После Немурского эдикта и буллы папы мыслитель вновь взялся за перо, выступив в печати с обращенной ко всем французам пламенной речью в защиту правящей династии и установленных законов. Война с Савойей привела его в Базель, где Отман и умер 12 февраля 1590 г. Он был современником почти всех важнейших событий религиозных войн, в эмиграции проявив себя в новом качестве политического теоретика и одного из наиболее оригинальных писателей-полемистов XVI в. В Женеве и Базеле издавались все сочинения Ф. Отмана, посвященные проблемам политической науки, в том числе и весьма радикальные, запрещенные не только во Франции, но и за ее пределами.
Карьере политического публициста и ведущего идеолога протестантской партии предшествовала не менее блистательная судьба в юриспруденции. Данное обстоятельство оказало существенное влияние на подход Отмана к анализу политической теории и выработке аргументации. Формирование воззрений мыслителя на власть и общество пришлось на 60-е гг. XVI в.
Первым политическим сочинением Ф. Отмана является памфлет «Тигр», направленный против кардинала Лотарингского. В этом произведении мыслитель изложил претензии к Гизам и лично кардиналу со стороны протестантов и обойденных принцев крови. Соединение религиозных и политических обвинений стало для Отмана одним из излюбленных полемических приемов. Кроме того, в памфлете впервые проявилась продворянская позиция автора, выраженная в противопоставлении национальной элиты иноземной, принцев крови пришельцам-чужакам. Отман не уставал удивляться долготерпению Бурбонов и французской знати по отношению к узурпаторам, отнявшим власть у тех, кому она принадлежит по праву. По сути, автор выступил в роли подстрекателя дворянских междоусобиц. Отман пытался сохранить флер легитимизма, настаивая на том, что принцы крови должны как члены династии управлять страной.
Мыслитель предвидел политическую перспективу еще тогда, когда положение королевского дома было незыблемым, настойчиво обвиняя Гизов в стремлении захватить власть, отстранить от ее кормила национальное дворянство и сменить династию; все это, по мнению Отмана, свидетельствует о тираническом характере их действий.
В первом памфлете Отмана проявилась позиция, которой автор навсегда остался верен. Мыслитель раскрыл собственное понимание тирании, опираясь на анализ современной ему социальной и политической действительности. В отличие от подавляющего большинства крупных теоретиков XVI в. Отман выстраивал свои политические тезисы и аргументы не только на основании выдержек из произведений эллинистически-римского мира (напомним, опора на древность — привычный прием ренессансной политологии), но на материалах, отражающих исторический опыт родной Франции.
В «Тигре» Ф. Отман несколько отходит от общепринятой типологии тиранической власти, предложенной Бартоло, и указывает на принципиальную связь тирании и ксенократии, т. е. господства иноземцев. Кроме того, мыслитель уже с этого времени проявляет интерес к статусу и юридическим правам сословий и различных социальных слоев по отдельности.
Данные черты более отчетливо проявились в его теоретическом юридическом трактате «Анти-Трибониан» (1567 г.). Главная задача произведения состояла в опровержении классического римского права — corpus juris civilis (Трибониан — юрист, составлявший этот свод по поручению императора Юстиниана), а также его позднейшей средневековой интерпретации.
Для разрешения подлинной задачи трактата Отман обратился к теоретическим проблемам права и политической науки. По мнению мыслителя, законы вторичны по отношению к государству и определяются им. Своим тезисом «законы должны приспосабливаться к форме государства, а не государство к законам» он фактически опровергает излюбленный принцип гуманистической политологии. Более того, продолжает Отман, закон, используемый в демократической республике, непригоден для монархии; только переворот, трансформации в основах государства могут затронуть и право.
Таким образом, для Отмана право неразрывно связано с характером государственной власти. Его наличие и реальное воплощение в системе правосудия — важнейшая и необходимая составляющая совершенного государства, тогда как отсутствие оного — явный признак тирании.
Право и правосудие тесно связаны с типологией и эволюцией политических форм общественной организации. Отмечая кардинальную важность их изменений в государстве, Отман в то же время, как и значительная часть современников, весьма критично относился к реальным попыткам внесения значительных корректив в функционирование утвердившегося строя. Обстановка гражданских войн также способствовала тому, что мыслитель в своих суждениях по данному вопросу присоединился к мнению наиболее авторитетных политических писателей Возрождения. Трансформации, происходившие в республиканском строе, по мнению Отмана, наиболее опасны с точки зрения повсеместного распространения беззакония и последующего превращения государства в «тиранию, занятую усобицами». Впрочем, мыслитель не раскрывает механизмы данных процессов и не оговаривает характер такого рода тирании. В отличие от многих французских интеллектуалов он, в принципе, вполне терпимо относится к республиканскому строю, считая, например, период существования античного Рима — «эпохой свободы».
