— Мы-то конфету не возьмём, — насторожился Холодилин. — А вот мыши…
— Надо будет часового на ночь поставить, — предложил мальчишка. — Чтобы мыши её не съели.
— Часового нельзя, — возразил Холодилин. — Мыши его вместе с конфетой утащат.
— Значит, провода с током проведём, — предложил Новости Дня. — Их как трахнет!
— А можно её просто затащить на ночь к нам, — сказал Буре. — А утром на место положить.
— Толково, — согласился Холодилин. — Но это вечером, а сейчас полезли на подоконник природу смотреть.
Они забрались на окошко.
— Какие просторы! — сказал Пылесосин, глядя на ближайший забор. — Поля! Фонари!
— Если бы не мой холодильник, я обязательно бы пошёл туда! — сказал Холодилин и показал рукой вдаль.
— Запрещено инструкцией, — возразил Новости Дня.
И тут из леса послышалось громкое и отчётливое ку-ку, ку-ку, ку-ку! Иван Иванович схватился за часы.
— Батюшки! Уже три! Что это с моими часами? Отстают?
Остальные человечки рассмеялись. Пылесосин так и покатился по подоконнику:
— Ой! Ой! Держите меня. Отстают! Это же живая кукушка. А не из часов.
Кукушка всё куковала и куковала, а Иван Иванович считал:
— Пятнадцать, шестнадцать, … двадцать восемь. Ничего не понимаю. Разве может быть тридцать часов? У неё, наверное, ограничитель сломался.
Холодилин и все другие человечки катались по подоконнику и дрыгали ногами. Тогда и Буре догадался:
— Это живая кукушка. Я совсем про них забыл. Я думаю, ку-ку, значит, время отбивают. Надо за Машкой сбегать. Пусть поучится.
Машка слушала, слушала сонно. Потом как вытаращит глаза и тоже давай кричать ку-ку. Да так здорово и громко, что лесная кукушка даже удивилась и замолчала.
— Что, съела? — сказала Машка. Снова склонила голову набок и задремала.
В этот день хозяйская девочка Таня очень устала. Потому что её хорошая половинка Юшечка всё время помогала маме: стирала платьице, испекла блинчик, вынесла на помойку разбитую чашку и протёрла пол на кухне. Плохая половинка — Яна тоже очень устала. Она весь день лазила куда не надо. Разбила чашку, испачкала платье, пролила воду на кухне и кидалась блинчиком в соседскую девочку.
— А сейчас положим конфету для человечков, — сказала Яна перед сном.
— Да зачем их ловить? — заспорила Юшечка. — Раз они прячутся, значит, так надо. А то они обидятся и уйдут в другой дом.
— Обязательно поймаем. Ни у кого человечков нет, а у нас будут, — упёрлась Яна. Она достала конфетку из сахарницы, положила на пол и прыгнула в кровать. Через пять минут девочка спала.
— Молодец у нас Танюшечка, — сказала мама и поправила на ней одеяло.
6. Диверсия
Как только взрослые улеглись, Холодилин и Новости Дня выбрались из холодильника и утащили конфету к себе. Затем они стали готовиться в дорогу. Надо было дойти до ближайшей телефонной будки и позвонить в Управление насчёт запасной щётки.
— Оружие возьми, — сказал Новости Дня. — Мало ли что.
— Не беспокойся, — ответил Холодилин. — Не впервой.
Они оделись потеплее и вышли в серебристую темноту ночи. Иван Иванович и мальчик остались дома пить чай.
— Иван Иванович, — сказал Пылесосин. — А почему бы вам не переучиться на электрика? И в современные часы не перейти, в электрические?
— Стар я переучиваться, — ответил Буре. — И мастерство своё мне жаль. Мы, старики, народ упрямый. Вот, к примеру, у меня приятель есть Вальс Иван. Он в рояле живёт. Уж сколько раз его переманивали на пианинную работу: сейчас ведь квартиры не те, рояль ставить негде. А на пианино спрос огромный. Так не хочет он идти в пианино. Умение своё жалеет. Хотя работа там и полегче будет. И все мы так. Не хотим своих вещей покидать. Потому старинные вещи так хорошо и работают. И ружья, и скрипки, и люстры, и самовары. Да мало ли что. Мне бы самому ученика получить и все секреты ему передать.
— Что же, Управление не может ученика прислать? — спросил Пылесосин.
— Легко сказать, — ответил Буре. — Часов таких мало осталось. Спрос на них невелик. Ученики в других местах нужны. А потом хватятся, да поздно будет.
Тут маленькая лампочка над столом замигала и погасла.
— Что такое? — задумался Пылесосин. — Электричество выключили?
Он достал фонарик.
— Вы посидите, Иван Иванович, а я пойду посмотрю — может, проводка не в порядке. Я мигом.
Прошло пять минут, но Пылесосин не возвращался. Не вернулся он и через десять и через двадцать минут.
Буре был по-настоящему обеспокоен. Взяв гаечный ключ побольше, он вылез из холодильника и пошёл вдоль провода к электрической розетке.
— Стоп, — вдруг сказал он. — Провод перегрызен. Это мыши. Значит, пропал мальчишка. Украли его.
Холодилин и Новости Дня побывали уже в трёх телефонных будках. В двух автоматы были сломаны, в третьей автомат работал, но там не было гарантийного человечка.
Стал накрапывать дождик. И только в четвёртой им повезло. На условный сигнал — четыре сдвоенных удара по стенке — к ним упала изящная капроновая лестница с металлическими перекладинами.
