65, при этом за исключением западносибирских Тюменского, Тобольского и Ишимского округов, где численность эстонцев составила 70 человек, в уральских округах области проживало 1 476 человек. События 1920–1930-х годов, связанные с индустриализацией, раскулачиванием и репрессиями 1930-х годов, добровольные и принудительные переселения привели к новым миграционным потокам и увеличению эстонского населения в регионе. Согласно данным переписи 1939 г. по-прежнему значительная часть эстонцев зафиксирована в местах традиционного проживания в Башкирской АССР (1 302 человека) и Молотовской (Пермской) области (1 120 человек). Однако численность эстонского населения значительно увеличилась в Чкаловской (Оренбургской) области – до 238 человек, в Свердловской – до 862, Челябинской – до 1 152 человек66.
Миграции эстонцев на Урал, в том числе с территории Эстонии, были отмечены как в годы Великой Отечественной войны, так и в послевоенные годы. Первая послевоенная перепись показала, с одной стороны, значительное снижение числа эстонцев в районах их традиционного и компактного проживания, с другой – увеличение их числа в других районах Урала, прежде всего, восточных, промышленных – Свердловской и Челябинской областях. В Башкирской АССР в 1959 г. перепись учла 762 эстонца, в Пермской области – 1 128, в Свердловской – 1 329, в Челябинской – 1 39067.
Перепись 1959 г. зафиксировала наибольшее число эстонского населения в регионе за весь период пребывания эстонцев на Урале. С 1960-х годов происходило постепенное сокращение численности эстонцев, и причин этому несколько. Во-первых, уменьшение численности населения в районах компактного проживания эстонцев в Башкирии и Пермской области, прежде всего, за счет миграционного оттока – в города и в другие регионы. Во-вторых, за счет ассимиляционных процессов, активно проходящих в этот период в эстонской диаспоре Урала. В-третьих, за счет снижения миграционного притока из Эстонии. И, хотя на Урал по-прежнему приезжали эстонцы, – специалисты, попавшие по распределению на промышленные предприятия, приехавшие по семейным обстоятельствам или по другим причинам оказавшиеся в районах Урала, – миграционный приток этого периода не покрывал убыли эстонского населения, вызванного миграционным оттоком и ассимиляционными процессами. К 1970 г. на Урале общая численность эстонцев составила 3 465 человек, к 1989 г. – 2 699 человек, из которых в Курганской области проживало 104 эстонца, в Оренбургской – 155, в Пермской – 496, Свердловской – 706, Челябинской – 791, Башкирской АССР – 44768.
Эстонцы в Пермском крае
Формирование групп эстонцев на территории Пермского Прикамья происходило в контексте общих закономерностей их миграционного движения на восток России во второй половине ХIХ в.69 Приток эстонцев на прикамские земли начинается с середины ХIХ в. и особенно активизируется на рубеже ХIХ – ХХ веков.
Когда на территории современного Пермского края появились первые эстонцы, не известно. Первое их компактное место жительства в южных районах современного Пермского края зафиксировано в 1895 г., когда эстонцы основывают хутор Даго (Новопетровка). В тот период эти земли относились к Аскинской волости Бирского уезда Уфимской губернии. Поэтому численность жителей этих хуторов не была учтена в составе эстонского населения Пермской губернии во Всероссийской переписи населения 1897 г., дающей наиболее полные сведения о численности и расселении эстонцев в этот период на Урале.
Названная выше перепись отметила в Пермской губернии 25 человек70, показавших на эстонский язык в качестве родного. Все они проживали в западных уездах Пермской губернии (территория современного Пермского края). В Зауралье, в восточных уездах Пермской губернии, перепись не учла ни одного эстонца. В западной части губернии эстонцы отмечены во всех уездах, кроме Чердынского. Из 25 человек большую часть составляли мужчины (18 человек, или 72 %), меньшую – женщины (7 человек, или 28 %). Такую же пропорцию составляло среди эстонцев сельское и городское население. В городах проживало 7 эстонцев (28 %), в сельской местности – 18 (72 %). Большая часть всех городских эстонцев проживала в г. Перми, сельских – в Пермском уезде (см. табл. 1).
Таблица 1
Рубеж ХIХ – ХХ вв. охарактеризовался новым притоком эстонского населения. В этот период компактные сельские поселения эстонцев возникают в Оханском и Осинском уездах Пермской губернии. В отличие от сельских эстонцев, расселенных компактно в хуторских поселениях Бирского уезда Уфимской губернии, Сивинского имения Оханского уезда, Ершовской волости Осинского уезда Пермской губернии, достаточно сложно представить, кто составлял основу эстонского населения Прикамья, расселенного дисперсно, составляя ничтожно малый процент в составе основного населения региона. Лишь только отдельные отрывочные сведения позволяют в какой-то мере представить эстонское население городов и сельских территорий Прикамья в начале ХХ в., а также выявить некоторые особенности их формирования.
