Вскоре снова завибрировала стена, судно качнулось, и полицейский корабль убрался восвояси. Но тут на лестнице снова застучали торопливые шаги, на этот раз капитана.
– Все в порядке, сэр! – сказал механик, выходя ему навстречу.
– Точно? Они ничего не нашли?! – недоверчиво спросил капитан, глядя то на механика, то на Брейна.
– Наш юнга сумел с ними правильно поговорить, сэр, и они стали шелковыми.
– Я был копом. Знаю, на какие места нужно надавить, – добавил Брейн.
– Уф-ф… – выдохнул капитан и покачал головой. – А я-то не хотел тебя брать.
– Вы вознаграждены за добро, сэр, – улыбнулся Брейн, которому было прекрасно известно, что у капитана не было возможности отказаться.
Успокоенный капитан ушел, а механик посмотрел ему вслед и сказал:
– Не очень-то он удивился, да?
– Ты был удивлен больше?
– Больше. Но я не знаю того, что знает он, и это хорошо. Пойдем… Раз уж пронесло на этот раз, нужно доделать работу, из-за которой мы все рисковали, – сказал механик, и они снова спустились в машинное отделение, где, к удивлению Брейна, вернулись к Мистеру Электро.
– Он же вроде уже в порядке.
– Ничуть не бывало. Мы только обработали его излучатель аперитивом, но это от электронных нюхачей, которые имеются у копов. Найди они у меня спецкрепеж, ты увидел бы самый жесткий из возможных обысков. У нас бы дырявили стены, заглядывали во все грязные уголки и, уж конечно, нашли бы крепежи от прошлой добычи, стали бы совать нюхачи ко всем агрегатам, и именно на этот случай мы с тобой и разбирали его, чтобы заглушить аэрозолем излучающий стержень.
– Постой, значит, Мистер Электро – не генератор? – начал догадываться Брейн.
– Нет. Это мини-спутник, парень. Он подзаряжает приходящие к нему сателлиты поменьше. Очень нужная вещь, если твой бизнес – связь и доступ в линейные сети.
– Значит, вы вроде пиратов?
– Ну ты и сказанул! Просто мы вертимся, как можем, чтобы выжить. На перевозке грузов много не заработаешь, когда вокруг столько конкурентов.
– Значит, разбираете и продаете по частям? – уточнил Брейн, похлопав по обшивке Мистера Электро.
– Не обязательно. Если имеется хорошая репутация в известных кругах, работа проводится по заказу. Бывает, заказывают модель, бывает, хотят сразу группу – тогда приходится с кем-то объединяться, поскольку снять с орбиты несколько спутников сразу, без того чтобы вызвать тревогу, невозможно.
– А кто обычно заказывает?
– Я точно не знаю, это капитан ведет всю бухгалтерию. Но, полагаю, фирмачи, когда хотят сэкономить на оборудовании или конкурента подставить. Ведь спутник – это не только железо, но и коды.
– Понятно.
– А бывает, что поступает заказ из очень важных структур.
– Государственных?
– И государственных, и частных. Чтобы, дескать, такой-то объект исчез. И чтобы без следов. Сдача на металл или на запчасти в таком случае – себе дороже. Правда, потом у исполнителей таких заказов могут возникнуть проблемы.
– Дай угадаю: они исчезают.
– Увы, – вздохнул механик. – А что делать? Отказываться от таких предложений тоже нельзя. Вот и вертимся.
12
Спустя трое суток путешествие в качестве помощника механика каботажного грузовоза для Брейна закончилось. Его благополучно пересадили на лайнер компании «Спейсперл».
Брейн опасался, что пиратскую шхуну откажутся швартовать к узлу лайнера, но все обошлось – доставка на доразгонной траектории здесь производилась различными бортами, а стоимость билетов заставляла с уважением относиться к каждому пассажиру.
Брейна тоже приняли словно родственника – сразу четверо стюардов. Они выхватили его багаж и тут же предложили тележку, на которой доставляли в номер инвалидов или просто уставших путников. Но Брейн отказался, сказав, что желает размяться и полюбоваться интерьерами судна.
– Я пойду за этим парнем, – сказал Брейн, указывая на стюарда, который приспосабливал его чемодан на багажную платформу.
– Но, сэр, он отправится по служебным коридорам, в которых самые простые интерьеры. Там нечего смотреть, – возразил стюард – обладатель командирской нашивки. – Вам лучше отправиться по парадным коридорам в сопровождении Хонса, он прекрасно рассказывает о происхождении того или иного элемента декора, а Поль тем временем доставит ваш чемодан в номер.
У Брейна в чемодане лежала «девятка», и он уже жалел, что не сунул ее попросту за пояс, опасаясь, что здесь будут «прозванивать» на металл и высокомолекулярный пластик. Впрочем, главный в группе стюардов уже понял, что пассажир не желает терять контроля над багажом, и распорядился, чтобы Поль, в качестве исключения, доставил багаж по парадному пути, однако и Хонс, долговязый канзас, должен был сопровождать пассажира.
Так они и двинулись целым конвоем до первого поворота, где старший с еще одним стюардом пошли по своим делам, а Брейн в сопровождении словоохотливого канзаса старался не отставать от багажной платформы и шагавшего за ней Поля, который лишь присматривал за багажом, поскольку ни в какой помощи самобеглая тележка не нуждалась.
