- А, блин! Я-то думал... - сатир разочарованно махнул рукой. - Везет дуракам! Детский сад пожаловал. Ну, давай! Это твой сектор. Давай, не дрожи! С этим все будет как два байта переслать. Тупо, зато быстро.
Леха опешил. Вот эта-то закованная в броню туша - детский сад?..
Но сатир уже подталкивал Леху к проходу. А камни, окружавшие святилище, вдруг всколыхнулись и рванулись к Лехе, как две каменные руки.
Мир сжался, закружился - и тут же все кончилось. Только вокруг была уже не лощина. Леха был на зеленом лугу, в пятидесяти метрах от закованного в броню гиганта. Мужик тут же заметил его. Потянулся куда-то за спину - и в его руках появился здоровенный шестиствольный пулемет.
Леха видел миниганы в действии. У нас, правда, были только четырехствольные, но даже четырехстволки были станковыми. И в другой ситуации Леха от души расхохотался бы, увидев миниган вот так - в руках, без всякой опоры для отвода отдачи... Но мужик был таким здоровенным, что миниган в его руках казался обычным ручным оружием.
А потом Леха наткнулся на его взгляд. Спокойный, равнодушный, холодный... Безжизненная зимняя вода под коркой льда. Такой взгляд мог бы быть у идеального карателя из "Мертвой головы". С таким взглядом не нужны ни череп на рукаве, ни две руны-молнии SS...
Больше Леха ничего не успел подумать. Загрохотало так, словно небо шлепнулось на землю. И тут же ударило в грудь. Леху поволокло назад, а десятки пуль рвали броневые наросты на его груди. Раскалившийся металл обжигал шкуру, а все новые и новые пули кромсали панцирь и рвались глубже, глубже, пока не прорвали панцирь насквозь. И вот тогда стало больно по-настоящему. Словно кто-то проткнул его шкуру, вбил в грудь, ломая ребра, десяток плоскогубцев - и щипал, крутил, рвал его изнутри...
Очнулся он внутри святилища.
- Ну! - обрадовался сатир. - Я же говорил, как два байта! Вжик - и все. Одной очередью. Детский сад... Чего дрожишь-то?
Леха не слышал сатира. Он медленно приходил в себя - и изо всех сил пытался отогнать это ощущение, когда пули... как раскаленные плоскогубцы... внутри...
- Нет!
Он яростно замотал головой, словно хотел вытрясти из нее эти воспоминания.
- А, ну да, ты ж в первый раз... - вздохнул сатир. - Ну, ничего, привыкнешь. А вот, кстати, и еще один... Хотя нет, тот же...
Леха поднял взгляд. В сотне метров перед входом снова стоял... Он! Тот же закованный в броню каратель с ледяными глазами! А в его руках снова был миниган...
- Ну, давай, - сказал сатир. - Это твой сектор. Давай, чего разлегся!
- Что - давай? - переспросил Леха, холодея.
- Сам знаешь.
- Нет!
Леха проворно заработал всеми копытами, откатываясь подальше от выхода. Но камни святилища снова вздыбились и поймали его. Пространство сжалось, распрямилось...
Он упал на траву так, как лежал возле алтаря, на бок.
Каратель тут же заметил его. Снова этот взгляд, спокойный и равнодушный... И шесть черных дул, готовых выплеснуть пули, которые будут рвать тело, как...
Каратель пошел на него. Тяжелые ботинки смачно чавкали, вминая траву в землю. Шаг у него был быстрый, но размеренный. Неумолимый, как разогнавшийся каток с отказавшими тормозами.
Он навис над Лехой, презрительно сощурив свои ледяные глаза...
- Ты лох! - вдруг завопил великан писклявым голоском. - Лох! Лох! Лох!
Мир рассыпался, словно разбитая мозаика... В голове все смешалось... Леха понял, что просто сошел с ума.
Но огорчиться не успел - миниган ожил. Дула закружились, расцвели огненным цветком, оглушительно врезало по ушам - и тут же ударило в живот. Что-то раскаленное пробило броневые наросты, в клочья разорвало шкуру, вжало его в землю, и, ломая ребра, вошло еще глубже... В животе затанцевали раскаленные плоскогубцы, выкручивая и разрывая внутренности, мешая их в кашу и расплескивая вокруг...
- Даже не надейся, - Сатир не то засмеялся, не то заблеял. - Сойти с ума так быстро - это еще надо заслужить...
Леха медленно приходил в себя. Он не отрывал взгляда от выхода, ведущего на луг. Но в третий раз он не приходил. Пока не приходил...
- Ты что? Думаешь, в реальности это такой же амбал, как в игре? Да это же мелочь пузатая! Лет десять. Пупсик! Потому и скин такой выбрал. Типа, чтобы круто. А то, что такой скин зацепить в два раза проще, чем обычный, среднего формата, он это даже не соображает. Куда ему... Вон, даже голосовой фильтр настроить ума не хватило...
- А... а родители? - Леха все еще дрожал.
Хотя в лощине было не холодно, он все равно зябко ежился и невольно поджимал ноги, прикрывая живот. И не отрывал взгляда от выхода на луг...
- Родители? - не сразу понял сатир. - А... Да чмошники какие-нибудь. Денег куры не клюют, а на пупсика своего ни минуты времени. Ну вот эта мелочь и мается дурью, отцовские деньги транжирит. В основных зонах не может ничего сделать - там думать надо. Да и вход только со знанием английского... Экспортный товар-то... А здесь, в тьюториэле, любое оружие сразу можно получить. И боезапас неограниченный. И противники по одному.
