рассмеялась.
— Значит, это вы промыли мою рану и дали понюхать эфир?
— И не думайте! Я не медсестра. Эти услуги вам оказал добряк мистер Симпл.
— Почему вы убили Ибботсона?
— Мы были обручены… По крайней мере, так думал этот дурак. Мне было нужно его умение взломщика, поэтому я связалась с ним. Увы, он стал меня подозревать. Слишком много трепался о сверчке. Я должна была скрыться этой ночью и ждала, когда северо-восточный ветер разгонит снег. — Она снова рассмеялась. — Я предусмотрела эту снежную бурю, как и доктор Деннмарк. Я тоже доктор наук и долго работала в обсерватории Трептова.
— Жаль, что вам иногда мешали готовить солянку, хотя она вызывает отвращение мисс Банстор, — усмехнулся Эдмонд.
— Увы, никто не совершенен, — вздохнула шпионка.
Через три дня Эдмонд вернулся в родительский дом в Лондоне. И увидел отца сидящим перед шахматной доской напротив… мистера Деннмарка.
— Я запретил ему возвращаться в Брайтон. Ему не только грозила большая опасность. Он бы запутал все, — заявил Дэвид Белл.
— И взвалил всю ответственность на мои плечи! — пожаловался Эдмонд.
— Я был уверен в тебе, мой мальчик, — серьезным тоном ответил отец.
Эдмонд сказал себе, что эта похвала была лучшей из всех, которые он слышал!