Смею предположить, что они или до сих пор имели базу в этом мире, или… связывались с Одержимыми через какой-то артефакт.
И если рассуждать логически, то можно попробовать найти этих демонов и выбраться из этого мира.
Вот только есть два но.
Сами ксуры, которые вряд ли упустят возможность довести начатое до ума. Ну и Серебряные.
Теперь стало ясно, отчего у Орден такая власть и полный карт-бланш за редкими исключениями.
Когда каждый Одержимый, а мне, честно говоря, кажется что и Одаренный, является потенциальной угрозой для всего мира — можно поступиться не только правами, но и свободами…
Вопрос в одном — кем является руководство Ордена? Сумасшедшие фанатики-садисты или готовые на все рационалисты?
Если первое, то придется позиционировать себя как борца с демонами, эдакого демоноборца. Если второе — то договориться будет проще.
В любом случае, общаться с Серебряными я собирался исключительно по почте.
В Уставе Ордена оказался любопытный пункт, до боли напомнивший мне историю с военкоматом.
У нас в классе был парень, который дважды учился в седьмом классе.
Он приехал к нам в город из Уфы, где учился в каком-то турецком лицее. Туда брали исключительно мальчиков после седьмого класса.
После прохождения непростого испытания они целый год изучали английский и турецкий языки.
Вроде бы круто, но в одиннадцатом классе ему исполнилось 19 лет, и ему пришлось весь год бегать от военкомата.
К лету он обрел определенный опыт и охотно делился с нами лайфхаками, самым главным из которых был: Ни в коем случае не брать повестку в руки.
Он жил у бабушки, пользовался оформленной на сестру симкой и даже завел левый профиль в ВК.
Так вот в Уставе был схожий пункт:
«При получении официального приглашения, Одаренный должен незамедлительно направиться в ближайшее представительство Ордена».
И, как я понимаю, товарищи Аллоний и Гарлух сейчас прилагали все усилия, чтобы осчастливить меня этой «повесткой».
Сам пункт, в отличие от приписки, двояких толкований не вызывал.
А вот приписки, сделанные мелким шрифтом внизу страницы — ну кто бы сомневался! — оказались дюже интересной.
Первая представляла из себя вполне себе официальную волокиту:
«Дворянин, при наличии сомнений в личности представителей Ордена имеет право направить письменный запрос с приложенным к нему приглашением в княжескую канцелярию».
А вторая нивелировала ценность первой:
«Если Одаренный встречен за пределами территории, принадлежащей князю или одному из высоких родов, представители Ордена имеют право доставить Одаренного в представительство Ордена, что бы ни случилось».
Дважды прочитав обе приписки я пришел к выводу, что дворяне отнюдь не дураки, и подстраховались на всякий случай.
Насчет дворянских поместий, звучит разумно. До тех пор, пока Одаренный или Одержимый находится у себя дома он не угрожает княжеству.
И семья берет на себя личную ответственность. Ведь если что-то пойдет не так, то они погибнут первыми.
А вот «Территория князя» вызывала у меня вопросы.
Что это? Все княжество или его кремль? И считается ли княжеская гимназия его территорией?
И если да, то почему Серебряные вели себя так бесцеремонно? Будто очень сильно торопились выполнить приказ…
Я понимаю смысл приказа, но не понимаю спешки…
Глубоко вздохнув, я ещё раз вчитался в положение Устава и задумчиво пробарабанил по столу незатейливую мелодию.
— Молодой человек! — библиотекарша будто только и делала, что ждала моей промашки. — Ещё один звук, и я вынуждена буду попросить вас покинуть библиотеку!
— Простите, простите, — отмахнулся я, настойчиво ловя ускользающую мысль.
— Вы невнимательно слушаете, молодой человек, — старушка расплылась в довольной улыбке. — Будьте добры покинуть библиотеку!
— Но…
— Ещё один звук, и я выпишу вам запрет на недельное посещение!
Да знала бы ты всю серьезность ситуации!
Пока что все идет к тому, что я вообще вряд ли смогу пользоваться библиотекой в ближайшую неделю…
Хотелось огрызнуться, нагрубить, сказать что-то едкое, но я сдержался.
Устав я изучил уже два раза, дольше сидеть в библиотеке нет смысла. Да и вообще, какой толк оттягивать неизбежное, прячась в «бумажной» раковине?
Я молча отдал книгу и, не оглядываясь, вышел из библиотеки.
План был прост — найти Агапыча и узнать у него, где расположился Хмурый, который и доставит в канцелярию князя моё письмо.
Я бы, конечно, предпочел, чтобы капитан отправил со мной Жижека, но у Оута на сержанта слишком большие планы.
Ну а если Хмурого найти не удастся, то мне срочно нужно найти курьера, который доставит моё прошение в княжескую канцелярию.
Что здравый смысл, что Чутьё Воина вовсю кричало — за территорию гимназии лучше не выходить.
Агапыча я нашел у Арсенала, в который мы с Мироном таскали щиты.
Сам не знаю, почему я пошел не в общагу, где обычно находился Агапыч, а сюда — интуиция, чуйка, ощущения надвигающейся беды?
Так или иначе я нашел завхоза заряжающим наши щиты.
