Хамская рука аккуратно, я бы даже сказала, бережно, словно еще тешила себя надеждой не пугать меня, гладила влажные складочки, рисуя на них спирали. Пальцы были такими горячими, что каждое касание углями рассыпалось под кожей и низ живота предательски затянуло.
Этот мужик сводит меня с ума… Определенно.
Он буквально трахает меня пальцами у всех на виду, а я только шумно дышу, глупо хлопая глазами. Как приятно-то, черт! Сейчас бы застонать…
Ощутив уже откровенную влагу и слабость сопротивления, Михаил уверенно, одним четким движением нырнул в меня пальцами и… Этого оказалось достаточно, чтобы я кончила. Оргазм зашумел в ушах, вагон поезда закачался так, будто мы едем с горки на горку, а ноги подогнулись от слабости и вспышки вселенского удовольствия, взорвавшегося в венах золотистыми искрами.
— Т-шш… Какая ты все-таки трахательная, — глубокий шепот у лица поднял меня из умерших от оргазма, и я пьяно приоткрыла глаза.
Мужчина уже ловко развернул меня к себе лицом, умело застегнул джинсы и сейчас, распластав мое безвольное тельце по своей широкой груди, сильными пальцами сминал волосы на моем затылке. Нирвана. Это она.
Стало совершенно пофигу, что мы в забитом людьми вагоне, в одежде, плотно скрывающей наши тела, и по факту самой близости не было. Меня неожиданно сильно заполнило этим единением, с которым он позволял меня утыкаться носом в воротник его пальто.
Будто тысячу лет вместе… Так ведь не бывает?
— Жаль, что ты не закричала, — усмехнулся он, все еще шепча. — Я хотел бы услышать, как ты стонешь, Кир-р-ра.
А я-то как хотела бы!
Нормального секса у меня не было уже… год или полтора приблизительно. Может, в начале отношений Коля и пылал жаждой плотских утех, но страсти быстро стихли, и удовольствие превратилось в событие мирового масштаба. Все мои попытки, танцы с бубном и игрушками с работы не приносили никакого эффекта, ему будто было все равно, что рядом с ним нормальная, сексуально активная девушка, которая так же нуждается в близости, как и другие.
И сейчас так… быстро. Умело, точно зная, как, куда… Михаил будто бы читал мое тело, бросая свои совершенно бесстыдные фразочки типа «трахательной». И это возбуждало.
— Ты как?
— Нормально, — выдохнула ему в грудь и невольно потерлась носом, вдыхая терпкий аромат настоящего мужика. Божечки-кошечки, вот это аромат! Только и продавать, как женский возбудитель! Я бы обогатилась, заявив на это патент.
Придя в себя, подняла лицо разглядывая мужественные черты. Он правда был немного похож на дикаря — нет, не из-за какой-то там небрежности. От него исходила аура, ставящая на колени и призывающая пересчитывать кончиком языка все кубики на его опупенном прессе. Я легко могла представить его бегущим по дикому лесу в поисках добычи.
Квадратный, заросший мощной щетиной подбородок только добавлял этой первобытной нотки. Такой не будет думать — перекинет через плечо и на выход, точнее, на вход в свою пещеру. Чуть широковатый нос с небольшой горбинкой был органичным и прекрасно смотрелся на этом лице. Темные брови подчеркивали строгость, а излом подчеркивал насмешливость мужчины лучше, чем любые слова.
Офигенный.
— Ты чего? — немного озадаченно спросил он, когда я подтянулась на цыпочках, роняя свой рюкзак на ноги и впилась пальцами в воротник.
— Ничего. Я уже ничего, а вот к тебе вопрос — предложение в силе?
— М! — буркнул немного удивленно, когда я со всей своей женской решимостью, собранной в маленький кулачок, прижалась к его губам, обжигаясь о них.
Широкая пятерня вновь забралась на затылок и взъерошила волосы, нажимая на все самые нужные точки. Он притягивал меня к себе, закручивая в этот поцелуй, как в водоворот. Позволял мне целовать его, сплетаясь языками и щекоча кожу о бороду, и сам не стоял столбом, свободной рукой обхватив талию и зажимая меня в капкан.
Я сейчас еще немного им подышу… Еще чуть-чуть… И отпущу… Обещаю…
— Сладкая, — прошептал мне в губы, отпустив лишь на миллисекунду, и вновь ввязал в поцелуй, порабощая.
— Хоть бы людей постыдились! Позорники!
Недоброжелательная гражданочка, больше похожая на сухофрукт в курточке, что хватило наглости стукнула Михаила своей сумкой в плечо, привлекая всеобщее внимание.
— А ну, хватит, безбожники! Ишь ты, обсосите еще друг друга прилюдно!
— Приходи вечером, — проигнорировав наблюдательную старушку, прошептала я, прижавшись щекой к его лицу. — Я буду ждать. В семь, в магазине.
— Милиции на вас нет!
— Нет сейчас милиции, бабушка, — вступил в ее монолог такой-то студент, стянув с головы объемные наушники. — Полиция сейчас.
— Управы на них нет!
— Я приду, мышка, — ответил он, так же отгородившись от недовольств стеной и глядя мне прямо в глаза.
Поезд остановился, и подхватив свой рюкзак, я юркнула в толпу, за несколько секунд оказываясь у выхода и чуть ли не первой выбегая на перрон. Михаил остался внутри, провожая меня плотоядным взглядом, и будто не слыша визжащую рядом старушку.