Среди немногочисленных эстонцев города Перми – торговец Кен, специализировавшийся на продаже сельскохозяйственных машин71. В приказчиках у торговца также находился эстонец Парм Август Янович, а в прислуге – его сестра Парм Елена Яновна, после выхода замуж которой в 1911 г. ей на смену из Эстонии приехала другая сестра Августа Яновича – Алида Яновна. После событий 1917 г. Кен в 1918 г. покинул г. Пермь, а торговлю стал продолжать Август Янович Парм72.
Среди эстонцев г. Перми известен и Кахар Август Янович, 1882 г. р. – поденный рабочий 2-го участка пути железной дороги. Из автобиографических сведений узнаем, что родился Август Янович в г. Верро Лифляндской губернии, «из Эстонии был вывезен родителями 6 лет, и до 1914 г. проживал в Ленинградской области ст. Новоселье, на хуторах в местечке Пустоперта, а затем в 1914 г. прибыл в Пермь…»73.
На Пермском пушечном заводе в качестве токаря по металлу работал Карлсберг Петр Иванович, он вместе с семьей прибыл в Россию в 1899 г., его жена Эльвина Яковлевна была домохозяйкой74. Большая часть эстонцев Прикамья, расселенных дисперсно, в силу различного рода обстоятельств добровольно приехала и обосновалась на территории региона.
Другой причиной, другим обстоятельством, заставившим эстонцев оказаться в Прикамье, была ссылка. Общеизвестно, что Пермская губерния была одним из мест исполнения этого вида наказания75. Среди сосланных в Чердынский уезд в начале ХХ в. значатся крестьяне Феллинского уезда Лифляндской губернии, высланные по приговорам сельских обществ. Места их поселения в Чердынском уезде – села Ныроб, Вильгорт и деревня Бахари76.
Один из значительных притоков эстонцев в Прикамье связан с Первой мировой войной. Линия русско-германского фронта проходила, в том числе, и по Эстляндской губернии Российской империи, что вызвало не только добровольные миграции, но и вынудило власти провести эвакуацию фабрик и рабочих в глубь страны. Так, в Пермь были эвакуированы целлюлозно-бумажная фабрика «Вальдгоф» из Пярну, завод электромоторов и др.77 Эти факторы также привели к увеличению эстонского населения г. Перми и губернии.
Эстонские хутора Даго (Новопетровка)
Первое эстонское поселение на территории региона – деревня Новопетровка современного Октябрьского района Пермского края. История деревни начинается с 1895 г., когда на земли Аскинской волости Бирского уезда Уфимской губернии впервые прибыли эстонские переселенцы78.
В конце ХIХ – начале ХХ в. осваиваемые эстонцами земли относились к Уфимской губернии и находились в крайней северо-восточной части Бирского уезда, значительная площадь которой была занята лесами и оставалась мало освоенной. Территория пограничья, находящаяся на стыке Уфимской и Пермской губерний, начала активно осваиваться только с конца ХVIII – начала ХIХ в., после размежевания земель и определения границ губерний79. На этой территории за счет приобретения башкирских вотчинных земель появляются частновладельческие имения, в том числе имения Зеленцова и Жуковского. Начало освоения этих земель крестьянами связано с тем, что земельные наделы имений вышеназванных помещиков в этот период сдаются в аренду и распродаются в собственность крестьянам80. Первоначально эти территории осваивают русские крестьяне Вятской и Пермской губерний, как показывают документы, «арендовав землю» в имениях И. Г. Жуковского и П. А. Зеленцова и «скупившие землю… после долгосрочной аренды»81. В конце ХIХ в. кроме русского населения в освоении этих территорий принимают участие также другие народы, например марийцы, основавшие деревни82. В начале ХХ в. на этих землях возникают и немецкие хуторские поселения83.
Как утверждают эстонские предания, информация о возможности переселения и получения земли была получена из газетных объявлений: «Здесь был помещик Жуковский, он дал объявление. Этот помещик дал объявление в газету, что он продает землю тут. Он сам купил когда-то эту землю. А тут когда-то башкиры были начальством, командовали. Потом земли остались пустыми, продавали эту землю. Приехал какой-нибудь русский человек и покупал. У нас тут Жуковский был, за Тюйным озером другой помещик – Зеленцовский. Потом Жуковский дал объявление в газету, дескать, продает землю, какой ценой. Эстонцы, кто маленько зажиточные были, те собрались, приехали сюда посмотреть сперва, понравилась местность. Правда, местность у нас неплохая тут, хорошая. Всё было лес. Так же они тут устроились жить…» (Октябрьский район, д. Новопетровка)84. Об этом факте, сохранившемся в исторических преданиях, свидетельствуют и письменные источники, отмечая, что «…эстонцы прибыли по газетным объявлениям к Жуковскому»