- Так он, что, каждый день сюда ходит? - напрягся Леха.
- А хрен его знает, - пожал плечами сатир. - Здесь ведь только новички ошиваются, пока малость освоятся.
- Освоятся?
- Ну да. Нельзя же их сразу в игровые уровни. Мигом с катушек слетят. А здесь, по сравнению с игровыми уровнями, натуральный санаторий... Ну а я к тебе вроде напарника, салага ты рогатая, - ласково сказал сатир. Отдохну маленько, заодно тебя уму-разуму подучу...
Сатир все болтал и болтал.
Боль - вот настоящая изюминка "Генодрома". Только так можно заставить играющих за монстров вести себя реалистично. Лентяи мигом превращаются в трудоголиков. А всякие умники больше не бросаются грудью на амбразуру, мигом забывают о подвигах. И рискуют не больше, чем в жизни. А то и меньше...
- Ну и элемент перевоспитания, опять же... - Сатир хихикнул. - Как это по-бюрократически-то... "Создание эмоциональной связи и активизация сочувствия к своим жертвам", вот! А уж игрокам как нравится... Это не с тупым и бесчувственным ботом махаться. Тут все натурально. Американцы так и валят. У них там права человека, а у нас тут за реальные баксы - реальная боль. Ее на экспорт можно гнать без всяких угрызений совести, - хихикнул Сатир. - Ресурс-то восполнимый, не нефть там или газ...
Леха кивал, словно слушал.
Отдельные слова он понимал, но смысл куда-то пропадал.
Это все было игрушечное. Блики на мониторе. А настоящим было то, что он мог прийти в любой момент. И снова будет миниган, и снова будет...
Леха замотал головой, отгоняя воспоминание. Но безысходность не уходила. Как привязанный к гильотине обреченный. Шея зажата в тяжелых колодках, где-то вверху завис тяжелый нож. И скоро чужая рука снимает стопор - и нож рухнет. И ничего не сделать. Только, напрягая слух, ждать, когда свистнет падающее лезвие...
- Рогатый? - Сатир ткнул его в бок.
Леха вздрогнул.
- Уже соскучился? - хихикнул сатир. - Не переживай. Придет твой пупсик, никуда не денется. Знаю я таких. По чатам пробежится, кульного хацкера из себя строя, и еще раз к нам заглянет. На посошок.
Леха сжал зубы. Нет. Так не пойдет. Что-то надо делать... Он помотал головой, прогоняя оцепенение.
- А физика здесь реалистичная?
- Физика? - прищурился сатир.
- Ну, отдача там... У минигана стволы вращаются. Это как-то учитывается?
Сатир прищурился, вгляделся в Леху. Словно заново увидел.
- В принципе, учитывается... Наши программеры, они такие... Им дай волю, они клаву протрут... А что? Служил, что ли?
- Да так... На блокпосту отстоялся...
Сатир склонил голову, подозрительно разглядывая Леху. Задумчиво потер кольцо в носу. Помолчал, словно к чему-то прислушивался. Хотел что-то спросить - и вдруг его взгляд уехал куда-то за Лехино плечо.
- Ага, это к тебе...
В живот словно набили льда. Еще не оборачиваясь, Леха уже знал, что там. Ему снова предстояло получить горсть раскаленного свинца, вгрызающегося в живот...
Его передернуло. Да какого дьявола?! Для того он честно оттрубил полтора года на Кавказе, чтобы какая-то куланутая мелочь, этот десятилетний пупсик, офигивающий от безделья, третий раз издевался над ним?!
А каменная стена святилища уже схватила его и швырнула наружу...
Только на этот раз Леха не стал покорно ждать, пока этот куланутый пупсик застрелит его. Если какая-то физика в игре учитывалась, шансы расправиться с ним были. Миниган без станка плох не только тем, что у него чудовищная отдача. У быстро вращающихся стволов есть и другая особенность... Вот только знать бы еще, в какую сторону вращаются стволы у буржуйских миниганов...
Справа, в паре сотен метров, был большой холм.
Поэтому едва он очутился на лугу и копыта коснулись травы, Леха рванул влево.
- Трус! - победно завопил детский голосок. - Трус! Трус! Трус!
И Пупсик тут же врубил миниган. Снова все заполнил оглушительный грохот. Но удара в грудь на этот раз не было - Пупсик купился на финт. Пули вспороли воздух слева от Лехи - там, куда он дернулся сначала. Но Леха уже изо всех сил гнал вправо, к холму.
Пупсик крутанул миниган вслед за ним. Поток пуль понесся за Лехой, выбивая фонтаны земли на склоне холма позади. Леха попал на линю огня раньше, чем сумел уйти за холм. Но пули его не срезали - все они ушли выше, над головой. А Леха скрылся за холмом.
- Дурацкий пулемет! - завопил Пупсик. - Я же попал! Дурацкий прицел! Я же попал!
Он швырнул миниган на землю. Яростно покрутился на месте, ругаясь, потом схватил миниган и понесся вслед за Лехой, на другую сторону холма.
Пупсик добежал до основания холма и двинул вокруг. Он обежал как раз половину, когда услышал стук копыт. Пупсик остановился, приготовился стрелять, но на него никто не выскакивал.
Он наконец-то сообразил обернуться - и тут же получил рогами под грудные щитки и по крутой дуге взмыл в закатное небо.