Малыш заглянул в мешок и испуганно отшатнулся.
– Дед, ты что, змей наловил?
Голицын заинтересовался:
– Кто там? Неужели угри?
Дед только лукаво усмехался в ответ.
– Угри? Бери выше – мурены!
И вывалил добычу на землю. Длинные гибкие тела переплетались и извивались. Они и в самом деле напоминали змей, только были намного толще. Змеерыбы злобно таращились глазками-бусинками на белый свет и скалили зубастые пасти.
– Деликатес! Пища богов! – заверил Малыша подошедший Марконя. – Если только не отравимся.
– А они что, ядовитые?
Голицын успокоил мичмана:
– Не волнуйся, у мурены бывает ядовитой кровь и слюна. Но мы же ее продезинфицируем. Спиртом. В Древнем Риме такую рыбку только богачи трескали. А в качестве корма использовали ленивых рабов. В наказание. Кто провинился – стакан разбил, или там яичница подгорела, или хозяйку трахнул, – таких сразу в аквариум.
Дед тем временем поотрубал муренам их зверские головы, выпустил кровь и выпотрошил. Затем он аккуратно срезал полосами мясо с хребта и настрогал его кубиками. Залил кусочки концентрированным лаймовым соком. Группа в полном составе околачивалась поблизости, пуская слюни.
Мясо набухло и из розового превратилось в молочно-белое.
– А варить или жарить ты их не собираешься? – осторожно поинтересовался Тритон.
– На чем? У тебя кастрюля есть или дрова для костра? – отрезал Дед и спросил: – Кто у нас младший по званию и должности? Как известно, рискованные опыты проводятся на наименее ценных членах экипажа.
Но тут неожиданно Марконя совершил акт самопожертвования:
– Дед, запиши меня добровольцем. Очень жрать хочется.
Все замерли. Группа расселась на траве вокруг тазика с маринадом. Затаив дыхание, словно за священнодействием, бойцы и их командир следили за тем, как капитан-лейтенант поднес кусок ко рту. Положил в рот. Начал жевать. Закатил глаза. Помирает или от удовольствия? Все. Прожевал, проглотил.
И потянулся за следующим.
Тут все накинулись на угощение. Кэпу пришлось даже прикрикнуть для наведения порядка. Бойцам сразу стало стыдно. Они чинно расселись вокруг тазика с маринованными муренами, Поручик извлек маленькую, литра на три, канистру спирта. Разлил по кружкам. Потом постучал рукояткой своего «Катрана» по изрядно опустевшей емкости.
– Командир, разрешите проявить разумную инициативу? Согласно уставу.
– Валяй. – Иногда Кэп становился невероятным либералом. Но только на берегу.
– По случаю военного времени и походного положения предлагаю сразу начать с «Третьего тоста», – внес предложение Поручик.
– Не возражаю, – поддержал Кэп.
Остальные дружно одобрили.
Выпили «За тех, кто в море» и жадно принялись закусывать. Мясо мурены оказалось немного жестковатым, упругим, но сладким. Ели долго и самозабвенно. Вдруг Марконя с тихим стоном опрокинулся на спину и застыл, лежа на траве.
Сотрапезники перепугались. Ведь Марконя начал есть первым. Он же по идее должен был первым стать жертвой муренового яда.
Группа склонилась над павшим товарищем. Каждый, в свою очередь, тоже почувствовал симптомы отравления.
– Тебе плохо?
– Да, – едва вымолвил капитан-лейтенант.
Дыхание его было прерывистым, на лбу выступили капли пота.
– Что с тобой?
– Кажется, обожрался…
– Тьфу!!!
Спустя полчаса канистра окончательно опустела, тазик тоже. Бойцы лежали на склоне холма, обдуваемые легким бризом, и внимательно следили за тем, как солнце медленно, но неуклонно садится в море.
– Может, попросить тут у них политического убежища? – меланхолически проговорил Марконя.
– Поздно, – отозвался Кэп. – Сейчас на войну пойдем. Хорошо, что пожрать успели.
Со стороны штаба в их сторону семенил толстяк-майор. Его лысина в обрамлении растрепанных волос сияла в лучах заходящего солнца. Спецназовцы уже знали, что это – командир базы майор Злобунов, собственной персоной. И чтобы такой большой начальник потел, дабы лично передать приказ каким-то прикомандированным водолазам? Которых, к слову сказать, он пару часов назад знать не знал и знать не хотел.
Добежав, запыхавшийся майор отозвал в сторону Кэпа и что-то зашептал ему на ухо. Потом сунул в руку тонкую прозрачную папку. Исполнив свой долг, майор развернулся и вперевалку заковылял обратно к штабу.
Кэп жестом собрал группу. Пловцы неохотно поднялись и подтянулись к командиру.
– Получено срочное сообщение, – начал Кэп. – Через Аденский пролив в Аравийское море идет судно с танками, ракетами и прочей мелочью. Ролкер «Дайана». Адмирал просит проследить.
Марконя присвистнул:
– Адмирал просит? Не приказывает, а просит? Дожили, однако! А почему бы просто не посадить на эту «Дайану» десяток бойцов с автоматами?
Кэп пожал плечами.
– Судно не наше, украинское. Идет под мальтийским флагом. Так что мы можем действовать только негласно. И вмешаться при попытке захвата пиратами.
