— Хамство, разгильдяйство, отсутствие какого-либо воспитания! Твое имя, адепт… Ты будешь у меня на особом учете самых отъявленных хулиганов!
— Вайолет Грин… — я все еще не понимаю, о чем таком она говорит, и зачем перечисляет все эти странные слова, но с такими непредсказуемыми и очень громкими дамочками я всегда стараюсь вести себя как можно более неприметно, а после им на глаза не попадаться.
— Грин, значит, — тетенька в удавке опускается наконец в свое кресло, принимаясь лихорадочно рыться в куче пергамента, сложенного стопкой у нее на столе.
— Да, я прибыла с Карсины, пятая планета в секторе Шурша, распределена на факультет целителей… Но мне хотелось бы попасть на факультет алхимии. Я алхимик, мисс…
— Мисс Теер, — уже чуть более низким голосом отвечает мне дамочка. — Идан Теер. Учти, Вайолет, если ты у меня на особом учете, тебе придется регулярно навещать мой кабинет, ведь мы обе заинтересованы в том, чтобы…
Я тем временем аккуратно, как можно незаметнее, тянусь к задвижке на клетке, надеясь ее открыть и дать Базилику улизнуть.
— …Любую проблему, даже самую сложную, можно решить, адепт. Я распоряжусь, чтобы вместе с расписанием ты получила актуальный график посещений психолога, а еще, чтобы тебя записали на факультатив по этике и морали, тебе не повредит…
Я, честно сказать, не шибко внимательно ее слушаю. Пока эта женщина, мисс Теер, или как там ее, возится с бумагами и что-то беспрестанно пишет, не прекращая болтать своим визгливым голоском, я почти-почти незаметно добираюсь пальцами до клетки. Баззи на мгновение перестает грызть прутья, но, видимо, поняв, что может тем самым нас выдать, тут же начинает скрежетать зубами о металл вдвойне усердно. Звука отпирания задвижки даже не слышно в общей какофонии — разве что дверка, когда я ее открываю, издает весьма ощутимый скрип.
Все тут же замирают. Я, Базилик, противная женщина в удавке.
И уже в следующую же секунду все приходит в движение. Мой питомец тут же взлетает, перебираясь ко мне на затылок, я отбегаю на пару шагов назад, а Идан Теер вскакивает со стула, намереваясь обогнуть стол и пресечь мое дерзкое способствование побегу летучей мыши.
— Адепт! Ты вообще в курсе, что фамильяры не могут находиться без присмотра, тем более — в запретных секциях?!
— Честно, тетенька, он больше не будет, он просто голодный был…
Я успеваю отступить к самой двери. Надо и ее как-то умудриться открыть и как можно быстрее улизнуть отсюда.
— Факультатив психологической коррекции три раза в неделю! И… и…
— Мы… На ужин опоздаем, — скоропалительно бросаю я, после чего быстро выскакиваю за дверь.
Надеюсь, она не помчится за мной. А даже если помчится… Я ныряю в темную нишу в ближайшей стене, чтобы слиться с ней, надеясь, что эта странная тетенька Идан меня в ней не заметит. Но не успеваю я замереть…
Как понимаю, что натыкаюсь спиной на кого-то, кто уже там стоит.
Едва успеваю подавить вскрик от неожиданности, и тут же разворачиваюсь.
— П-простите… Ах ты ж громкая дуделка! Снова ты?!
Из темноты на меня смотрят два светло-серых глаза моего неудавшегося, вылеченного эксперимента. Того, которому я строго-настрого запретила покидать склад некромантских отходов, битую четверть часа объясняя ему, что я вовсе не хотела его лечить, и что таскаться за мной везде не нужно.
Вероятно, не послушал.
— Адепт! Я не позволяла тебе покидать мой кабинет! Такими темпами ты будешь одни исправительные факультативы посещать вместо занятий, и… О-о-о, — о, да, вероятно, мой неудавшийся эксперимент по имени Морт все-таки попадается ей на глаза.
Я разворачиваюсь к ней, чтобы попытаться объяснить, но тут…
— Какие прекрасные глаза, — голос Морта звучит так тихо и вкрадчиво, что я не могу поверить, что он принадлежит ему.
10. Морт применяет магию?
— Какие прекрасные глаза, — голос Морта звучит так тихо и вкрадчиво, что я не могу поверить, что он принадлежит ему.
Мне приходится смотреть то на него — кстати, когда он успел переодеться?! — то на мисс Теер, у которой глаза округляются не меньше моего, то снова на него.
— Ч-что? — кажется, комплимент моего новоявленного друга, повергает мисс Теер в совершенный трепет.
— Высоко очерченные скулы… Чувственные губы… Я бы написал ваш портрет, мисс, — с этими словами Морт подходит к визгливой тетеньке почти вплотную, — Вы позволите?
К слову, одетый теперь в такую же ученическую мантию, как и у меня, только сплошь черного цвета, Морт берет руку Идан в свою и на краткий миг подносит к губам.
— Адепт, что вы себе позволяете… — совсем не протестующим тоном, как можно того ожидать, отвечает она, а ее щеки заливаются краской.
— Я бы, пожалуй, тоже, как-нибудь… Заглянул на факультатив вместо занятий, — это Морт произносит, склоняясь к уху женщины, словно бы для того, чтобы она слышала это лучше. Странно, ведь это совершенно незачем — даже я их слышу. И Базилик у меня за шиворотом.
