Она подняла руку и обвила мое запястье своими маленькими пальчиками.
— Нет, — произнесла Талия дрожащим голосом, но старалась говорить уверенно и держа себя в руках.
— Нет? — усмехнулся я.
Кровь пульсировала в моей толстой, тяжелой длине, и я задрожал от ее маленького вызова. Ее глаза умоляюще смотрели на меня.
— Я знаю, что делаю. И знаю, чего хочу. Пожалуйста, я дам тебе все, что ты захочешь. Деньги… я обязательно найду способ… но если этого будет недостаточно… Просто назови свою цену… Я дам тебе все, что угодно. Пожалуйста, пожалуйста, — в ее словах звучало отчаяние, и я понял… она сделает все, что угодно, как и поклялась.
— Все, что угодно?
Моя грудь громыхала с низким рычанием, как и все возможности. Осторожнее, малышка.
Талия кивнула.
— Все, что ты хочешь, — поспешила сказать она, почти задыхаясь.
Осознание того, что она только что сказала, то, что она только что предложила, вспыхнуло в ее красивых глазах, и она резко сжала губы.
Я придвинулся ближе, сближая наши тела. Трогательно. Мои руки обвились вокруг ее бедер, мои пальцы впились в ее плоть. Ее губы приоткрылись в беззвучном вздохе, а щеки вспыхнули. Я прижал свое бедро между ее ног, заставляя их раздвинуться.
Талия выглядела совершенно шокированной. Она моргнула; на ее лице было заметно удивление, но страх быстро скрыл его. Она издала панический звук в глубине своего горла, и ее глаза расширились одновременно от ужаса и страха… призрачное любопытство.
Судя по одной ее реакции, она была вполне защищенной принцессой. Скорее всего, ее киска осталась нетронутой. Чистая и созревшая для принятия. Блядь, наверное она никогда не находилась на таком близком расстоянии с мужчиной. Но жажда мести привела ее ко мне. Подальше от ее безопасности, подальше от ее дома… и до меня.
Молодая и под запретом.
— Что, если ты не можешь дать мне то, что я хочу?
Я приблизил свое лицо к изгибу ее шеи и глубоко вдохнул. Черт, она так сладко пахла. Сладко, как чертова конфета. Держу пари, ее киска тоже была такой же на вкус.
— Чего ты хочешь? — она вздохнула.
Хм. Храбрая и глупая. Но как далеко она готова зайти?
Мои руки двинулись вверх, пальцы заскользили по ее плоскому животу и грудной клетке. Ее грудь сотрясалась от резкого дыхания, когда моя ладонь приблизилась к ее груди, и я обхватил ее своей рукой. Она не была взрослой, ее сиськи были слишком малы для моего предпочтения, но, черт возьми, она чувствовалась хорошо. Мягкая и полная.
Талия ахнула, превратившись в застывшую статую в моих руках. Она выглядела парализованной в этот момент, ее губы были приоткрыты, глаза широко раскрыты, лицо бледным. Ее сердце колотилось почти беспорядочно. Я мягко, но крепко сжал ее грудь, наблюдая за ее реакцией. Ее глаза потемнели, а лицо густо покраснело. Мой большой палец обвел ее твердый сосок, и она прикусила нижнюю губу, ее тело дрожало.
Я опустил голову, мои губы коснулись ее губ. Слегка прикоснувшись. Слегка поцеловав. Ее колени угрожающе подогнулись, и она вцепилась мне в предплечья, впиваясь ногтями в кожу.
Я ждал, что она оттолкнет меня, убежит, закричит. Она ничего не сделала, но оставалась податливой и покорной в моих объятиях.
Насколько она находилась в отчаянии? Как… много она готова была мне дать?
Мои зубы задели ее влажные губы, и я резко укусил ее.
— Я хочу нагнуть тебя, скользнуть прямо в твою девственную киску и услышать, как ты стонешь мое имя, когда я трахаю тебя… и наблюдать, как ты истекаешь кровью на моем члене.
Глава 5
На мгновение мне показалось, что я ослышалась.
Но то, как его глаза раздевали меня и как он прижимался ко мне, не оставляло сомнений в реальности его слов.
Выйдя из шока, я резко тряхнула головой.
— Нет. Никогда.
Он приблизил свое лицо еще ближе, принюхиваясь к моему горлу.
— Так это правда, что ты девственница?
Мой пульс яростно бился в венах, и мне было интересно, видит ли он это, не возбуждает ли его мой страх. Возможно. После того, что я видела в клетке, его порочность больше не должна была меня удивлять.
— Конечно. Так меня воспитали, — я сжала губы, потрясенная тем, что почти раскрыла. Если он узнает, кто я, все будет кончено.
— Такая чертовски невинная, — пробормотал он, высунув язык, чтобы лизнуть мою пульсирующую точку. Он медленно поднял голову, и нетерпеливый взгляд его темных глаз привел меня в ужас. — Твоя девственность за отнятую жизнь, вот чего я хочу.
Я прижала ладони к его груди, желая оттолкнуть его, нуждаясь в этом, но он не сдвинулся с места. Насмешливый блеск в его глазах усилился, а улыбка потемнела. Мускулы его груди напряглись под моими руками, и по моему телу пробежала легкая дрожь. Несмотря на свой ужас, я прищурилась, глядя на него.
— Ты можешь получить все, но только не это.
