Анифа укусила пончик и важно кивнула.
— И про родню женихов узнать надо. И про финансовое положение, вклады, привычные траты. Я уже анкету составила, тридцать семь важных вопросов. Буду их задавать всем кандидатам. Но сначала можно потренироваться на обычных мужчинах. Не будем рисковать, согласна.
Это они так согласны не рисковать? О-о-о. О-о-о! Почему старшая сестра — это всегда такая большая ответственность?!
ГЛАВА 9. Такие как вы не должны даже близко находиться с такими как мы
Ульрих Скала дос Форсмот-III
— Не понимаю, командир, что хорошего в подожженных свернутых листьях?
Здоровяк Малой недоуменно смотрел на Скалу, который курил, покачиваясь в седле. После большой остановки они двигались уже несколько часов. Лошади шли ровно и без усталости, словно чуяли, что еще немного и окажутся у городских ворот. Даже Кошель уже несколько раз приближался к основному отряду и опять выезжал вперед, быстро курсируя, как всегда делал в конце пути.
— Эта хрень называется — сигарА, — вмешался Ходок, придерживающий своего игривого жеребца, — я пробовал, но не пошло. Больно забористая, по мне так трубка привычнее. Тоже не пойму, что в ней находят.
— Словно живой огонь пальцами держу, — задумчиво ответил Скала. — Трубка не то. Да и курю я редко, по настроению. — Он действительно почти не подносил сигару ко рту, в основном просто покручивал ее пальцами в перчатках. — Ты лучше скажи, Малой, что юные стражи тебе наболтали?
Тот кивнул и понизил голос.
— Парни не видели кто в конюшню заходил перед нападением. Говорят, что девчонки больше об ужине волновались. Служанки вещи раскладывали. Вот мать их, та могла, она вечно Гектора шпыняет, запросто пошла бы проверить что он делает, но она бы охранников захватила.
У Скалы поднялась одна бровь. Он посмотрел на карету и кхекнул неопределенно.
— Гектор тоже говорит, что никого кроме нападающих в конюшне не видел, еще и допытываться начал. Почему, дескать, спрашиваю, — продолжил Малой, не очень понимая, зачем Ульриху вообще сдалась кусачая незнакомка. Но любые распоряжения Скалы он привык выполнять неукоснительно, поэтому бодро отчитывался дальше. — Старый хрыч чуть не выпотрошил меня вопросами, пришлось отбиваться. В общем, ту, кого ты встретил, уже не найти. Зато другие новости — хорошие. В столицу едет действительно наследная ветвь Хельвинов. В жизни бы такое не подумал, учитывая странную охрану. Вместе с вдовствующей герцогиней-джунгаркой путешествуют три дочки. Две законные — Лидия и Мириам и одна — внебрачная. Анифа.
Ходок тихо хохотнул, привстав на стременах и разглядывая катящую впереди карету.
— Ха, по ним сразу видно какая не при делах. А с именем вообще ясно становится, Анифа — она же Хани сокращенно. Левый сорняк никогда не воспитать по-южному. А жаль. Внебрачная хорошенькая — глаз не отвести, волосы — мед текучий, кожа — шелковая даже на вид, так и тянет погладить… Мамка точно красавицей признанной была, вот и разбаловал герцог дочь. Выросла непокорная, языкастая как змея и двигается резко, как воин.
— Ну, последнее-то понятно, — заспорил Малой. В баронской семье он родился седьмым сыном, которому ни земель, ни средств, ни тем более титулов уже не досталось. Однажды утром пять лет назад он выехал из родного замка с дедовым запасным мечом на поясе да серебрушкой в кармане. И прекрасно знал, что значит пробиваться без помощи родных. -
Самостоятельным девушкам искры полезны. Работу можно получше найти, замуж таких охотнее берут И любовницы из них выносливые, горячие…
Скала посмотрел вдаль и задумчиво потер бровь отогнутым большим пальцем.
— А герцог ее официально признал или просто как подружку для двух юных лэр держат?
— Неясно. Охрана у них из деревни набрана, почти ничего не знают олухи. Удивительно, как вообще живыми до «Кабаньей ноги» добрались. Правильно говорят, что странным везет… Вторая дочка вообще двинутая, видели, как я от нее на остановке бегал? Подошла и спрашивает: «Сколько в месяц тратите на белье?». Я ей: «Ты про портки, что ли?». Она как вспыхнет щеками и давай в своей тетрадке строчить. Я смотрю, а там написано: «Лаары не знают о постельном белье, спят в чем придется».
Ходок подкрутил ус и горделиво заметил:
— С тобой про тряпки, а меня сразу про детей спросила. Сколько, говорит, детей желаете? Я, конечно, повел себя исключительно любезно. Сказал: «Насчет результата не знаю, но обещаю тебе, красавица, сделать не менее двух попыток за семь оставшихся минут».
— И что она написала? — поинтересовался Малой.
— Прочерк поставила и примечание: «Лаэр бредит».
Не успели мужчины отсмеяться, как подъехал пожилой слуга Хельвинов и хмуро сообщил, что командира зовет герцогиня.
Леди Камалия по такому случаю отодвинула шторку с окна и явила дневным лучам свое полузакрытое вуалью лицо. Рядом с ней в карете сидели две законные дочери с опущенными в пол глазами.
— Звали, леди? — подъехав, коротко спросил Скала.
— Вот что, любезный, — голос герцогини звучал холодно, с пренебрежительными нотками, — мои дочери сообщили, что на вас надеты браслеты-ограничители. Это правда?
