я на «Айброксе».Сид сказал своё и не ожидал комментариев. Он уже вернулся на Лофтус Роуд к Родни Маршу и Стэну Боулзу, сидящих от него по обе стороны в ложе директора клуба. Челси громили, счёт был 5:0, и он предупредил полицию. Он расхохотался, когда увидел, как Тома и его шизанутых приятелей повели в тоннель, чтобы как следует надавать по заднице. Он не одобрял жёсткие полицейские действия, особенно на стадионе, но также не любил и зачинщиков беспорядков, портящих людям праздник. Он был футбольным фанатом. Собирал программки. На треть пути – безвредный маньяк, отмечающий в своей тетрадке номера проходящих поездов. Он был увлечён созданием команды, которую бы обожали фанаты, и уже снизил стоимость входных билетов вдвое. Скоро он реконструирует площадку, и пятидесятитысячная толпа станет обычным делом. Весь Уайт Сити и окрестности будут стекаться сюда, чтобы посмотреть на то, как блистает его звёздная команда. Родни, Стэн и Сид будут махать рукой болельщикам и опрокидывать по пинте, а то и трём, после матча с Джерри Фрэнсисом и Рэем Уил-кинсом.- Новая тёлка в конторе – ничего, а? – спрашивает Том, наблюдая, как Жанет идёт в офис бригадира.И это так. Без сомнений. Сид не может этого отрицать. Но сейчас, сидя за столом своего директорского бара вместе с Родни, Стэном, Джерри и Рэем, он слишком занят, чтобы заботиться о щёлке. Сейчас был раунд Джерри, и вот он уже шёл к бару заказать пива, но тут заговорил Том. Родни и Джерри стали лучшими друзьями, и вечерок заварился на славу. Джерри вернулся с пятью пинтами «Дэйв Секстон Бест Биттера», который Сид варил здесь на месте. Они уже немножко налакались и стали планировать поход в карри-хаус после закрытия бара. Терри Венэйблз должен был подойти чуть позже, как только разберётся с игроками национальной сборной – в этот вечер было несколько важных игр, и пять или шесть травм были просто гарантированы.- Давай-давай, Джерри, поспешай, старый дрочила! – кричит ему Родни.- Ой, Родни-Родни… Родни-Родни-Родни, Родни-Родни Марш… – причитает Рэй, по всему видно, проигравший битву с «Дэйв Секстон Бест».- Заткнись, лысый болван, – промямлил Стэн. – Из-за тебя нас сейчас выкинут и нам придётся ебашить в Спринг-бок.- Лысина – признак мужественности, чтоб ты знал, – говорит Рэй. – Имей в виду на будущее, когда будешь иметь дело с людьми. Ты лучше скажи, сколько кубков ты принёс Англии?- Сколько-сколько… Ты потому и лысый, что каждый вечер напяливаешь их себе на голову и бултыхаешься в ванной, – смеётся Стэн, про себя проклиная бывшего маэстро нападения за напоминание об отсутствии своего международного признания, одновременно утешая себя осознанием того, что он попросту был слишком талантлив для ограничения себя рамками английской национальной сборной тех дней.Сид хотел было сказать париям, чтоб они не боялись, что их выкинут из бара, ведь это был его бар, и площадка его, всё его, но потом он решил не делать этого, чтобы они не подумали, что он зазнался. Он промолчал. Джерри выпивал пинту залпом, а Стэн ухмылялся про себя, глядя на бывшего капитана сборной Англии, пытаясь одновременно открыть пакет солёных орешков, который он приберёг ещё с первого раунда пива, купленного Сидом. Старый добрый Стэн. Классный игрок. Уникального таланта человечище. Сид был на седьмом небе. Состоятельный человек, окружённый лучшими в мире игроками. И все – КПР. Он хотел бы, чтобы этот вечер не кончался, но знал, что время пролетит незаметно, и что им придётся отправиться в карри-хаус загодя, пока индусы не заперли двери в тщетной надежде оградиться от пьяниц, которые думают, что лопали в зал боевых искусств. Сид был достаточно привычным к поеданию своих виндалу с креветками в окружении шумных подвыпивших людей, но сегодня он хотел занять тихий уголок, где мог бы спокойно пройтись по тем четырём голам, что он забил на Уэмбли, потом рассказать им, что он чувствовал, когда поднимал Кубок Футбольной Ассоциации и как Леди Ди незаметно сунула ему свой телефонный номер, начёрканный на листочке из блокнота для автографов.- Я слышал про тебя и принцессу, – прошептал Стэн, когда они вышли со стадиона и остановились на остановке такси. – Она – красивейшая женщина. Хотя я слышал, она блюёт, чтоб не толстеть.- Это давно было, – говорит Сид приглушённо, стараясь при всём уважении к Рэю, Родни и Джерри не компрометировать свою возлюбленную. Такой уж у него характер. Он никогда не позволит себя болтать языком о своих амурных победах – на такое предательство Сид Паркинсон не способен.- Милая принцесса, – вновь прошептал Стэн, задумчиво качая головой. – Я помню День Королевской Свадьбы. Грандиозное событие. День всенародной радости.Сид вспомнил их первую встречу. Это происходило в Макдональдсе в Шепердс Буше, сразу пополудни. Потом почти весь день они осматривали витрины, а к вечеру Диана прыгнула в автобус и удалилась к себе в поместье. Она взяла два гамбургера, маленькую картошку и клубничный коктейль. Он засёк время, когда она пошла в туалет, но там она была недолго, не достаточно, чтобы сблевать. Она действительно вылечилась. Они решили, что их отношения останутся исключительно платоническими. Он был на пике своей футбольной карьеры и в прекрасной физической форме. Он не мог себе позволить буйные и необузданные сексуальные оргии с аристократической персоной. Он знал, что Ди хотела больше, но остался твёрдым и понял, что его нравственная позиция была оценена ею по достоинству. Диана держала свою марку.