Несмотря на то что Брейну уже доводилось кататься на судах подобного класса, богатство интерьера поражало. На каждом ярусе имелась собственная тематика – где-то море, где-то горы и ледники, где-то какие-то совершенно безумные миры из камней и лиловых лишайников.
И затянутые в шелк стены, и искрящийся мягкий палас, и какой-то располагающий успокаивающий запах – все заставляло поверить, что пассажир попал в самую настоящую сказку. Причем уютную.
Номер Брейна оказался на самом верхнем, четвертом ярусе, и после того, как он увидел свои апартаменты и их убранство, ему стало понятно почтение, с которым к нему относились стюарды.
По счастью, и костюм на нем соответствовал случаю.
Брейн отклонил предложение стюардов показать, чем оснащен номер, сказав, что разберется сам, и они ушли, предупредив лишь, что вскоре к нему придет сотрудник из регистрационного бюро, чтобы полностью оформить билет Брейна. Ведь ему поверили на слово, когда, взойдя на борт, он назвал код оплаченной поездки.
Стюарды ушли, и Брейн спохватился, что забыл спросить, когда обед, однако, пройдясь по трем своим комнатам, обнаружил подключенные панели заказов, предлагавших воспользоваться полным набором услуг.
Тут были и еда, и алкоголь, и массаж, и даже непонятное «гоанг». То есть ему не требовалось куда-то идти, все могли доставить в номер, в то же время к его услугам был шикарный обеденный зал, в котором он мог зарезервировать место: возле фонтана или у окна, за которым идет дождь, снег, светит солнце или луна. Брейну по его статусу было доступно все.
В дверь постучали.
– Входите! – крикнул Брейн, быстро открывая чемодан и выдергивая пистолет, чтобы спрятать за поясом.
Дверь открылась, однако Брейн не услышал шагов – напольное покрытие поглощало любые звуки. Но вот из мини-холла в гостиную заглянула девушка.
– Добрый день, сэр. Я служащий регистрационного бюро судна.
Она вошла в гостиную, и Брейн сумел рассмотреть ее лучше. Это была девушка-суперколвер. Рослая, с широкими плечами и светловолосая, с прической, указывающей на то, что воспитывалась она в варварском оплоте, а не по другую сторону прыжка – в Метрополии.
– Как вас зовут? – спросил Брейн.
– Служащий второго класса Лорни, сэр, – представилась она официально, и Брейн едва сдержал улыбку.
– А имя у вас имеется?
– Кларисса, сэр.
– Стало быть, Клэр?
– Ну да, так зовут меня друзья, но на службе нам не разрешают прозвища и сокращенные имена, сэр.
– Договорились. Чем обязан, служащий второго класса Лорни?
– Мне нужно ваше удостоверение, сэр. Насколько мне известно, вы военный.
– Да, конечно, – кивнул Брейн и, достав из нагрудного кармана свой главный документ, подал девушке.
– Представьтесь, пожалуйста, сэр.
– Но там же все написано, – удивился Брейн.
– Это так, сэр, – девушка слегка смутилась. – Но от нас требуют, чтобы наши гости представлялись лично.
– А не скажете, почему?
– Потому что некоторые любят называться другими именами или прозвищами. В регистрацию мы вносим данные из документов, а обращаемся к пассажиру именно так, как он хочет, чтобы к нему обращались. Такова политика компании.
– Я понял, служащий Лорни. Меня зовут Винсент Лукас.
– У вас имеется оружие, мистер Лукас?
– Да, – ответил Брейн, ожидая требований предъявить его или еще каких-то вопросов. Но на этом все и закончилось, и служащий Лорни ушла.
13
Дни в пути тянулись однообразно, но Брейна это устраивало. Он никуда не выходил, смотрел ТВ-бокс и получал обеды в номер.
Здесь же пользовался собственным джакузи с морской водой, заказал себе механические тренажеры и, поставив их в гостиной, поддерживал физическую форму, чтобы не набирать вес.
С возрастом, Брейн заметил это, лишние килограммы стали ходить за ним по пятам и, стоило ему получить возможность отдохнуть и начать нормально питаться, тотчас набрасывались на него – видимо, ночью, потому что именно на утренних взвешиваниях он часто и обнаруживал, что набрал лишнее.
Через три дня после его прибытия на борт лайнера стала известна дата прыжка. Теперь по всему лайнеру были запущены табло, на которых в виде обратного отсчета показывалось, сколько времени оставалось до начального режима, когда пассажиры должны будут занять место в специальном кресле, снабженном надежной фиксацией. Без этой фиксации многие могли получить травмы, поскольку прыжку сопутствовала гравитационная неравномерность, сопровождавшаяся резкими самопроизвольными сокращениями мышц и судорогами.
За семьдесят два часа до посадки в кресло из рациона уходили все полусинтетические и натуральные жиры и углеводы. Их заменяли искусными вкусовыми имитаторами, настолько качественными, что Брейну с трудом удалось распознать эту замену.
А еще появлялось чувство голода – после имитаторов оно оставалось, поэтому в конце трапезы было необходимо пожевать какую-то резиновую конфету. Она подавляла чувство голода и одновременно насыщала препаратами, помогавшими лучше перенести самую опасную фазу прыжка.