— Есть такое, — согласился наемник.
— Доброта моих дочерей безмерна, они не придали этому значения, потому что еще не знают жизни. Но мы-то с вами прекрасно понимаем, что такие как вы не должны даже близко находиться с такими как мы, тем более — сопровождать. Это, знаете, ли портит репутацию. Поэтому я милосердно прощаю ваш обман и просто урезаю надвое оплату, — она высунула руку с худым тряпичным кошельком. — Вам лучше исчезнуть прямо сейчас, пока к воротам не подъехали и нас кто-нибудь, не приведи Хариган, увидит вместе…
Лидия Хани дас Хельвин
— И тут маменька протягивает ему деньги из окошка… — рассказывала взволнованная Мириам.
Мы находились перед въездными воротами в столицу. К ним тянулись целых две очереди: длинная из селян и горожан, и совсем небольшая — только для дворян.
Несмотря на то, что перед нами оказалось всего два семейства, мачеха, пребывающая в преотвратном настроении, взяла с собой Гектора и еще одного стража и зачем-то отправилась к воротам разбираться — как так герцогскую карету не пропускают без очереди? По мне, для такого вопроса совершенно незачем идти самой.
Зато я, наконец, могла расспросить сестер. Расставание с наемниками я пропустила, находилась в это время у телеги с нашими стражами и только по факту увидела, как рысью нас покидает четверка воинов. Гектор тоже не знал детали, сказал, что расстались после разговора с герцогиней, а почему — неясно. Теперь же открывались подробности, одно другого краше.
— … А усатый, который Ходок, он совсем рядом был и все слышал, с шуткой так говорит:
«Командир, да оставь ты им эти копейки! Мы же и так не собирались, шутили». Копейки, представляешь? Шутка была! Зачем тогда к нам нанимались? — Анифа, которая выскочила из кареты, чтобы размять ноги и заодно поделиться увиденным, даже топнула по пыли шелковой туфелькой.
— И как среагировал их главный? — спросила я, хмурясь. Разрывать договор без существенных причин, да еще урезая половину, некрасиво. А для уровня Хельвинов еще и недостойно. Леди должна была помнить, что нам спасли жизнь. Да, обе стороны не были откровенны, о себе интенданты не все рассказали. Так и мы своей историей не делились.
— Скала этот их… усмехнулся и говорит: «Ну почему не забрать честно заработанное, заберу. Только при нашем следующем деловом разговоре, герцогиня, вы получите ровно половину от договоренного. Чем бы оно не было. Запомните». Забрал деньги, свистнул своим и умчал. Даже не поклонился… А леди Камалия…
Из окошка высунулась Мириам, она тоже выглядела немного растерянной. И, как обычно, принялась защищать герцогиню:
— Но мама же объяснила, Анифа. У нас мало денег, если не купим новых платьев, опозоримся и для Хани жениха богатого труднее будет найти. Вот маменьке и пришлось отсылать охрану раньше времени. Они нас спасали, показали себя приличными людьми, вот и вошли в положение, не стали ругаться.
Я едва не выругалась. Сдержала себя, лишь покачав головой. За мачеху было откровенно стыдно. И сестрам лучше объяснить сейчас, пока подражать ей не принялись.
— Мы не купцы, не обычные люди, которые за серебрушку могут нарушить договоренности, — серьезно сказала я, похлопывая по шее пляшущую от нетерпения лошадь, — Слово Хельвинов нерушимо, девочки. Цените его, сделайте так, чтобы все знали — мы даем его редко, но держим крепко. И договоренности НЕ НАРУШАЕМ. Я завтра же попрошу Гектора найти наемников в городе и отдать им оставшуюся половину оплаты. Ракхот нам в помощь, вот же задали задачку! — посмотрела на сестер и те поежились. Не знаю почему меня так напрягла ситуация, все же исправимо, но то ли близость к дворцу, то ли понимание, что мачеха не остановится, а снова что-нибудь учудит… все это заставляло интуицию вопить и сигналить флажками. Я вспомнила холодный, небесно-голубой взгляд Скалы и невольно поежилась. — Ладно, даже в столице не может быть много воинов уровня созвездий, скованных официальными лограми. Найдем, репутацию сохраним.
Позади раздался шум и крики. Я с недоумением оглянулась и обнаружила, что прямо на нас несется кавалькада разряженных в пух и прах аристократов. Охотничьи костюмы с золотым шитьем. Перья на шляпах. В город возвращался кто-то успешный и явно не желающий дожидаться даже благородной очереди. Громкий крик ударил по ушам.
— Прочь с пути! Дорогу! Дорогу принцам!
ГЛАВА 10. Новые провинциальные игрушки, это прекрасно
Они буквально летели, не разбирая дороги, с гиканьем. Словно мчались по чистому полю, где ни народа, ни городских каменных стен. Некоторые молодые люди удерживали перед собой девушек с растрепанными прическами. Те хихикали, прижимаясь к ездокам, нисколько не стесняясь своего вида.
Второй очереди ничего не грозило, а вот нас собирались смести. Обидно, что я успела сойти с коня, но кое-что все же могу успеть. Разгоняя искры в теле, морщась от сопутствующей боли, я ускорилась, отпуская повод собственной лошади, толкнула к карете, припечатывая собой, застывшую от ужаса Анифу. Главное уйти с дороги, дав возможность проехать, не сбивая нас с ног.