Как следует вытряхнув одежду, мастера поспешили наверх. Гарантийная комната была новенькая, как с выставки современного оборудования. Кругом пластмасса, дерево и металл. А может, дерево под пластмассу или пластмасса под дерево и металл. Сверкающие ручки, выдвижные кровати и уезжающие в стенку письменные столы.
Точно таким же выставочным был и сам хозяин — аккуратно причёсанный юноша в белом нейлоновом халате. Он отлаживал наполовину вытащенный из стенки прибор с надписью «Счётчик вырученных двушек».
— Садитесь, — взмахнул он паяльником. — Я сейчас.
Рядом с ним лежал на столе наушник, и оттуда доносились обрывки телефонных разговоров.
— Подслушиваете? — спросил Холодилин.
— А что? — ответил телефонист. — Телевизора у меня нет. Радио нет. Что мне прикажете делать по вечерам? И потом инструкция не запрещает.
— Что делать? — переспросил Холодилин. — Придумали бы средство против тех, кто автоматы ломает. Мы, пока к вам добрались, два сломанных встретили.
— А почему я должен думать? — сказал юноша. — Пусть в Управлении думают. Их там много, и лысые есть.
— Я вижу, вы все на это Управление, как на бога, надеетесь. А у самих голова на плечах зачем? Шапочки нейлоновые носить?
— Как вас зовут? — вмешался Новости Дня.
— Слава меня зовут. Кабытов. А по-служебному Ноль Один.
— Так вот, уважаемый Ноль Один, нам надо немедленно переговорить с Управлением, — сказал Холодилин.
— На которое не следует надеяться, как на бога, — подхватил молодой человек.
— Один Ноль, — рассмеялся Говорит Москва.
— Ноль Один, — поправил Кабытов. — Между прочим, я подавал предложение против тех, кто автоматы ломает. Чтобы специальную чернильную стрелятельницу ставить. Или колотушку пружинную. Ты по автомату стукнул, а она по тебе. С такой же силой.
— Ну и что? — спросил радиомастер.
— Ничего. Отказали. Невоспитательно это и нечеловечно, мол, хулиганов чернилами пачкать. Они, наверное, хотят, чтобы хулиган телефон ломал, а ему пластинка включалась воспитательная с музыкой: «Дорогой хулиганчик, не ломай, пожалуйста, наш автомат. Будь умненьким».
— Ладно, — остановил его Холодилин. — Давайте мне Управление. В другой раз на эту тему побеседуем.
Через некоторое время он уже кричал в телефонную трубку:
— Что значит не можете выслать? Не хватит бензина у вертолётика? А ему не надо лететь до самого Дорохова. Пусть сядет на крышу электрички и приедет. А здесь от станции совсем рядом. Мы на телефонной будке крест нарисуем. Там и оставите щётку. Кто принял заказ? Петров? Ну смотрите, Петров, чтоб завтра щётка была. Звонил Холодилин. Не Молотилин, а Холодилин. Всё. Привет Великому Трансформатору!
Он положил трубку.
— Как тут у вас, Слава, можно на крышу забраться?
— Не надо вам забираться, — ответил юноша. — Идите себе. Я сам нарисую.
Когда Холодилин и Новости Дня вернулись в дом, их встретил встревоженный Буре.
— Мальчик пропал. Его мыши украли. Что делать будем?
Холодилин задумался. Потом осмотрел проводку.
— Я думаю, ничего страшного с мальчиком не случится, — сказал он. — Если они сообразили перегрызть провод, они сообразят, что мальчишку выгоднее всего обменять на сыр или там колбасу. Зачем он им?
— Сообразят или не сообразят, я не знаю, — сказал Новости Дня. — А я вас предупреждал. Не надо было мальчишке ехать за город.
— Не следует спорить, — сказал Буре. — Мальчика выручать придётся. Подумаем лучше, что будем делать.
— Вот что, — сказал Холодилин. — Первое — вынуть конфету из фантика, а фантик положить около норки. Второе — как можно реже выходить наружу. Третье — приготовиться к тому, что хозяйская девочка будет нас усиленно разыскивать.
— И что будет? — спросил Говорит Москва.
— А вот увидите.
7. В гарантийных хлебах затерялося
Утром хозяйская девочка Таня первым делом закричала:
— Мама! Мама! Смотри, конфетки нет. Что я говорила! Значит, есть человечки!
Мама посмотрела и увидела фантик на полу.
— Есть, есть, — сказала она. — На четырёх лапках с хвостиком. Мышки называются.
— Нет, не мышки, — возразила Таня.
— Нет, мышки.
— А я говорю, не мышки!
— Ну, хорошо, — не стала спорить мама. — Вот мы поставим мышеловку на ночь и всё узнаем.
— Теперь вы поняли, зачем мы фантик оставили? — спросил Холодилин у Буре.
— Понял. А что дальше будет?
— Дальше будет интереснее.
Когда хозяева ушли на реку загорать, к холодильнику подбежал Говорит Москва.
— Эй вы! Пошли ко мне радио слушать. Гарантийная передача идёт!
Человечки поспешили в дом к Новости Дня. Гарантийная передача — вещь нужная и интересная.
Комната Новости Дня была не такая уютная, как у Буре, и не такая обыкновенная, как у Холодилина. Она больше была похожа на трансформаторную будку или машинное отделение лифта. Кругом резиновые коврики, рубильники и пульты с лампочками. Повсюду висели рисунки с черепом и костями и надписи «Не трогать — смертельно!». Даже на шкафу с посудой. На столе стоял электрический самовар с таким же рисунком и фарфоровые чашки с теми же надписями.