— Я согласен с тем, что эту игрушку надо закрыть, — заявил Снорссон. — Мы уже восстановили достаточно сил, и есть… симптомы, на которые пока закрывают глаза, но которые кажутся подозрительными.
— А именно? — уточнила Кенга.
— Мы видим сны, — признался Снорссон. — Те, кто проходил через Врата. Странные сны. Чужие.
— Это ни о чем не говорит, сны бывают очень причудливые сами по себе. Тем более у тех, кто пережил такой впечатляющий опыт, резко выбивающийся за границы привычного.
— Но не вещие сны же, — вздохнул капитан. — Воспоминания о грядущем сложно назвать обычным явлением.
— Погодите-ка, вам снятся события, которые помнит другой вы? — переспросил Скунс. — Какая-то запутанность между вашими сознаниями образовалась?
— Нет, — покачал головой Снорссон. — Будущее по отношению к нашему общему настоящему. Если это и воспоминания, то воспоминания третьего меня, из будущего.
— Ох, вот я же предупреждал, что будет такая фигня! — простонал Енот.
— Но про запутанность сознаний это верно, — продолжил раукаанец. — Помимо сновидений бывают сны наяву. Когда вроде не спишь, но теряешь ощущение «где ты». Будто оказываешься в чужом теле, делаешь что-то, а потом оказывается, что этого не было. Или было, но не с тобой. Возможно, это действительно моменты жизни другого меня. Проверить не получится без контакта. И сами понимаете, такие видения — это большая проблема. Если мне привидится, что я отдал приказ, а на самом деле это сделал другой я для другого корабля? Я буду в уверенности, что скомандовал, но этого никто не выполнит, потому что я молчал… Страшно представить, что может произойти.
— Это только у вас подобные симптомы или у других тоже? — Скунс сделал какую-то пометку в инфопланшете.
— Я поговорил с экипажем, кое-кто признался, что испытывает подобную дезориентацию. Возможно, это есть и у других, просто они пока не готовы об этом сказать.
— А у других… тех, кто здесь естественным путем, а не через Врата, у них есть подобное?
— Хотел бы я знать. К сожалению, не всегда есть возможность поговорить откровенно. И не забывайте, я не знаю всех, кто имеет временных двойников. И есть еще слухи, что странности бывают не только у людей. Я слышал это от своего экипажа, а они разговаривали в баре на одной станции с экипажем шахтерской экспедиции. Шахтеры использовали камень времени, и попробовали применять его не для замедления и ускорения локального времени людей. В общем, по слухам, после добычи минералов камень вернул время назад, и минералы восстановились. Одни и те же минералы удалось добыть дважды. И они лежали рядом друг с другом, настоящие, их можно было использовать.
— Ух ты, вот бы нам такую штуку для боезапаса и топлива! — мечтательно воскликнул Пух.
— Да уж, если это правда, то кровь в жилах стынет от открывающихся перспектив, — интонация Кенги была предельно далека от энтузиазма.
— Повторюсь, это лишь слухи, — заметил Снорссон, очевидно не желая настаивать на неподтвержденной информации. — Байки, рассказанные в баре. Не больше.
— Но и не меньше. Подобное слишком опасно, чтобы от этого отмахиваться.
— Значит, решено, игры со временем надо сворачивать, — высказался Енот. — И срочно.
— И как это сделать? — скептически заметил Скунс. — Капитан, вы не могли бы в будущем отправить нам сообщение, что нам удалось остановить процесс?
Все помолчали. Ничего не произошло.
— Видимо, я не мог бы, — усмехнулся в усы Снорссон. — По той или иной причине.
— У нас не получится повлиять на время? — поинтересовался клан-лидер. — В смысле, это следует из происходящего, что наша попытка не будет успешной?
— Сейчас подумаю, — наморщил лоб Скунс. — Другой Снорссон должен помнить мою просьбу и то, как он вернулся в свое время, но он ничего нам не прислал…
— Возможно, я просто не захотел вам помогать, — указал на очевидное раукаанец. — Возможно, вы соберетесь делать что-то, что поставит нас по разные стороны баррикад. Я озабочен происходящим, но не предам свой клан.
— В самом деле, а что конкретно мы собираемся делать? — спросила Мама Кенга.
— Это ко мне вопрос? — уточнил Енот. — Или просто в пространство?
— К тебе, ты же здесь клан-лидер.
— Я уже сказал, можно потребовать от Раукаан свернуть хроножульничество, шантажируя их рассказом другим кланам. Нам даже особых доказательств не нужно! Покажем двоящиеся корабли, и расскажем про «приз» в виде машины времени. Все мигом соберутся, чтобы ее отобрать.
— Во-первых, мы даже не знаем, где находятся Врата Хроноса, — напомнила аналитик. — Наш милый друг капитан Снорссон не упомянул название планеты, не иначе как по рассеянности.
Капитан мило улыбнулся Кенге.
— Во-вторых, кто сказал, что рауки будут разговаривать? — продолжила та. — Помнится, по инциденту с ИскИном, они до последнего отмалчивались и прямо лгали… или как это сказать, дипломатично изворачивались? И если ты реализуешь свою угрозу и соберешь флот кланов, то что помешает раукам плюнуть на осторожность и собрать свои копии отовсюду, куда… хм, когда дотянутся? Нашему другу вон, сны из будущего снятся. Кто поручится, что это не сны того Снорссона, во времени которого не остался один клан Раукаан во всей галактике?