— Ты чего не на уроке? — хмуро спросил Агапыч, стоило мне скрипнуть приоткрытой дверью.
— Серебряные в гости приглашают, — криво усмехнулся я. — В связи с этим вопрос…
— Бери крайний, — Агапыч кивнул на заряженный щит и с сочувствием на меня посмотрел, — в леса уходить будешь?
— Возможно…
От делового тона нашего завхоза мгновенно стало не по себе, и все мои расклады показались влажными фантазиями.
— Твой Ураган вот здесь, — Агапыч показал на соседнюю оружейную стойку. — Боезапас под столом.
Рассудительный тон Агапыча совершенно не вязался с происходящим.
Он что, предлагает мне по пути разобраться с Серебряными и уходить в леса?
Я присел на ближайший ящик, стараясь скрыть дрожь в коленях.
Планируешь что-то, стратегию выстраиваешь, а в итоге оказывается, что сильнее тот, у кого лом больше.
— Всё так плохо?
— Да Древние его знают, — пожал плечами Агапыч. — Кто же этих Серебряных знает? Может против Одержимого тебя бросят — проверить чистоту крови боем. А может чаем просто напоят.
— Но ведь… — я посмотрел на стоящий на стойке Ураган, — это как-то радикально…
— Воин всегда должен быть готов к двум вещам, — философски пожал плечами Агапыч.
— К бою? — предположил я.
— И к смерти, — кивнул завхоз. — Тебе тяжело будет понять, маленький ещё. Но как только Воин смиряется с неизбежностью смерти, он обретает Силу.
— Это как? — не понял я.
— Идя на бой, я понимаю, что это мой Путь, — Агапыч посмотрел сквозь меня, будто что-то вспоминая. — Я знаю, что о моей семье позаботится князь. Знаю, что если я не пойду, то погибну не только я, но и мои родные. Знаю, что мне навстречу выйдет точно такой же Воин.
— А если женщина или ребенок? — сам не знаю зачем спросил я.
— Если в руках женщины будет Ураган, с которого она будет стрелять по мне и моим бойцам, я её убью, — буднично ответил Агапыч. — После боя совершенно точно напьюсь в хламину. Буду не раз видеть её саму и её сирот в кошмарах. Но я очень надеюсь, что такого не будет.
Агапыч немного помолчал и, сняв со стойки подаренный зрителями гранатомет, бросил его мне.
— Но вражеский главнокомандующий, который дал оружие женщинам и детям, никогда не сможет вернуться на дорогу Чести!
— А если другого пути нет? — тихо спросил я, вспоминая Вторую мировую.
— Настоящий Воин никогда не причинит вреда безоружным женщинам и детям, — покачал головой Агапыч. — Честь дороже жизни.
— Что ж, — я убрал Ураган в Пространственный карман, тут же отправился и щит. — Тогда подскажи мне вот что…
Я подошел к завхозу, вытащил из под стола ящик с боеприпасами и отправил его в Карман.
— Если есть выбор — идти самому или отправить вместо себя солдата с донесением — как быть?
— Ты же дворянин, — Агапыч с усмешкой кивнул на мой герб. — Пусть и на испытательном сроке. Зачем дворянину доставлять письмо, если есть надежные люди. К тому же дворянин берет на себя заботу о семье солдата.
Агапыч с сомнением посмотрел на меня, но все же решил продолжить мысль до конца.
— Для солдата — честь умереть за сюзерена. Хотя лучше, конечно, выжить и убить врагов.
Сомнительная честь… Умирать за чьи-то интересы? Два дворянина не поделили между собой шахту, а умирать будут солдаты?
Я покачал головой и вздохнул.
Чер… — вовремя вспомнил свой обед и тут же поправился, — Ксуров мир! Что тот, что этот!
Что должно произойти, чтобы простой народ перестал страдать из-за «гениальных» комбинаций сильных мира сего?
Что нужно сделать, чтобы люди перестали делить территорию, власть и деньги, и начали жить дружно?
Впрочем, это риторические вопросы…
Я посмотрел на второй ящик с боеприпасом, но убирать его в Пространственный карман не стал.
Можно ли создать такое государство, где не будет преступлений самодурства?
И сколько придется пролить крови, чтобы его построить…
— Да ладно, не дрейфь, — Агапыч понял мою заминку по своему и хлопнул меня по плечу. — Про Серебряных много страшилок ходят, но не будут же они ребенка пытать.
— А зачем тогда… — я показал глазами на щит и стойку с оружием.
— Затем, — строго ответил Агапыч. — Воин всегда должен иметь при себе оружие. Иначе он не Воин, а тряпка половая!
— Настоящий Воин — сам по себе оружие, — машинально отозвался я, немного перефразировав любимую присказку тренера по боксу.
— Верно говоришь, — серьезно кивнул Агапыч. — Но к этому мало кто приходит, да и мал ты ещё. А оружие… Оружие оно уверенность даёт.
— Тут не поспоришь, — согласился я, вспоминая лазерные пистолеты, которые так и не смог достать из Пространственного кармана. — Слушай, Агапыч, с заставы должен был солдат прибыть, Хмурый прозвище. Не знаешь, случаем, где его можно найти?
— В Лесном наверно, — незамедлительно отозвался завхоз. — Там обычно дворянские гвардейцы на постой располагаются.