Гораздо более критичен он к монархии и любой форме единовластия. Как юрист Отман полагал, что в государстве, управляющемся одним человеком, не может быть прочных законов, поскольку право в них зависит исключительно от волюнтаризма и субъективных желаний суверена. Исторический опыт показывает, что при этом подавляющее большинство правителей далеко от совершенства, «чаще они проявляли себя как жестокие тираны, а иногда более похожи на злодеев, отвратительных чудовищ». Оценки Отмана, вероятно, складывались под влиянием трудов античных историков-республиканцев и итальянских гуманистов (даже эпитеты он заимствует из подобных источников).
Проблема единовластия в «Анти-Трибониане» затрагивается, прежде всего, в связи с проблемой правового государства; невозможность достижения стабильности правосудия дает основания Отману негативно характеризовать принцип единовластия, не гарантирующий приход к власти достойного правителя. Таким образом, уже в раннем сочинении Отман начал сомневаться в целесообразности монархии, поднимая вопросы, впоследствии разработанные во «Франкогаллии».
В «Анти-Трибониане» поставлена и другая, для данного сочинения ведущая проблема — историческое место римского права. Процесс рецепции римского права уже давно осуществлялся во Франции. Отман был, пожалуй, первым, кто попытался доказать неприемлемость использования правовых норм римского права в новых исторических условиях. Характерно, что при этом он вообще отказывается от малейшей идеализации Античности и выступает против рецепции римского права10. Свою позицию мыслитель объясняет тем, что «существует огромное различие между устройством нашей Франции и государством римлян». Так, впервые в сочинениях появляется одна из важнейших тем Отмана-политического теоретика: италофобия, недоверие ко всему, что когда-либо пришло или может прийти из Италии. С его точки зрения недопустимо заимствование данного права, поскольку оно не соответствует ни политической системе, ни социальной структуре, ни форме национального государства. Факт рецепции римского права во Франции отрицать было невозможно, но с ним Отман связывает возникновение политической системы, которая утвердилась в современное ему время. Абсолютизм для него — «варварское рабство», «глупый и варварский обычай, который существует и господствует в настоящее время во Франции». Следовательно, утверждает Отман, эта система, возникшая в результате слепого подражания итальянским порядкам в целом и, прежде всего, римскому праву противоречит французским традициям, законам и обычаям. Данный весьма важный для взглядов Отмана тезис сочетается с негативным отношением к самому своду римского права. Мыслитель полагал, что единого права не существует, поскольку историческое развитие государства влечет за собой и неминуемую трансформацию юридических норм («одни законы были приняты во времена царей, другие же — во времена свободы, а третьи — в эпоху Цезарей»). Таким образом, заключает Отман, corpus juris civilis не пригоден для использования в современной Франции (отсюда и название сочинения «Анти-Трибониан»). Мыслитель впервые провозглашает: «недостойно людей, носящих имя и звание христиан, — высоко почитать и ценить законы романских стран, в которых можно видеть столько примеров омерзительных и отвратительных тиранов»11.
К концу 60-х гг. XVI в. идеи о связи тирании и абсолютизма, о заимствовании итальянских беззаконных порядков стала в протестантской публицистической литературе популярной и определялась отношением к учению Н. Макиавелли о государе. В представлении протестантских теоретиков итальянские правители — тираны, а их власть освящена римским правом; эту идею они усиленно популяризировали.
Отман шагнул дальше своих собратьев по вере, не ограничился критикой существующих порядков и римского права, но противопоставил им старые древнегерманские установления и законы. В «Анти-Трибо-ниане» апелляция велась как к исторической традиции (т. е. к временам Меровингов), так и к современности — Отман утверждал, что средневековые французские законы «имеют что-то общее с немецкими и, особенно, со швейцарскими»12. Упоминание Швейцарии, являвшейся не только союзом республик, но и оплотом протестантизма в Европе, отчетливо показывает, что для мыслителя идеалом является организация государства по кальвинистскому образцу. По сути, в данных рассуждениях присутствует явная антимонархическая направленность.
Теоретические позиции Отмана отражали, прежде всего, его отношение к французской действительности; он не скрывал своего недовольства единовластием, открыто критикуя абсолютную монархию и признаваясь в симпатиях к республиканскому образу правления. Апология порядков древних германцев (позднее использованная его же политическими противниками-лигерами) впоследствии не только принесла Отману славу «отца германистики», но и стала, по сути, основанием для попыток вернуть «старые добрые времена». Идея уничтожения абсолютистских нововведений объективно отразила при всех республиканских симпатиях автора позиции сепаратистки настроенного дворянства, мечтавшего о восстановлении былых вольностей на всем протяжении гражданских войн.