— Мы можем справиться и сами, — заметил Енот. — Отправимся к Вратам и приведем туда десяток «Нов». Прежде, чем кто-то поймет, что происходит, мы уже уничтожим Врата вместе со всей планетой.
— Эм, и оставите меня в сейчас? — уточнил Снорссон.
— А что такого?
— Ну как бы если мы его не отправим обратно, то непонятно, откуда взялся другой Снорссон, которого мы считаем настоящей версией, — вздохнул Скунс. — Более того, поскольку ты огласил этот план в присутствии капитана, то его будущая версия тоже об этом знает. А значит, могла уже давно предупредить руководство своего клана. Следовательно, наша атака ни к чему не приведет. Возможно, именно поэтому настоящий Снорссон и не послал нам письмо, чтобы не указать на то, что из атаки ничего не получится, и тем самым отменить ее в зародыше. Но при этом несостоявшаяся атака и не принесет результата.
— Я сейчас свихнусь тут с вами, — пожаловался Енот. — Что за чертовы многомерные шахматы? Когда мы уже сейчас делаем выводы о последствиях несделанных нами поступков!
— А я говорил, что причинность — штука тонкая, — напомнил Скунс. — Мы слишком полагаемся на врожденное ощущение того, что из чего следует. А при путешествиях во времени все работает иначе.
— Это все звучит, как бред сумасшедшего. Как сами рауки с этим справляются?
— Я боюсь, они не задумываются о всем этом, а просто что-то делают, надеясь, что последствия будет возможно разгрести, — признался Скунс.
— К тому же, у них инициатива, — добавила Кенга. — Мы пытаемся повлиять на людей, обладающих машиной времени. Мы изначально в уязвимом положении.
Глава 6
Раскол в клане Раукаан
— Тогда как нам поступить? — спросил Енот. — Как завоевать инициативу? Я готов выслушать предложения.
— Прежде всего — вы с нами или против нас, капитан Снорссон? — обратилась к раукаанцу Мама Кенга.
— Я не против вас, но я за свой клан. Что именно вы собираетесь предпринять? Я готов помочь вам, но только если это не навредит моему клану.
— Разве само то, что вы хотите воспрепятствовать деятельности вашего клана, не является выступлением против? — уточнил Енот.
— Нынешние действия полезны в тактическом плане, но несут угрозу для самого существования клана. Для большей пользы будет прекратить это.
— Но ведь формально это мятеж против руководства клана.
— Отнюдь, — возразил Снорссон. — Мое руководство приказало мне отправиться в будущее и помочь клану, но оно не говорило, что я должен закрывать глаза на угрозы. Долг каждого члена клана — работать на благо клана. И если это благо расходится с указаниями руководства, то приоритет имеет благополучие клана.
— Ух ты, ересь какая! — изумился Енот. — Вы тут это, не распространяйте вредные идеи, а то у меня народ впечатлительный, а ну как еще поверит. Это ж какой бардак начнется, если каждый будет действовать так, как сам считает более полезным для клана? Нет уж. Я лучше знаю. Мое слово — закон. И вообще, клан — это я. И какого черта мой флагман куда-то летит без меня?!
«Тот, кто живет в пруду» действительно вальяжно проплывал за панорамным иллюминатором конференц-зала.
— Он никуда не летит, сэр, — отрапортовал Пух. — Пристыкованный флагман закрывал сразу три шлюза, и вроде как влиял на ориентировку станции, перегружая двигатели стабилизации, поэтому диспетчерская попросила его убрать. Нас ожидает челнок.
— А. Ну вот, другое дело. Молодцы, хвалю. А вас за что хвалить, мозговой центр? Я жду решение.
— Раз капитан Снорссон не отказывает нам в помощи, хоть и сопровождает это определенными условиями, нам стоит заручиться его поддержкой, — высказала мнение Кенга. — Считаю очень полезным иметь в среде Раукаан своего человека.
— Это вы несколько загнули, — покачал головой раукаанец. — Я все же не ваш.
— Но вы сможете передавать нам информацию, которая скрыта от внешних наблюдателей. И сможете не вызывая подозрений проникнуть в закрытые зоны, когда нам понадобятся решительные действия.
— Это возможно. Но о каких действиях вы говорите? Я по-прежнему не понимаю.
— Я предлагаю уничтожить Врата, или, если это действие невозможно, убедить всех, что Врата более не работают.
— Каким образом?
— Понятия не имею, — призналась Мама Кенга. — Я работаю над этим.
— Кенга права, — поддержал аналитика Скунс. — Если силовой метод не сработает, то остается информационная диверсия. Надо придумать, как убедить всех одновременно, что Вратами лучше не пользоваться.
— А еще надо избавиться от камней, — добавила Кенга. — Они даже большая угроза, чем сами Врата. И вот от них избавиться куда легче — достаточно просто зашвырнуть их во Врата и отправить куда подальше.
— Вынужден разочаровать вас, — вздохнул Снорссон. — Это пробовали. Камни не исчезают за пеленой арки. Их можно физически увезти прочь, но во времени они не перемещаются.