- Должен признаться, ребята, – сказал Родни, когда они уже мчались в такси к Уайт Сити Балти, – мне эта этническая еда как-то не очень. Поехали в «Тель Клуб» и выпьем ещё пивка.Сид немного огорчился поначалу, но потом подумал – Родни так долго пробыл в Штатах, что уже не понимает современной британской культуры. Ну да ладно, зато это продлит встречу пяти футбольных экспертов, и «Тель» рано или поздно всё равно бы нарисовался. Сид наклонился к водителю и сообщил ему о смене маршрута, и вот, после визга шин и пары отборных ругательств, машина уже катится к «Эль Тель Паласу» в Кэмден Тауне. Они мчатся по Уэст Вею – 70 миль в час, мимо станции метро Бэйкер Стрит, а затем мимо Юстона – в Кэмден. Неспешно войдя в «Тель» и осмотревшись, отряд Рэйнджеров стал пробираться сквозь орды кружащих вокруг них блондинок из журналов мод в направлении отдельного кабинета, сделанного ил красного дерева. Рядом встал охранник, чтобы отваживать красавиц, докучающих Сиду и его друзьям; любимый в «Эль Теле» хардкор рвался из колонок неподалёку. Сиду показалось, что он узнал Миксмастера Инси – похоже, он играл CD-подборку менеджера английской сборной, по потом понял, что скорее всего ошибся.- Время пять минут двенадцатого, – крикнул Том, совершенно очевидно вырубающийся.«Эль Тель» растворился в море картонных коробок, Сид же истекал потом в задней части сорокафутового грузовика. Он уже потерял пять минут своего драгоценного перерыва на чай и был крайне недоволен. Он оставил Родии, Стэна, Джерри и Рэя, не сказав ни слова, и пошёл на склад, затем, ругаясь, вернулся за своей кружкой и вошёл в чайную комнату. Остальные члены складской команды играли в карты, читали газеты или глазели через стеклянную перегородку на конвейер в ожидании непонятно чего.- Этот водила всё время, пока мы разгружали, торчал в кабине с французской тёлкой, – сказал Том.Никто не отреагировал. Пара парней, игравших в карты, взглянули в сторону грузовика и вновь вернулись к своей игре. На столе громоздилась кучка монет, ждущая победителя.- Должен быть закон против этого – мы тут яйца напрягаем, пашем, а он там свои разряжает, напряг снимает, – добавил Том.Все продолжали молчать. Зачем мучить себя видениями женской красоты и радостями секса, когда лучшее, что тебя ждёт вплоть до окончания дня, – эти долгие часы беспросветной утомительной скуки.Сид встал, взял свои бутерброды и пошёл к конвейеру. За угол, чтобы никто его не видел. Ему и так приходится вкалывать с этими мужиками пять дней в неделю и уж хотя бы перерыв он может провести без них. Молодчина водила, флаг ему в руки, если он и впрямь удачно приземлился куда следует. Он смотрел, как люди и машины прибывают и убывают с парковки. Вот Жанет садится в свою служебную машину. Она машет ему рукой и улыбается. Уезжает. Возможно, направляется в уютный зал «Эль Теля». Он печально покачал головой. А если бы он и вправду выиграл лотерею, что бы он сделал на самом деле? Ему было приятно думать, что тогда бы он превратил КПР в гордость своей земли, но если бы дело и впрямь до этого дошло – пошёл бы он на это?Прежде всего он купил бы себе квартиру и съехал бы с помойки, которую снимает сейчас. Он сказал бы хозяину всё, что на самом деле о нём думает, об этом надменном ублюдке. Поделился бы богатством с друзьями и родными, может быть с одним-двумя парнями со склада, хотя, может, и нет. Пошёл бы в турагентство и съездил бы куда-нибудь, где интересно. Бразилия – было бы неплохо. Круиз по Амазонке и уличный, карнавал в Рио. Может быть даже пересёкся с Тони Биггзом и обсудил бы ярких представительниц бразильских пляжей. Инвестировал бы свои миллионы и что потом? Деньги на игроков? Зарплаты по 15-20 тысяч в неделю? Нет, неоправданные расходы. Профессиональным футболистам и так много платят. И хочет ли он вообще знакомиться с Родом, Стэном и остальными? Он был на встрече болельщиков с Родни Маршем и Джорджем Бостом в Бек Театре в Хэйсе, и при всей его любви к Родни, при всей привязанности к детским воспоминаниям, связанным с этим гением мяча, парень разочаровал – все эти его комментарии о британских паспортах, индусах в Саутхолле… Многие смеялись, но Сиду всё казалось глупым. Он ожидал большего. Футболисты, как ни крути, все же остаются футболистами.После того как он вложит свои миллионы, возможно, on посмотрит, что можно сделать для бездомных. Или учредит организацию для помощи психически больным. Купит несколько старых зданий и превратит их в дома для детей, оказавшихся на улицах Лондона и вынужденных продавать себя педофилам. Если бы у пего были эти миллионы фунтов на счету, он помог бы докторам и медсестрам, борющимся против правительственных сокращений бюджета, или помог бы протестам против вивисекции и мясной промышленности. Он влил бы фонды в общую программу прогрессивного развития тюрем, нацеленную на перевоспитание людей, а не на доведение их до самоубийства и ожесточение против всего мира. Сид мог бы многое сделать с этими деньгами, и когда он услышал голос бригадира, призывающего вернуться к работе, мол работа, ребята, не ждёт, он понял, что поймал хорошую мысль, котора