— Как вам… Тебе будет угодно, адепт, — Идан Теер, кажется, окончательно смущается поведению высокого блондина, и зачем-то теребит удавку на своей шее.
— Тогда ступайте… Внесите меня скорее в список. Мортимер де Вардерлоорд.
— Х-хорошо…
— Буду с нетерпением ждать занятий, — голос Морта под конец становится совсем низким и тягучим… С едва слышимой хрипотцой.
Ну и имечко у него, конечно. Впрочем, оно тут же вылетает у меня из головы. Уверена — у этой препротивной Идан Теер тоже.
Когда та скрывается за дверью своего кабинета, Морт переводит взгляд обратно на меня, и отчего-то едва уловимо трясет головой, словно бы выходя из какого-то транса. Я, пользуясь случаем, тут же хватаю его за рукав, уводя за собой в укромный закуток в конце коридора, дабы на нас еще кто-нибудь не наткнулся… Из адептов или, того хуже, преподавателей.
— Как ты… — я даже не могу сперва сформулировать вопрос. — Как тебе вообще это удалось?
— Что?
Подходящее слово находится само собой.
— Ты словно… Ее приворожил.
— Не знаю… Мне нужно было защитить Вайолет.
О, мы снова вернулись к привычному образу “я Морт, у меня после лечения осталось всего полторы извилины мозгов”. Взгляд, по крайней мере, такой же, как там, на складе, когда я его только-только исцелила.
— Но ты… Ты словно стал другим человеком! А имя? Тебя правда так зовут?
— Не знаю… Все произошло само собой.
Так. Я совсем перестаю что-либо понимать. Когда ему надо — он становится весьма умным и сообразительным. А как в общении со мной… Ни слова не вытянешь. Базилик и то полезнее будет!
— Ну, то, как ты вел себя… — не унимаюсь я. — Словно к тебе возвращаются воспоминания из прошлой жизни.
— Прошлой жизни? — на лице Морта проявляется даже какое-то подобие эмоций, но вряд ли я способна понять, что они значат.
— До того как ты умер... Или заболел. Ведь если я тебя вылечила, это была болезнь, да? Впрочем, я еще не до конца разобралась, что с тобой было. Может, ты знаешь?
От обилия всех нюансов, которые приходится учитывать, у меня в буквальном смысле начинает болеть голова. Я даже прикладываю пальчики к вискам, пытаясь собраться с мыслями.
— Не знаю, — все так же коротко отвечает Морт.
— Ничего-то ты не знаешь… А мантию где взял? Не мог же ты вот так просто оказаться зачисленным в адепты?
— Нашел. Там таких много, на складе… Все почему-то очень грязные.
Я повела носом — от Морта и впрямь шел запашок тот еще. Такой, словно и не было моего лечения.
— Ты воняешь, словно застарелая мертвечина, — вздыхаю я.
— Я старался найти одежду почище.
— Нам все равно придется раздобыть тебе другую. Кажется, мне сказали, все вещи выдает комендант общежития… Но у каждого факультета он свой? Голова кругом идет от всей этой информации, — я сверяюсь со смятой картой, вытащенной из кармана, после чего тяну Морта за собой.
— Вайолет очень красивая, — вдруг заявляет мое ходячее недоразумение, из-за чего у меня чуть ли глаза на лоб не лезут, и я резко останавливаюсь.
Из-за шиворота показывает голову Базилик, вмешиваясь в ставший совсем уж возмутительным для него диалог:
— Бз-зз-зз!..
— Ты теперь и ко мне свою магию решил применить? — подозрительно прищуриваюсь я.
— Нет, — невозмутимо отвечает Морт. — Просто захотелось сказать.
— Смотри мне. Хоть магический дар у тебя и полезный… На себе испытывать ее не очень хочется.
— Хорошо.
— Знаешь, не припомню, чтобы я о такой когда-нибудь слышала или читала. Эдакая разновидность ментальной магии... Приворожение можно отнести к ментальным способностям?.. — и тут я чуть не подпрыгиваю на месте, когда, все еще будучи в своих мыслях, вдруг прихожу к очевидному выводу. — Морт! Ты понимаешь, что это значит?!
— Нет.
— Ты и твоя магия!..
— Я и моя магия?
— Ты и есть мой недостающий ингредиент!
От избытка радости я все-таки хлопаю в ладоши, а после, поддавшись чувствам, бросаюсь парню на шею, крепко сжимая его в своих объятиях.
Я нашла его!
Нашла!
Магия приворожения станет идеальным подспорьем в создании моего идеального приворотного зелья!..
Когда я, наконец переведя дыхание, отстраняюсь и снова стою крепко обеими ногами на полу, Морт произносит:
— А ты пахнешь, как мясной пудинг.
Готова поспорить, в это мгновение на его лице промелькивает нечто, похожее на подобие улыбки.
11. Вай и Морт ходят по очень тонкому льду
***
— Бз-з-бз?
Мне приходится запустить руку в карман, отщипнуть там кусочек вконец размякшего мясного пудинга, и угостить питомца, который уже весь извелся, царапая мое плечо коготками.
Я нервничаю, а оттого невольно рассуждаю вслух:
— Нужно разобраться с тобой, Морт… Сдается мне, недолго тебе удастся вот так просто расхаживать в чужой мантии. Да и жить тебе где-то нужно…
Он молчит, и на том спасибо. Просто таскается за мной по пятам. Хотя, если так подумать — мог бы и подкинуть парочку идей! Не все же мне одной вот так голову ломать…