Кэп извлек из папки несколько фотографий и раздал подчиненным. Те принялись изучать внешний вид объекта и обмениваться впечатлениями.
– Не слабое суденышко. «Фаина» – и то помельче была. А что такое «ролкер»? – заинтересовался Малыш.
– Судно типа «ро-ро». Горизонтальная загрузка, – пояснил Кэп. – Смотри, сзади аппарель. Никаким краном грузить не надо. Подошел кормой к берегу, откинул аппарель и разгружай своим ходом. Хоть сразу – с моря в бой.
И в самом деле, корма судна представляла собой плоскую вертикальную площадку, напоминавшую подъемный мост рыцарского замка. В поднятом варианте это была корма. В опущенном виде – мост, по которому содержимое трюма выкатывалось прямо на причал.
– И где сейчас эта «Дайана»? – спросил Дед.
– Сейчас поглядим… Что? Она сегодня утром прошла траверз Африканского Рога и вышла в Аравийское море. Они что, пораньше не могли сообщить? – Кэп неприлично выругался.
Кэп с Марконей ушли в командирскую палатку на вечерний сеанс связи. Вернулись они довольно скоро.
– Нам передали на связь глубоко внедренного агента, – сообщил Голицыну командир. – Его позывной – Лумумба. Информацию будем получать через него. И поднимай Омара, пусть запускает движок. Полный ход! Курс норд-вест!
Поручик только уныло покачал головой:
– На этой калоше мы будем целый год колупаться! Где наш тральщик?
– Следует рекомендованным курсом, – ответил Кэп ледяным тоном и добавил: – Ничего, зато конспирацию соблюдем.
Голицын пожал плечами, щелкнул, за неимением каблуков, босыми пятками и отправился на поиски капитана Омара.
Повар Николаев попал на судно случайно, вместо заболевшего коллеги, прямо из-за прилавка буфета одесского порта. Можно сказать, с корабля на бал, только с точностью до наоборот. Сразу по прибытии на борт он был переименован в кока Нико.
Экипаж сухогруза-ролкера состоял из десятка украинцев, полудюжины русских, троих филиппинцев и пары эстонцев. Командовал «Дайаной» капитан дальнего плавания Виктор Коробов.
На борту судна размещалось полсотни танков «Т-72», без малого – батальон. Их дополняла батарея из двух десятков «Градов». Тысяча «Стингеров», несколько десятков тысяч ящиков со снарядами. Недоставало только поддержки с воздуха, а то можно было бы начать и успешно вести небольшую локальную войну.
Старший помощник капитана Михаил Жванецкий до этого рейса выполнял функции штурмана малого каботажного плавания на линии Туапсе – Новороссийск. Ему не давала покоя слава знаменитого тезки-однофамильца. Он надеялся, что обещанная за рейс фантастическая плата поможет начать карьеру в шоу-бизнесе. Остальной экипаж также был набран по принципу «с бору по сосенке».
Пожалуй, единственным настоящим опытным моряком был только боцман Демьянов, бывший десантник и спортсмен-каратист. Остальные не производили впечатления морских волков. Разве что филиппинцы. Но из-за языкового барьера они не общались ни с кем, кроме боцмана.
Этот день начался и продолжался как обычно. «Дайана» шла в составе бесконечной вереницы танкеров и сухогрузов. Немного в стороне параллельным курсом двигался американский эсминец «Джон Мак-Каски». Над надстройками кораблей время от времени низко барражировали вертолеты.
В двенадцать тридцать по московскому времени суда миновали Африканский Рог и вышли на простор Аравийского моря. «Дайана», дав прощальный гудок, вышла из кильватерной колонны и повернула на четыре румба к востоку. Дальше ей предстояло идти без сопровождения.
Время приближалось к семнадцати часам. Старпом Жванецкий готовился принять вахту у второго помощника капитана. Экипаж сухогруза-ролкера занимался повседневной работой. Свободные от вахты матросы, помня о том, что находятся в неспокойных водах, несли добровольное дежурство.
– Гляди, братцы, что там такое белое, на чайку похоже? – подал голос с левого борта молодой матрос Фердыщенков.
– А ну, где? – подвинул его старший механик Нечипорук. – Каких это ты отсюда чаек разглядел?
Он поднес к глазам восьмикратный морской бинокль.
– Да это пираты! Одна… две… три лодки!
Белые лодки были плохо различимы среди гребешков волн, но теперь их разглядели все.
По разработанной высоким и умным начальством методике противодействие пиратам состояло из двух пунктов. Пункт первый – маневрировать. Пункт второй – отбиваться при помощи противопожарной системы.
Старпом Жванецкий среагировал первым. Над судном раздался сигнал пожарной тревоги. Матросы бросились разматывать шланги брандспойтов. Старпом бегом рванул на капитанский мостик.
Капитан и второй помощник были на месте. Они с тревогой следили за приближением пиратов. Жванецкий принял вахту. Капитан явно не горел желанием взять команду кораблем на себя. У старпома сложилось впечатление, что тот немного растерян.
Три лодки брали «Дайану» в полукольцо. Они были уже близко. Пираты размахивали руками и что-то орали. При ближайшем рассмотрении в их руках стали видны автоматы, пулеметы и даже ручные противотанковые гранатометы.