Он отступил назад, жестоко скривив губы.
— У тебя больше нет ничего, что мне нужно, малышка. Либо ты нагибаешься и предлагаешь мне свою киску, либо ничего. Разве что у тебя имеются лишние несколько миллионов баксов?
Я уставилась на него во все глаза. Может, моя сестра даст мне несколько тысяч долларов, а может, и больше. В конце концов, ее муж зарабатывал много денег в качестве Головореза. А мой двоюродный брат в качестве Капо Фамильи был одним из самых богатых людей в Штатах. Конечно, разговор с Киллером уже являлся предательством.
— У меня не так много денег, но я могла бы попытаться расплатиться на ставках?
Я поняла, как глупо это прозвучало. Сколько времени потребуется, чтобы выплатить миллионы долларов?
Он жестоко рассмеялся, его глаза скользнули по моему телу.
— Я не ебаный банк. Я хочу получить свои деньги немедленно и до начала работы. Я бы сказал, что тебе повезло. Это больше, чем кто-либо когда-либо получал. Я могу получить все киски, какие захочу. То, что я предлагаю тебе свои услуги за простой трах, это сделка.
— Я не шлюха, — сказала я с напускной бравадой.
— Тогда тебе придется найти кого-то другого, чтобы убить за тебя. Я не работаю нахаляву.
Я судорожно сглотнула. Он обернулся. Я схватила его за руку. Он посмотрел вниз на мои тонкие пальцы, обхватившие его мускулистое предплечье, а затем на мое лицо.
— Подожди. Пожалуйста. Помоги мне.
Выражение его лица стало насмешливым.
— Я предложил. Прими это или проваливай.
— Не могу, ты не понимаешь.
Он покачал головой, а затем потряс меня, схватив и грубо притянув к себе, прижавшись губами к моему уху.
— Я не хочу ничего понимать. Мне на это поебать. Ты можешь либо дать мне то, что я хочу, и исполнить свое самое заветное желание, либо нет. Решай немедленно, чего ты хочешь.
Часть его хотела меня больше, чем он хотел признать, и это знание дало мне удивительное ощущение силы.
— Кто сказал, что это мое самое заветное желание?
— Если бы это было не так, ты бы не попросила о помощи у такого человека, как я. Ты жаждешь мести. Жаждешь этого больше всего на свете.
Я отвернулась от его пронизывающего взгляда. Он был прав. Я хотела смерти Паскуале. Даже спустя столько лет я все еще помнила, как он протащил меня через свой дом, как бросил меня на пол к своим ногам и плюнул на меня, назвав предателем, когда это был мой отец, а не я, кто предал его клятву. Вспомнила, как он говорил мне, что сделает со мной, как жестоко трахнет, когда получит разрешение от своего Капо. Мне было пятнадцать лет, и если бы Гроул не спас меня, я бы, наверное, уже была мертва.
Я хотела отомстить. Мне это было необходимо.
Но переспать с Киллером — значит погубить себя в моем мире. Может, Братва и придерживалась иных правил, но итальянская мафия по-прежнему жила по старомодным традициям, и это включало в себя то, что девушки должны потерять свою невинность в первую брачную ночь. Если я дам Киллеру то, что он хочет, меня будут избегать, как только я вернусь в Нью-Йорк. Если только мне не удастся скрыть правду. Я была бы не первой женщиной, которая симулировала свою девственность в первую брачную ночь, ради успокоения традиционалистов.
Киллер наблюдал за мной с мрачной улыбкой, будто чувствовал, что моя решимость ускользает. Я окинула взглядом его высокую фигуру, покрытые шрамами руки, суровое выражение лица. Я была в ужасе от него. Он не производил впечатления человека, который был бы нежен в постели.
Он сам это сказал. Он хотел, чтобы я нагнулась, чтобы он мог взять меня сзади, как животное. Я не хотела, чтобы мой первый раз прошел именно так. Я покачала головой и попятилась.
— Нет. Я не могу.
— Боишься?
Да. Он пугал меня до полусмерти.
— Тогда беги, малышка.
Это не было проявлением нежности. Он дразнил меня кличкой питомца.
— Беги.
И я бросилась прочь. Снова убежала от него, от его предложения. Но не могла убежать от той части себя, которая хотела рассмотреть его предложение.
Глава 6
Талия не понимала, что сбегая каждый раз, она сводила меня с ума от похоти. Это был инстинкт — преследовать ее, охотиться за своей добычей. В основном это была прелюдия перед сексом.
Беги, малышка. Она могла убежать от меня, но не спрятаться.
Талия искушала монстра внутри меня.
Несколько дней назад она сбежала от меня. Я бы сказал, что это было шокирующим, так как я действительно думал, что она прибывала в отчаянии. Так оно и было. Но не в таком отчаяние, чтобы торговать своей девственностью перед диким зверем.
Я приказал себе притормозить, дать ей время подумать о сделке. В конце концов, я был единственным мужчиной, который мог ей помочь. Талии придется приползти обратно ко мне… Я был ее единственным вариантом.
В течение двух дней я наблюдал за ней. Издалека, в тени. Преследуя ее, как охотник преследует свою добычу. Иногда давал знать о своем присутствии. Просто чтобы позлить ее. Смотреть, как ее глаза расширяются от страха, и она кусает губы, нервничая и опасаясь меня.