51. Кроме названных документов, несомненную ценность представляют административная и статистическая документация52, картографические материалы53, письма и воспоминания людей, коллекции фотографий и аудиозаписей с воспоминаниями очевидцев о высланных и репрессированных эстонцах в середине XX в., хранящиеся в Мемориальном центре истории политических репрессий54.
Для изучения особенностей этнокультурных комплексов эстонцев Прикамья использовались также коллекции предметов быта из собрания Пермского краевого музея (бытовые ткани, ткацкий стан, предметы одежды)55, а также Сивинского районного краеведческого музея (каннеле (гусли), бытовые ткани). Особую ценность представляют фотоматериалы начала ХХ в., запечатлевшие эстонские хутора, жилые и хозяйственные постройки первопоселенцев на сивинских землях56. Музейные собрания стали существенным дополнением к материалам, собранным во время экспедиционной работы, так как комплексы предметов быта, особенно у эстонцев Сивинского района, к моменту экспедиционного исследования были утрачены.
К группе опубликованных источников относятся статистические материалы переписей, списки населенных пунктов Уральского региона57. Отраженные в сборниках факты позволяют проследить динамику численности и характер расселения эстонцев в Прикамье на протяжении всего периода их пребывания в регионе – с конца ХIХ в. до настоящего времени. Целый ряд статистических источников начала ХХ в. свидетельствует о хозяйственных занятиях, количестве обрабатываемых поселенцами земель, видах высеваемых сельскохозяйственных культур и разводимых домашних животных. Данные об экономических и социальных условиях жизнедеятельности первых эстонских колонистов на Урале содержат сборники «Переселенцы и переселенческое дело в Бирском и Мензелинском уездах Уфимской губернии»58; «Сборник статистических сведений по Уфимской губернии»59; «Подворная перепись крестьянского хозяйства Уфимской губернии…»60; «Справка о положении иногубернских и иноуездных переселенцев в Сивинском имении…»61. Более поздние сборники документов дают информацию о политических процессах, затронувших национальные меньшинства России в середине XX в., в том числе эстонцев62.
Вспомогательный характер имеют материалы публицистических заметок и статей местных периодических изданий, в которых упоминается о переселенческих процессах, земельных отношениях на территории Прикамья63, о коммунистическом движении в среде эстонского населения64.
Использование разных видов источников дало возможность проследить этно-исторические процессы в среде эстонской группы Пермского Прикамья на протяжении более ста лет, определить качественные этнокультурные и социальные изменения, факторы адаптации к новым условиям и сохранения этнический идентичности. Большая часть источникового материала выявлена авторами в архивных и музейных собраниях, получена в ходе полевых исследований и вводится в научный оборот впервые.
В исследовании для обозначения эстонцев, проживавших и проживающих на территории Пермского края в его современных административных границах, в равнозначном значении используются названия «пермские эстонцы», «эстонцы Пермского Прикамья» и «эстонцы Пермского края».
Структура работы определена основными проблемно-тематическими блоками исследования. Предложенные главы последовательно отражают историю эстонцев в Пермском крае, специфику традиционной культуры и этнокультурных процессов на протяжении конца ХIХ – начала ХХI в. В первой главе дается исторический обзор расселения эстонцев на территории России, исследуются основные вехи формирования эстонского населения Пермского края на рубеже ХIХ–ХХ вв., особое внимание уделено истории появления и развития эстонских хуторских поселений. Вторая глава исследования посвящена анализу сложившихся хозяйственных комплексов, социально-экономического развития эстонцев. Культурно-бытовые традиции народа, их специфика, сохранение и трансформация на протяжении XX столетия разбираются в третьей главе издания. В четвертой главе книги рассматриваются процессы, характерные для первой половины и середины ХХ в., связанные с революциями и Гражданской войной, первыми годами советского строительства, репрессиями 1930-х годов, событиями Второй мировой войны. Историко-политические изменения в этот период стали причиной новых миграционных потоков эстонского населения, отразились на судьбах сложившихся эстонских территориальных этнокультурных комплексов. В пятой главе анализируются особенности и тенденции современных этнических процессов среди эстонцев Прикамья, в том числе изменение численности, характер расселения, функционирование элементов этнической культуры.
Работа содержит несколько приложений, в которых публикуются архивные материалы, карты, а также иллюстративный материал, отражающий историю, явления материальной и духовной культуры эстонцев Пермского края.
Авторы искренне благодарят всех жителей Сивинского и Октябрьского районов, с которыми мы встречались во время полевой работы и без воспоминаний которых подготовка настоящей книги оказалась бы невозможной. Пусть это исследование станет для них своеобразным подарком – в память об истории их малой родины и всех эстонцах, судьба которых в разные исторические периоды была связана с Пермским Прикамьем. Особая благодарность администрациям, учреждениям образования и культуры Октябрьского и Сивинского районов, оказавшим организационную поддержку в проведении этнографических экспедиций. Авторы благодарят рецензентов и редактора книги и всех, кто принимал участие в ее подготовке. Особые слова благодарности нашим коллегам И. А. Подюкову и Д. И. Вайману, принимавшим активное участие в проведении полевых исследований и сборе материала.