Мне хватило поцелуя, чтобы принять однозначное решение. Хватит затягивать и саму себя лишать удовольствия. Глупо и недальновидно.
Я с ним пересплю.
Глава 13. Михаил
Михаил
Чертова мышка!
В штанах горит так, будто я туда себе керосина налил и поджег. Член вибрирует от желания добраться до женского тела и проникнуть в него, чувствуя сладкий спазм тугих мышц. Она просто бомба замедленного действия. Чутье подсказывало, что в постели эта малышка будет круче профессионалки, погружаясь в секс с головой и отдаваясь ему целиком.
Похотливая кошка под шкурой белой овечки.
И это заводило. Сбросить с нее маску скромности и неуверенности, распечатывая желанную и желающую натуру. От одного образа ее голого тела на себе в яйцах стучало тяжелыми наковальнями.
Слабый отклик ее оргазма туманил башку.
Это же надо, какая чувствительная. Всего несколько движений, и она рассыпалась, оседая в моих руках. Просто взорвалась маленькой атомной бомбой, подпуская понаблюдать за своим удовольствием. Чуть закушенные пухлые губы, закрытые глаза с подрагивающими ресницами и легкий отпечаток румянца. Эта картинка надолго застрянет в моей башке.
Но я знаю, как сделать ее лучше.
Облизнув с губ остатки малинового бальзама, постарался задержать его на языке подольше. Не люблю все эти слюни, но эта девочка целовала меня так отчаянно, так дерзко, что я невольно поддался, изучая языком нежный рот. Бл… Блин, она реально удача, так случайно залетевшая в мою квартиру.
Не загадывал на что-то большее, но отличный секс гарантирован. Может, не раз, посмотрим. Не все девки мой темперамент вывозят, я же трахаться готов в любое время суток. Член всегда наготове, только пальцем помани… Или ртом.
До вечера бы дотерпеть.
Покинув вагон на следующей станции, понял, что нужно возвращаться. Машина осталась у секс-шопа, а топать до дома пешком вообще не хотелось. В конце концов, мышка будет ждать меня вечером, а значит, я должен взять на себя работу извозчика и доставить ее до своей берлоги в лучшем виде. И подстраховываясь, чтобы не сбежала. Мало ли что у нее в голове клинанет.
— Алло?
— Ты где, мать твою!.. Я долго тебе еще звонить буду, козел?! — Визгливый голос Маринки скрипел в голове пенопластом о стекло. — Чтобы сегодня же приехал к моему адвокату!
— Ему надо, он пусть и приезжает. Будешь орать — пойдешь нахер, Рин, я не шучу.
— Ты уже два встречи просрал, — сбавив тон, но переходя на злобное шипение, выговаривалась бывшая жена. — Хватит мне мозги делать! Подпиши бумаги и разойдемся как в море корабли!
— А хером тебе по губам не поводить? — не мог сдержать злобной ухмылки. — Ты реально думаешь, что я подпишу то дерьмо, что ты мне подсовываешь? Даже десятая доля того, что ты хочешь, тебе не достанется.
— Я заслужила все, что там записано! Каждую копейку! Понял, козел?!
— Это за что? Минет так себе, в постели ты бревно, Марин, без обид. Так за что, по-твоему, я должен отваливать тебе столько бабок?
— За пять потерянных впустую лет! Ты… Ты токсичный! И ты меня затрахал!
Ну да, есть такое. Только ничего сверхъестественного я от нее не требовал. Чем плохо в койке кувыркаться? Содержу, подарки дарю, готовить не заставляю, в чем сложность?
Но как показал опыт и причина нашего развода, — дело не в том, сколько я хочу, а в том, что Маринка слабая на передок баба, готовая исполнять вяленький минет за новую шубку и тачку покруче. Она же не зря на корпоративе директору холдинга простату стимулировала.
— Тебе напомнить, как я тебя в толчке верхом на начальнике застал, затраханная ты моя? Нет? Вот и завались, Марин. С чем пришла, с тем уйдешь. Скажи спасибо, что воспитание тебя щелкнуть не позволяет.
— Ну и урод ты, Громов. Я тебя все равно достану, понял?!
— Ага, удачи.
Отключившись, сунул телефон в карман, на ходу вытаскивая ключ от машины. На улице сейчас прохладно, мотор прогреть не помешает заранее. Посижу в машине, подожду мышку. Отпускать ее из вида просто не хотелось, чуйка подсказывала, что эта мадам может в любой момент крутануть хвостом и передумать. Решительная-то она и может быть, но переменчивая тоже с лихвой.
Брелок приветливо пикнул, и тачка ровно зашумела мотором метрах в пятнадцати от меня, пока я топал со станции метро, уже видя сияющую вывеску секс-шопа.
Наручные часы показывали полшестого вечера, а значит, ждать мне ее всего полтора часа. Может, даже скатаюсь в магаз, прикуплю шампанского, клубники, и чего там девочки любят?..
Оглушительный взрыв заставил окна жилых домов поблизости зазвенеть. Сноп огня взмыл в воздух, освещая алым заревом все вокруг, и я в аху… от удивления открыл рот, глядя на остатки моего джипа. В момент почерневший металл трещал от температуры, и мне под ноги выкатился обгоревший диск с колеса, сиротливо падая в лужу.
Хера еб… взорвалось.
— Прокатились, мышка. Придется на таксе до дома ехать, уж извиняй, — проговорил сам себе, почему-то в первую очередь подумав именно о ней.