1Вайман Д. И., Черных А. В. Немецкие хутора Прикамья: История и традиционная культура (ХХ – начало ХХI в.). СПб., 2008.
2 Поляки в Пермском крае: Очерки истории и этнографии / Под ред. А. В. Черных. СПб., 2009.
3Дриздо А. Д. К историографии эстонского населения Петербурга (60–80-е годы XIX в.) // Старый Петербург. Историко-этнографические исследования. М., 1982. С. 70–79; Лоткин И. В. Исследование прибалтийской диаспоры Сибири российскими и зарубежными учеными // Известия Томского политехнического университета. 2005. Т. 308. № 4. С. 207–211; Он же. Прибалтийская диаспора Сибири: история и современность: Учебное пособие. Омск, 2003.
4 Более подробный анализ работ см. в публикациях: Лоткин И. В. Исследование прибалтийской диаспоры Сибири…; Дриздо А. Д. К историографии эстонского населения Петербурга…
5Meomuttel J. Eesti asunikud lailises Vene riigis. Esimene katse sŏnumid kŏikide Eesti asunduste űle tuua. Jurjevis (Tartus), 1900.
6Кауфман А. А. Переселение и колонизация. СПб., 1905.
7Nigol A. Eesti asundused ja asupaigad Venemaal. Tartus, 1918.
8Маамяги В. Эстонцы в СССР. 1917–1940 гг. Таллин, 1977; М., 1990.
9Kulu H. Eestlased maailmas. Ülevaade arvukusest ja paiknemisest. Tartu, 1992; Kulu H. Eestlaste tagasiranne 1940–1989: Lääne-Siberist pärit eestlaste näitel. Helsinki, 1997.
10 Vassar A. Uut maad otsimas. Agraarne ümberasumisliikumine Eestis kuni 1863 aastani. Tallinn, 1975.
11Горнухова А. В. Миграционные процессы в республиках Прибалтики в XX веке: Автореф. дис. … канд. экон. наук: 08. 00. 05. [Электронный ресурс]. М., 2004. URL: http://www. diplomnie. com/publ/118-1-0-28321
12Тынурист И. В. Эстонцы // Народы России. Энциклопедия. М., 1994. С. 423.
13 Более подробный анализ работ см. в публикациях: Лоткин И. В. Исследование прибалтийской диаспоры Сибири…; Дриздо А. Д. К историографии эстонского населения Петербурга…
14Малиновский Л. В. Сельское хозяйство западных национальных меньшинств в Сибири (1919–1928) // Вопросы истории Сибири. Томск, 1967. Вып. 3. С. 202–213.
15Колоткин М. Н. Балтийская диаспора Сибири: Опыт исторического анализа. Новосибирск, 1994.
16Вийкберг Ю. Эстонские языковые островки в Сибири. (Возникновение, изменения, контакты). Таллин, 1986. Другие труды автора см. в публикации: Лоткин И. В. Исследования прибалтийской диаспоры Сибири…
17Лоткин И. В. Современные этнические процессы у латышей и эстонцев Западной Сибири. М., 1996; Коровушкин Д. Г., Лоткин И. В., Смирнова Т. Б. Неславянские этнодисперсные группы в Западной Сибири: формирование и этнокультурная адаптация. Новосибирск, 2003; Лоткин И. В. Прибалтийская диаспора Сибири… и др.
18Майничева А. Ю. Эстонцы в Верхнем Приобье в конце XIX – первой трети XX вв.: особенности поселений и домостроения [Электронный ресурс] // Электронный журнал «Сибирская заимка». [2001. № 5]. URL: http://www. zaimka. ru/culture/mainicheva13. shtml; Она же. Бытовая культура эстонцев Сибири (конец XIX – первая треть XX в.) // Диаспоры. 2002. № 3. С. 153–164.
19Korb A. Seitse kula Siberis. Tartu, 1998; Jürgenson A. Siberi eestlaste territoriaalsus ja identiteet. Tallinn, 2002; Piho M. Siperian setukaiset. Saarinen, Tuija & Suhonen, Seppo (toim.) // Koltat, karjalaiset ja setukaiset. Pienet kansat maailmojen rajoilla. Kuopio, 1995. S. 200–219. См. также материал: Tuisk Astrid. The place folklore of Siberian Estonians today. Reflections of adaptation. (Estonian Literary Museum). [Электронный ресурс]. URL: http://lepo. it. da. ut. ee/~lehti/Oralhistory/1. 7. Astrid. htm.
20Выскочков Л. В. Об этническом составе населения северо-запада России (вто